ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

На вкус кот Барсик по сравнению с ним просто аппетитнейший кусочек копченой грудинки.
Спиногрыз, конечно, утратил свою быстроту, но сдаваться не собирался. В полнейшей тишине я душил эту тварь (может, хоть сознание потеряет), а он, извиваясь, пытался избавиться от моих дружеских объятий. Причем совершенно молча. А как говорить-то? У меня пасть занята горным спиногрызом (бывают еще и луговые, но о них я расскажу как-нибудь потом), а нечисть, в свою очередь, практически в задушенном виде и со сломанной шеей, говорить тоже не могла. Вот и сопели мы втроем. То есть я, он и мирно спящая Селистена.
Тварь оказалась очень живучая, и в конце концов мне надоело жевать такую пакость. Хоть я не прибил сразу эту дрянь, но уж от идеи перекусить девичьим телом ей надолго придется отказаться. Он, понятное дело, рано или поздно поправится, но произойдет это еще не скоро. Продолжая сжимать горло врага, я пошел к открытому окну с твердым намерением выплюнуть эту Дурно пахнущую нечисть на улицу. И вот когда я поставил лапы на подоконник, нос к носу столкнулся со вторым спиногрызом. Похоже, он не меньше меня удивился этой встрече.
Какой же я идиот! Говорила мне Симочка: учись, Даромирушка! Хорошо учись! И Серогор говорил что-то похожее. Почему я старших не слушаю? Спиногрызы – они всегда парами ходят!!! Ну как я мог забыть такое элементарное правило?
Среагировали мы почти одновременно. Он, раскрыв украшенную жуткими зубами пасть, бросился на меня, а я в свою очередь, применив недавно отработанный прыжок всеми четырьмя лапами одновременно, рванул от него. Не совсем собачий прием – и вместо горла второй спиногрыз вцепился мне в то место, которое у лошадей называется круп. Спасла меня густая шерсть, видимо, вычесывали Шарика не часто. Я всегда говорил, что, когда подводит ум, спасти может разгильдяйство.
Острые зубы завязли в свалявшейся шерсти и не причинили мне никакого вреда. Я резко развернулся и всей своей нешуточной массой размазал мразь по дубовой стенке. В этот момент мне показалось, что терем рухнет. Однако мастера постарались на славу, и боярская вотчина устояла. Проснулась и по доброй традиции завизжала Селистена. Правильно, будем бить врага и звуковым оружием. Я-то уже попривык, а спиногрызу пришлось туго. Но нечисть живучая и, отряхнувшись, порождение тьмы бросилось на боярскую дочку. Это не девица, а магнит какой-то по притягиванию проблем.
Я наконец-то выплюнул первого горного жителя (он вроде перестал вырываться) и в очередной раз бросился спасать визжащую дамочку. На этот раз мы встретились прямо на хозяйской кровати. Извините, мэм, но я вынужден вас попросить подвинуться. Тут к вам отчаянно спиногрыз рвется, а я с не меньшим упорством стараюсь ему помешать. Мы с нечистью буквально сплелись в один клубок и с упорством, достойным лучшего применения, пытались угробить друг друга. Точнее, спиногрыз был больше настроен заткнуть навсегда девичий рот, до сих пор издающий жуткий визг, но пренебречь моими клыками он не мог.
В какой-то момент тварь все-таки вырвалась от меня и, вложив в последний прыжок все свои оставшиеся силы, прыгнула на Селистену. Уже в полете я понял, что она окажется быстрее и моя пасть поймает только воздух. Надо было попытаться задержать ее хотя бы лапами. В дверь уже кто-то ломился, так что надо было использовать любой шанс.
Я почти настиг в полете куцехвостого, но поймать его не смог, зубы нечисти были нацелены прямо в горло девушки. От бессилия и отчаяния я полоснул когтями по короткому хвосту. Спиногрыз неожиданно зашипел и, прервав полет (тоже мне пернатый), скорчился прямо на коленях у недавней жертвы.
О боги, так я не просто идиот, а круглый идиот! Зачем мне ювелирная лавка, если у меня серебряный коготь! Как я мог забыть о серебре, которое вечно со мной?
Оставив самобичевание на потом, уже со знанием дела я вонзил заветный коготь в горло врага. Спиногрыз затрясся, зашипел и, словно лопнувший шарик, сдулся. Полные лютой ненависти зеленые глаза потухли и закатились. Подавив отвращение, я схватил его зубами и ловким броском откинул подальше от Селистены.
Так уж получилось, что именно в этот момент с петель слетела дубовая дверь, и парящий спиногрыз закончил свой полет, врезавшись в дюжего ратника. От неожиданности тот отпрянул назад и упал под ноги напиравших сзади молодцев. Понаблюдать за чудесной кучей малой мне, к сожалению, было некогда. Если уж я взялся за дело, так доведу его до конца. Тем более когда у меня в руках (точнее, на конце правой лапы) столь мощное оружие.
Где там тот недодушенный? Ух ты, очухался. Первый спиногрыз из последних сил, хрипя и постанывая, уже забрался на подоконник и твердо намеревался спрыгнуть вниз.
Нет, родной, я категорически против. Жуткие рассказы про то, как мстят спиногрызы за погибших товарищей, поздновато, но все-таки всплыли в моей голове. Именно услышанные в скиту страшилки не позволили мне забыть про поверженного, но неубитого врага. Сентиментальным я не был никогда, поэтому без сомнения вонзил серебряный коготь в спину раненой нечисти.
Надеюсь, никто не будет нести чушь по поводу того, что нападать со спины нехорошо? А вот вы победите двух горных спиногрызов, а потом уже рассуждайте о благородстве!
Спиногрыз, издав предсмертное шипение, сдулся, как и его приятель. Вот только теперь я мог расслабиться, по-моему, заслужил. Ну-ка, что там в комнате происходит? .
Красота! Антип, Кузьминична и еще с пяток стражников словно парализованные, выпучив глаза, смотрели на мой победный бросок. Вот это очень кстати получилось. Народ должен знать своих героев. И подвиги их должны передаваться из уст в уста. Судя по ошалело-восторженному взгляду зрителей, все они (кроме Антипа конечно же) завтра именно этим и займутся. Ничего против ореола героя и спасителя единственной дочки боярина я не имею. А два трупа поверженных спиногрызов, думаю, добавят остроты для героических рассказов.
Первым очнулся Антип:
– Селистена, доченька, может, ты все-таки объяснишь, что тут произошло?
Селистена была единственная, кто смотрел не на меня, а на зубы поверженного спиногрыза. Пожалуй, вид нацеленных в горло клыков нечисти мог выбить из колеи не только хрупкую девицу, но и видавшего виды воина. Она наконец отвела взгляд от жутких зубов и немного дрожащим голосом, старательно выговаривая слова, ответила:
– Я спала, а Шарик меня спас.
Немногословно, но, в общем, все верно. Надеюсь, что спасителям боярских дочек тут положено усиленное питание? Судя по испуганному лицу Антипа, полагается.
Первой ко мне бросилась Кузьминична. Если честно, то дождаться похвалы от нее я даже не рассчитывал. Одобрительная ухмылочка, мелькнувшая на ее лице, и так была лучшей наградой. А она в два прыжка оказалась рядом со мной и заключила в свои нешуточные объятия.
– Молодец, голубоглазый, я в тебе не ошиблась! – шепнула она мне на ухо и смачно чмокнула в нос.
Вот это да! Вот свезло мне! Да теперь не то что Селистена (хотя, наверное, она сменила теперь свое мнение обо мне), а даже Антип не посмеет выгнать меня из дома. Все, ребята, я у вас пока погощу. И пусть попробует теперь Барсик хоть взгляд на меня косой кинуть.
Дальше все как с ума посходили: бросились ко мне и начали гладить, тискать, трясти меня со всяческими благодарными возгласами. Честно говоря, мне это было приятно. Все-таки я заслужил несколько минут славы. Так что снес все поздравления стойко и с присущим мне воистину царским спокойствием.
Все немного успокоилось, только когда рассвело и голосистые петухи возвестили о начале нового дня. Кузьминична, убедившись, что ее воспитанница никоим образом не пострадала, внимательно проверила и мою шкуру. К счастью никаких ран на моем теле не обнаружилось, а липкую, противную слюну они с Селистеной аккуратно смыли теплой водой, после чего заботливо расчесали меня гребешками. Я пребывал на вершине блаженства. И только краем глаза наблюдал, как уверенно и деловито действовал Антип.
Он быстро сбросил растерянность и вернул присущий ему серьезный вид. Четкие и ясные команды мигом навели порядок. Фрол и Федор засунули тушки спиногрызов в мешки и отправились на перекресток трех дорог. Там они должны были зарыть нечисть, предварительно обильно посыпав ее солью. Соли для такого дела было выделено целый мешок.
Плотники живо бросились чинить дверь, а ко всему прочему Антип велел еще и ставни на окне укрепить и обить их железом с серебряными заклепками. Папаша вообще хотел переселить доченьку в свою комнату, но Селистена категорически отказалась. Мол, с таким сторожем и другом мне ничего не страшно. Это она про меня, между прочим! Меня повысили, я уже стал другом. Ты погоди, вот расколдуюсь и тогда постараюсь получить ещё одно повышение, поближе к тебе.
– Батюшка, позволь мне все-таки отдохнуть немножко, – взмолилась наконец Селистена.
– Конечно, маленькая, но позволь сюда хотя бы кровать Кузьминичны перенести.
Поспорив с батюшкой еще несколько минут, доченька конечно же добилась своего. Все покинули девичью светелку, но краем уха я услышал, что Антип все-таки распорядился выставить караул на этаже и под окнами. Спустя минуту мы остались одни со спасенной хозяйкой.
Она подошла ко мне, села на корточки и чмокнула меня в нос.
– Спасибо.
Эх, каким приятным может оказаться такое простое слово. От удовольствия я даже прижал уши и лизнул ее в щеку.
– Знаешь, Шарик, у меня совсем не осталось сил. Давай хоть немного поспим, а уж потом ты мне все расскажешь, – и с некоторой тревогой добавила: – Ты ведь расскажешь, правда?
Сказала она это с такой мольбой в голосе, что я даже по своему обыкновению не пошутил в ответ, а быстро закивал лохматой головой.
Селистена ласково потрепала меня за ухом и легла в постель. Я с хрустом потянулся и бухнулся на коврик.
– Даромир, если ты пообещаешь вести себя прилично, то можешь лечь на кровать, но, конечно, в ногах.
Вот это да! На такое я даже не рассчитывал. Она и по имени меня назвала, и на кровать позвала! Я не стал заставлять просить себя дважды и в один прыжок оказался на перине. Улегся я пока в ногах, но это ничего, скоро буду спать рядом. Эта мысль пришла ко мне в голову, когда я уже почти засыпал.

* * *

Разбудил меня тихий, но настойчивый стук в дверь. Я сонно потянулся на огромной боярской кровати. С удовольствием похрустел косточками и поискал взглядом Селистену.
Маленький комочек был обнаружен мною на самом краешке постели. В спящем виде она занимала еще меньше места, чем обычно. Судя по тому, как ярко пробивалось сквозь закрытые ставни солнце, время было полуденное. Вроде только глаза закрыл, а уже день в самом разгаре. Ничего странного, после такой ночки если бы меня не разбудили, то до вечера как минимум проспал бы.
Стук в дверь повторился.
Интересно, у кого совести нет, чтобы ребенка с ее лохматым другом – победителем спиногрызов – в такую рань будить? Разве так можно?!
Спрыгнув с кровати, я подошел к двери и принюхался. За дверью не было никакой опасности, а как раз наоборот. Это Кузьминична будила свою воспитанницу, значит, вставать все-таки придется. Без крайней необходимости она вряд ли кого ближе чем на пушечный выстрел к своей ненаглядной пустила бы.
Ловко используя нос в качестве руки, я открыл засов. Мой тончайший нюх конечно же не подвел – на пороге стояла Кузьминична.
– Ладно, голубоглазый, не бухти. Ты ведь знаешь, что, коли не крайняя необходимость, я бы на пушечный выстрел никого к вам не подпустила.
Ага, и что это, интересно, за такие важные причины, что после ночных переживаний рыжей крошке поспать не дают?
– Ну, чего пристал? Князь хочет видеть Селистену и из ее уст услышать рассказ о недавнем происшествии. Кстати, князь и тебя видеть желает.
Как меня?! Я-то ему зачем?
– Что ты удивляешься? Ты же боярышню спас!
Интересно, а нельзя ли мне сказаться больным и никуда не пойти?
– Даже не думай о том, чтобы не пойти. Вестовой чётко сказал, чтобы пса взяли с собой.
Ну, коли просил… Ладно, посмотрим, как князья живут.
– Вот и прекрасно, давайте-ка быстренько поднимайтесь, через десять минут в трапезную завтрак подадут.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57

загрузка...