ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Ну что ж, лучше поздно, чем никогда.
– Здравствуйте, – культурно ответила хозяйка.
Золотая женщина (я имею в виду не цвет, а характер), я бы уже ругаться начал, а она до сих пор голоса не повысила.
– Можно у вас перекусить?
– Конечно, но песик пусть подождет снаружи.

– И что мне теперь делать?
– У тебя что, от страха фантазия отключилась?
– Вопросом на вопрос отвечать – это не по-русски.
– А тормозить при малейшей проблеме – по-русски?
– Ну держись!
– Ой, боюсь, боюсь. Ну прояви смекалку, наплети ей что-нибудь.
– Я не умею врать.
– А не надо врать, надо просто не говорить правду.
– А разве есть какая-нибудь разница?
– Огромная.
– Я попробую.

– Именно такой я вас и представляла. Даромир так много о вас рассказывал.
– Даромир? – Голос горы заметно дрогнул. – Ну и где шляется этот балбес? Как вышел на полчасика, так уже несколько дней нет. Даже вещи свои не забрал
– Вы совершенно точно заметили, он действительно полный балбес.

– Эй, ты не увлекайся!
– Не мешай.

– Еще какой, но малый он добрый, и я сразу к нему привязалась. Где он шляется-то?
Молодец Матрешка, в корень зрит!
– Он вынужден был в большой спешке уехать, так что даже не успел зайти попрощаться.
– Небось набедокурил и от княжеской стражи сбежал? Да ладно, ладно, подробности мне без надобности, ничего плохого он натворить не мог. А если по дури в историю влип, так я в него верю – выкрутится.
– Точно, именно по дури. Но надеюсь, что все будет хорошо. Уезжая, он просил обязательно зайти к вам и поблагодарить за все хорошее.
– Да ладно, чего уж там, – засмущалась Матрена, но было видно, что ей приятно услышать такие слова.

– Стряпню её похвали, она и растает. Тем более что готовит действительно прекрасно.
– Сама знаю, не мешай.
– Фу-ты ну-ты, какие мы гордые…

– Он так нахваливал вашу кухню, что очень захотелось самой отведать.
– Милости просим! – довольно хрюкнула Едрена-Матрена. – Но вот пес…
– Понимаете, этот пес сегодня спас мне жизнь. Пожалуйста, в виде исключения, дозвольте ему со мной посидеть.
– Так это он ночью какую-то нечисть загрыз?
Я приосанился и гордо выпятил грудь. Чуть было не забыл, что я герой.
– Он.
– Весь город только об этом и говорит. А ты, стало быть, Селистена.
– Извините, надо было сразу представиться.
– Да ладно, я женщина простая. Что же с вами делать, проходите.

– Попроси, чтобы тебя в отдельную комнату посадила.
– Надоел, сама знаю.
– О том, что тут есть отдельный залъчик, ты не знаешь. Задавака.
– Обжора.

– А нельзя ли нам в отдельном зале сесть?
– Тебе Даромир и о нем рассказывал? Вот болтун.
– И не говорите, такой болтун, просто спасу от него нет.
– Будешь обзываться, укушу.
– Ладно, проходите. Там тебя никто не побеспокоит. Можешь поесть спокойно.
– Спасибо, вы очень любезны.
Матрена довольно улыбнулась и прошествовала по почти пустому залу, открыла неприметную дверь в отдельный зальчик. Об этой комнатке мне, помнится, Фрол рассказал. Или Федор… Ну в общем, кто-то из них. Я в тот момент уже столько медовухи выпил, что различал их с трудом.
Кстати, о медовухе. Вот ответьте мне на такой вопрос: может ли герой, победитель горных спиногрызов, искусный переговорщик и не менее искусный шпион позволить себе кувшинчик медовухи? Правильно, ответ в такой ситуации может быть только один – ДА! Вот и чудненько, если никто не против, то и я уступаю большинству голосов.
Отдельный зальчик был очень миленьким, сразу видно – что пускали сюда не всяких. В центре стоял небольшой стол, а по бокам… О чудо, даже не лавки, а вполне комфортные кресла. Эх, жалко, для моей комплекции такая роскошь не подходит.
Матрена одним махом накрыла стол новой скатертью. Приятно, в общем зале скатерти не стелились вообще. Что и говорить, в славе есть приятные стороны.
– Заказывать-то что будешь?
– Парочку отварной морковки, све…

– Стоп!!! – что есть силы завопил я в мозгах Селистены.
– Чего орешь? Опять что-то не так?
– Не так. Это дома у себя будешь командовать, а тут заказывать буду я.
– Ладно.

Далее последовал мой заказ. Я проговаривал блюда в голове Селистены, а боярышня повторяла мои слова Матрене. Не скрою, присущая мне скромность спала беспробудным сном. Все равно платила за все моя спутница, так что разошелся я не на шутку. Завершил список яств кувшин медовухи. Селистена пыталась было возражать, но я ей быстро напомнил про свои заслуги, и она, конечно, сдалась.
Лицо Матрены понемногу вытягивалось по мере заказа блюд. Пару раз она все-таки не удержалась и переспросила, правильно ли она поняла посетительницу. Маленькая пигалица утвердительно кивала и, в общем, вела себя вполне прилично, и только под конец опошлила мой великий кулинарный заказ своей вареной свеколкой и морковкой.
Хозяюшка предупредила, что ей потребуется время для приготовления всех блюд, вздохнула и отправилась на кухню, предварительно плотно прикрыв за собой дверь.
Минут через пять Матрена принесла холодные закуски. Конечно, не бог весть какая еда, но как пищевые добавки пойдет. Как только дверь закрылась, я приступил к трапезе. Любые вопросы Селистены я игнорировал. Как можно говорить о важных делах на голодный желудок? Никак. А так как разговор предстоял долгий, то и заправиться надо было на славу.
При всех неоспоримых достоинствах собачьего телосложения все-таки присутствует ряд проблемных моментов. Главное – это, конечно, невозможность лапой взять ложку. В смысле культуры это, конечно, минус, но с другой стороны, у меня теперь такой длинный язык, что творить им можно воистину чудеса. Это тебе и вилка, и ложка, а клыки вполне заменяют ножи. В общем, скорость поглощения еды в собачьем обличье у меня даже возросла. Вот только перекладывать еду с мисочек и плошечек на мою большую тарелку у меня пока плохо получалось. Но так для этого Селистена есть, что ей стоит отвлечься от своей морковки и, к примеру, сдобрить мне холодец хреном. Небось не развалится.
Приканчивая заливной говяжий язык, я взглянул на рыжую, извиняюсь – золотую – собеседницу. Она ковыряла вилкой «здоровую» пищу с таким кислым выражением лица, что у меня на мгновение пропал аппетит. Правда, эта напасть задержалась ненадолго. Я отхлебнул из мисочки изрядную порцию медовухи, прислушался, как волшебный напиток побежал по пищеводу и, как в прошлый раз, почувствовал жгучее желание поговорить. Собеседник в последнее время у меня только один.
– Ну что ты такая кислая сидишь? Съешь заливного – сразу повеселеешь.
– Как представлю, как этим языком корова травку ела, так плакать хочется.
– Тьфу ты, чуть обед не испортила. Плачь на здоровье, но от таких комментариев впредь, пожалуйста, воздержись.
– Как ты можешь это есть?
– С огромным удовольствием. Впрочем, твой же вопрос я могу адресовать и тебе.
– Я тоже ем с удовольствием.
– Ага, по твоему лицу видно, как тебе вкусно.
– То, что полезно, не всегда вкусно.
– Ерунда какая-то, зачем есть то, что не вкусно?
– Что с тобой разговаривать? Ты все равно ничего не понимаешь в правильной пище.
– Зато я понимаю во вкусной! – гордо заявил я и одним движением языка отправил в рот несколько кусков нежного сала с чудесными розовыми прожилочками,
Селистена брезгливо поморщилась и отправила себе в рот малюсенький кусочек салата.
– Мы наконец можем поговорить о деле? – нетерпеливо спросила Селистена.
Во дает! Если она ест как мышка в голодный год, то я не намерен рисковать своим здоровьем. Мне баба Сима всегда говорила: «Сколько за столом – столько в раю!» И я был с ней абсолютно согласен. Надо, чтобы пищевой комок завязался, а уж потом о делах.
Вместо ответа я осушил еще одну миску медовухи и в блаженстве закрыл глаза. Приятное тепло разлилось по каждой клеточке моего исстрадавшегося тела. Вот красота! Всего пару мисочек этого божественного напитка, и я ощутил полную гармонию в моей мятущейся душе. И как я мог ругать столь прекрасный напиток, как медовуха? Просто меру надо знать, а после того случая я свою меру отлично знаю. Кувшин, ну, в крайнем случае, два. Из блаженного состояния меня вывел противный голосок вечно чем-то недовольной Селистены:
– Разве ты не понимаешь, что ты гробишь свое здоровье?
– Ты о чем это?
– О медовухе.
– Ой, только не зуди мне на ухо. У меня был тяжелый день, мне надо восстановить силы. Медовуха как нельзя лучше подходит для этой цели.
– Есть и другие способы.
– Какие, например?
– Например, релаксация.
– Чего? Релакастрация? Да уж, от одного слова в дрожь бросает.
– Да не релакастрация, а релаксация. – Это что за зверь и с чем его едят?
– Меня один блаженный научил, он в далекой стране узнал и теперь ходит по Руси и всем свои знания передает.
– Зачем? – искренне удивился я. – У нас что, своих дурачков не хватает?
– Ты будешь слушать или будешь перебивать?
– Буду, буду. Чего ты нервничаешь?
– Так вот, главное, чтобы тебе никто не мешал. Ты садишься на пол в комнате в позе «лотоса»…
– В позе кого?
– Ладно, не важно, я тебе потом покажу. В общем, садишься на пол…
– А можно на кровать?
– Еще одно слово, и я прекращаю.
Я изо всех сил сделал вид, что мне очень интересна эта мура из далекой страны.
– Садишься на пол, закрываешь глаза, полностью расслабляешься и отпускаешь свою душу в полет. А для этого нараспев читаешь специальные слова.
Я всегда говорил, что отсутствие мяса в рационе очень плохо влияет на работу мозга. Вот лишнее тому подтверждение. Раньше я считал, что бред присущ только лицам, скажем так, пожилого возраста. Ан нет, бред косит, оказывается, и молодых. Далее последовал довольно длинный монолог, который я просто побоялся прервать по причине возможного обострения болезни моей собеседницы.
– И вот в тот момент, когда душа возвращается назад в свое тело, ты полностью восстанавливаешь свои силы, – закончила Селистена свою возвышенную речь и обратила пылающий взор в мою сторону. Болезнь явно запущена.
– Можно парочку вопросов?
– Конечно.
– Сколько тебе нужно времени на твою релаксацию? – Я с огромным трудом выговорил это жуткое слово.
– Ну час, полтора.
– И как, всегда получается?
– Честно говоря, не всегда. Но если позаниматься несколько лет, то будет получаться всегда и времени потребуется не более получаса.
Медленно, с огромным удовольствием я сделал несколько глотков медовухи и блаженно улыбнулся.
– А мне на то, чтобы восстановить свои силы, нужно пять минут и кувшин медовухи. И получается расслабиться у меня всегда, а не от случая к случаю. Да и учиться этому процессу нужно гораздо меньше времени.
– Какой же ты примитив!
– А кому нужны такие сложности, если всё можно сделать быстро и приятно?
– Ты…
По яростным глазам Селистены я, в общем, догадался, кто я. Но от более глобального разноса меня спасла Едрена-Матрена. Она появилась как раз вовремя с огромным, уставленным дымящимися блюдами подносом. Вот и опять взгляд радуется. Обожаю смотреть на красиво сервированный стол, который ломится от снеди. Иногда предчувствие праздника даже лучше, чем сам праздник.
Матрена знала толк в жизни и расставила все очень искусно. Собралась было уходить, но в последний момент задержалась:
– Скажи, девочка, ты, случайно, не втрескалась в этого оболтуса?
– Я?! Да с чего вы взяли? – взвилась боярышня, но краска, обильно залившая ее щеки, говорила о том, что слова хозяйки кабака попали в точку.
– Да ладно, чего ты прыгаешь? Дело-то житейское, а у меня глаз наметан.
– Не дождется он от меня, кобелина несчастный!
Ну вот, опять меня обидным словом назвали.
– Ну и зря, он парень хороший, только с тараканами в голове. А что кобель, так что ж, все мужики по своей сути кобели.
– Эх, если бы вы знали, насколько вы правы, – уже более спокойно проговорила Селистена и очень выразительно посмотрела мне в глаза.
Если бы я мог, то, наверное, покраснел бы. Но я собака, и человеческие эмоции мне чужды.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57

загрузка...