ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Вряд ли.
– Черт возьми, почему ты все время противоречишь мне?
– А ты заметил, что, когда ты раздражен, ты постоянно чертыхаешься?
– Это происходит, только когда ты рядом.
– Я тебе не верю.
– Спроси у моей мамы. Она всегда говорила, что нельзя чертыхаться в присутствии женщин, и я никогда не делал этого. Но ты выводишь меня из терпения!
Итан как будто искал оправдания своей злости, его бесила и в то же время смущала собственная несдержанность.
– Это не нарочно.
– Я тебе не верю! У тебя ужасный характер. Ты заноза, Бет, и впиваешься в меня так же глубоко, как в Техасе роют дренажные колодцы.
– Дренажные колодцы не бывают глубокими.
– В Техасе бывают.
– Если послушать вас, техасцев, то в вашем штате все необычно большое, из ряда вон выходящее.
– Так оно и есть, – усмехнувшись, многозначительно подтвердил Итан.
Бет засмеялась:
– Ну хорошо, в чем-то я с тобой согласна.
Лицо Итана на мгновение озарилось улыбкой, но он тут же снова посуровел.
– У нас с тобой отношения, Бет.
– Нас связывает только секс, да и то ты хочешь, чтобы он был умеренным.
– Мы друзья и любовники, а это больше, чем секс.
– Как скажешь.
– Я говорю как есть. И повторяю, я запрещаю тебе связываться с Прескоттом.
– А если я не разделяю твою точку зрения?
– Я отстраню тебя от оперативной работы.
– Ты не сделаешь этого. Ты потратил слишком много сил на то, чтобы выследить Прескотта и разработать эту операцию. Из-за твоего глупого упрямства все может пойти прахом.
– Это не глупое упрямство. Речь идет о твоей безопасности. Ты прекрасно знаешь, Прескотт опасен.
– Я знаю это с твоих слов. Но если Прескотт продает информацию нашим врагам, это еще не означает, что он представляет угрозу для женщины.
– Он убивал людей, Бет.
– Прескотт расправлялся с теми, кого считал агентами. Но на мой счет у него нет никаких подозрений, а я не собираюсь раскрывать ему свои секреты.
– Он тебе нравится? – выдавил из себя Итан.
– Ты издеваешься? У меня от него мурашки бегают по коже.
– И ты надеешься это скрыть?
– Да Прескотту будет приятно, если он узнает, что от него меня бросает в дрожь! Такой уж он человек.
– Именно поэтому ты должна беречь от него свою хорошенькую задницу.
– Вряд ли его интересует именно моя задница.
– От такого человека, как он, можно ждать чего угодно.
– Паникер.
– Нет, черт… – Итан осекся и, взяв себя в руки, после паузы продолжил: – Пойми, он съест тебя и не подавится.
– Прекрати меня запугивать.
– Я вполне серьезно, Бет.
– Параноик.
– Я руковожу операцией и отвечаю за успех дела. Мы уже обсуждали это.
– Да, и, между прочим, пришли к выводу, что я не безмозглая кукла.
– А я никогда этого не утверждал.
– В таком случае не относись ко мне так, будто я полная идиотка.
– Я не согласен с тобой, но я не считаю тебя глупой.
– Ты отдаешь приказы, не растолковывая их суть.
– Мы уже говорили об этом!
– Не ори! Мне не нравится, когда ты командуешь.
– А ты все равно не слушаешь.
– Я слушаю, но не соглашаюсь.
– Ты сведешь меня с ума, Бет. Ради Бога, перестань спорить.
– А я разве спорю?
– Со стороны это выглядит именно так.
– Но что мне делать, если я не согласна с твоим решением?
– Если мы не пришли к согласию по какому-то вопросу, то…
Итан замолчал, ожидая, что Бет закончит его мысль, вспомнив инструкцию.
– …то последнее слово за руководителем операции, – тяжело вздохнув, проговорила она.
– Правильно мыслишь.
– Но сначала спорный вопрос надо хорошо обдумать и обсудить.
– У тебя есть еще какие-то соображения на этот счет?
– Я думаю, мы должны пока оставить вопрос открытым.
– Но не пытайся осуществлять свой план.
– Хорошо, я согласна… Я не буду этого делать. По крайней мере в ближайшее время.
Вечером, когда Прескотт позвонил Бет, чтобы сообщить, что она принята на работу, Итан засомневался в искренности ее намерений соблюдать условия их договора. Она с придыханием говорила по телефону со своим новоиспеченным боссом, и Итану, конечно, это не могло понравиться. Такой голос был у нее обычно во время занятий сексом, и Итан считал, что только он вправе слышать его.
Когда Бет повесила трубку, Итан накинулся на нее с упреками, но она лишь рассмеялась в ответ.
– Я просто сильно нервничала, вот и все.
На взгляд Итана, Бет во время разговора не была чересчур взволнованна. Хотя, присмотревшись к ней, он заметил, что ее темные глаза горят возбуждением.
Бет сидела за письменным столом, а Итан, лежа на кровати, изучал план владений Прескотта. Это была большая усадьба в английском стиле с большим лабиринтом из аккуратно подстриженных кустов и розарием. На Орегонском побережье она выглядела довольно претенциозно. Но Прескотт был достаточно богат и мог позволить себе такую роскошь.
– Мне кажется, ты заигрываешь с ним. Прескотт наверняка тоже так подумал.
– Ну и отлично. Рада, что он не заметил, как сильно я нервничаю. Я пыталась скрыть свое волнение.
Итан нахмурился.
– Мы же договорились. Ты не будешь флиртовать.
– А я и не флиртовала. Просто решила: пусть уж он лучше думает, что я с ним заигрываю, чем поймет, как сильно я волнуюсь, боясь отказа.
– В следующий раз не делай этого.
– Чего именно? Хочешь, чтобы я больше никогда не волновалась? – с невинным видом спросила она.
Итан вскипел.
– Нет. Хочу, чтобы ты больше никогда с ним не флиртовала, – с расстановкой произнес он.
Она насмешливо посмотрела на него.
– Без проблем. Но повторяю еще раз, я не флиртовала с ним.
Закусив губу, Бет намотала на пальчик прядь своих шелковистых, доходивших до плеч волос. Глядя на нее, Итан улыбнулся. Он не знал, чем Бет озабочена, но считал, что для беспокойства нет причин и она это скоро поймет. Все будет хорошо, во всяком случае, до тех пор, пока Бет снова не предпримет попытку раздразнить тигра своим флиртом.
Но кто был тигром, с которым Бет следовало вести себя осторожно, – он сам или Прескотт, этого Итан не знал.
– Когда ты приступаешь к работе?
– Во вторник. По словам Прескотта, в понедельник он будет в отъезде.
– Ладно. Нам уже подготовили жилье поблизости от усадьбы Прескотта.
– Правда? Тогда почему мы все еще в гостинице?
– Здесь удобнее. Наши люди пока предпринимают меры по обеспечению нашей безопасности.
– И когда же мы отсюда переедем?
– В понедельник.
– Отлично.
– Ты собрала вещи перед отъездом в Портленд?
– Да, я знала, что Прескотт примет меня на работу, и упаковала все необходимое. Мод переправит завтра чемоданы сюда.
– Мой багаж тоже прибудет завтра. Все пока складывается вполне удачно.
– Значит, ты тоже был уверен в том, что я получу это место, – задумчиво промолвила Бет, продолжая наматывать на палец прядь волос.
Выражение ее лица стало несколько растерянным.
– Да, я верил в тебя. Но теперь вижу, тебя гложут какие-то сомнения. В чем дело, Бет?
Она глубоко вздохнула.
– Теперь, когда я получила работу, мне вдруг стало как-то не по себе. Как ты думаешь, сколько времени продлится операция?
– Понятия не имею, детка. Если повезет, можем справиться за неделю. Но если дело пойдет туго, придется торчать здесь год или даже дольше.
Странно, но мысль о том, что ему придется целый год жить под одной крышей с Бет и спать с ней в одной постели, не пугала Итана. А Бет, услышав его слова, побледнела.
– Целый год… – пробормотала она. – Надеюсь все же, что удача не отвернется от нас.
Итан забеспокоился. Ему необходимо было во что бы то ни стало вселить в Бет уверенность в успехе дела, убедить ее в том, что их командировка не затянется надолго. Бет, по-видимому, не оставляла свои мечты о новой жизни, начатой с нуля. Однако Итану сейчас не хотелось об этом разговаривать.
– Мы успешно завершим операцию, Бет. Не расстраивайся, наша командировка не будет длиться вечно.
– Я верю, ты не допустишь провала. Ты ведь действительно хочешь припереть к стенке Прескотта.
– Ну вот, ты все прекрасно понимаешь.
– Значит, он виноват в смерти твоих друзей?
– В этом нет никаких сомнений, Бет. Нельзя недооценивать той опасности, которую таит в себе Прескотт. Помни, что за обаятельной внешностью скрывается жестокая душа.
– Я бы не назвала Прескотта обаятельным.
– Но ты так разговаривала с ним, как будто на том конце провода находился самый обаятельный мужчина в мире, – с упреком сказал Итан.
Ему не нравился тон собственного голоса. Он не понимал, что с ним происходит. Он никогда не был мужчиной-собственником, ни на шаг не отпускающим от себя женщину. Неужели он так хорошо вжился в роль, что она стала частью его натуры? Нет, скорее всего дело в другом. Итан беспокоился за Бет, которая не прошла специальной подготовки и не была профессиональным оперативником. Он не допустит, чтобы с ней что-то случилось или чтобы из-за нее провалилась операция.
– Тебе еще не надоело говорить об одном и том же?
– Ладно, не будем больше об этом. Лучше пойдем в постель.
Ее глаза расширились от изумления.
– Но мы же еще не ужинали.
– Можно заказать ужин в номер. Позже.
– Но…
– Я же объяснял тебе… Частые занятия любовью снимут напряжение и сделают секс менее интенсивным.
Бет поморщилась так, будто ей на язык попало что-то кислое.
– Кстати, об интенсивности. Я не умею заниматься умеренным сексом.
– Мы будем вместе учиться этому.
– У меня ничего не получится.
– Почему ты так думаешь? – Итан вдруг почувствовал, что биение его сердца участилось.
– На мой взгляд, было бы разумнее вообще не заниматься сексом, чем сдерживать себя в минуты интимной близости. Я не такая, как ты. Меня на спецкурсах не учили отделять чувства от физического наслаждения. – Встав, Бет поскользнулась на полу и едва не упала. Это был плохой знак. – Ты говорил, тебе необходимо сосредоточиться на выполнении задания, – продолжала она. – Согласна с этим. Я не хочу, чтобы из-за нашей опрометчивости операция провалилась. У меня нет твоей профессиональной подготовки, равно как и опыта случайных сексуальных связей. Самым разумным в нашем положении было бы полное воздержание, отказ от физической близости.
– Я – не ловелас и не повеса, черт возьми!
– Я этого не говорила.
– В таком случае о каких случайных сексуальных связях может идти речь? – грозно сдвинув брови, спросил Итан.
Бет пожала плечами.
– Называй это как хочешь, и все-таки у нас с тобой разный сексуальный опыт. Как ни странно, я не умею сдерживать свои эмоции в минуты близости. Я забываю обо всем на свете, когда нахожусь в твоих объятиях, и в этом все дело, Итан. Пойми, я не такая, как ты, и не такая, как мои родители. Я хочу свободно проявлять свои чувства и не желаю ложиться в постель с мужчиной, который намерен сдерживать себя. И пожалуйста, не старайся использовать мои особенности в своих целях.
Бет не повышала голос, не говорила с придыханием и не прибегала к другим женским хитростям, чтобы убедить Итана в своей искренности. Она произносила слова спокойно, с большим достоинством и твердо решила до конца стоять на своем. Она не пойдет на уступки ни ради собственного удовольствия, ни ради Итана, ни ради кого бы то ни было.
– Я темпераментная женщина, – продолжала Бет, беря сумочку. – И мне это нравится. Возможно, это не устраивает тебя и моих родителей. Тут я ничем не могу вам помочь. Алан тоже не хотел замечать мою чувственность. Но я принимаю себя такой, какая я есть, и не хочу подлаживаться под вас. Ты недавно сказал, что мы друзья, мне тоже так кажется. А значит, мы не должны сейчас заниматься сексом. Прежде всего необходимо выполнить задание. – Она направилась к двери. – Я решила пойти поужинать. Если хочешь, я подожду, пока ты соберешься. Впрочем, если ты хочешь ужинать в номере, я пойду в ресторан одна.
– И это не обсуждается?
Бет поняла, что вопрос Итана касался не только ее решения пойти в ресторан. Она кивнула.
– Сколько можно говорить об одном и том же? Я хочу, чтобы ты просто принял мою точку зрения к сведению и смирился с неизбежным.
– Неужели ты думаешь, что мы сможем жить под одной крышей, не прикасаясь друг к другу?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43

загрузка...