ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Ее длинные густые ресницы вспорхнули вверх. Тристан отметил про себя, что у леди Федры очень красивые скулы и тонкий нежный овал лица.
– Я сняла эту дыру несколько недель назад, – сказала она. – Сразу после того, как мы приехали из Гемпшира.
Глаза Тристана по-прежнему изучали ее лицо.
– Но зачем?
Федра на мгновение задумалась, потом снова заговорила:
– Мне снова не нравится ваш тон, Толбот. Я предпочитаю видеть в вас просто беззаботного повесу. Когда вы начинаете допрашивать меня как полицейский, мне уже не хочется ничего вам рассказывать.
Толбот постучал пальцами по столу. Внезапно ему показалось, что никакого дождя нет, что в комнате воцарилась тишина.
– Фе, вы должны рассказать мне все, потому что я на вашей стороне, – заговорил он снова, пытаясь придать своему тону мягкость. – Вы должны понять, что я волнуюсь за вас. Это место, этот дом и вообще район небезопасны. – Тристан на мгновение замолчал и обвел комнату глазами. – Господи, Фе, вам нечего делать в этих трущобах!
Язычки пламени в ее глазах колыхнулись, и взгляд Федры смягчился.
– Да, это жуткое место. И тем не менее многие люди в Лондоне живут в еще худших условиях. Я сняла эту комнату по той простой причине, что она отличный наблюдательный пункт. Ее окна выходят прямо на тот дом, в котором жил Горский.
Тристан внутренне напрягся.
– Вы следили за ним?
– Да. – Она бросила на Тристана настороженный взгляд. – Правильнее будет сказать: я наблюдала за домом.
Руки Тристана сжались в кулаки, на мгновение он закрыл глаза и быстро сглотнул слюну.
– Я думаю, – мрачно проговорил он, – вы просто обязаны рассказать мне все, что вы знаете о Горском.
– Но я почти ничего о нем не знаю, – чуть ли не воскликнула она и положила одну свою руку ладонью вниз на стол, словно клялась на Библии. – Вы должны поверить мне.
– Продолжайте.
– Я встретила его совершенно случайно, – снова заговорила Федра. – Как-то раз я зашла в тот дом, что расположен на другой стороне улицы, и со мной там стала разговаривать одна из служанок. Потом вдруг она обернулась и позвала этого человека, назвав его по фамилии.
Тристан попытался скрыть охвативший его ужас. Он протянул руку и накрыл ладонью ее кулачок.
– Но зачем вы пошли туда, Фе? – спросил он. – Вы ведь рисковали своей репутацией, и, думаю, для вас это не было секретом.
– Я кое-кого искала, – призналась она. – И ради того чтобы найти этого человека, я могла рискнуть. Это было очень важно для меня.
– Но кого же вы искали?
Она бросила взгляд в объятый мраком дальний угол комнаты.
– Девушку из нашей деревни в Гемпшире, – прошептала Федра. – Младшую сестру моей служанки Агнес. Ее зовут Милли, она работала в деревенской таверне. Ей только что исполнилось девятнадцать, и она убежала в Лондон. Это случилось незадолго до Рождества. Она искала лучшей доли.
– Она воображала, что какой-нибудь богатый мужчина возьмет ее на содержание? – прервал Федру Тристан.
Федра кивнула.
– Да, именно так Милли и думала, бедняжка, – пробормотала она. – Милли сказала, что она устала жить в нищете, что ей надо на что-то содержать Присс, ее дочку. Но она была слишком молода и наивна, чтобы понимать, что все может обернуться совсем не так, как ей хотелось бы. И что в первую очередь мог пострадать ребенок, которого она оставила.
– А у этого ребенка, – снова заговорил Тристан, – есть отец?
Несколько мгновений Федра молча смотрела на колышущийся язычок пламени в лампе.
– Я должна отвечать на этот вопрос? – спросила она. – Вы откажетесь помогать мне, если я не скажу?
В груди Тристана шевельнулось сомнение, он начал догадываться, по какой причине его сюда пригласили.
– Федра, я вряд ли смогу помочь вам даже в том случае, если вы и решитесь ответить мне на этот вопрос, – сказал он. – Вы в опасности. Один человек уже мертв. Тот дом напротив более чем опасен, он весь пропах смертью.
Услышав это, Федра побледнела, подняла руки и обхватила себя за плечи.
– Толбот, послушайте меня. – Ее голос был низким и хриплым. – Вы не понимаете. Они забрали к себе Милли.
– Она у них? – Его глаза впились в ее лицо. – Как вы узнали, Фе?
– На всех письмах, которые писала Милли к себе в деревню, указывался адрес этого дома, – прошептала Федра. – Она снимала у миссис Вутен комнату. В одном из писем Милли сообщила Агнес, что нашла себе работу в доме напротив. И владелица этого дома якобы обещала помочь ей.
– Вероятно, Милли посчитала, что это самый обычный бордель. Но это совсем не так, Фе. Это опасное место. Здесь продаются сексуальные извращения самых ужасных видов, какие только можно представить.
Федра качнулась назад и прикрыла рот рукой.
– О Господи! – выдохнула она. – Я так и чувствовала, что там происходит что-то ужасное. Последнее письмо пришло почти месяц назад, и после этого – ничего…
Тристан наклонился к Федре.
– Федра, но вы лишь предполагаете, что Милли отправилась работать в этот бордель, – сказал он. – А если она все-таки пришла туда, то ее могли уже передать какому-нибудь мужчине и увезти в другое место. Или она могла просто погибнуть.
Увидев, как Федра испугалась, Тристан тут же пожалел о том, что сказал ей это.
– О, Толбот, – прошептала она. – Пожалуйста, не говорите так. Я не смогу перенести этого ужаса. Мне не хочется думать, что Милли уже нет в живых и Присс осталась сиротой.
– Называйте меня Тристаном, – сказал он тихо. – Думаю, так будет уместнее.
Федра вдруг рассмеялась, но этот смех больше напоминал истерику.
Он взял ее руку в свои ладони и, похоже, собирался сидеть так довольно долго.
– Господи, мы сейчас должны думать совсем о другом… Пожалуйста, Тристан, помогите мне. Скажите, что мне делать.
Он чуть сильнее сжал ее руку.
– Фе, я совсем не тот мужчина, знакомство с которым обрадовало бы вашу семью. Вряд ли бы ваша мать разрешила вам со мной общаться, – со вздохом проговорил он.
Ее улыбка казалась сейчас какой-то болезненной и натянутой.
– Не стоит так торопиться с выводами, сэр, – предупредила его Федра. – Моя мать уже давно ищет для меня мужа. И, уверяю вас, вы бы ее заинтересовали. Более того, смею предположить, вы бы ей понравились.
Тристан тоже улыбнулся.
– Вас, оказывается, не так просто выдать замуж? – пробормотал он. – Вот уж не подумал бы.
– Просто я себя хорошо знаю и не строю иллюзий относительно своей семейной жизни.
– Значит, вы не желаете иметь мужа? – Он еще раз слегка сжал ей пальцы, а затем позволил забрать руку. – Это, наверное, неправильно. Впрочем, я тоже не ищу жену. И позвольте мне, Фе, проводить вас на Брук-стрит. Я настаиваю на этом.
– Нет, – твердо возразила она. – Я никуда не пойду, потому что я должна найти Милли.
– Но очень может быть, что она уже перенеслась в ад. Такое нельзя исключать. И такое, надо признать, случается в Лондоне.
– Нет. – Федра решительно сжала пальцы в кулаки. – Нет, я не хочу принимать этого. Присс нет еще и двух лет, Тристан. Ей нужна мать.
Тристан понял, что сейчас ему не удастся уговорить Федру вернуться домой. И она ждала помощи от него. Если он откажет ей в этом, можно только догадываться, что она сделает дальше. Она может ввязаться в какую-нибудь нехорошую историю, и ее убьют так же, как убили Горского. А если он поможет ей…
– Повторите мне каждое слово, которое вы сказали Горскому и которое он сказал вам, – наконец произнес Тристан.
Федра послушно пересказала Толботу весь разговор и потом добавила, что в самом конце она устроила сцену в борделе Востриковой, стала требовать, чтобы к ней немедленно привели Милли. Но Горский сказал, что эту девушку никто никогда там не видел, и не обратил ни малейшего внимания на последовавшие чуть позже за этим слезные мольбы Федры. Потом Федра перешла к угрозам и совершила ошибку, назвав имя своего старшего брата.
– Я бы, конечно, ни за что на свете не обратилась с этим к Стефану, – объяснила она. – Могу сказать, что Горскому это тоже было хорошо известно. Он настоящий хищник, а поэтому почувствовал, в каком я была отчаянии. В его глазах я увидела, Тристан… что-то такое, что я не могу вам передать. Это было как взгляд мертвеца.
Как ни странно, но Тристан понял ее. Ему случалось видеть таких людей. В Греции на полях сражений. Уставших, потерявших всякую надежду и воспринимающих жизнь без иллюзий и сантиментов. Они стали такими после долгих лет бесчеловечного обращения с ними.
– Он немало повидал на свете, – пробормотал Тристан. – После этого трудно испытывать обычные человеческие чувства.
Бровь Федры приподнялась и красиво изогнулась.
– Что-то вроде этого я и подумала, – сказала она. – Но потом в его глазах я заметила сочувствие. У меня возникло тогда странное ощущение… Мне показалось, что он хочет помочь мне. Но он не помог.
Внезапно Тристан перестал шагать из угла в угол.
– А почему вы не обратились к вашему брату? – довольно резко спросил. – Почему вы тут же не пошли к нему? Зачем вы вмешались в это опасное дело?
Федра на мгновение заколебалась.
– Я… не могла вовлекать в это Стефана.
В голову Тристана пришла неожиданная мысль.
– Это его ребенок? – спросил он.
– О нет! – испуганно воскликнула Федра.
– В таком случае это ребенок мистера Хейден-Уэрта, – с большей уверенностью сказал Тристан. – И вы не хотите, чтобы лорд Нэш узнал о том, что его брат соблазнил молодую деревенскую девушку.
Федра ничего не сказала на это, но ответ был написан у нее на лице. Что ж, в таком случае, подумал Тристан, поведение леди Федры вполне объяснимо.
Кроме всего прочего, в свете циркулировали слухи, касающиеся сексуальных пристрастий Хейден-Уэрта. И эти предпочтения не слишком хорошо укладывались в рамки традиций. Чтобы пресечь нежелательные разговоры, он обзавелся женой, но брак оказался для него тяжким бременем.
Глаза Федры по-прежнему были опущены.
– Если бы вы только увидели ее, вы бы меня поняли, – тихо проговорила Федра. – Она такая хорошенькая, с розовыми щечками, такая маленькая… Я имею в виду Присс. После того как Милли ушла, девочка плакала целый день и целую ночь. Это невыносимо, это разбило мне сердце. Я бы взяла ее к себе, если бы только могла, Тристан. Я бы сама воспитала ее, но мне никто не позволит этого сделать.
Тристан пододвинул кресло чуть ближе к столу и снова сел в него.
– Честно скажу, Фе, мне нет дела до того, с кем спит ваш брат, – сказал он. – Но этот ребенок…
– Она ведь моя племянница, – напомнила Федра. – В ее и моих венах течет одна кровь, Тристан. Я обязана выполнить свой долг перед ней. Даже в том случае, если имя ее отца навсегда останется для всех тайной.
– Значит, вы считаете, что должны исполнить свой долг, – задумчиво проговорил Тристан, продолжая прокручивать в голове только что услышанное. – Скажите, Фе, вы говорили с мадам Востриковой? Сможет она узнать вас?
Тристан мысленно молил Бога, чтобы Федра ответила «нет».
Федра удивленно вскинула на него глаза:
– Но кто такая мадам Вострикова?
Тристан колебался.
– Владелица… э-э… борделя, так сказать, – объяснил он. – Вы не знали?
Федра покачала головой:
– Я даже не знала, кто такой Горский, пока не позвонила в дверь борделя. – Она усмехнулась. – Но в тот день, когда он умер… – Лицо Федры мгновенно сделалось напряженным.
Тристан наклонился к ней и взял обе ее руки в свои.
– Да?
Федра вздохнула.
– Тристан, я думаю, Горский следил за мной, – ответила она. – Когда я шла в магазин мистера Кембла, он попался мне по дороге. Он стоял на перекрестке, а потом, увидев Агнес и меня, просто растворился.
– В самом деле? – пробормотал Тристан. – И после этого вы сразу пошли к мистеру Кемблу?
Федра кивнула:
– Дело в том, что за день до этого я нарисовала по памяти портрет Горского. Так, всего лишь карандашный набросок. Затем я положила этот рисунок в папку и взяла ее с собой к мистеру Кемблу. Я хотела показать ему портрет Горского. Я надеялась, что он узнает этого человека и, возможно, сможет как-то помочь мне. У него очень широкий круг знакомых, он мог бы подсказать мне, к кому следует обратиться.
Тристан снова начал волноваться, в его голове зазвенел колокольчик, предупреждавший о приближении опасности.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46

загрузка...