ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ



науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- три суперцивилизации --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

С жалобным уханьем и присвистыванием она полетела прочь, бултыхнула и скрылась в бурных волнах Нолана. Безмолвно дергаясь, обезглавленное тело зашаталось, а потом тяжело рухнуло. Через несколько мгновений не осталось даже воспоминаний, что здесь происходила схватка, – только промокший до нитки, дрожащий от холода и пережитого волнения человек.
Дальвиг смог, оскальзываясь и рискуя снова очутиться в реке, на четвереньках выбраться на берег. Дикарь несмело выглянул из-за ближайшего дерева, толстого кедра с замшелой корой. Не увидев опасности, конь виновато поджал уши и, понурив голову, подошел к хозяину. Тот обессиленно опустился на колени и стоял, упершись ладонями в острые камешки. Вода лилась с одежды ручьем; Вальдевул сиротливо валялся рядом. В тот вечер Дальвиг уже не смог продолжить путь.

КАК СОВМЕЩАТЬ ПОЛЕЗНОЕ С ПРИЯТНЫМ

Эта ночь прошла ужасно. Большой костер, зажженный с помощью кое-как сработавшего заклинания, никак не мог просушить одежды и тело; холодный ветер дул между редкими деревьями до самого утра. Дальвиг просидел все это время не смыкая глаз. Прижавшись спиной к камню, сжимая в руках обнаженный меч, он всматривался в мечущееся под порывами ветра пламя костра невидящими глазами. Временами ему казалось, что там, в кромешной тьме, за обманывающими глаза метаниями огненных языков, бродят смутные тени. Сквозь треск костра слышались загадочные и неразборчивые звуки. Был ли это разозленный дро, не решающийся напасть на готового к бою обидчика, или же видения, посланные усталым разумом, – Эт Кобос не знал.
Под утро костер погас. Небо стало незаметно, но быстро светлеть. Одна за другой гасли звезды, а месяц, выбравшийся на небосвод незадолго до восхода, бледнел и терялся в голубеющих просторах. Тут и там из сумрачных глубин проявлялись тонкие полосы перистых облаков, стремительно плывущих на запад.
Мир отпечатывался в замутненной голове Дальвига отдельными картинами. Раз! Он пялится на багровые угли и струящийся в небо жиденький дымок. Два! Он вздрагивает и видит перед собой небо. Кажется, дым поднялся уж очень высоко и теперь стал далеким прозрачным облаком. Три! Перед носом шершавый бок камня, бугристый, с несколькими мелкими трещинами и сине-зеленой полосой, исчезающей в одной из них. Верхушка камня ярко освещена солнечными лучами. Рядом, в буреломах, шумно возятся и пищат бурундуки, а где-то невообразимо высоко клекочет коршун, высматривающий мышь.
Больше всего на свете Дальвигу хотелось очутиться в мягкой и теплой постели, выпить большую кружку подогретого красного вина, съесть здоровенный кусок мяса… Тело ломило так, словно он простыл до лихоманки. Руки и плечи зябко дрожали, ноги же словно онемели – он их совершенно не чувствовал. Со стоном и чуть ли не слезами из глаз Дальвиг заставил себя встать. Солнце было еще слишком низко… Он мог бы погреть ладони, если бы вытянул их вверх над головой, чтобы поймать бледный желтый луч. Эт Кобос поежился, всей кожей чувствуя мерзкую заскорузлость не просохшей до конца одежды. Вместо удобств, о которых он только что мечтал, впереди ждали сухари с душком и скачка в надоевшем седле.
Превозмогая желание свалиться и лежать на мягком мху, на верхушке так обольстительно округлого валуна, под теплыми лучами солнца, которое наконец-то перевалило верхушки деревьев, Дальвиг понесся по знакомому ущелью. В обратный путь. Удалиться как можно скорее от отвратительных гор Гирм-Марах, убраться из Белоранны. Теперь, когда он получил в руки армию (пускай и такую, которую еще предстоит создать), путь впереди только один: в самое сердце Энгоарда, к гнезду ненавистного Симы. Скользя взглядом вокруг себя, Дальвиг высматривал в листве редких берез и осин желтые и красные листья. Пока их было мало, даже здесь, в северных краях. Тем не менее заканчивается первый месяц его странствий, а вместе с ним – и лето. Впереди долгая дорога на восток… Тут Дальвиг усмехнулся, в который раз ощутив глубоко внутри тревожный укол, словно невидимая игла впивалась в селезенку или печень. Что-то не так пошло в его судьбе. Страшный груз, который он вез в сумке, ни капли не радовал и не наполнял силами и уверенностью, как должен был. Наоборот, все время, как сосущее чувство голода, вертелась подлая мыслишка: может, он поступил неправильно? Отчего он решил слепо довериться Рголу и Толохе, зачем взял эту жуткую голову? Конечно, теперь поздно сожалеть о содеянном, но не думать о том, что такое решение было далеко не лучшим, он себя заставить не мог.
Разве о том он мечтал, удирая из отцовского замка месяц назад? Тогда Дальвигу представлялось, как он вернется с триумфом. Высокий и гордый колдун, одетый в богатые черные одежды, с внушающим ужас врагам черным мечом, на огромном черном коне, во главе армии непобедимых и суровых черных воинов. А на самом деле? Все тот же мальчишка в истрепанной одежде, с хорошим, но уж больно неказистым Вальдевулом в ножнах. И армия – орава гнилых мертвяков, тупых и вонючих. Тьфу!
Погрузившись в такие невеселые размышления, Дальвиг дал волю коню и не заметил, что после того, как они миновали устье ущелья и повернули на запад, Дикарь выбрался на утоптанную дорогу, невесть откуда взявшуюся в густом лесу. То тут, то там у обочин мелькали лужайки, смахивающие на кладбища, только вместо могильных камней к небу торчали черные стволы деревьев. На самом деле эти милые лужайки были мелкими болотцами, затянутыми густой яркой ряской. Чуть позже дорога пошла вверх и болота исчезли. Лес стал еще гуще и темнее, хотя теперь на пути стали встречаться настоящие прогалины с поникшей, уже осенней травой и гнилыми пнями. Перед одной из них ветвь дерева больно стегнула Даль-вига по ляжке и вывела из задумчивости. Встрепенувшись, он выпрямился в седле и непонимающе оглянулся – как раз вовремя, чтобы увидеть несущуюся прямо на него крупноячеистую сеть из тонких нитей. Сеть больно ударила Эт Кобоса по лицу и вырвала из седла; падая, Дальвиг пытался размахнуться левой рукой, а правой дотянуться до ножен, но от этого только запутался еще сильнее. Раздался громкий треск, вернувший было трепыхавшейся «дичи» надежду на избавление, – но оказалось, что сеть оторвалась от деревьев, к которым была привязана. Все, что это дало Дальвигу, – способность кататься по дороге взад и вперед. Наконец, после нескольких попыток вырвать из плена хотя бы руку, он затих. Дальше по дороге раздалось гневное ржание. Эт Кобос еще раз перекатился и уставился в ту сторону налитым кровью глазом. Дикарь метался под деревьями на противоположном конце прогалины, с арканом на шее. За другой конец веревки держался невысокий плечистый человек в кожаных одеждах. Умело гася рывки коня, он дергал за свой конец аркана и заставлял Дикаря хрипеть. Наконец скакун, которому почти не доставался воздух, сдался и опустил голову.
Усмирив лошадь, незнакомец утащил ее в чащу леса. Вскоре он вернулся легким, пружинящим шагом и сразу подошел к пленнику.
– Эге-гей! – весело воскликнул незнакомец и отдал салют, поднеся палец к зеленому перу на своей шляпе-треуголке. – Да ты одет по странной моде, приятель!
Улыбаясь во весь рот, так, что его тонкие усики топорщились, человек обошел вокруг пленника. Уперев руки в бока, он некоторое время любовался беспомощным Дальвигом, а потом, легко подхватив его за торчащие концы сетки, утащил к ближайшему дереву. Когда он присел на корточки совсем рядом, Эт Кобос смог разглядеть потертости на кожаной куртке, торчащий из-под нее грязный ворот белой некогда рубахи и даже несколько звеньев толстой бронзовой цепочки. Очевидно, это был какой-то местный разбойник мелкого пошиба. Волнистые черные волосы были пострижены «под горшок», как делали все простолюдины, треугольное лицо покрывал сильный загар. Охотник на людей в ответ рассматривал Дальвига с не меньшей тщательностью. Выпрямившись, он сощурился, когда глядел на небо, видно, оценивая время. Затем снова упер руки в бока и насмешливо поглядел, как пленник извивается, пытаясь в очередной раз дотянуться до рукояти меча.
– Нет, не достанешь! – скептически заметил разбойник. – Зря только лопнешь с натуги!
Хохотнув, он внезапно нагнулся, схватил Дальвига за ноги и потащил в глубь леса, прямо через кусты и вылезшие на поверхность корневища сосен, о которые пребольно стукалась голова. Веточки и травинки царапали кожу и норовили выколоть глаза.
– Эй! Эй! – хрипло заорал Эт Кобос в припадке всепоглощающего ужаса. Ему почудилось, что там, в чаще, ждет вертел и костер, ждущие его несчастной освежеванной тушки. – Зачем ты это сделал?
– Странный вопрос, ваша милость! – с готовностью откликнулся разбойник, не прекращая тащить добычу. – Там у тебя четыре сумки, и хотя две из них пусты, остальные-то полные! Кроме того, на твоей доброй, хотя и несколько запачканной одежде прорва карманов, и я ни за что не поверю, что все они хранят воздух. На пальце у тебя перстень с большим красивым камнем, на поясе висит длинный меч. Твой конь просто великолепен! Надо ли продолжать? По-моему, я назвал уже больше чем достаточно причин для нашего знакомства. Когда я продам все это… ну, пожалуй, за исключением одежды, в Легранне, бедняки во многих деревнях получат по монете, а то и по две. Ты, богатый франт, должен быть счастлив, что попался такому благородному человеку, как я. Хотя, вы никогда не понимаете моих устремлений, тупые богатеи. Называете меня грабителем и злодеем. Пусть, мне важно не ваше мнение…
Дальвиг хотел ответить «благородному разбойнику» каким-нибудь гневным острым словом, но лицо его было готово лопнуть от прилившей к нему крови, и на ум ничего не пришло.
К тому же он сомневался, что способен сейчас сказать что-то членораздельное. Только когда они остановились на крошечной полянке, где стояли Дикарь и понурый сивый жеребец незнакомца, Эт Кобос смог немного прийти в себя. Разбойник снова привалил спеленатого пленника спиной к дереву и уселся рядом с ним на корточки.
– Зачем мне твое вранье про бедняков? – натужно просипел ему Дальвиг. Перед глазами у него летали облака серебристых звездочек. – Так я и поверил, что раздашь деньги и ничего не оставишь себе.
– Ну, конечно, оставлю что-нибудь! – хохотнул разбойник, ничуть не обидевшись. – Согласись, если я протяну ноги с голодухи, кто тогда позаботится о бедных детишках, у родителей которых такие, как ты, отобрали последнее?
Пока он говорил, ловкие пальцы сами собой обшарили карманы пленника. Кошелек, Жезл, Дудочка и несколько других вещичек образовали кучку у ног Дальвига. Так же деловито злодей стащил с пальца Эт Кобоса перстень и погладил его грязным пальцем с обломанным ногтем.
– Пускай пока побудет здесь! – прошептал он. Дальвиг в этом своем положении нашел возможность немного удивиться: он полагал, что, лишившись перстня, перестанет понимать язык, ведь речь белораннцев достаточно сильно отличалась от его родной, энгоардской. Однако он не учел, что для любого владельца перстень действовал в обе стороны и теперь «переводил» речь теперешнего хозяина для бывшего.
– А теперь будь любезен, объясни мне, для чего служат все эти штучки? – ласково попросил тем временем разбойник, копаясь в кучке добычи. – Зачем тебе дудка? Ты менестрель? А эта палка – знак власти в каком-то городе? Такая бы мне очень пригодилась.
– Попробуй догадаться сам, – зло сказал сквозь зубы Дальвиг.
– Я люблю загадки, – миролюбиво начал разбойник, но потом резко стер улыбку со своего лица и угрожающе приблизил его к самому носу пленника. – Но не так сильно, как ты мог бы подумать! Смотри, здесь, на этой уединенной полянке, мы сможем с тобой долго беседовать с разными степенями жестокости. Развести костер – плевое дело. Выстругать кол и вогнать тебе в задницу – тоже не много мороки. А еще я простым ножиком смогу так отделать тебя, что ты взвоешь громче голодного волка. Ну, для начала пнуть тебя в рожу?.
– Не надо! – испуганно воскликнул Дальвиг. Злость его мигом испарилась, стоило только представить, как в задницу втыкается толстый сосновый кол. – Я расскажу и так!
– Да? – с сомнением спросил разбойник. – Зря ты начал… Я вот подумываю, что было бы забавно подвесить тебя на том толстом суку так, чтобы земли касались только пальцы ног.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65
Загрузка...

науч. статьи:   происхождение росов и русов --- политический прогноз для России --- реальная дружба --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...