ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Рыжая уже открыла рот, чтобы продолжить пустой разговор, но я заставил ее замолчать проверенным способом, наступив на ногу.
– Ну не хотите, как хотите, – прекратил дискуссию я и, специально громко чавкая, начал поедать приготовленный бутерброд. Селистена не торопясь последовала моему примеру.
Спустя пару минут наши незваные гости не выдержали:
– Даете слово, что не убьете?
– Даем! – хором ответили мы, хотя более странного обещания я никогда не давал.
Из густой травы к нам вышли два представителя некондиционной нечисти. Вы не забыли? Спиногрызы они парами ходят. В принципе они были похожи на своих горных родственников, но только на первый взгляд. Когти и клыки у них пока не отпали совсем, за ненадобностью, но были не таких устрашающих размеров, а вот шерсть оказалась значительно более густая и длинная, причем в идеальном состоянии и кое-где даже заплетенная в небольшие косички, украшенные яркими ленточками. Вот, значит, для чего нужны когти – они ими как гребнем пользуются.
Но самым главным отличием были, несомненно, огромные, очень грустные глаза василькового цвета с необычайно длинными ресницами. В общем, правильно, чего им веселиться?
– Здравствуйте, – скромно, хором поздоровалась чистая нечисть.
– И вам не хворать, – с чувством собственного достоинства ответил я. Селистена только робко кивнула продолжая находиться за моей широкой спиной.
– Если вы от нас не убежали или не пытались нас убить, то, наверное, вы знаете, кто мы такие. – Зверята говорили очень красивым, бархатным голосом, но было заметно, насколько они волнуются.
В ответ на вопрос я кивнул.
– Но на всякий случай разрешите представиться: мы луговые спиногрызы, Тинки и Винки. Но вы не должны нас бояться, мы хорошие, честное слово, да и колоть нас серебром совсем не обязательно.

– Ты уверен, что они не врут? – зашипела недоверчивая Селистена в моей голове.
– Разговорчики в строю! И потом, ты же сказала, что веришь мне абсолютно.
– Извини, забыла.

– Я знаю, что вы хорошие. И обещаю серебром вас не трогать.
– Можем мы узнать ваши прекрасные имена?
– Да, разумеется. Прекрасное имя этой прекрасной девушки (незаметно для себя я стал копировать манеру разговора культурной нечисти) Селистена. А мое имя Шарик.
– Мы, конечно, просим прощения, но только великие колдуны знают нашу печальную историю, да и, несомненно, обычный человек никогда бы не почувствовал наше приближение. Можем ли мы надеяться услышать имя великого колдуна, принявшего облик собаки, чтобы воспеть его в наших песнях и балладах вместе с именем его прекрасной дамы.
– Я не его…

– Ну можешь ты хоть немного не брюзжать! Ну да, ты, конечно, не моя дама, во всяком случае, пока, но эти зверята действительно прекрасно поют и слагают стихи, а для законченного сюжета ты просто должна быть моей!
– Слушай, а не много ли ты на себя берешь? Я никогда не буду твоей, вот! Ну ладно, только ради вклада в литературу позволяю.
– Ну ясно, просто я тебе нравлюсь, вот ты и бесишься. Хорошо, ты и мертвого уговоришь, будешь дамой моего сердца. Не шипи, отбой.

Не имея возможности мне ответить, рыжая просто меня ущипнула. А вот это сколько угодно, шкура у меня дубленая.
– Мое имя Даромир, – гордо ответил я.
– Благодарим вас за доверие, которое вы нам оказали.
– Да не за что. Слушайте, ребята, а не могли бы вы говорить немного попроще, ну, в общем, не так высокопарно. Мы хоть и принадлежим к высшим слоям общества (что касается меня, это я, конечно, загнул. Но ведь, с другой стороны, я главный княжеский кобель!), но привыкли между собой общаться простым языком.
– Мы будем очень стараться.
– Да уж, постарайтесь.
Тут я поймал вожделенный взгляд, который бросал один из недоделанных монстриков на бутерброд Селистены. Еды у нас у самих в обрез, но, с другой стороны, грех не подкормить вымирающий вид.
– Мы с моей дамой сердца будем рады разделить с вами нашу скромную трапезу.

– Ты чего несешь, и так еды не осталось! – пробилась ко мне Селистена.
– Я всегда говорил, что ты жадная. Так и норовишь куском хлеба попрекнуть!
– Я не жадная, я хозяйственная!
– Это я хозяйственный, а ты жадина!
– Ну и пожалуйста, сам потом от голода взвоешь.
– Ты меня еще плохо знаешь, я еду из-под земли достану. Отбой, гляди, ребята аж затряслись при виде хлеба с сыром.

– Если мы вам не помешаем, то с огромной благодарностью принимаем ваше предложение. Но чтобы нас не считали нахалами, к общему столу мы готовы предложить двух кроликов, только что пойманных нами.
– Кролики? Замечательно! Сейчас костерчик забабахаем и живо жаркое сварганим.
– Мы не совсем понимаем, что вы говорите, но кроликов сейчас принесем. – Любители возвышенного слога махнули ресницами и скрылись в густой траве.
В задумчивости мы посмотрели им вслед, но времени на долгие дискуссии не было. Судя по всему, кролики находились где-то поблизости. Ох и давно я не ел парного жареного мяса – так и отощать недолго! А ведь кролики – это не только чудесное мясо, но и молочные косточки. Что поделаешь, как ни крути, я ведь собака наполовину, так что отказать себе в милом собачьем удовольствии не могу, тем более если это связано с едой.
– Солнышко, принеси, пожалуйста, дрова.
Селистена скрестила ручонки на груди и надула губки. Честное слово, я просто таю при виде этого грозного лилипута. Изящество, красота, праведный гнев вкупе дают такую волшебную смесь, что я балдею. Но чувства чувствами, а кушать хочется всегда.
– Солнышко! Будь так любезна, если тебя не затруднит, в виде исключения, токма ради моих прошлых заслуг и авансом за будущие, принеси, пожалуйста, дрова. Я бы мог, конечно, и сам, но извиняй, рук нема.
Ни с места. Носик пыхтит, веснушки сияют, Селистена кипит. Ну как же, она ушибленная противница мяса, а тут на ее глазах вскоре будет твориться акт каннибализма по отношению к братьям нашим меньшим, но вкусным. Я тоже, между прочим, люблю кроликов, особенно тушенных с картошечкой, но можно и просто жаренных на вертеле. И никто не станет между мной и заветной трапезой, даже грозная боярская дочка с огненно-рыжими волосами и взглядом, способным испепелить на месте. Придется стимулировать процесс. Сказано – сделано. Я просто подошел поближе и нежно укусил ее за прекрасную филейную часть. Естественно, возмущению не было предела, и я получил положенную порцию брани и заслуженные два подзатыльника. Но зато она пошла за дровами, пыхтя от праведного гнева. Чудо как хороша!
Спиногрызы вернулись одновременно с Селистеной, причем довольно быстро. Свое ожидание я скрасил погоней за стрекозой, я, естественно, оказался в победителях.
Уже немного остывшая боярышня свалила сухие ветки в кучу. И победительницей посмотрела на меня.
– А огонь я разводить не буду, вот так!
Я хмыкнул, чуть поднапрягся и, не прибегая к когтям, только силой воли и естественного колдовского взгляда зажег костер. Наградой мне были восторженные крики спиногрызов и открытый рот боярышни. Я, конечно, не стал уточнять, что это практически единственное колдовство, которое я могу совершить без помощи рук. Такие вещи знать им совершенно не обязательно.
– Солнышко, не могла бы ты для нас приготовить этих чудесных кроликов? – высокопарным слогом обратился я к своей спутнице вслух и продолжил уже, как говорится, тет-а-тет:

– Слушай, радость моя, не надо выпендриваться. Если бы у меня были руки, то я бы с удовольствием сделал все сам. Спиногрызы тоже не в состоянии качественно поджарить мясо, так что остаешься только ты.
– Ни за что!
– Тогда мы с этими чудесными зверятами сейчас устроим каннибальский пир и будем рвать этих несчастных кроликов на куски, кровь будет капать с наших клыков, и ты уже никогда не посмотришь на меня с былой нежностью. А мне так нравилось целоваться с тобой.
– Это когда это мы целовались?
– Неужели пока ни разу? Это мое упущение, и надо будет обязательно исправить. Но ведь ты не захочешь целоваться с человеком, который на твоих глазах ел сырое мясо?
– Я вообще не собираюсь с тобой целоваться! Тем более что ты не совсем человек. Ты слишком много на себя берешь, хорошо, в виде исключения я приготовлю вам жаркое.
– Вечно ты придираешься к мелочам. Я не сомневался в тебе, отбой.

Праведный гнев в очередной раз отразился на конопатом лице, но делом обладатель этого лица наконец-то занялся.
Спиногрызы расположились рядом со мной, и пока женщина готовила нам мясо, мы коротали время в мужской беседе.
– Ваша дама просто очаровательна, – мурлыкали луговые.
– Точно, она у меня такая! И умная, и красивая, и послушная, а уж как готовит!
– Мы ничуть не сомневаемся в кулинарных способностях прекрасной Селистены.
– Ну так!
– Пока мы ходили за дичью, мы сложили несколько куплетов будущей баллады. Разрешите нам исполнить их.
– Валяйте, – согласился я. Все-таки не часто меня воспевают в стихах.
– Только не судите нас строго.
Спиногрызы встали плечом к плечу на небольшой пригорочек, синхронно тряхнули головами, закатили свои васильковые глаза и запели. Каюсь, со стихами у меня всегда был напряг, но могу сказать честно – это было круто. И когда они только успели? Вот что значит таланты!
В общем, я точно повторить не могу, но смысл такой. По лесу, полному опасностей, смело смотря вперед навстречу приключениям, идут великий колдун Даромир со своей прекрасной спутницей Селистеной. Она прекрасна как… Ну, в общем, там было много сравнений. Он (то есть я) красивый, сильный как буйвол, ловкий как тигр, со слухом как у совы, с нюхом как у собаки (хотя что тут такого, я и есть собака), прекрасный оратор. А также: мудрый, воспитанный, пушистый, мускулистый, скромный. Вы представляете, всего пять минут общались, а они углядели самую суть!
А Селистене почему-то не понравилось, и она скривилась в недовольной гримасе. Ну, это она, наверное, с голодухи, поест – подобреет.
Спиногрызы закончили петь, поклонились и вернулись на свои места рядом со мной. Вот что значит культурная нечисть. Эх, все бы такие были, да я бы их даже когтем не тронул.
– Вам понравилось?
– А то! Отлично получилось.
– Если бы вы могли нам рассказать что-нибудь из ваших подвигов, то мы бы продолжили нашу балладу.
– Про мои подвиги? Да сколько угодно! Вон и Селистена не даст соврать.
– Точно, не дам, – съехидничал дежурный по кухне.
– Я вообще никогда не вру! Слушайте, ребята, и запоминайте, потом всем расскажете.
И я начал свой рассказ. Все подряд я, конечно, рассказывать не стал, да и к чему засорять будущее прекрасное произведение ненужными подробностями вроде тех, что со мной в скиту задумали сделать, или про неудачное колдовство. Баллады должны жить в веках и вызывать в молодежи гордость за своих в высшей мере достойных предков. Например, таких, как я.
Селистена, конечно, сильно разбавляла мой рассказ некоторыми, на мой взгляд, несущественными деталями, но это было не важно. Общей картины она испортить не могла. Так что к тому моменту, как кролики зажарились, я накидал луговым чудненький сюжетик для эпохального произведения про нелегкую колдунскую судьбу, полную тягот и лишений. Думаю, что ребята справятся и немного приукрасят мой скромный рассказ. Как обычно, из сладких грез на литературной почве меня нагло и бесцеремонно вырвала Селистена.

– Слушай, ты, великая и ужасная гроза нечисти, может, прервешься, еда готова.
– Еда?! Замечательно! Я всегда говорил, что ты просто прелесть.
– Слушай, а твои благодарные слушатели не растрепят на весь лес про нас?
– Ну и что, немножечко славы нам с тобой не повредит.
– А разве Гордобор не станет нас искать и наводить справки именно среди нечисти?
– Опс, я как-то об этом не подумал.
– Ну ничего, даже у великих героев бывают малюсенькие просчеты.
– Точно, но великие герои сейчас все в момент исправят.

Я напустил на себя серьезность, нахмурил брови и немигающим суровым взглядом посмотрел на восторженные мордашки моих благодарных слушателей.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57

загрузка...