ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— спросил наконец Гуссейн-паша снова входящего в милость корсара.Вопрос требовал ответа. Как бы получше облечь свои предположения в слова? Да, но ведь дей был несправедлив к нему, едва не отправил на плаху, а теперь, выходит, надо обо всем этом забыть и опять помогать ему?— Разве что… — нерешительно начал Омар.«Продолжай, продолжай!» — требовали глаза турка.Омар повиновался.— Может, эти люди потеряли свои корабли в бою, потерпели поражение, а спасшиеся с них из страха перед тобой дали ложные показания.— Потерпели поражение? От кого?— Этого я не знаю.Дей немного поразмыслил.— Допустим, твои предположения верны, но почему же они представили злодеем именно тебя?— Давно уже многие косо поглядывали на меня, завидовали. Вот и представился им случай убить сразу двух зайцев: и твоего гнева избежать, и «Аль-Джезаир» себе заполучить. А для этого, как оказалось, надо было всего лишь оклеветать меня. Оставалось только придумать правдоподобную увертку.— Неплохо. Я велю притащить этих парней, и они будут говорить, можешь не сомневаться!Движением руки дей отпустил капитанов.Глашатаи разнесли по городу весть об отмене приговора.Люди, готовые час назад побить Омара камнями, алчно ожидавшие до последних минут его смерти, теперь шумно восторгались им. Вторым героем дня был Исмаил.Команду «Аль-Джезаира» уже выпустили из тюрьмы. Люди встретили своего рейса молча. Лишь один моряк от имени всего экипажа поклялся, что они пойдут за своим рейсом хоть в ад, хоть на небо и возьмут на абордаж самого дьявола — лишь бы Омар повел их.Молодой капитан был растроган этим изъявлением верности. Он обвел глазами своих людей. Ни одного турка — только мавры и негры. «Аль-Джезаир» был единственным таким кораблем во флоте дея, на всех остальных непременно обитались добрых шесть, а то и все восемь десятков этих инородцев. Покойные Омар-паша и Мустафа безошибочно оценили политическое значение свободного от турок экипажа. Допусти Омар какой-нибудь просчет, наносящий ущерб интересам дея, и властитель с чистой совестью может сказать: турки здесь ни при чем!Обвинение, подобное нынешнему, было бы бессмысленным, находись у Омара на борту люди, близкие к правительству: они просто не допустили бы никакого преступления. Разве что в знак неповиновения Гуссейн-паше.Шум в честь оправданного Омара докатился и до ушей Бенедетто. Итальянец совсем уже было снарядился в дорогу, ибо посчитал, что песенка капитана теперь спета. До второго прибывшего в порт парусника старику не было никакого дела. Для него, бывшего раба, черная полоса жизни под названием «Алжир» окончилась. В чудесное спасение своего молодого хозяина он не верил.Однако, заслышав ликующие крики «Омар! Омар!», Бенедетто решил с отъездом пока погодить. Затесавшись в возбужденную толпу и яростно работая локтями, он стал медленно, но верно продвигаться вперед. Гавани он достиг как раз в тот самый момент, когда к стенке подошла шлюпка с «Аль-Джезаира».Старик со слезами на глазах заключил Омара в объятия. Слова здесь были ни к чему. Страшные часы, когда смерть была за спиной, совершенно истощили силы капитана. Бенедетто пришлось подставить ему плечо и чуть ли не волоком тащить его вверх по крутым переулкам.Прежде всего капитану нужен был покой. Едва войдя в дом, он свалился на подушки и закрыл глаза. Но сон долго не шел к нему. Слишком он был возбужден.Бенедетто примостился на корточках возле него, да так и просидел, не спуская глаз с молодого земляка, пока тот не проснулся.— Моя жизнь висела на волоске, — пробормотал чуть слышно Омар.Бенедетто придвинул ему поднос с ужином.— Сперва ешь, а потом рассказывай, — попросил он.Но Омар и не притронулся к пище.Он вскочил вдруг на ноги и, дрожа от волнения, спросил.— Кто я? Я не араб, не бербер, не мавр!«Вот как далеко зашло», — подумал итальянец.— Когда ты узнал это? — спросил он осторожно.— Еще после нашего последнего разговора в лагере шейха Османа. Я противился, всеми силами защищался от этого ужасного осознания. Но оно не уходило, оно жило во мне. Я все еще верил, что сумею уйти от правды, потому и не поговорил с тобой перед уходом в последний рейд. Но я не могу больше. Я должен знать все. Только ты один, Бенедетто, можешь мне сказать, кто я. Пожалуйста, назови мне мое настоящее имя!— Ты Ливио Парвизи, сын моего хозяина, убитого на «Астре».— Ливио Парвизи? Ливио — я припоминаю, а Парвизи — нет. Ливио Парвизи — как чуждо это звучит… А мой отец — он умер? У меня нет отца? О-о-о!Он спрятал лицо в ладони. У него нет отца — грозному корсарскому капитану показалось вдруг, что страшнее этого ничего нельзя и придумать. Бенедетто не сказал ни слова. Молчал и Ливио. Наконец, немного придя в себя, он продолжил свои расспросы.— Почему ты не назвал мне мое имя, когда мы сидели вместе в тюрьме у Османа?— Я не был убежден, поверишь ли ты этому.— Нет?— К сожалению, я не догадался при первой нашей встрече расспросить тебя о твоих самых ранних годах. Наверное, я укрепился бы в своих предположениях.— И еще тогда мог бы рассказать мне правду!— Я и сам сперва так думал, Ливио. Но после понял, что это было бы неправильно. Мои слова до Омара не дошли бы. А вот разберись он сам, что к чему, это было бы отлично. Ты ведь и без меня скоро понял, что ты не сын этой страны, и все же продолжал свои корсарские рейды. Что же дальше, Ливио?У молодого Парвизи бессильно опустились руки. Он не знал ответа на этот вопрос.— Я — корсар… — тихо сказал он. Бесконечная печаль звучала в этих словах. Что делать, куда идти дальше? Откажись он сейчас от этой своей профессии — и жизнь теряет всякую цену.— Позволь мне решить за тебя, Ливио, — попросил Бенедетто Мецци. — Мы вместе вернемся на родину.— Невозможно, мой друг. Мне, который принес людям столько горя, жить среди тех, на чью жизнь и имущество я посягал? Так не пойдет. Я не могу ни сидеть сложа руки, ни ходить за плугом, ни пасти стада. У меня свой удел. Мне бы — в битву, помериться с противником силами и сноровкой!— Однажды это будет стоить тебе головы. И ведь опасность ждет тебя не только в бою. Взять хоть бы и сегодняшнюю историю. Где бы ты был, не явись в последний миг твой спаситель?— Да, еще немного, и все было бы кончено… Ты прав, отец. И все же я остаюсь! Возвращайся домой один. Возьми от моих достатков сколько требуется, чтобы вести жизнь состоятельного человека.— Награбленное добро! Я не возьму у тебя ни цехина, Ливио!— Аллах да накажет тебя, старик! Еще чего! — вскипел корсар. — Ты возьмешь все, что я тебе дам. Я же пойду дальше своим путем. Я — Омар! И горе тому, кто захочет мне помешать!«Да, это снова неукротимый Омар, — огорченно подумал Бенедетто. — Молодой человек, любящий сражения и опасности больше самого себя, настоящего, лучшего!»— Пойдем со мной, Ливио! — еще раз попытался итальянец.— Нет. А ты иди. Иди, пока я не передумал и не задержал тебя здесь! — решительно заявил Омар.— Я уже говорил тебе когда-то: ни одна душа не ждет меня дома. Я остаюсь, Омар!— Как хочешь! Уходи или оставайся, мне все равно.Внезапно у старика мелькнула мысль, отчаянная, дерзкая, страшная.— Хорошо, Ливио! Оставайся корсаром Омаром! Я не хочу больше, чтобы ты возвращался домой!Омар удивленно уставился на него, не зная, что сказать.А Бенедетто продолжал:— Еще раз повторяю — оставайся корсаром! Он обнял земляка и, глядя ему прямо в глаза, пояснил: — Но не будь рабом вашего властелина, стань корсаром — против корсаров!— Я не понимаю тебя! — покачал головой Омар.— Ты убежден, сын моего покойного хозяина, что не можешь жить без сражений. Я уже не настолько молод, чтобы самому заниматься этим, хотя гнетет меня не груз лет, а только пережитое, превратившее меня в старика. Оставайся тем, кто ты есть, но стань независимым от Гуссейн-паши. Ты сможешь это, Ливио! Сделай правдой то, в чем тебя обвинили: уничтожай алжирские пиратские корабли! Открой на них корсарскую охоту! Ты искупишь этим все, что было прежде. Ни Алжир, ни какая иная страна не имеют права истязать другие народы и навязывать им свою волю. Помоги Европе, помоги нашим, твоим братьям освободиться от давящего их многовекового нечеловеческого гнета. Помогай им оружием, кораблями, помогай всем, чем можешь. Действуй! Действуй, охотник на корсаров Омар!Дерзостный план Бенедетто взбудоражил Омара. Он вскочил на ноги и, тяжело дыша, подошел к старику. Жизнь итальянца висела на волоске. Он чувствовал это.— Ты с ума сошел! Дьявол! — прошипел корсар. Лицо его судорожно скорчилось. Большими шагами он мерил комнату. Взад и вперед, взад и вперед. В десятый раз, в двадцатый… — Приведи ко мне одного из тех, кто солгал, будто их атаковал «Аль-Джезаир». Сейчас же! — резко приказал он и, уже чуть спокойнее, добавил: — Ему ничего не будет. Я даже вознагражу его, если он расскажет, не лукавя, все как было. Возьми вот это в залог того, что я не замышляю ничего дурного.Он протянул Бенедетто несколько талеров с изображением Марии-Терезии — монеты, имевшие хождение по всей Северной Африке,Была уже полночь. Однако желание Омара следовало исполнить, хотя Бенедетто и не понимал пока, что задумал его друг.Одного из тех, кто спасся после атаки, они знали. Однако в Алжире его не оказалось, он успел уже уйти в рейд с другим кораблем. От его брата они узнали еще одно имя. Пират, к счастью, был дома, но идти к Омару наотрез отказался. Не изменили его отказа далее деньги.— Обратитесь-ка вы лучше вот к кому… — назвал он новое имя.— Благодарю, друг, мой господин богато вознаградит тебя, — попытался переубедить его негр.— Не нуждаюсь я в его деньгах! — стоял на своем пират.Третий, кого они всполошили в столь необычное время, сразу согласился пойти с ними. Как осторожный человек он уведомил об этом все свое семейство и наказал поднять на ноги весь Алжир, если до рассвета он не будет живым и здоровым стоять на том же самом месте, у себя дома.— Благодарю тебя за то, что ты нашел мужество прийти ко мне сейчас, — приветствовал Омар пришельца. — Вот, возьми! — Он вложил в руку дрожащего всем телом мавра маленький кошелек с талерами. — А теперь расскажи мне, пожалуйста, как можно точнее, как вас атаковал «Аль-Джезаир».Пират выложил все, что знал, а под конец сказал:— Я говорю правду, Омар, сколь лишенной смысла она ни казалась бы. Корабль, что напал на нас, в самом деле был «Аль-Джезаир».— Но ведь капитан Исмаил засвидетельствовал, что в это самое время встретился с моим кораблем далеко от Триполи, — усомнился Омар в утверждении мавра.— Это был «Аль-Джезаир»! — настаивал тот.— Но ведь это же невозможно, быть в один и тот же час в двух, на много дневных переходов удаленных друг от друга местах! Ты явно заблуждаешься!— Это был «Аль-Джезаир»!В глазах Омара заплясала ярость.Бенедетто, будто невзначай, оказался вдруг между обоими спорщиками.— Опиши этот корабль. Вспомни все детали, — попросил он мавра. — Видел ли ты Омара на борту?Спрошенный долго размышлял. Потом махнул рукой и заговорил:— Сперва я отвечу на твой вопрос: да, я видел Омара!Далее он изложил до мелочей верное описание «Аль-Джезаира».— Сколько тебе заплатили за эти выдумки? — вспылил Омар.— Никто меня не подкупал, капитан. Я говорю правду.В глазах мавра стоял страх, но трусом он не был и говорить неправду с перепугу перед разгневанным рейсом, определенно, не стал бы.— Вот и я тоже говорю правду… — протянул Омар. — Ладно, друг, благодарю тебя. Больше у меня вопросов нет. Возьми свое вознаграждение.Бенедетто проводил мавра до самого дома. Когда он вернулся, Омар сказал:— И все-таки мавр лжет!Итальянец молчал. Он не знал, что и думать.— Или, может, есть еще второй «Аль-Джезаир»? — размышлял вслух корсар.Бенедетто бросился к Омару, схватил его за плечи и стал трясти.— Мальчик, друг, Ливио! Вот она, отгадка! Кто-то построил точно такой же корабль. Может, тунисский бей, с которым у Алжира давно уже натянутые отношения. Только так и могло быть. Даю голову на отсечение, твоя догадка верна.— Мы ничего не знаем точно, — осадил капитан восторженность старика. — Но если это так, то я уничтожу этот ложный «Аль-Джезаир». Сожалею, что твой план, который мне, откровенно признаться, очень по душе, выполнить я пока не смогу. Здесь на кон поставлено мое доброе имя. Это — дело чести!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55

загрузка...