ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   демократия как основа победы в политических и экономических процессах,   национальная идея для русского народа,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  закон пассионарности и закон завоевания этноса
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Посмотрев с края пристани вниз, мы увидели женщину, присевшую у воды. Она стирала одежду там, где дорога спускалась к броду. Она не поднимала лица, занятая своим делом, и с головы ее спускались девять расплетенных кос.
— Кто ты? Откуда ты меня знаешь? — спросил Мэлгон Гвинедд.
Женщина не ответила и не подняла головы, продолжая делать свое дело.
— Хочется мне возлечь с этой женщиной, — сказал мне Мэлгон.
— Вернись прежде из Ллоэгра к началу сбора урожая, о король, — хрипло ответила женщина и медленно подняла лицо, — тогда и поговорим о том, чтобы тебе возлечь со мной, — если вернешься.
Взгляд у нее был не из тех, с которым приятно встретиться, а голос был похож на карканье ворона.
— Удастся ли мой поход, о Прачка у Брода? — спросил Мэлгон.
— Не могу сказать, — ответила женщина. — Темис осквернена от истока до устья, но близится время, когда по южным землям Придайна потечет такая кровавая река, по сравнению с которой Темис покажется лишь ручьем.
— Я действительно слышал, что ивисские вилланы построили поселение у ее начала и отравили чистые истоки Темис. Верно, что кровь потечет от королевского похода, — согласился Мэлгон Гвинеддский. — Но скажи мне, женщина, будет ли то кровь Красного Дракона или Белого?
Женщина у воды коротко рассмеялась, колотя о камни рубаху с широкой пурпурной каймой по подолу. Рубаха запеклась в крови, и поток под нашими ногами окрасился алым.
— Не так давно, — сказала женщина, — сидела я на каменном столбе в Деганнви и говорила там с Брех, коровой Мэлгона Гвинедда. И ей сказала я слова, которые ныне говорю тебе, о король: «Смотри, злосчастная Брех из Гвинедда, будь начеку, чтобы люди Ллоэгра не застали тебя врасплох и не угнали в свой лагерь Так может случиться, если ты не будешь постоянно бдительной». Мы живем во времена разрушений, и ничто не является таковым, каким кажется, о Дракон Мона.
— Чью рубаху ты стираешь? — спросил я. — И чья кровь струится с нее?
— Это рубаха и кровь того, кто должен пасть, когда встретятся войска на поле битвы, сын Морврин. Велико будет побоище, сытен будет пир воронов, и я призову мертвых к сбору!
— Я знаю не хуже тебя, о Прачка у Брода, что где битва, там и кровь, — гневно воскликнул король. — Но не скажешь ли ты нам о том, чем все кончится, чтобы мы могли избежать нашего тингеда?
Женщина второй раз рассмеялась.
— Что предупреждать о предопределенном? — хрипло спросила она. — Если бы ты знал все, что тебе предстоит, то, думаю, это высосало бы кровь из твоего сердца и лишило бы тебя отваги. Оружие твое безжизненно лежало бы возле тебя, земля под ногами твоего скакуна была бы скользкой, как сырое мясо угря, ты претерпевал бы родовые муки женщины, и стены твердыни Деганнви стали бы для тебя призрачнее туманов, что клубятся по берегам реки!
Действительно, над рекой, заливными лугами и лесом сгущался вечерний туман, и стены разрушенного города вокруг нас вставали из его дымки, как острова из океана. Поднялся холодный ветер. Нас с Мэлгоном пробрала дрожь, и мы поплотнее закутались в плащи. Пора было возвращаться к лагерным кострам. На рассвете войско Кимри пересечет этот брод.
Женщина у воды рассмеялась в третий раз — и в последний, подняв к нам сложенные горстями руки. Сквозь клубящийся туман мы увидели кровь, густую и алую, как осадок в вине, капавшую сквозь ее пальцы на рубахи в воде у ее ног.
— Эти рубахи носить тебе, Мэлгон Хир, и тебе, Мирддин Виллт! Они защитят вас обоих — сами увидите! А те, кого покрывают они, будут уютно спать на тесном ложе под одеялом из дерна! А теперь должна я вернуться к своим делам, а вы — к своим. Я следила за вами и ныне предупреждаю вас: Псы Гверна, бойтесь Мордвидд Тиллион!
Когда вокруг нас сгустился туман, показалось мне, что под водой стоит кайрн из изуродованных голов, тел, рук и ног, из рассеченных жил и гортаней сгустками шла кровь, окрашивая воду алым. Это было лишь мгновенное видение, и все же показалось мне, что как раз эту кровь смывала женщина с рубах, которые показала нам.
С этими словами Прачка у Брода удалилась — на крыльях летучей мыши, с когтями рыси, угольно-черная, как ворон. Мы поняли, что она явилась нам из эльфийского кургана в образе прекрасной женщины.
В сгущающихся сумерках мы покинули верфь и вернулись к королевскому лагерному костру. Мне не хотелось участвовать в пиру, потому я встал в стороне, закутавшись в плащ и прислонившись спиной к холодному камню стены разрушенного города, за стенами которого был разбит лагерь войска Кимри. В красном отсвете костра я видел, как они подходили и уходили, опуская в котел свои спицы для мяса, — Мэлгон Гвинедд, его сын Рин, его двоюродные братья из дома Кунедды, Эльфин маб Гвиддно и трибун Руфин. Их лица возникали из мрачной тени — отстраненные и бледные, лишенные дневной доброты и теплоты. Они были очень похожи на отсеченные головы на кольях, которые довелось мне некогда видеть вокруг святилища мертвых.
Я думал над словами Прачки у Брода. Я понимал, что настало время покинуть моих соотечественников. Я пошел через тьму назад, к броду. Я весь был здесь, у тускло поблескивающей в бледном свете туманной луны воды, когда вдруг услыхал шаги у себя за спиной. Резко повернувшись, я узнал по силуэту трибуна и рассмеялся:
— Ты внимательно следишь за мной, Руфин! Помню, помню тот случай на склоне Динллеу Гуригон. Что на этот раз?
— Я хотел бы об этом спросить тебя, Мердинус. Ты приходишь и уходишь, как кот-мышелов, охраняющий комнату. Неразумно для короля покидать армию, и потому я решил, что лучше бы присмотреть за ним — и за тобой. Всего лишь четыре года назад при Иллирикуме гоары и илдигисалы убили четырех римских военачальников, которым хватило глупости покинуть лагерь и пойти ночью прогуляться вдоль реки, прямо как вы. Но в твоем случае что-то говорит мне, что ты намерен увильнуть от своих обязанностей и покинуть армию. Я прав?
Немного подумав, могу ли я довериться этому человеку, я решил признаться кое в чем.
— Я не покидаю тебя, трибун, хотя ты прав насчет того, что я намерен отлучиться на некоторое время. Разум мой встревожен, и я должен поразмыслить в одиночестве.
— Ты боишься исхода этого похода? — спросил трибун, глядя мне прямо в лицо. — Если так, то ты обязан проинформировать об этом государя. Или, может, доверишься мне, тому, чья обязанность подавать советы в области стратегии? Даже если ты обладаешь военным опытом, мне неизвестным, я должен предупредить тебя, что ты поступаешь безответственно, если в критический момент нашего продвижения скрываешь эго.
Слегка подумав, я сначала посмотрел в умные глаза солдата, затем на мрачный разлив реки, вытекающей из мрака, чтобы снова погрузиться во мрак.
— Ничего такого я не знаю, — наконец ответил я. — На нашем пути были знаки и видения, и я хочу удалиться от войска и подумать об их значении.
Трибун коротко рассмеялся.
— Вот уж точно, знаки и видения! — хрипло возразил он. — Знаки вопиющего нарушения дисциплины и видения полной неспособности усвоить основные принципы военного дела, заложенные Вегецием и Фронтином! Но если говорить серьезно, друг мой, ты не должен думать об этом только как о ворчании старого служаки. Я допускаю, что слишком гонял некоторые ваши отряды, что аванпосты на бродах расставлялись неправильно. Но король прекрасно выполняет мои рекомендации, и это ни капли не похоже на долгий утомительный марш, предпринятый для того, чтобы привести поротых новичков в форму. Сам увидишь, все будет хорошо. После многолетней службы на ливийской границе я далек от того, чтобы ожидать крепкой дисциплины в рядах федератов. Попробуй поговорить с ними о простаксисе, энтаксисе, эпигаксисе, гипотаксисе, паремболе — они же не только этих терминов, даже обязанностей профессионального солдата не знают!
Но наш воинский дух высок, и я думаю, мы задавим числом все, что враг сможет выставить в поле, — особенно с тех пор, как к нам присоединились отряды трех королей на броде через Сабрину. Запомни: Вечная Победа — это предназначение Рима, чья Империя ограничена не землей, а небом. Это написал Цицерон… по-моему. Ты же сам знаешь, я не слишком начитан.
Я похлопал старого солдата по плечу и улыбнулся.
— Я не сомневаюсь, что ты прав, да и в любом случае ты понимаешь в этом куда больше, чем я. Но все-таки кое-что тревожит меня, и мне необходимо немного подумать о том, как получше разобраться с этим. Как и ты, я — «серый волк» из-за моря, и у меня есть собственный взгляд на все. Каждый искусен в своем, и если мы с тобой с успехом используем свои знания, то почему бы и не добиться удачи?
— Ладно, будь по-твоему, — согласился солдат, — не в моей власти остановить тебя. Надеюсь, мы еще встретимся, поскольку мне кажется, что из тебя еще можно сделать стратега. Я никогда не был человеком письма и уехал из Александрии, поднаторев в риторике и праве немногим лучше, чем новобранец в лимитаниях. Что до Аристотелева «Органона» и «Изагоги» Порфирия — ну, я видел в них смысла не больше, чем в твоем квадрате ротас — сатор. Но мне нетрудно увидеть, что в тебе таится много мудрости и, кажется, немало добросердечия.
Руфин на миг замолк. То, что он затем сказал, признаюсь, озадачило меня. Я долго повторял в уме эти слова:
— Может, нам не суждено больше встретиться в этом мире, друг мой. Может случиться, что не все в этом походе пойдет так, как ты и твой король хотели бы. Но я надеюсь, что ты будешь доверять мне, что бы на первый взгляд ни показалось и что бы ни говорили люди, когда я заявил, что буду выполнять долг солдата римского императора. Это, как мне сказали, река Тамезис. Что ж, мы пойдем по ней до Лондиниума и увидим, как римский и бриттский стяги дружески перевьются!
Пока Руфин говорил, из клубов серого тумана вынырнула луна и медленно поползла вверх. Я увидел, как блеснули глаза старого офицера, когда он повернулся, чтобы уйти. Я ничего не сказал, но ощутил неожиданный приступ боли вроде того, что испытал, когда принцесса, супруга Эльфина, повернулась ко мне, прося помощи, в своей комнате во Вратах Гвиддно на Севере. Есть во всем этом что-то жалкое, порой невыносимое, и на миг я ощутил бессильное возмущение своим одиноким уделом, доставшимся мне в час моего зачатия.
Темна река, и берега
В гнилых лохмотьях тростника
И жалоба моя горька —
Неси же вдаль ее, река.
Мой бык сражений, светоч дня,
Владыка, поддержи меня,
Столп воинств, зов мой не забудь
И укажи Руфину путь!
Как бы то ни было, что толку роптать понапрасну? Невозможно остановить мимолетное мгновение тепла у очага вождя, как и перегородить тот бурный поток, что все время идет по пятам за мной. Как канатный плясун, показывающий свое искусство держать равновесие, я должен направлять каждую мысль на неотложное дело или все падет в одночасье, как твердыня короля Гуртейрна в горах Эрири. Под ногами во мраке я слышал торопливое журчанье реки, которую поутру должно перейти войско Мэлгона. Граница опасности.
За нами лежали королевства Кимри — край закона, где каждое племя жило под упорядоченной властью предсказанного пророчеством короля, обвенчанного с землей, властью, подпирающей небеса своим священным Древом. Там, наверху, где Древо встречается с Небесным Гвоздем, тоже есть своя королевская власть. Там, за усеянным звездами куполом небес, наполовину скрытым злыми облаками, боги играют в великий гвиддвилл, а ставкой в игре служит судьба мироздания. А здесь, под ними, — Монархия Придайна, окруженная врагами, и пешки двигают ее короли. И на небесах, и на земле все окончится битвой, огнем и потопом, и для нас это время быстро приближалось.
Но только лишь Ардеридд стоит того, чтобы жить
И пасть в последней войне в последней из битв.
А за Темис земля была во тьме, пустая, населенная дикими животными и разграбленная людьми, души которых были клыкастыми и косматыми, как волки или дикие коты. Там хаос, низложение законных королей, распад родственных уз, разрушение городов, отец поднимает меч на сына, а сын на отца, брат спит с сестрой. Как заливные луга, что слабо блестели в лунном свете, эта хмурая Пустынная земля была ни водой, ни сушей.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122
 Пино К - Призрак повешенного рыцаря 
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   закон о последствиях любой катастрофы и  расчет возраста выхода на пенсию в России
 Пызин В. И. - скачать книгу бесплатно 
загрузка...
 Вентворт Патриция - Мод Силвер - 32. Тайна темного подвала - читать книгу онлайн