ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


 


Пар вытянулся по земле, крутясь все быстрее, поднимаясь по следу ионизации, оставленному лучами фазера. Поднимаясь к «Фаррагуту».
– О Боже, – прошептал Кирк.
Он взглянул на Дрейка. В глазах Дрейка отражались последние следы закатного света. Выражение его было непроницаемо.
– Кирк «Фаррагуту»! Это существо идет на перехват! Уходите!
В передачу ворвался Гарровик.
– «Фаррагут»! Меняйте орбиту! Максимальное ускорение! Быстро!
Ответила офицер по науке «Фаррагута», ее голос прерывался помехами.
– …опустить щиты… проходим сквозь… объем антиматерии…
Прямо над головой расцвела новая звезда.
– «Фаррагут»? – произнес Гарровик. – «Фаррагут», ответьте…
Ничего. Даже помех.
Кирк уставился на мерцающую световую точку. Двести человек экипажа. Звездолет конституционного класса. Превращенный в одну из многих умирающих звезд.
Превзойденный тонким кольцом белого пара. Спускавшегося спиралью с небес.
Возвращающимся, чтобы потребовать их всех.
Рядом засмеялся Дрейк:
– Замечательные инстинкты, Джимбо. Увидимся в аду.
Опускающееся облачное существо было уже почти над ними. Кирк исчерпал возможности. Теперь оставалось сделать только одно.
* * *
– Конец программы, – сказал он.
Это существо, Эндровер Дрейк и Тичо IV рассеялись в голографическом тумане, вернулись в прошлое, которому принадлежали…
…которому не принадлежал больше Кирк.
* * *
– Костюм был слишком тяжел, сэр? – Молодой техник звездного Флота почтительно ожидал ответа Кирка, пока тот снимал боевой шлем, который надел на время моделирования.
В похожей на пещеру комнате Кохрейновского Зала Физики Звездной Академии жужжали громоздкие ряды машин. Некрашеные основные блоки и платформы, что воскресили скалистые ландшафты Тичо IV, вновь послушно стали желтыми сетчатыми стенами.
У Кирка болели глаза, в том месте, где на них давили визуальные входные кодирующие устройства. От веса серво-двигателей, которые управляли тканью обратной связи, что прилегала к телу, болела спина. Полное боевое голо-оборудование было слишком тяжелым.
Но Кирк не собирался на это жаловаться.
Он сознательно постарался выпрямиться, быстрее двигать руками. Ослепительно улыбнулся технику.
– Отлично себя чувствую, – легко сказал он. – Как будто на мне моя старая форма.
Пораженный техник усмехнулся. Как будто он слышал тут только жалобы. Он начал отсоединять механизм обратной связи.
– Знаете, – сказал он Кирку, словно тот был его старым другом, – когда-нибудь станет возможно полностью покончить с костюмом. Использовать фокусированные тяговые лучи. Управление микрогравитацией. А может даже построить опоры с помощью репликации вещества транспортатора.
Кирк застонал про себя, сохраняя на лице терпеливую улыбку. Вдобавок к весу, костюм протерся в тех местах, к которым он не хотел привлекать внимание на публике.
Он позволил технику со счастливым видом болтать о невиданных возможностях его штуковин и приспособлений и о будущем голографического моделирования.
Он надеялся, техник решит, что пот, струящийся у него со лба – результат слишком плотного прилегания костюма, а не физических усилий, от которых Кирк был близок к изнеможению. Или боли в плече, которая не давала забыть, как он ударился о фальшивый грунт и покатился к фальшивому валуну.
Он подумал, что инженеры Звездного Флота слишком плохи, раз не могут сымитировать ощущение непобедимости, которое было у него в юности, когда он мог удариться и перевернуться пять раз на дню на настоящей земле и никогда не ощущал последствий.
– Только подумайте, – продолжал техник с невинным энтузиазмом. – Просто входите в пустую комнату в обычной форме и тут же вас окружает голограмма, такая реалистичная, что вы не можете сказать, в чем разница между ней и реальностью.
Кирк согнул руки, вспоминая вес старомодного трикодера, который тащил во время имитации. Ткань на шее у Дрейка, которую смял его кулак. Всю эту иллюзию.
– Поверь мне. Это и сейчас очень реалистично, – сказал Кирк. Он так и думал.
– И вы можете быть уверены, что именно это и произошло бы.
Кирк не понял.
– Что произошло бы?
– Если бы вы сразу же открыли огонь по этому существу, а не колебались, как вы сделали на самом деле.
Теперь Кирк понял. Но ему не хотелось говорить об этом. Он многие годы не думал о Фейт Морган. Но никогда ее не забывал. Он бы не забыл никого из них.
– Видите ли, не начни фазеры стрелять, – настаивал техник, – это существо напало бы только на тех членов команды, которые были на земле. «Фаррагут» и все на нем были бы в безопасности. Но если бы вы сразу открыли огонь, он бы вернулся к «Фаррагуту», разрушил его и разделался заодно со всеми на земле. Так что в первый раз вы поступили правильно.
И из-за этого погиб Гарровик, мрачно подумал Кирк. Он сменил тему.
– Из этого получится отличное обучающее устройство.
Техник в замешательстве взглянул на него:
– Обучающее? Наверно. А как насчет развлечения? Одни игровые возможности бесконечны.
Кирк спихнул специальные ботинки, в которых чувствовал себя так, словно под ногами хрустел вулканический грунт.
– Вы это все запрограммировали с «развлекательными» целями? – спросил он.
Техник все еще выглядел озадаченным, когда взял у Кирка ботинки, удерживая костюм в неудобной позе в руках.
– Сэр, мы запрограммировали в систему почти все ваши прежние подвиги.
– Мои подвиги?
Техник пылко кивнул.
– Это столкновение с облачным существом с Тичо IV и его уничтожение спустя одиннадцать лет, в дату 3619.2. А звездная дата 3045.6 – помните? Ваше сражение с Метронами и битва один на один с Горном. И 3468.1 – когда вы сбежали от инопланетянина на Поллуксе IV, который утверждал, что он греческий бог Адонис. У нас есть почти все. И каждый день приходит еще больше.
Кирк пребывал в смущении. Он не вспомнил бы простую звездную дату первой пятилетней миссии, даже если бы от этого зависела его пенсия.
– Но почему?
Техник ошеломленно уставился на Кирка, словно не понял, о чем его спросили.
– Сэр… вы герой.
– О.
Опять, подумал Кирк.
– А вы ничего такого не чувствуете, сэр?
Кирк заколебался. Он не хотел сказать что-нибудь не то. Этот молодой человек приложил огромные усилия, чтобы воссоздать инцидент из прошлого Кирка в опытном голографическом устройстве Звездного Флота. К тому же в невероятных деталях. Даже Кирк забыл поясной лазер, который был стандартным снаряжением Звездного Флота.
Кирк признался себе, что многое из тех дней он забыл.
Он улыбнулся технику, пытаясь смягчить удар.
– Те… подвиги, – начал он.
– Да, сэр?
– Это была всего лишь моя работа, – просто сказал Кирк. – Работа, которую я сделал давным-давно.
Техник ошарашенно посмотрел на Кирка, словно не вполне уверенный, как ответить.
– Это было больше, чем работа, сэр. Для нас. – Он кивком указал на друзей-техников в комнате управления, которые наблюдали за боевым комплектом. Мужчины и женщины примерно такого же возраста, что и техник. Таким молодым Кирк уже не мог себя вообразить. И все они выстроились у обзорных экранов, наблюдая за каждым движением Кирка. Такое пристальное изучение смущало.
Кирк увидел отсвет разочарования в глазах молодого техника.
– Мы никогда не забудем, сэр.
С этими словами молодой человек развернулся и пошел в комнату управления.
Кирк протянул руку, чтобы его остановить. Он хотел что-нибудь сказать. Хоть что-то, чтобы сгладить разочарование молодости.
Но не знал, что.
И уже не в первый раз.
Кирк знал, что проблема в ожиданиях. Ибо все, что имело значение для остальных, его прошлое – это мало его привлекало. Он всегда стремился к будущему, к новым свершениям, а не к прошлым успехам.
Но его будущее уходило.
Он был капитаном звездолета без корабля. Неспособным оглянуться назад, неспособным идти вперед. Пойманным в ловушку настоящего. Запертым. Бесполезным. Готовым стать сверхновой.
Это было невыносимое состояние для Джеймса Т.Кирка. И он знал, что ему надо будет вскоре что-то предпринять. Или же придется уступить. А уступка никогда не была для него решением.
Он бы скорее умер, а Кирк еще не был готов столкнуться с этим последним мигом. Хотя знал, что в свое время должен умереть даже капитан звездолета.
Глава 2
Никто не знал, кто построил платформу «Темная Зона».
Случайное на вид сборище конструкций громаднейшей космической станции растянулось, словно сети какого-то полоумного паука, лихо закрученные вокруг разбросанных в беспорядке обитаемых сфер и цилиндров, установленных десятками рас в течение тысячелетнего срока службы платформы.
Когда-то она могла быть перевалочной базой для бесчисленных флотилий звездолетов, некоторые из которых, возможно, принадлежали самим Предтечам – настолько древней она была.
А ныне – тихая заводь, заправочный пункт. Точка старта для мечтателей, ищущих среди звезд свою удачу. Логово контрабандистов и головорезов, которые эту удачу у них украдут.
В одиночестве она медленно дрейфовала во тьме среди звезд. В относительном покое, вдали от пограничья Федерации и старых районов Клингонской Империи. И говорящим за себя доказательством ее истинной ценности являлось то, что ни Федерация, ни Империя не заявляли на нее своих прав.
Никто не знал, кто построил «Темную Зону». Более того, никого это не волновало.
Но для Павла Чехова в звездную дату 9854.1 это являлось самой важной вещью в его жизни. Потому что покрытые глубоко въевшейся грязью стены ее проходов вполне могли быть последним, что он в жизни видел.
Холодный наконечник узла дизрапторного эмиттера еще глубже впечатался в висок Чехова.
Рука в кожаной перчатке еще сильнее сжала его горло. Дышать невозможно. Для чего и сделано.
Корт, одноглазый клингон, с вонью изо рта от паршивого гака, наклонился ближе, считая в обратном порядке, палец напрягся на спусковой кнопке.
– … хат… чоргх… соч…
Через семь секунд Чехов может стать облачком развеянных субатомных частиц. Его единственная мысль: «Что сделал бы капитан?»
– … джай… вах…
Чехов безуспешно рванулся из-под толстой мускулистой руки клингона.
– Я хотел сам распоряжаться своей жизнью! – выдавил он.
Корт прекратил отсчет. Прищурился одним здоровым глазом на своего пленника. На бесконечно малую долю ослабил зажим своей хватки.
– Это поэтому ты врезал адмиралу? – спросил Корт. Он явно не доверял. – Разрушил свою карьеру? – Глубокие морщины избороздили массивные клингонские надбровья вплоть до дюраниевой пластины, закрывающей его пустую глазницу.
– Какую карьеру? Звездный Флот ничего больше не мог предложить мне. – Чехов смотрел на поверхность дизрапторного дула. От дыхания Корта ему хотелось заткнуть рот. Но он определенно завладел вниманием клингона настолько же, насколько тот завладел его.
– Тридцать три года я им отдал, – продолжал Чехов. – И ради чего? Я все еще коммандер – коммандер! Вечно делаю то, что шишки велят.
Теперь слова давались Чехову легко. Он даже не обратил внимания на то, что дизрапторный наконечник слабее давит на висок.
– «Данные, мистер Чехов.» «Проведите сенсорное сканирование, мистер Чехов.» Вечно в чьей-то тени. Никогда шанса для меня. Показать, на что я способен.
На расстоянии дизрапторного дула Чехов встретил ледяной взгляд единственного глаза. Задержался на нем. Огонек готовности на оружии беззвучно пульсировал – заряжен полностью.
– Я хотел от всего этого отделаться. Не хотел больше злиться.
Наконец-то Корт отодвинул оружие. Но все еще целился Чехову в голову. Все еще держал руку на горле Чехова. Где-то капала вода. Гладкие палубы рокотали под прибывающими и отбывающими грузовыми шаттлами в близлежащих отсеках.
Чехов считал биения сердца. Ждал.
Корт бросил взгляд сквозь затемненный коридор. Туда, где двое андорианцев держали Ухуру.
Одна тонкая голубая рука зажимала Ухуре рот. Церемониальный кинжал точно подрезал кожу под ее подбородком. Серебристое сияние клинка было замарано маленькой капелькой красной крови. Человеческой крови.
Корт единожды кивнул.
Ухура напряглась.
С превеликим нежеланием большой нескладный андорианец в меховой жилетке убрал кинжал.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41

загрузка...