ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— К господину пожаловал гость, — ответил мальчик-слуга, — и ждет, пока господин оденется.
Баоюй вошел в кабинет, когда Цзя Чжэн как раз собирался посылать за ним слугу. Отец дал ему еще несколько наставлений, после чего оба сели в коляску. За коляской следовал Бэймин, неся книги.
Цзя Дайжу уже был предупрежден, что придет Цзя Чжэн и приведет Баоюя, и как только тот появился, поднялся ему навстречу. Цзя Чжэн и учитель справились о здоровье друг друга, и учитель спросил:
— Как поживает ваша почтенная матушка?
Баоюй тем временем подошел к Дайжу, поклонился. Цзя Чжэн попросил Дайжу сесть и лишь после этого сел сам.
— Я хочу вас кое о чем попросить, потому и приехал вместе с сыном, — начал он. — Мальчик вырос и должен готовиться к государственным экзаменам, дабы в будущем добиться высокого положения и славы. Дома — одно баловство. Единственное, чем он занимается, — это сочиняет стихи, дело малополезное, да и сами по себе стихи несерьезные: про облака, росу и луну. В жизни это не пригодится.
— Мальчик не только красивый, но и умный, почему же не учится, а увлекается ребяческими забавами? — сокрушенно покачал головой Дайжу. — Стихами, конечно, заниматься не вредно, но после того, как постигнешь остальные науки.
— Совершенно с вами согласен, — промолвил Цзя Чжэн. — Потому прошу вас отныне заставлять его побольше читать, учить наизусть канонические книги и писать сочинения. Будет лениться — строго его наказывайте. Это пойдет ему только на пользу. По крайней мере не зря проживет жизнь.
Цзя Чжэн встал, поклонился Дайжу, поговорил с ним еще немного и попрощался. Дайжу проводил его до ворот и попросил передать старой госпоже пожелания здоровья. Цзя Чжэн сказал, что непременно передаст, и уехал. Когда Дайжу вернулся, Баоюй сидел возле окна в юго-западном углу комнаты, а перед ним на столе лежали две стопки книг и тетрадки с сочинениями. Бумагу, тушь, кисти и тушечницу он велел Бэймину убрать в ящик.
— Я слышал, Баоюй, ты болел, — обратился к юноше Дайжу. — Как сейчас себя чувствуешь?
— Хорошо, — вставая, ответил Баоюй.
— Тогда приступим к занятиям, — заявил Дайжу. — Учись усердно! Тогда оправдаешь надежды отца, станешь настоящим человеком. Начнем с пройденного. Каждое утро, до завтрака, будешь читать канонические книги, после завтрака — писать сочинение, в полдень толковать прочитанные тексты и несколько раз повторять их вслух.
— Слушаюсь, — ответил Баоюй, снова сел, огляделся. Ни Цзинь Жуна, ни других его сверстников не было. Баоюй увидел каких-то незнакомых мальчиков, маленьких и очень невоспитанных. Баоюй вспомнил о Цинь Чжуне и загрустил. С ним, по крайней мере, можно было делиться своими сокровенными мыслями.
От чтения Баоюя оторвал голос Дайжу:
— Сегодня можешь уйти пораньше! Толкованием текстов займемся завтра. Ты мальчик способный, вот и подготовь две главы. Я посмотрю, что ты знаешь, достиг ли каких-нибудь успехов за последнее время.
Слова учителя привели Баоюя в волнение.
Если хотите узнать, как прошел следующий день Баоюя в школе, прочтите следующую главу.
Глава восемьдесят вторая

Старый учитель предостерегает упорствующего в своих заблуждениях юношу;
дурной сон повергает в смятение обитательницу павильона Реки Сяосян
Итак, Баоюй возвратился из школы и первым долгом навестил матушку Цзя.
— Вот и хорошо! — с улыбкой промолвила старая госпожа. — Наконец-то дикого коня обуздали! Иди повидайся с отцом, а потом можешь гулять!
Баоюй поддакнул и отправился к Цзя Чжэну.
— Уже окончились занятия? — удивленно спросил Цзя Чжэн. — А задание тебе учитель дал?
— Дал, — ответил Баоюй. — Утром буду читать канонические книги, после завтрака — писать сочинение, в полдень — заниматься толкованием текстов и читать их вслух.
— Сходи к бабушке, побудь с ней немного, — велел отец. — И хорошенько запомни: прежде всего дело, а потом забавы. Спать ложись и вставай пораньше. И не пропускай занятий! Понял?
Баоюй почтительно поддакнул и вышел. Он навестил госпожу Ван, потом матушку Цзя и поспешил в сад, досадуя, что не может сразу перенестись в павильон Реки Сяосян.
Добравшись наконец до павильона, он, едва переступив порог, рассмеялся и захлопал в ладоши:
— А вот и я!
Дайюй вздрогнула от неожиданности. Цзыцзюань поспешила откинуть дверную занавеску, и Баоюй вошел.
— Говорят, ты сегодня отправился в школу, — промолвила Дайюй, — почему же так рано вернулся?
— Представь! — вскричал Баоюй. — Отец велит мне посещать школу! Насилу дождался, пока отпустили, думал, уже никогда не увижусь с тобой! А сейчас будто заново родился. Недаром древние говорили: «В разлуке день кажется годом».
— Родителей навестил? — спросила Дайюй.
— Навестил.
— А сестер?
— Еще не успел.
— Сейчас же отправляйся к сестрам!
— Не хочется, — заявил Баоюй. — Давай лучше поговорим. Отец велел рано ложиться и рано вставать. Так что сестер я навещу завтра.
— Можно и поговорить, — согласилась Дайюй, — только лучше тебе сейчас отдохнуть.
— Я не устал, — возразил Баоюй. — Не гони меня. Мне очень грустно. А с тобой я немного рассеюсь.
Дайюй тихонько рассмеялась и приказала Цзыцзюань:
— Завари для второго господина моего любимого чаю «колодец дракона». Второй господин нынче не бездельничал, как обычно, а в школу ходил.
Цзыцзюань с улыбкой отсыпала чая и велела девочкам-служанкам заварить.
— Не вспоминай о занятиях, — попросил девушку Баоюй. — Надоели мне эти каноны, слышать о них не могу. Особенно о восьмичленных! С их помощью только и можно, что добиться славы да высокой должности. Зачем же говорить, что они развивают глубокие мысли древних мудрецов! Даже лучшие из таких сочинений представляют собой не что иное, как сваленные в кучу цитаты из древних книг. А в некоторых, с позволения сказать, ученых трактатах вообще ничего не найдешь кроме нелепостей! Но отец строго-настрого приказал мне учить всю эту чушь, и я не смею ослушаться.
— Девушкам все это не нужно, — заметила Дайюй, — но в детстве, когда моим учителем был Цзя Юйцунь, я читала подобные сочинения. Встречаются среди них и интересные — глубокие по содержанию и свежие по мысли. Я не очень-то в них разбиралась, но не отвергала. И тебе не советую. Подумай о будущем. Ты непременно должен добиться высокого положения.
Баоюй был неприятно удивлен. Прежде Дайюй, в отличие от других, ничего подобного не говорила. Откуда у нее эти честолюбивые помыслы? Но спорить с ней Баоюй не стал, лишь усмехнулся.
Пришли Цзыцзюань и Цювэнь. Цювэнь сказала:
— Сестра Сижэнь послала меня за ним к старой госпоже, а он, оказывается, вот где.
— Мы только что заварили чай, — ответила Цзыцзюань, — пусть господин выпьет чашечку, а потом идет.
— Я сейчас!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167