ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Смотрит застывшими глазами прямо перед собой и даже не моргает. Страшно. Мальчик вздрогнул и пустился наутек.— Да, Клод, дядя болеет. Уже много, много недель, — пояснил Роже и добавил, повернувшись к другу: — Потерпевший крушение, я рассказывал о нем.— И никаких улучшений?— К сожалению.Вскоре гости распрощались и ушли. * * * Маленький юбилей был отмечен очень интимно. Много говорилось на этом чудесном празднике о семейном счастье. Малыш Клод был самым дорогим в жизни этой счастливой пары. Для своего мальчика они готовы на любую жертву. Он должен жить беззаботно и счастливо.Голос мадам Мариво звенел как колокольчик. Вольно развалясь в кресле, де ла Винь слегка рассеянно слушал ее бойкую болтовню. Вдруг он резко подобрался и поставил на стол стакан, из которого только что собирался пить. Малыш! Детская головка на рисунке!Друзья с удивлением смотрели на него. Движением руки, означавшим «Ничего, все в порядке», он успокоил их: так, немного задумался. Секунду спустя он снова уже участвовал в легкой, беспечной беседе.Он слушал краем уха застольные разговоры, сам вставлял порой подходящие слова, а из головы не шло: малыш, ребенок! Полно, возьми себя в руки, Роже! Не порть ты своими неистовыми, бешеными мыслями этот замечательный вечер! Впрочем, что там: праздник все равно подходит к концу. Пора прощаться.Де ла Винь, едва разбирая дорогу, пронесся по сонным улочкам Ла-Каля и, запыхавшись, остановился у ворот виллы. С моря дул резкий ветер, вихрем взметая к небу дорожную пыль. Скоро Атласские горы покроются снежной шапкой. Осень на пороге.Где те штаны, что были на больном, когда его достали из воды? Вот они, висят среди старой одежды. В левом кармане рисунок. Но где же он? Карман пуст.Может, Пьер Шарль отправил его в письме дядюшке? Да нет! Ведь он же давал Роже прочесть это письмо и запечатал при нем. Рисунка там не было. Если его не порвали — Роже часто и прерывисто задышал при этой мысли, — то он определенно где-то среди бумаг кузена. К счастью, у него есть ключ от секретера Пьера Шарля. Ну вот, наконец-то. Он облегченно вздохнул. От рисунка, правда, мало что осталось. Морская вода обесцветила штрихи. Но детская головка все же видна. Может, в ней и таится спасение больного? Не окажется ли этот клочок бумаги той веревочкой, за которую можно будет вытянуть несчастного из ночной тьмы к свету?Роже де ла Винь твердо верил в это.На другой день он положил грифель и бумагу на колени незнакомца и застыл, напряженно ожидая реакции. Однако, к разочарованию своему, установил, что больной и к этому остался безучастен.А впрочем, может, все так и должно быть? Ты что же, считал — мертвые вещи сотворят чудо? Невозможно. И все же именно малыш, ребенок расшевелит уснувшую душу больного! Роже был просто убежден в этом.Может, еще раз попробовать с Клодом?Переговоры с родителями мальчика шли долго. Были рассмотрены все доводы за и против. Наконец порешили все же сделать еще одну попытку.В назначенный для визита день Роже де ла Винь был очень рассеян на службе, никак не мог сосредоточиться на деловых письмах и цифрах, мыслями он был на вилле де Вермонов.Удастся ли визит? Этот вопрос продолжал его мучить и после того, как он вернулся домой. Друзья еще не пришли, приходилось ждать. Томительное ожидание. Вопросы громоздились один на другой: имеют ли они вообще право предпринимать такую попытку? Какое действие она может оказать?Проклятые сомнения! Согласился бы на это врач? Природа — лучший лекарь, организм сам поможет себе, если только помощь вообще возможна, — говорил он кузену, передавая ему больного.Мысли молодого француза метались между надеждой и сомнениями. Да и за ребенка было страшно — не случилось бы чего. Однако делать что-то было необходимо. Природа природой, но если можно помочь человеку, то нечего и сомневаться. Конечно, попытка, что и говорить, рискованная, но молодой организм в конце концов победит, так что — вперед!Клода ни во что не посвящали. Просто уселись все рядом, как и в прошлый раз. Только теперь с ними была и мадам Мариво.— Дядя опять лежит в кресле за кустами, Клод, — начал де ла Винь разговор с ребенком.— Ах, тот дядя, о котором ты мне рассказывал, Клод? Ты, наверное, снова хочешь его навестить? — обратилась мать к малышу.— Но ему же вовсе нет дела до меня, мама!— Он сейчас очень болен. Он совершенно не знает, что творится вокруг него. Не замечает ни птичек, ни людей, ни деревьев, ни цветов, совсем ничего, — вставил Роже.— Да, Клод. Может, он снова поправится, быстро поправится, если его погладить. Очень медленно и ласково. Вот так…Потом она сорвала цветок.— Или вложить ему в руку цветочек, такой вот красивый, как этот.Малыш посмотрел на красивый цветок, взял его из материнских рук, понюхал, поиграл им.— Можно мне подойти к нему? — спросил Клод. — И погладить его? Может, он и вправду поправится?Первоначальная нерешительность сменилась в ребенке неистовой жаждой действий. Не дожидаясь ответа, он помчался к кустам. Там его шаги замедлились. Он украдкой заглянул за кусты.Взрослые поднялись и ждали, что будет дальше. Мадам Мариво уцепилась за мужа; ей нужна была опора, поддержка.— Добрый день, дядя! Я принес тебе цветочек, чтобы ты поскорее поправился. Вот!Клод позабыл уже, что больной ничего не замечает.— Ах, да ты ничего не знаешь, дядя. Вот, я даю тебе в руку стебелек.Теплые детские ручонки силились сжать пальцы мужчины, он должен был взять цветок. Мягкие, теплые детские ручонки. Потом нежные пальчики погладили руку больного.Он вздрогнул. Глаза его ожили.— Ливио! — едва слышно произнес он свое первое слово. — Ливио! — Мужчина улыбнулся. Веки его опустились. Он спал.— Ну слава Богу, кажется, удалось! — воскликнул Роже, заметив издали, что незнакомец проявил-таки интерес к мальчику.— Мама, он мне обрадовался. Только он не знает меня. Он сказал «Ливио», — трещал Клод, возвратясь к родителям. — А что такое «Ливио»?— Он даже заговорил?Де ла Винь дрожал от возбуждения:— Должно быть, ты ему очень понравился, Клод; ведь со мной-то он еще ни одним словечком не обменялся. Это ничего, что он тебя не знает, может, потом вы еще станете добрыми друзьями. Он сказал «Ливио»? Это не по-французски. Я не знаю, что это означает. Но мне думается, это имя. И скорее всего, имя маленького друга этого дяди. Но об этом наш больной расскажет после сам. Я очень благодарен тебе за ту радость, что ты ему доставил, и, как только будет время, непременно приду к тебе поиграть. Договорились?— Ладно, дядя Роже! И папу тоже примем в игру?— А меня? — лукаво спросила мать.— Тебя нет. Ты боишься крабов и медуз.Теперь важно было не спускать с больного глаз, и де ла Винь наскоро попрощался с гостями.— Победа! — ликовал юноша, приветливо, почти ласково глядя на спящего.Вдруг больной встал с постели, осмотрелся вокруг широко раскрытыми, ищущими глазами, вытянул вперед руки.— Ливио, мой сын! Ливио! Где? Ах! — Он со стоном повалился назад в кресло.В глазах де ла Виня потемнело. Победа… Какая уж тут победа! Все потеряно. Бежали секунды, минуты. Вдруг молодой француз вскочил, склонился над несчастным. И зачем только ты его тревожил, Роже? Зачем, зачем?Он осыпал себя мучительными упреками: «Будь проклята шальная мысль, соблазнившая тебя вступить в эту отчаянную игру без совета врача и умелой помощи!»После такой встряски больной уже никогда не придет в себя. Использовать так бездарно единственное средство!И виноват во всем этом ты, Роже де ла Винь, ты, кому доверили больного. Что можешь ты сказать в свое оправдание? Нет, ничто не может извинить тебя.Но я хотел спасти его, помочь, помочь!Жалкие попытки заглушить растревоженную совесть…Роже все еще стоял, склонившись над больным, все еще смотрел в его лицо. Юноша до глубины души был потрясен крушением своей попытки.— Ну как он, месье де ла Винь? — спросил появившийся в саду слуга. Он только что проводил семейство Мариво и теперь вернулся.Вопрос слуги вспугнул тяжелые, полные упреков мысли, разогнал застилавшую глаза юноши пелену. Незнакомец — Роже склонился над ним еще ниже — не был без сознания и лежал вовсе не в прежнем оцепенении. Он спал!Его лицо стало лицом живого человека. Будто и не бывало на нем прежней каменной маски. Теперь черты его разгладились, помягчели, мелькнула даже усталая, слабая улыбка. Всего лишь мелькнула, затем губы снова плотно сжались, словно спящий боролся с неистребимой болью.Всю ночь просидел молодой француз у скорбной постели, а на другой день в бюро не пошел, послав туда слугу с извинениями.Больной все еще не раскрывал глаз. Но ум его работал Об этом свидетельствовала мимика.Ни малейшего возбуждения на лице выздоравливающего де ла Винь пока не замечал. По всей вероятности, теперь-то уж он спасен. Значит, все же победа!Напряжение ослабло. Спать, спать… Роже клюнул носом, но тут же вскинулся. Больного ни на минуту нельзя оставлять без присмотра. Пусть подежурит слуга.— Разбуди меня сразу, если что изменится, — настрого приказал де ла Винь старому французу.Время текло. Де ла Винь снова принял дежурство. Больной не просыпался.Еще одна ночь. Может, влить ему в рот бульона? Нет, лучше не надо, а то еще разбудишь. Лучше не мешать ему. Говорят, что сон лечит. Сильно проголодается или пить захочет — сам проснется.Под утро — дежурил слуга — больной пробормотал несколько слов по-итальянски.— Месье де ла Винь, он говорит!Роже сразу проснулся.Это были бессвязные, непонятные слова, с долгими паузами между ними; потом больной встал с постели.— Где я? Что со мной?Слова звучали отчетливо, но французам были непонятны.— Parlez-vous francais, monsieur? Je ne puis pas comprendre Вы говорите по-французски, господин? Я вас не понимаю (фр.).

.— Да. Где я? Что со мной? — повторил он по-французски.— Вы у друзей! Не тревожьтесь!Де ла Винь лихорадочно соображал. Теперь вперед, теперь сорвать пелену неизвестности! Он прекрасно сознавал таящуюся в этом опасность — ведь вновь обретенная память способна преподнести больному такое, что пойдут насмарку все столь счастливо завершившиеся труды. И все же он задал вопрос:— К сожалению, мы не имеем чести знать вас. Как ваше имя?— Луиджи Парвизи.— Из Генуи?Молодой человек задрожал от возбуждения. Значит, это и в самом деле тот человек, о котором писал дядя Ксавье!— Верно, из Генуи. Но откуда вам это известно?— Сейчас это не важно. Но так или иначе, я очень рад был узнать ваше имя. Разрешите и мне представиться: Роже де ла Винь из Марселя, в настоящее время — служащий компании по добыче кораллов в Ла-Кале.— Очень приятно. Ла-Каль? Как я попал сюда? Что со мной, месье де ла Винь?— Об этом после. Вы были очень больны. И наверное, вы проголодались и хотите пить? Что вам принести?— Пожалуйста, не причиняйте себе хлопот; мне не хотелось бы быть вам в тягость.К ним уже спешил слуга, предусмотрительно державший в последние дни наготове разные припасы.За едой Парвизи пытался продолжать разговор.— Не говорите ничего сейчас, — отбивался де ла Винь. — Вам нельзя утомляться. Я говорил уже, что вы были очень, очень больны.— Но я вовсе не чувствую себя больным. Так, легкая усталость.— Тогда поспите еще. Я останусь с вами. И ради Бога, не волнуйтесь. Вы у друзей. Набирайтесь сил. Завтра часок-другой поболтаем. А сейчас вам нужен полный покой, синьор Парвизи.— Позвольте только мне сказать вам еще кое-что: я так благодарен вам!Роже радостно улыбнулся — Луиджи Парвизи спасен! * * * Лишь с большими трудами удалось супругам Мариво и де ла Виню удержать молодого итальянца от безрассудного поступка. Луиджи так и горел сумасбродством, несбыточными планами: прорваться в резиденцию дея и добиться выдачи жены и ребенка.— Я должен знать, что с Рафаэлой и Ливио, — возражал он в сотый раз на деловые и успокоительные доводы друзей. — Если судьба была к ним милостива и даровала им жизнь, их во что бы то ни стало надо выцарапать из когтей этих бестий!Мучительные страхи несчастного отца можно было понять. Да, уводить людей в рабство — гнуснейшее преступление, и оно не должно остаться без возмездия. Но как же собирается Парвизи его осуществить? В одиночку? Один против пусть и малочисленной, но организованной и сплоченной силы? Невозможно! Будь здесь Пьер Шарль, может, он сумел бы что-то посоветовать…— Дождитесь моего кузена, Луиджи, — предложил де ла Винь.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55

загрузка...