ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- Давай быстрее, - сказал Гера, шагая впереди. - Не попасть бы в грозу.
- А что, можем растаять? - улыбнулась Галя. - Я люблю дождь.
- Да, похоже, это не дождь, это ураган.
И действительно, на спящий город надвигалось что-то непонятное и страшное, отголоски его уже доносились с восточных окраин. Там ярко вспыхивали красные огни и тотчас же гасли, горизонт пронзали зигзагообразные молнии, устремляющиеся в землю. Что-то тревожно бухало, будто взрывались артиллерийские снаряды. Галя и Гера снова бежали, но теперь уже к дому, из леса, похожие на двух жеребцов, отбившихся от табуна. И хотя им ещё не было по-настоящему страшно, но необузданное веселье уступало место беспокойной тревоге. Они как раз подбегали к дому, когда небеса будто бы в миг разверзлись и потоки воды обрушились вниз... Хлынул такой ливень, за которым уже ничего не было видно. Промокнув в секунду, они влетели в подъезд, отряхиваясь от воды, вытирая ладонями лица.
- Фу ты, ну и потоп, - сказал Гера, посмеиваясь. - Тебе надо переодеться, а то простынешь.
Галя отжимала волосы и уже собиралась ответить, но тут откуда-то из угла донесся голос:
- Простынет, непременно простынет...
Возле батареи сидел противный неопрятный старик и скрипел, бубнил себе под нос.
- Гера, Герасим, это ты? - вдруг позвал он. - Это ты, я узнал. Иди сюда.
- Ты кто? - брезгливо спросил подросток. Он встал, заслоняя собой девочку.
Хихикнув, старик пробормотал:
- А я жду, жду, уж надоело. Думал, не появишься. А ты с подружкой. Что ж... жизнь идет. Ты уже взрослый... А меня, конечно, совсем не помнишь. Сколько времени прошло... Почитай, десять лет...
- Что он там бормочет? - спросила Галя. - Ты его знаешь?
- Нет! - резко ответил Гера, пристально всматриваясь в старика. Пойдем отсюда.
- А я ведь нашел тебя. - Старик поднялся и заковылял к ним. - Гера, подожди!
Они побежали по лестнице, но старик не отставал, пытаясь нагнать, откуда только взялась прыть? - и все кричал:
- Гера, сынок, постой! Гера!
6
"...Курт вернется в Москву и встретит своего брата Германа там... Там же и начнется катастрофа. Что будет потом? Об этом Селена не знала. Она получила пророческие предсказания в Агарти вместе с осколком Чантаманы, но была лишь хранительницей камня, а владеть им полагалось высшим посвященным, которые могут управлять волей народов. Власть дается не каждому, и не всякий способен свершить то, что сотрясет землю и небо. Но она не только несла камень во мне, хотя звучит это странно, но носила и меня - в себе. Под сердцем. Носила то, что должно было родиться... Такое вот дело. Иногда мне казалось, что Селена - прямая наследница Бергера, а сам мастер жив. Он исчез в мертвом мире, а потом, через несколько десятков лет, когда подошел срок, вновь появился. Такие люди, как он, не умирают, они возрождаются во времена наивысшего греха и мучений, их отпускают, чтобы они могли идти впереди войска. И они идут, зная, что их невозможно убить. Если проигрывают, то ждут нового часа. Борьба не кончается, лишь затухает. Вот и сейчас мы возвращаемся обратно, но кому предназначен кристалл, я не знаю. Нас ждут... Везде... По всему миру... Смотрите, смотрите! Это иду я!.."
7
На улице уже бушевал такой ураган, что окно с треском распахнулось, будто разорвался снаряд, и Карину отбросило в сторону. Она ухватилась за стол и метнулась назад, чтобы закрыть окно, оно не поддавалось: дождь и ветер били в лицо, секли его, словно на Карину напал сумасшедший с бритвой.
- Давайте я приведу её в чувство, - сказал Колычев, вновь подходя к Драгурову, который все ещё продолжал держать Снежану на руках. Они уложили её на ковер и, пока Карина боролась с окном, Колычев влил девушке в приоткрытые губы содержимое пузырька.
- Вот и все, - произнес он, вставая. - Сейчас начнется подъем сил. Ну, а потом... - И сценарист развел руками, улыбнувшись.
Драгуров не понял его, да и разговаривать сейчас не хотелось. Он видел, как Снежана понемногу оживает, розовеет лицо, губы шевелятся. Наконец она открыла глаза, посмотрела на них и слабо кивнула.
- Он здесь, - сказала она. - Мы не убили его.
И вновь Владислав не понял, о чем она говорит. Но зато догадался Колычев.
- Я почему-то так и думал, - отозвался он, щелкнув пальцами. Проклятье! Я чувствовал, что он жив. Всей кожей, каждой клеточкой. Но... Как?
- Мы ошиблись. Я сама не знаю... В темноте или... Или он внушил нам. Но умер другой. И с этим надо смириться. Он все ещё сильнее и хитрее тебя.
Снежана говорила путано, отрывисто, но Драгуров начал постигать смысл, заключенный в её словах.
Подошла Карина и встала рядом.
- В его постановке этот фильм получился лучше моего, - насмешливо сказал Колычев. - Не мы, а он играл нами. Одно утешение: он такая же марионетка, как и все мы. Может, чуть более самостоятельная. Но и его кто-то дергает за ниточки.
- И он идет сюда, - добавила Снежана.
- О чем они говорят? - спросила Карина, взяв мужа за руку.
- Помолчи, - отозвался тот. - Значит, вы давно знакомы?
- Пожалуй, с детства, - призналась Снежана. - Но тебя это не должно касаться. Хотя и странно, что мы все встретились именно здесь. Пойми, если я тебя и обманывала, то не в главном. Я люблю тебя. Все остальное - игра. Придуманная им, - она кивнула в сторону Колычева, который сердито расхаживал по комнате.
Карина не выдержала:
- Он вообще большой любитель сочинять разные истории, - сказала она. Не знаю, какие сети вы все плетете, но чувствую я себя ужасно. Будто меня долго топили в болоте, а потом зачем-то вытащили. Что тебе было нужно?
Колычев остановился перед ней и пожал плечами.
- Ничего. Я даже не сразу начал догадываться, что он - твой муж. Все настолько переплелось... само собой... настолько запуталось... Жизнь преподносит сюрпризы, которые человек не способен понять. Любой роман ничто в сравнении с загадками судьбы. Я написал сценарий, а он оброс мясом и плотью. Так бывает. Предыдущая жизнь соединилась с нынешней. И вымышленная - с реальной. Что же в этом удивительного? Разгадки надо искать внутри нас. В каждом сидит то, что потом вырывается наружу. И это самое страшное, что может произойти в жизни. Зверь - внутри.
Драгуров бросил взгляд на сумку и, открыв, вытащил куклу.
- Вам был нужен этот металлический мальчик? - спросил он.
Колычев отвел взгляд и усмехнулся.
- Это всего лишь один из элементов игры, - произнес он. - Не придавайте слишком большого значения символам или идолам. Они последнее прибежище для тех, кому уже некуда идти.
- Но внутри него спрятано то, что вы ищите, - ответил Владислав. Он поставил игрушку на стол и вынул из ящика инструменты. Затем быстро отвернул верхнюю половину металлического туловища и стал развинчивать механизм. Все наблюдали за его работой. Никто не проронил ни слова, пока Владислав не начал стамеской отбивать от внутренней стенки корпуса впаянные часы.
- Осторожней! - вырвалось у Колычева.
- Терафим там, - добавила Снежана.
- Осколок Чантаманы, магического кристалла? - усмехнулся Драгуров. Как же, слышали... Очевидно, для твоего деда этот кусок метеорита имел особенное значение, коли он так его замуровал.
Колычев подошел к Снежане и сердито спросил:
- Значит, ты знала? И не могла сказать?
- Зачем? Ты и так почти сумасшедший. - Она пошатнулась, и Карине пришлось поддержать её.
- Вам плохо? - спросила Карина, подводя побледневшую девушку к креслу, и тут взгляд её упал на пузырек, валявшийся на ковре. И она все поняла.
Драгуров закончил работу, небрежно бросив на стол сверкающий черный камешек - с голубыми и бледно-желтыми прожилками, в форме капли.
8
Галя и Герасим ворвались в квартиру, даже не обратив внимания на то, что дверь открыта. Из комнаты доносились голоса, и они пошли прямо туда, к людям.
- ...Если он вам не нужен, позвольте я заберу его себе? - произнес Колычев, протягивая к камешку руку. - Пригодится, знаете ли, в хозяйстве.
Но Драгуров успел схватить терафим и подбросил его на ладони.
- Насколько я понимаю, он принадлежит не вам, - сказал Владислав. Скорее всего - Снежане. И если он представляет какую-то ценность, то... Он посмотрел на девушку. Она ничего не ответила, лишь слабо улыбнулась. Что с ней?
- Ее отравили, - сказала Карина и кивнула на Колычева. - У нас есть большой специалист по этой части. Достойный наследник своего прадеда.
Драгуров побледнел. Не выпуская из руки терафим, другой рукой он схватил со стола металлическую игрушку и направился к Колычеву. Ему хотелось размозжить негодяю голову, но в этот момент в комнату вбежали Галя и Герасим. Оба выглядели испуганными и тяжело дышали.
Никто ещё не успел опомниться, как послышались чьи-то торопливые шаркающие шаги и противный скрипучий голос. На пороге комнаты появился безумный старик. Остановившись, он оглядел всех подслеповатыми красными глазками, и Драгуров узнал своего заказчика, который неделю назад принес металлическую игрушку. Лицо старика как-то странно изменилось, будто его окунули в кислоту, а потом нарумянили. Что-то шамкая, старик посмотрел на куклу в руке Владислава, потянулся к ней, но, сделав пару шагов, передумал. Продолжая бормотать, он задвигался, будто пританцовывал. Заметив Геру, направился к нему и опять остановился.
- Это твоя дочь, - сказал Колычев, показав пальцем на Снежану, которая, казалось, уснула, сидя в кресле.
Старик обрадованно закивал головой, но тут же с беспокойством принялся оглядываться, точно искал что-то.
- Дочь? - с недоумением переспросил Драгуров.
- Ну да, - отозвался Колычев. - И дочь, и внучка... И жена. Она, должно быть, поведала вам свою семейную тайну? Ее зовут не только Снежана, но и Селена.
- Я ничего не знал!
- Теперь это уже не имеет значения. Она умерла. - Алексей наклонился, заглянул девушке в лицо, выпрямился и с усмешкой посмотрел на Геру. Старик разыскал своего сына. Отдайте кому-нибудь из них терафим. Лучше младшему. Мне он не нужен.
Сумасшедший быстро закивал и, протянув руку, направился к Драгурову.
- Вот он, - произнес Владислав, разжимая ладонь. Искрящийся блеск завораживал, притягивал взгляды. - Обычный камень. Но, может быть, в нем скоплено ничуть не больше зла и порока, чем в поклоняющихся ему. Человек сам выбирает свой путь, пора бы об этом знать.
- Не делайте этого! - предупредил Колычев. Но Драгуров уже подошел к окну, разбил стекло кулаком и, замахнувшись, с силой бросил кристалл.
Старик завопил и полез на подоконник. Никто его не удерживал. Карина потрясенно молчала. Владислав подошел к дочери и обнял её.
- Смотрите, смотрите! - закричал Герасим.
Старик, ранясь об осколки, свешивался все ниже и ниже и вдруг исчез...
Колычев захохотал, стискивая пальцы.
Будто в ответ ему раздался гром, сотрясая стены. В разбитое окно летел поднятый ветром мусор, смешанный с градом, в небе продолжали сверкать молнии. Ураган уже надвинулся на Москву. Срывая с крыш листы железа, ломая деревья, как спички, переворачивая гаражи-ракушки и сбивая с ног не успевших спрятаться запоздалых прохожих. Эпицентр разбушевавшейся стихии находился где-то рядом. Дом напротив уже был объят пламенем. Казалось, стонет сама земля.
- Скорее вниз, в подвал! - закричал Драгуров. Он схватил растерявшихся Карину и дочь за руки и потащил их к двери. За спиной он слышал безудержный хохот человека с соломенными волосами. Куда делся Гера, Владислав уже не видел. Надо было успеть спастись.
Эпилог
К разбору завалов приступили лишь на следующий день, и конца работы было не видно. Слишком велика оказалась сила стихии, обрушившейся на Москву. Метеорологи, как всегда, опоздали со своими прогнозами. Последствия урагана были значительны. Вырванные с корнем деревья, поваленные линии электропередач, искореженные гаражи и машины... Несколько домов пострадало особенно сильно. Например, полностью было разрушено здание супермаркета "Барс", хотя число жертв оказалось не таким уж и большим.
Примерно через пару недель после урагана, в солнечный день, возле дома, где шли восстановительные работы, остановились трое - мужчина, женщина и девочка-подросток.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49

загрузка...