ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Или ещё что-нибудь в том же роде. Гад ползучий. И он, и Корж тоже, и этот - Гнилой. Ничего, сейчас поглядим, кто кого перехитрит.
- Следи за машиной - дашь знак, - шепнул он Гале, а сам направился к Симеону. Остановился в двух шагах от него, доедая мороженое. Затем, скосив глаза, будто невзначай бросил:
- Дяденька, удовольствие не хотите получить?
Симеон вперился в него и хмыкнул:
- Вали отсюда, козявка, пока ноги узлом не завязал.
- Нет, всерьез? Всего десять долларов.
- На кино не хватает?
Симеон оглянулся, ищя глазами Геру. Время поджимало. Скорее всего пацан передумал и не придет. В полиэтиленовом пакете лежал "Макаров" с полной обоймой, завернутый в газету. Сима рассчитывал так: показать пистолет мальчишке, а потом повести его в лес, якобы пару раз пульнуть по деревьям. Или отправиться на машине за город. Дальше - проще. Кто будет искать мальчишку и кому он вообще нужен? Мало ли чьи кости потом по весне находят... Если Гера все-таки придет, то ребята его не упустят. А пока можно и развлечься. Он посмотрел на стоявшую рядом пигалицу в беретике кого-то она ему напоминала.
- Тут рядом подъезд с чердаком, - торопливо сказала девчонка.
- А ты, видно, дорогу туда хорошо знаешь? - усмехнулся Симеон, махнув рукой в сторону "москвича". - На жвачку зарабатываешь?
- На учебники, - ответил Гера.
Из машины вышел один из барбосов, лениво подошел к ним.
- Отлучусь, - коротко бросил Сима. - А вы ждите. Если придет - везите его на дачу, скажите, что я там.
- Оставь ствол-то, - барбос потянул руку к пакету.
- Со мной будет.
- Как хочешь. - Барбос вернулся к машине.
Галя ещё немного рядом, а затем тихонько пошла вслед за Симой и Герой, удалявшихся в сторону пятиэтажек. Когда те нырнули в один из подъездов, она осталась ждать, не зная, что делать дальше. Ей нравилась эта игра с переодеванием, нравилось ощущение азарта и риска, хотя она и чувствовала, что все может кончиться совсем не весело. У Геры была какая-то тайна, вроде как у Монте-Кристо. Галя вообще начинала романтизировать его все больше и больше. Он жил другой жизнью, гораздо более насыщенную событиями и приключениями, какими-то непонятными опасностями, и ей хотелось также принять в них участие. Или хотя бы быть где-то рядом...
- Эй, малышка, куда так торопишься? Дай хоть разглядеть как следует, говорил Симеон, карабкаясь вслед за Герой по узкой лестнице на чердак.
- Время, дяденька, деньги! - откликнулся тот. Он хорошо знал это место. Иногда они собирались тут всей компанией. А чтобы посторонние не совали нос, имели в запасе кое-какие ловушки. Утром он успел побывать здесь и все проверить. - Вот и пришли, - сказал он писклявым голосом. - Куда хотите-то? Туда или сюда?
- По-всякому, - благодушно отозвался Симеон, начиная расстегивать брюки. В этот момент на шее его захлестнулась петля из проволоки, которая словно упала со стропил, и Гера моментально потянул за другой конец, закручивая его вокруг балки. Сима захрипел, вцепившись в горло, глаза стали наливаться кровью. Он не мог двинуться, поскольку петля от любого движения затягивалась ещё туже. Последовал болезненный удар в пах, от которого Сима согнулся бы вдвое, если бы не проволока. Сквозь туман в голове до него донесся писклявый голос:
- Ну что, дяденька, получили удовольствие? С вас десять баксов, как договаривались.
Пошарив по карманам Симеона, Гера отсчитал нужную сумму, остальное положил обратно. Забрал полиэтиленовый пакет.
- Отдохни, пока дворник не придет, - сказал он, застегивая на Симеоне брюки.
3
От этой сцены с убийством князя у Драгурова осталось неприятное ощущение, словно он не читал страницы, а жевал их. Отбросив в раздражении дерматиновую папку, он задумался. Владислав ещё не предполагал, что между его металлическим мальчиком с лютней и луком и этим сценарием может существовать какая-то связь, пусть даже совершенно случайная, но уже чувствовал беспокойство и тревогу. Как если бы ступил на болотистую почву и теперь каждый его шаг был сопряжен с риском. И ещё Снежана, неожиданно вошедшая в его жизнь... Сейчас он не мог просто взять и выбросить её из головы. Что-то изменилось. И перемена судьбы, если такое возможно, готовилась исподволь, вызревала внутри него. Ему претили собственные мысли, желания, поскольку таили в себе сладостную неизвестность, но что можно было поделать? Запретить себе думать?
Тишину прорезал телефонный звонок, и котенок, лежавший у него на коленях, испуганно спрыгнул на пол. Владислав снял трубку, не ожидая почему-то ничего хорошего. Голос старого мастера узнал сразу, хотя на том конце провода что-то хрипело и булькало, будто Белостоков звонил из преисподней, а рядом с ним закипали смоляные котлы.
- Я думал у вас не работает телефон, - усмехнулся Драгуров.
- А я от соседей, - пробурчал наставник. - Ты давай приезжай ко мне спешно. Надо.
- Что случилось?
- Игрушка твоя... Мальчик этот. Неладно.
Владислав взглянул на часы. Он никогда не позволял себе уходить с работы так рано. Чудит старик, блажь одолела. Или?..
- Обождать до вечера можно?
- Можно, да не нужно. Боюсь, поздно... Сам решай!
Больше от Белостокова ничего нельзя было добиться. Очевидно, он не хочет говорить при соседях, догадался Драгуров. Но что могло заставить так нервничать старого медведя?
- Приеду, как освобожусь, - произнес он, вешая трубку. - Жаль что к нему нельзя отправить тебя, - добавил Владислав, глядя на котенка, вновь прыгнувшего к нему на колени.
Срываться по первому зову из мастерской не хотелось. Иногда руководство устраивало внезапные проверки, грозившие штрафными санкциями. Но и телефонный разговор не выходил из головы. Да и работа теперь как-то не клеилась, казалась пустой и никчемной. Провозившись с куклами ещё минут сорок, Драгуров в сердцах выругался, запер мастерскую и отправился к Белостокову.
Настроение было препоганое, будто он ехал к врачу за приговором-диагнозом. В последнюю неделю все шло наперекосяк. В довершение всего автобус застрял в пробке из-за какой-то аварии впереди, и сквозь грязное ветровое стекло Драгуров долго смотрел на две искореженные легковушки. Потом к "скорой помощи" понесли покрытые белыми простынями тела на носилках. "В Москву пришла Смерть", - глупо подумал Владислав, словно есть на земле место, куда она ещё не заглядывала и где её не ждут столь обреченно, как здесь.
- Это только начало! - проворчал сосед с землистым цветом лица. - Чума нас всех забери...
- Дайте пройти! - раздраженно произнес Драгуров, проталкиваясь к выходу.
К Белостокову пришлось добираться окружным путем, потеряв при этом ещё лишний час.
На звонок никто не открывал, а когда Владислав начал стучать в дверь, она сама подалась, поскольку замок был поставлен на предохранитель. В квартире было темно. И - затхлый запах, ударивший в лицо. В прошлый раз пахло иначе, просто жилищем старого человека, пропитанного миазмами тела и остатками пищи. Теперь - как из разрытой могилы. Владислав осторожно переступил порог, позвав в пустоту:
- Александр Юрьевич? Спите, что ли? А я вам кефир купил.
Щелкнув пару раз выключателем, он чертыхнулся. Наверное, полетели пробки. Пришлось двигаться по коридору на ощупь. Куда делся старик? Пошел за электромонтером? Перебравшись на кухню, Драгуров щелкнул зажигалкой и поискал на полке спички. Рядом с коробком лежал и огарок свечи. Только сейчас он почувствовал, как сильно колотится сердце. Казалось, этот стук слышен и в соседней комнате. Но он уже догадывался, что квартира пуста. Здесь никого нет. Ни одной живой души, кроме него самого.
Запалив фитилек свечи, Драгуров побрел в комнату, прикрывая робкое пламя ладонью. И почти у самого порога чуть не споткнулся о тело старого мастера. Александр Юрьевич лежал на спине, лицом вверх, а в мертвых глазах плясали два огонька. И это было по-настоящему страшно.
4
Выскочив из подъезда, Гера кивнул своей подружке и быстро пошел прочь, не сомневаясь, что она, как собачонка, последует за ним.
- Куда теперь? - тормознула его Галя. - А этот... с которым ты был, где?
- Тебе не надоело задавать глупые вопросы? - огрызнулся Герасим, чуть повернув голову. - К тебе идем! Я что, всю жизнь буду ходить в твоем дурацком платье?
- Я тебе что, марионетка?! - обиделась она. - Я не кукла, которую можно таскать за собой куда взбредет.
- Ладно, не дуйся, - немного погодя, произнес Гера. - Просто не надо тебе ввязываться в дерьмо. Впрочем, поздно...
- Что ты хочешь этим сказать?
Гера ответил загадочной фразой, которую она так и не смогла понять:
- Если начнет дергаться , тогда играй для дурака музыку.
Сам-то он знал, о чем говорит. Симеону сейчас оставалось только одно: ждать. Ждать, когда кто-нибудь придет и высвободит его из петли. А кто забредет на чердак и скоро ли? Сколько должно пройти времени? Он почти висел, касаясь носками ботинок пола и вытянув в напряжении шею, обхваченную стальной проволокой. Голова гудела, перед глазами плыли красные круги, дышать было почти невозможно. И кроме того - ужас, сковавший его сознание и лишивший способности мыслить. Ноги и пыльцы рук, вцепившиеся в горло, постепенно немели. "Попался... Попался, как последний лох! Гадина... твердил он про себя. - Ну, обожди! Дай только выбраться..." Тут Симеон сообразил, кого напоминала ему эта девчонка: Герасима! Это был переодетый и расфуфыренный, как малолетняя шлюшка, Герка! Сима чуть не взвыл от огорчения и бессильной злобы. "Убью его!" - твердо решил он, стараясь не шевелиться. Но колени предательски дрожали, и уже не ужас, а бездна отчаяния начинала овладевать всем его естеством...
Дома у Гали, не обращая на неё внимания, только повернувшись спиной, Гера стал поспешно разоблачаться, швыряя девчоночьи тряпки на пол. Галя вытащила из брошенного на кровать полиэтиленового пакета газетный сверток и с любопытством развернула.
- А это зачем? - спросила она, взвешивая на ладони тяжелый, поблескивающий вороной сталью пистолет.
- Положи на место! - строго сказал Гера.
Она не послушалась, держа "Макаров" обеими руками и направив дуло в его сторону.
- Ну и стреляй! - равнодушно произнес Герасим, вновь поворачиваясь к ней спиной. Между его острыми худыми лопатками синело пятнышко, похожее на нарисованный глаз.
- Что это? Откуда? - Галя коснулась стволом пистолета вытатуированного ока.
- Давняя история! - отмахнулся он. - Как-нибудь расскажу.
- Глупо и смешно. Третий глаз, - сказала она, фыркнув. - А больше ты себя никак не изукрасил?
- Мне что, догола раздеться? - разозлился Гера.
- Раздевайся! - насмешливо она, подначивая его ещё больше. Но она никак не ожидала, что он воспримет её слова всерьез. Наверное, у него действительно было не все в порядке с головой, по крайней мере стыда никакого. Галя не успела моргнуть глазом, как он сбросил плавки и повернулся к ней лицом, уперев кулаки в бока. Она почувствовала, что начинает краснеть, но продолжала смотреть. Взгляд задержался там, где только начинали курчавиться волосы.
- Ну! - с вызовом произнес он. - А теперь ты! Чтобы по-честному.
Непонятно что с ней случилось... Он обладал какой-то магической властью, повелевал её волей. Медленно, но покорно Галя стала расстегивать молнию на юбке, хотя голова её работала ясно. На пол полетела блузка, потом колготки. Затем, сжав губы, она сбросила последнее и переступила с ноги на ногу, стоя теперь перед ним такая же обнаженная, как он сам.
- Ты почти взрослая. И красивая, - произнес Герасим, сощурившись. - А я? - Он словно ощупывал её взглядом.
- Ты тоже, - нерешительно ответила Галя, чувствуя, что ещё немного - и разрыдается. Ее тянуло в новую, неизведанную жизнь... и сковывал страх. А он так и стоял поодаль, не двигаясь. Еще не мужчина, но уже не ребенок. Странный мальчик.
- Мы сошли с ума, - прошептала она.
И в это время задребезжал спасительный дверной звонок.
5
Карина уже давно хотела прервать разговор. Казалось, они уплывают все дальше и дальше от берега и вернуться обратно не хватит сил.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49

загрузка...