ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Да, кажется, это он. Привести его к нам?
Девушка взяла Тома за руку.
– Нет. Будет лучше, если мы оба подойдем к нему. Идемте.
Пробраться сквозь тесную толпу танцующих было непросто, но они наконец перешли на другой край танцплощадки, где энергично отплясывал Альварадо с невысокой темноволосой девушкой в красном платье.
– Альварадо! – Марии пришлось повысить голос, чтобы перекричать оглушительную музыку. – Альварадо!
Гот обернулся с удивленным выражением на лице.
– Мария? Что ты здесь делаешь? Я думал, что ты проводишь вечер в отеле, ты и лейтенант Фэррел.
– Гак оно и было. Но мне нужно поговорить с тобой кое о чем.
Альварадо огорчился.
– Прямо сейчас? А нельзя подождать до завтра?
– Нет, нельзя. Я понимаю, что тебе не хочется отсюда уходить, и прощу прощения, Альварадо, но это очень важно. Здесь найдется место, где можно поговорить?
Юноша неохотно кивнул. Вид у него был очень хмурый.
– Да, можно выйти на веранду. – Он повернулся к девушке в красном платье: – Роза, прости меня. Я приду очень скоро.
Роза Льюза кивнула, хотя было очевидно, что она раздосадована. Бросив своему кавалеру что-то резкое по-испански, она удалилась, высоко подняв голову. Альварадо поглядел ей вслед и философски пожал плечами.
– Прости, Альварадо, – повторила Мария, – конечно, тебе это кажется невежливым, но нас привело дело жизни и смерти.
Альварадо, улыбаясь, развел руками.
– Если это так важно, что я могу сказать? Ты же мой друг, Мария.
Он провел их на веранду, где не было ни души, и вопросительно посмотрел на Марию. Та обратилась к своему спутнику:
– Том, будет гораздо лучше, если мы с Альварадо поговорим по-испански. Надеюсь, вы не сочтете это за невоспитанность?
Том покачал головой:
– Вовсе нет, Мария. Добывайте сведения таким путем, какой вам кажется наилучшим.
Мария с облегчением вздохнула. Разумеется, разговаривать с Альварадо на их родном языке будет гораздо легче.
Но когда она опять повернулась к Альварадо, то увидела, что вид у юноши почему-то стал смущенным.
– Сведения? – медленно проговорил он. – Какие такие сведения, Мария?
– Альварадо, прежде всего я хочу, чтобы ты понял: в вопросах, которые я хочу тебе задать, нет ничего оскорбительного для тебя, и я не собираюсь причинить тебе какой-либо вред.
Юноша кивнул, но с лица его не сходило настороженное выражение.
– Речь идет о костюме, который на тебе надет. Я должна знать, откуда он у тебя, Альварадо. Это очень важно для меня.
Юноша побледнел, отпрянул, глаза у него беспокойно забегали.
Мария положила руку ему на плечо.
– Не бойся, к тебе лично это не имеет никакого отношения. Пожалуйста, ответь мне, и ответь правду.
Сглотнув, Альварадо нашарил во внутреннем кармане маленькую сигарку и зажег ее; пальцы у него дрожали, и он старался не встречаться взглядом с Марией.
Та терпеливо ждала, и сердце у нее колотилось все сильнее. Теперь ей стало ясно, что предчувствия ее не обманули.
– Я его купил, – проговорил наконец Альварадо. – Да, я купил его у одного постояльца нашего отеля.
Но Мария не поверила коридорному. Слишком он беспокоился, слишком уклончиво отвечал. Но девушка и виду не подала, что не верит приятелю.
– Понятно. Этот постоялец – Брилл Крогер? Говори правду, Альварадо. От твоего ответа, может быть, зависит человеческая жизнь.
Альварадо крепко задумался.
– Да! Да, кажется, так его зовут. Он уезжал. Он очень торопился, – так он мне сказал, – и не хотел затруднять себя, таскать с собой свои вещи. Он предложил мне купить этот костюм по сходной цене.
Альварадо продолжал лгать, но Мария побоялась отпугнуть юношу, сказав ему, что видит насквозь все его уловки.
– Крогер – это тот, кто украл деньги, собранные на благотворительном балу. И еще он похитил дочь банкира Мэннинга, Джессику. Ты слыхал об этом?
Альварадо беспрерывно крутил в пальцах сигарку.
– Я слышал обо всех этих ужасах, да, но не связывал их с тем постояльцем, который продал мне костюм.
– Да, понятно. Так вот: кажется, полиция не может выяснить, куда уехал Крогер вместе с Джессикой. Никаких сведений об этом у нее нет. Когда я увидела твой костюм, я узнала его – я видела его на Крогере. И я подумала – может, ты нашел что-нибудь, скажем, какой-то адрес, или что-то в этом роде, в карманах? Ты не нашел чего-нибудь такого, а, Альварадо? Что-то такое, что могло бы навести на след Крогера?
Альварадо, судя по всему, немного успокоился, и Мария почувствовала, что он испытывает облегчение, поскольку она ни в чем его не обвиняла. Юноша курил, смотрел куда-то в сторону, и было ясно, что он взвешивает – какую долю правды можно ей рассказать.
Потом он резко кивнул:
– Да, я нашел кое-что. В точности как ты говоришь, Мария, – в кармане. Мне в голову не пришло, что это важно. Бумажка. Вроде какой-то карты, я там разобрал только одно слово – Юкатан.
Мария торжествующе посмотрела на Тома.
– А она у тебя, эта карта? – спросила она, затаив дыхание в ожидании ответа.
– Да, я уже хотел было выбросить ее, но не выбросил. Можешь взять ее, Мария, если она на что-то сгодится. – Поняв, чего именно добивается от него Мария, юноша загорелся желанием помочь ей.
– Да, Альварадо, карта нам очень нужна. Она может привести нас к Бриллу Крогеру и помочь спасти Джессику. Подумай только, ты можешь стать героем Айбор-Сити и всей Тампы!
Тот замотал головой:
– Нет, нет, ничего такого мне не надо. Я принесу эту карту в отель завтра, Мария. А теперь можно я вернусь к Розе? Эта девушка не любит ждать.
– Да, конечно, Альварадо. И я очень благодарна тебе за помощь. Спасибо. – И, став на цыпочки, девушка поцеловала его в щеку. – До завтра.
Юноша ушел, а Мария повернулась к Тому:
– Ох, Том! Все оказалось так, как я и подозревала. Это действительно костюм Крогера, к тому же Альварадо нашел одну вещь...
– Стоп! Я полагаю, вы должны все мне объяснить, – сухо проговорил Том. – Я не понял ни слова из того, о чем вы говорили.
– Ой, прошу прощения, Том, конечно же, вы не поняли. – И девушка быстро пересказала Тому суть того, что узнала от Альварадо.
Том кивнул с серьезным видом.
– Я бы не стал слишком волноваться, Мария. Очень может быть, что это карта, но ведь ничто не доказывает, что по этой карте видно, куда направился Крогер.
Но переубедить Марию было не так-то просто.
– Конечно, но ведь ничто не говорит и об обратном. По крайней мере у нас теперь хоть что-то появилось, и я убеждена – совершенно убеждена, – что эта карта наведет нас на след Брилла Крогера.
Том нехотя кивнул.
– Ну что же, вы были убеждены, что Морено одет в костюм Крогера, и оказались правы. Возможно, и здесь вы тоже окажетесь правы. – Он улыбнулся, глядя на девушку. – Никогда больше не стану смеяться над женской интуицией.
Это заявление привело Марию в такой восторг, что она стала на цыпочки и чмокнула Тома в губы. И тут же, ужаснувшись собственной дерзости, хотела отступить, но Том с просиявшим лицом протянул к ней руки и схватил девушку в объятия. Мария быстро выскользнула из его рук, зачем-то поправила платье, хотя в этом не было никакой надобности, и пошла вниз по ступенькам, делая вид, будто ничего особенного не произошло.
Том поспешил следом за ней; нагнав девушку, он взял ее за руку. Она не стала отнимать свою руку, а только тихо сказала:
– Проводите меня, пожалуйста, домой. А то мама еще подумает, что меня тоже похитили.
Том молчал, пока они спускались по лестнице, и заговорил только тогда, когда они подошли к наемному экипажу.
– А я бы хотел похитить вас, Мария, – проговорил он, подсаживая девушку в открытую коляску. – Я бы хотел украсть вас и не возвращать обратно. Вы бы стали очень сильно возражать?
Мария смотрела сверху ему в лицо. Сначала она подумала, что он шутит, но, судя по его серьезному виду, это была отнюдь не шутка. Сердце ее бешено забилось. Она не находила нужных слов, не знала даже, что бы ей хотелось сказать; но внезапно Мария поняла, что должна сказать ему правду. Будучи честной по натуре, она просто не могла поступить иначе.
– Том, – медленно начала она, – вы мне очень дороги. Вы хороший друг и чудесный спутник.
Он скорчил гримасу.
– И это все, чем я стал для вас? Спутником... Девушка резко возразила:
– Пожалуйста, позвольте мне договорить. Я была не до конца откровенной с вами, Том. О нет, я не лгала вам, но и не сказала, что у меня есть еще кто-то. Это Карлос Чавез, которого я знаю с той поры, когда была ребенком. Карлос просил меня выйти за него замуж.
Лицо Тома выражало боль и смятение.
– И вы согласились! Мария раздраженно вздохнула.
– Мне бы хотелось, чтобы вы перестали заканчивать мои фразы за меня! Нет, я не согласилась выйти за Карлоса. Говоря по правде, мне еще предстоит дать ему ответ; но сейчас Карлос на Кубе, он сражается в рядах повстанцев.
Мрачное лицо Тома немного посветлело.
– Значит, у меня еще есть какие-то шансы!
Мария почувствовала, что сердце у нее опять забилось быстрее. Том так привлекателен; он любит ее; но ведь она ничего не знает о его намерениях.
– Шансы на что, Том?
Молодой человек изумленно уставился на нее:
– То есть как, на что? Конечно же, просить вас выйти за меня замуж. Я намерен заявить во всеуслышание: я прошу вашей руки, Мария Мендес. Ну как, разве мое предложение хуже, чем его?
Мария не знала, смеяться ей или плакать. Она смотрела на его лицо, такое близкое, и ей ужасно хотелось наклониться и прижаться губами к его губам.
– Том... О Том! Мне не пристало даже слушать вас, пока Карлос воюет где-то на Кубе. Я должна подождать, пока он вернется.
Лицо Тома опять потемнело.
– Я тоже мог оказаться на Кубе и воевать, если бы это зависело от меня. Я не по своей воле остался здесь.
Марию охватил гнев. Уж эти мужчины! Почему их вечно тянет воевать? Неужели Том думает, что она ценит его меньше потому, что он не на войне?
– Не в войне дело, – коротко ответила она, – а в том, что Карлос в отъезде. Вы, однако, здесь, и нехорошо с моей стороны принимать решения, не повидавшись с ним.
– Ну, по крайней мере вы не сказали «нет», – проговорил Том, неожиданно воспрянув духом. – Я буду продолжать любить вас, и я буду продолжать просить вас выйти за меня замуж. О Мария!
И в мгновение ока Том оказался в коляске; его резкое движение напугало лошадей, и молодому человеку пришлось натянуть поводья и ждать, пока лошади успокоятся. Потом Том, вместо того чтобы тронуть их, повернулся к Марии; лицо его было так близко, что девушка чувствовала на своей щеке его горячее дыхание.
– О Мария, моя дорогая, любимая! – проговорил он задыхающимся голосом.
Его руки обняли ее, его губы прижались к ее губам сладко, жарко, настойчиво, и Марии показалось, что она вот-вот растает. Она уже забыла, как это хорошо, когда тебя обнимает мужчина; она на миг вспомнила об объятиях Карлоса – тогда, в саду, в ту ночь, когда он сказал ей о своем отъезде. Она внезапно ощутила всю тяжесть одиночества. Неужели это так плохо – разрешить своей душе и телу взять верх над рассудком всего один раз? Она никогда не знала физической любви. Неужели это так плохо – полностью отдаться своей страсти?
Поцелуй Тома становился все требовательнее, а руки, обнимавшие ее за талию, теперь скользнули выше, и он обхватил ладонями ее груди, сразу ставшие горячими и тяжелыми. Его губы прикоснулись к ее уху, и он проговорил хриплым шепотом:
– Мария, Мария! Позволь мне любить тебя! Я так давно этого хочу!
И тогда Мария внезапно услышала свои собственные слова:
– Мне не пристало даже слушать вас, пока Карлос воюет где-то па Кубе. Я должна подождать...
Нет! Она не может разрешить себе отдаться страсти, как бы ни был ей дорог Том Фэррел, как бы она ни жаждала отдать ему всю себя. Это было бы отрицанием всего, чему ее научили, насилием над всем, во что она верит. Она должна ждать, и Том должен ждать, как ждет Карлос.
Собрав остатки самообладания, Мария оттолкнула Тома.
– Нет! – решительно, с силой проговорила она. – Нет, я не могу. Это неправильно.
– Но я люблю вас, Мария, вы это знаете. Я хочу жениться на вас, так как же это может быть неправильно?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54

загрузка...