ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   демократия как основа победы в политических и экономических процессах,   национальная идея для русского народа,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  закон пассионарности и закон завоевания этноса
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Сердце каждого отважного врекка стремилось к месту, где слетаются вороны, как юная девушка стремится к своему возлюбленному. Копья их жаждали крови. Горы бриттских трупов нагромоздят они, такие высокие, что рыскающие в лесах бродячие стаи волков не смогут взобраться на них! Но они-то в упорстве и отваге юности своей поднимутся по трупам и, поднявшись, получат каждый по королевству!
Они думали об Эадгильсе и Херемоде, о Видге и Хаме, но больше всего — о Хенгисте и Хорее, князьях эотенов, что оставили свой народ и выдвинулись, будучи врекка. Теперь же, как известно, удача Хенгиста перешла к Кинрику, королю, старому годами, мудрому и коварному. И разве Кинрик не носил прославленного меча Хенгиста, самого Хунлафинга, на котором вырезаны руны, предсказывающие славный вирд тому, кто носит этот чудесный клинок?
Шестнадцать морских королей, чьи корабли вспарывали гладкие бока океана, совершили богатый блот, чтобы ублаготворить бессмертных богов. Приятно было Водену, Другу Ворона и Владыке Мертвых, жертвоприношение Хагены, короля хольм-руггов. Собственной своею рукой привязал он супругу-королеву к стапелям, по которым его боевой корабль соскользнул в гостеприимные волны Ее крики и треск костей эхом прокатились по гавани хольм-руггов. Оттуда их унесло ветром на небеса, где услышали их боги, что пировали в увешанной оружием Вэль-хеалле.
Черные тучи войны катились по небесам, и со всех сторон дождь хлынул на широкое дно сосуда ветров, и бурное Вест-сэ злобно набрасывалось на берега Бриттене по мере приближения кораблей. Тролльши с северных островов с бьющимися на ветру космами собирались над морем и океаном. На гусях летели они, и, говорят, некие китобои из Халголанда видели, как они собираются стаей. Недоброе зрелище, ибо увидели они черного всадника на черном коне с горящей головней в руках, и круг огня окружал его. Швырнул он головню на юг, в сторону Бриттене, и там, где она упала, вспыхнуло огромное пламя.
Также видели на севере семь сыновей Темной Луны, скачущих верхом. Из полных до краев рогов пили они чистый мед, что течет из источника Катящего Кольцо обратно. Тут улегся ветер, и даже волны, что бесновались в Фьорде Пеохтов к югу от Орканега, на время утихли. Но затем издалека послышался страшный рев, небеса разверзлись, и море еще раз поднялось волной высотой с утес. Неверные жены перемалывали прах, чтобы подмешать в пищу любовникам, — жернова сочились кровью, окровавленные сердца опоенных вываливались из их ребер, горе угнетало их. Иссушенные души летели в небеса густой стаей мух — видели, как много покалеченных мужей шли этой страшной дорогой и лица их были перемазаны ведьминой кровью.
Шестнадцать ночей стаей летели морские Драконы по волнам Вест-сэ, в месяцы Эостурмонат и Тримильхи, когда яркое солнце битвы все выше поднимается в небеса. И пока мчались они по ветру Водена, дувшему с востока, многие слышали песни своих вэлькирге, сидевших на корточках на льду замерзшего моря Гвен-сэ на севере, где все выше взлетали в холодные звездные небеса копья света. Ткали они вирд войска, три сестры-пророчицы, и вот какую песнь пели они за работой, песнь, милую Водену:
— Широко натянута основа, что предсказывает резню, туча простирается от неба до земли, кровавый дождь орошает уток. Серая ткань войны высоко на копье, ткань, которую мы, служанки Водена, соткали на красном утке. Кишки человечьи — вот уток, грузила на стенке — головы, кровавые копья — перекладины, гребень — из холодного железа, острые стрелы — колки. Мечами подбиваем мы ткань победы — будут петь клинки, будут звенеть щиты, лезвия секир будут целовать головы сквозь шлемы!
Тките, тките, сестры! Тките ткань копий, где струятся стяги, где воины несут боевые знамена на битву! Вплетен в нашу ткань вирд летней войны, и мы, вэлькирге Водена, будем обрезать нити вирда каждого воина. Смерть суждена великому королю, широко распахнутся для него врата Вэль-хеаллы!
Ныне соткана наша ткань, и зеленые поля начинают краснеть. Оглянись в страхе, оглянись в ужасе, ты, житель Срединного Мира, ибо кровавые тучи сбираются над всеми землями к западу от Вистла-вуду, и сам воздух станет мокрым от кровавой лены, что хлещет из разрубленных голов и отсеченных конечностей! Такова наша песнь — теперь мы, три вэлькирге, сестры-предсказательницы с Севера, должны мчаться, обнажив мечи, на неоседланных конях к радушному очагу Вэль-хеаллы!
Итак, к концу месяца Тримильхи тень древнего ясеня. Виселицы Водена, распростерлась по всему острову Бриттене, от самого Вест-сэ до ираландского моря. Боевой флот потомков Водена окружил остров лесом мачт, в каждом заливе толклись наемники из всех северных краев, окружали каждую шхеру. Вся страна веалов была окружена, так что герои, всю долгую зиму пировавшие в чертогах короля Хродульфа, могли, не замочив ног, обойти остров, переходя с палубы на палубу.
Драконьи носы проскребли по гальке берега. Скакуны моря были крепко привязаны к суше канатами из моржовых шкур, их оскаленные головы и резные носы пугали духов земли бриттов. Отважные, в своих шлемах с личинами, сэ-викинги спрыгивали на берег. Они овладели землей, земля эта овладела ими. Были они не среди своих племен или народов, не было у них ни родни, ни семьи, не знали они женской слабости, забыли они леса и холмы родных своих краев. Не было им места у королевского очага, ни от какого князя не получали они богатых пахотных земель — были они вреккан, изгнанники из рода людского, бродящие по странам, как волки да медведи лесные.
Как волки и медведи и были они, юные вреккан, волками и медведями они становились. Сбросив одежды, растирали они свои нагие тела сильными травами, беленой и соком мандрагоры и красавки. Они надевали косматые волчьи и медвежьи шкуры, они становились медведями, они становились волками, каждый из них становился беорн, фрека, с острыми клыками и когтями.
Медвежье бешенство охватывало их, волчье бешенство охватывало их. Срывая свои меховые шкуры, плясали они нагими на обнаженных лезвиях мечей, прыгали через стоящие торчком копья. Яро прыгали они на ветру, как те, кто следовал за Воденом в его ночной мертвой кавалькаде по Пути Иринга. Они вертели руками, ногами и головой, разевая рты и глядя застывшим взглядом. К вечеру, усталые и мрачные, уходили они искать пристанища в лесах, ложа в камышах. Они меняли обличье, когда под теплой волчьей шкурой их дух изменялся. Теперь они становились сынами не далеких своих матерей, из чьих утроб некогда вышли они, но одного лишь Водена, владыки полночной скачки, ликующего над павшими! Узы верности и любви не связывали их и не ослабляли их юношеской отваги — свободны были их страсти и сила. Руны Веланда, вырезанные на клинке Хунлафинга, пели им в осоке в устьях восточных рек — пели песнь обоюдоострого меча!
Воодушевленные рунной магией, клялись они предать тела бриттов огню разрушения, чтобы из их отсеченных конечностей и тел воздвигся холм выше погребального кургана. Затем принесут они блот, чтобы умилостивить Друга Ворона и вселить страх в духов земли Бриттене, что, бормоча, толпились вокруг них по пустым берегам рек и в затянутых туманом болотах.
Молодые воины захватили какую-то бриттскую княжну, которую они, связав, подвесили на столбе на берегу Ипвинесфлеота. Это было место, где высадился Хенгист и впервые взял себе остров Бриттене именем Этлы, разорителя Срединного Мира, и именем Водена, хозяина Чертога Мертвых, Затем к девушке поднялся молодой тан из народа гефтов, врекка, что служил королю Кантваре. Он пальцем выдавил ей глаз на щеку. Таково было его жертвоприношение Водену, одноглазому Владыке Виселиц. Девушка закричала, как лисица, поскольку испытала она девять мук, что исходят от черного камня под морем. Затем этот врекка, смеясь, надел ей на голову мешок из сморщенной кожи и натянул его по самые ее плечи. Он крепко затянул завязки и, терзая ее, как ему было угодно, стал бить ее по лицу, отчего она через некоторое время умерла. Затем таны бросили княжну до возвращения прилива, когда девять дочерей Эагора омыли ее и забрали ее тело себе.
Итак, корабли и войска потомков Водена крепко вцепились в берега Бриттене у Вест-сэ от самого острова Уайт на юге до островов Орканег на севере. К ним стекались короли ангель-кинн, долго жившие в Бриттене, — южные, под драконьим стягом Кинрика-гевисса, короля Вест-Сэксе, северные собирались к островной крепости Беббанбурх, где правил Ида, сын Эоббы, король беорников. И не стало числа войску, и от Хунлафинга послышался гул рунных заклятий, когда клинок с блестящей рукоятью засверкал На оружейной стене медового чертога Кинрика близ Винтанкеастера.
Были окружены бритты злыми врагами. Одни из них пришли по дороге китов, другие же издревле населяли остров. Под снежными горами Севера, в глубоких долинах, куда зимой не приходит солнце, живет старейший из народов — пеохты. Даже войска румвалов в ту пору, когда власть Касере распространялась и на Бриттене, не смогли завоевать эту обширную страну обдуваемых ветром утесов и любимых троллями долин.
Бриде мак Мэлхон унаследовал трон пиктов — так называют себя эти жители гор — в тот год, когда Кинрик послал свою стрелу войны вокруг Вест-сэ. Был он князем великого могущества, правителем королевств Кайт, Ке и Кириг. Фиб, Фидах, Фотла и Фортренн. Ему платили дань короли островов Катт и Орк, что в Северном океане. Был он сыном короля бриттов, поскольку в обычае пиктов наследовать королевскую власть по женскому праву. И таким их обычай был с тех пор, когда их племя первым из всех пришло в Придайн с севера. Тут и поклялись они солнцем и луной блюсти этот обычай, доколе стоит мир.
Ко двору деда Бриде, Друста, сына Гирома, приехал Мэлгон Высокий, когда его отец Кадваллон Ллаухир еще правил Гвинеддом. Всю зиму Мэлгон спал с княжной Нестой, дочерью Друстана, пока друиды двора не объявили, что она понесла. Тогда Мэлгон уехал на юг, в Гверит, чтобы снова жить в королевстве отца. Таков был обычай пиктов, но после того, как захватил Мэлгон престол своего двоюродного брата, Бриде задумался — а не потребовать ли ему по праву отцовской крови еще и королевства Мэлгона Гвинедда?
От князя Оркнейских островов, чьи корабли странствовали далеко по океанским волнам, Бриде узнал о том, что Кинрик послал стрелу войны по королевским дворам севера. Придворный бард Бриде спел о его предке Друсте, сыне Эрпа, который выиграл сто битв и одержал сто побед на юге. Бриде мак Мэлхон поразмыслил над этим и послал огненный крест по семи частям своего королевства. Но, кроме этого, он ничего не сделал против бриттов, живущих к югу от реки Гверит, а выждал зиму, чтобы посмотреть, что будет.
Когда растаяли снега, пришло известие, мало обрадовавшее Бриде, поскольку его пограничные лазутчики принесли известия о сборе трех великих воинств Севера. Король Уриен Регедский приказал собрать три сотни мечей племени Айнварха, и три сотни щитов племени Киннвида, и три сотни копий племени Коэля. Также Уриен послал слово и правителю Западных Островов, Габрану мак Домангарту из Дал Риады, который другом пиктам не был. Когда король Габран получил это известие, он собрал корабли племен Габрана, Энгуса и Лоарнда, и с каждых двенадцати домов этих племен пришло по два семискамейных корабля.
Когда узнал король Бриде об этих сборах на западной и южной его границах, он был весьма раздосадован и посоветовался со своим мудрым друидом и приемным отцом Бройханом, сыном Темнана. Бриде боялся, как бы флот Габрана не разграбил его берегов, пока он будет воевать с Уриеном к югу от реки Гверит. И все же ему очень не нравилась мысль о том, что саксаны из-за моря разграбят Остров Придайн и при дележке добычи его не будет.
Бройхан долго думал над этим, глядя в стеклянный сосуд, в котором перед ним проплывали видения. В конце концов он дал королю разумный совет Он заметил, что сам-то Уриен будет разбираться с айнглами, что сидят у него на восточном побережье, и бесчисленным воинством их сородичей из-за моря. А что до Габрана мак Домангарта, то Бройхан посоветовал Бриде послать словечко его верховному королю, Диармайту мак Кербайллу, королю зеленого Острова Иверддон, что лежит в Западном Океане за Придайном и откуда пришли люди Дал Риалы, прежде чем поселиться на островах к западу от королевства Бриде.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   закон о последствиях любой катастрофы и  расчет возраста выхода на пенсию в России
загрузка...