ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Освободился от рабства. Жители Алжира и думать забыли, что помогают ненавистным туркам.Кровавый спектакль; зрелище, бесчисленные ужасающие подробности которого потрясали душу! Восьмая часть — дею. Это — самое главное, это — прежде всего и во что бы то ни стало. А дальше — дальше все на торг, все на продажу!У француза комок стоял в горле. И Европа это терпит! Сюда бы наших государственных мужей, наших принципалов, пусть бы полюбовались! Что они знают об этом? Потешаются над правдивыми сообщениями, как над страшными сказками, числят их не более чем «интересными историями, добротно сработанной, изящной, занимательной болтовней». Такие истории нужны, чтобы приятнее казалась людям жизнь в бедной приключениями благополучной Европе. А в реальности этакое просто невозможно! Ведь мы живем в XIX веке, а не в древнем Риме, в мрачные времена гонения христиан. Нравы с тех пор помягчали, люди поумнели. Охота на рабов в Африке? Ха! Бедных чернокожих влекут к счастью, к налаженной, беззаботной жизни на плантациях благочестивых хозяев, к цивилизации. А Алжир — что ж, с Алжиром еще надо разобраться. Страшные какие-то приходят оттуда вести, что-то в них явно не совпадает с истиной; по крайней мере не все.— Нет, нет — все это чистая правда, а не развлекательные историйки, чтобы пощекотать вам нервы! — О, с каким наслаждением выкрикнул бы де Вермон эти слова прямо в лицо беспечным европейцам. — Это горькая правда, Европа! Ты прячешь голову в песок, как страус, не хочешь видеть истины. Еще бы — ведь это же нарушило бы твой покой, твои народы могли бы запротестовать и порвать хитросплетенные сети своих правителей.Пьер Шарль сердито махнул рукой, повернулся и зашагал вверх по дороге, в город. Впереди него тащился сгорбившийся, с трясущейся на тонкой шее головой старый еврей. Он свернул в ближний переулок, и де Вермон увидел его профиль.— Шимон! — воскликнул он вполголоса.Человек в черном кафтане и ермолке осторожно оглянулся, почтительно поклонился.— Сладил в порту удачное дельце? — спросил Пьер Шарль.— Нет, господин.— Еще нет?— Я бедный человек, господин де Вермон. Мне достаются только крохи с богатого стола.— То-то в прошлый раз ты и отхватил преогромную партию вин, ликеров, ветчины, вяленой рыбы и всего прочего, что туркам их Кораном вкушать запрещено. Неплохой барыш ты тогда получил, а? Впрочем, меня это не касается. А вот насчет кредита мне бы с тобой договориться хотелось.— Для меня было бы большой честью достойно принять господина француза в моем скромном доме.— Сможешь мне помочь?— Деньги нынче дороги. Я сам вынужден одалживаться у братьев. Каждому надо жить. Но не сомневайтесь, господин, я сделаю для вас все, что смогу.— Я знаю это. И мои слова — всего лишь шутка. Мне просто хотелось удостовериться, что наши старые отношения все еще в силе.— Все зависит от того, захотите ли вы и впредь дарить меня своим доверием. Я вас не подведу. Чем могу служить вам, господин?Де Вермон осмотрелся вокруг. Шимон увидел это.— Приходите ночью ко мне. Я в вашем распоряжении.Не кивнув даже на прощание, делая вид, будто просто так, случайно прошел несколько шагов рядом с незнакомым спутником, еврей скрылся в придорожной кофейне.Пьер Шарль продолжил путь и добрался вскоре до своего парусника. Надо было сказать своим людям, куда он собирается пойти: ведь Алжир с его закоулками и разного рода злачными местами очень опасен. Надо было также взять с собой денег. Шимон, агент дома де Вермонов в Алжире, человек дельный, верный, честный, неболтливый, ловкий, но недешево обходящийся.Незадолго до того как закрыться городским воротам, де Вермон снова был в городе. В руке он нес, как здесь было принято, фонарь. Навстречу ему попадались прохожие со свечками. Это были евреи. Им, единственным из всех, запрещалось пользоваться фонарями. Делалось это для того, чтобы евреев даже ночью можно было узнать среди всех других людей.Шимон уже ждал визитера. Пьеру Шарлю не пришлось стоять перед дверью — она отворилась, едва он постучался.— Входите, господин, да принесет ваш приход удачу моему дому! — приветствовал Шимон молодого француза.— Мир тебе и твоим близким!Шимон низко склонил голову и приложил правую руку к сердцу.— Ваш слуга, господин! Садитесь, пожалуйста.Мебели в помещении почти не было. Лишь на полу лежало несколько циновок с подушками, да два низеньких табурета стояли возле круглого столика, на котором лежал молитвенник старого торговца. Горела свеча.— Не так давно привели генуэзский приз, — начал Пьер Шарль.— «Астру»?— Да. Купил ли ты что-нибудь с нее?— А что вы ищете? — уклонился торговец от ясного и однозначного ответа.Пьер Шарль понял. Упоминание имени «Астра» показалось еврею почему-то неприятным. Но может, он ошибается?— Одну картину.— На судне были картины? Об этом мне неизвестно.— Не для продажи. Мне рассказали, что на судне находился один молодой художник. Мне хочется пополнить хотя бы одним из его рисунков мою коллекцию. Я ведь заядлый коллекционер.О глупая голова! Боже, до чего глупы эти французы! Человек приходит ко мне, хочет купить картину и представляется страстным коллекционером. Назови ему трехкратную, десятикратную цену, и он, не глядя, заплатит, лишь бы потешить свою душу. Шимон не смог сдержать охватившей его вдруг радости. Глаза его блестели, длинные нервные пальцы беспокойно теребили бороду.Рыбка заглотала приманку. Де Вермон не зря заговорил о своем собирательском азарте. Шимон загорелся: ведь впереди маячила нажива!— Значит, тебе не досталось с «Астры» никакой картины?— Нет. А что на ней могло быть изображено?— Женщина с ребенком. Может, ты хоть видел случайно такой рисунок у кого-нибудь из своих деловых партнеров?— Да нет же. Но если господину угодно, я охотно займусь его поиском.— Именно об этом я и хотел бы тебя попросить, только чтобы без огласки. Не скажу, что заплачу за это много, но обещаю, что ни ты, ни продавец обижены не будете, — лишь бы мне получить картину. Вот, возьми пока. — Француз протянул торговцу несколько золотых монет.— Задаток? — хитро прищурился Шимон.— За твои хлопоты.— Спасибо. Сколько можно предлагать за картину?— Не беспокойся, за ценой я не постою. Вот, собственно, и вся цель моего прихода, — сказал де Вермон и будто между прочим добавил: — Художник-то, конечно, мертв. Людям дея, как я слышал, пришлось изрядно повозиться с экипажем «Астры».— Лишь немногие остались в живых.Подарок развязал торговцу язык.— Судьба итальянцев мало меня интересует, но все же расскажи.— Я не знаю, что там было с этим судном, только пленных забрали уже в Сиди-Ферухе.— Вот как, с чего бы это?— Их должны были доставить к шейху Осману.— К шейху Осману? Значит, в горы Фелициа. Всех?— Капитана и одну женщину отправили в Алжир. Женщину, как мне сказали, в гарем дея. Похоже, она уже умерла. Молодая красивая женщина, все звала своего ребенка.Боже мой, жена Луиджи! Она была единственной женщиной на борту «Астры». Каких трудов стоило де Вермону казаться безучастным! К счастью, ему удалось все же взять себя в руки и довольно равнодушно продолжать расспросы.— Ее что же, разлучили с ребенком?Еврей воздел руки кверху. Подробности ему неизвестны. Сердце де Вермона громко стучало. Как бы Шимон не услышал. Как скверно, что он вдруг замолчал. Расспрашивать дальше? Шимон хитер как лиса.Итак, сомнений почти никаких. Женщина — мертва. А мальчик? Его надо найти! И вот как раз сейчас, когда, казалось бы, без особых усилий можно все узнать, вдруг — молчание.— Нет большего горя для матери, чем быть разлученной со своим ребенком, ничего не знать о нем, — решился все же сказать де Вермон, рискуя раскрыть свои карты.— Я слышал, будто мальчика подарили титтерийскому бею Бей (тур.) — господин, чиновник высокого ранга.

.Француз устало махнул рукой («Твоя болтовня надоела мне, Шимон» — означал этот жест), вслух же сказал:— Я трачу время на пустяки. А меж тем ворота могут запереть. Мне было бы весьма неприятно беспокоить консула ночью. Итак, договорились: ты доставляешь мне рисунок, я плачу за него.— Если рисунок не уничтожили, вы получите его. Я наведу справки. Где я смогу найти вас, господин де Вермон?— Спроси обо мне на паруснике, Шимон. Однако помни, пожалуйста, что хоть картину мне получить и очень хочется, но все же — за соразмерную цену.Пьер Шарль ушел, а неделю спустя выяснилось, что в дело вмешался Бенелли, хотя Шимон к этому и был абсолютно непричастен.Когда торговец путем осторожных расспросов вышел наконец на человека, к которому среди прочих нестоящих вещей попал и рисунок, то узнал, что всего несколько часов назад его уже купил какой-то негр. Чернокожий долго копался в барахле, хотел то и это, выискивал нечто привлекательное, брюзжал на высокую цену и, так ничего и не купив, продолжал рыться дальше. Вдруг он наткнулся на пустяшную картинку. О, какая чудесная женщина, не женщина, а райская гурия, каких пророк сулит правоверным на небесах. Да еще с прелестным, улыбающимся ребенком. Он берет эту картинку. Сколько за нее? Лишь теперь старьевщик рассмотрел как следует рисунок. Да, в самом деле неплохо… Чернокожий все еще закатывал от восторга глаза. Так сколько же содрать с него за удовольствие от этого клочка бумаги? Два цехина. Сколько? Негр сделал вид, будто не расслышал. Да, два цехина. Вопль протеста — не то чтобы очень уж всерьез, зато громко. Одного цехина вполне хватит! Что, отдавать картину за полцены? Ну уж нет! Продолжая орать, чернокожий швырнул монеты на пол, схватил рисунок и был таков.Отличное дельце! Продавец радостно потер руки. Целых два цехина задаром! Конечно, задаром: сам-то он за эту бумажку ровным счетом ничего бы не дал.— Что за негр? — спросил Шимон, прерывая словоизвержение единоверца.— Я не знаю его; не могу даже вспомнить, чтобы встречался с ним когда-нибудь на городских улицах. Человек, каких в Алжире сотни. Никаких бросающихся в глаза примет, ни на лице, ни в походке, ни в манере держаться, разве что очень уж по-детски радовался красивой картинке.Два цехина… Вот досада! Шимон дал бы и десять, и даже двадцать, не сунь глупый негр свой черный нос в ту кучу старья…Радость торговца сменилась досадой.Посвящать своего знакомца в подробности Шимон посчитал необязательным.Погруженный в свои мысли, засунув руки в широкие рукава кафтана, тащился он по горбатым переулкам домой.Случайно ли то, что он пришел слишком поздно? Шимон не верил в случай. Очень уж необычны обстоятельства. Француз хотел пополнить картиной свою коллекцию. Он, еврей Шимон, желая разыскать рисунок, осторожно расспрашивал о нем в разных местах. Все было вполне безобидно и никаких подозрений вызвать вроде бы не должно. И все же, значит, какие-то слухи поползли. Кто-то другой учуял запах жареного и в последний момент успел выхватить добычу. Коран не разрешает изображать людей. Как и все негры в Алжире, покупатель наверняка мусульманин. Тогда его поведение во время покупки — притворство. Господину де Вермону дорого обойдется его страсть к коллекционированию. Шимон даже хихикнул украдкой. Француз заплатит любую цену, в этом он не сомневался. Не иначе как рисунок представляет собой значительную ценность. Без сомнения, скоро он снова вынырнет где-то, может, даже у Барчи, богатейшего из алжирских евреев, — и будет тогда стоить втридорога.Соображения торговца Шимона были абсолютно правильными. Он узнал, что, кроме де Вермона, добычей с «Астры» интересуется еще какой-то человек. Но как же, Боже правый, переплетаются события — всего не предусмотришь!А пока поиски безрезультатны. Так он и доложил, скрепя сердце, Пьеру Шарлю. И тут-то мнение его о высокой стоимости картины сильно поколебалось.— Пустяки, приятель! — рассмеялся француз. — Я ведь и не собирался тратить большую сумму на неизвестный мне, может, и вовсе не представляющий ценности листок бумаги. Бывает, правда, что коллекционеры платят за какие-то вещи куда больше, чем они стоят, и при этом даже разоряются — я не из таких.Конечно, принеси Шимон рисунок, Пьер Шарль беспрекословно заплатил бы соответствующую сумму, хотя бы для того, чтобы порадовать картиной Луиджи. Вопрос о рисунке и поручение разыскать его были только предлогом, чтобы узнать хоть что-то о людях, оставшихся на купеческом судне после боя.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55

загрузка...