ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Коля Клеточкин бродил будто лев. Продюсер Ермилов мелькнул и исчез, не проронив ни ни слова, хотя обычно держался очень приветливо.
- Что здесь намечается - приезд Дастина Хоффмана? - спросил Алексей у Юры Любомудрова, оператора. - Или картину все-таки закрывают?
- Еще ничего толком неизвестно, - ответил тот. - Но Коля чего-то не поделил с продюсером. Поди спроси сам, я к нему боюсь соваться. Еще укусит.
Колычев взял две банки пива и пошел к режиссеру.
- Плюнь и выпей, - сказал он. - Какие проблемы?
- Отстань! - огрызнулся Клеточкин. - Тебя тут не хватало!
Но пиво взял. Спустя минут двадцать Алексей повторил попытку. К этому времени он уже кое-что выяснил у помрежа, сутулой рыжеволосой девицы. Оказывается, весь сыр-бор разгорелся из-за того, что Клеточкин решил самовольно изменить всю схему сценария и концовку фильма. Теперь получалась просто мелодрама, без конфликтных линий, эротических сцен и крови, на чем был круто замешан весь сюжетный материал. Продюсер возражал: совет директоров надеялся получить сдобный триллер со всеми его атрибутами.
Колычев же не хотел ни того, ни другого, но его мнения никто не спрашивал. Хотя он мог бы поспорить и доказать, что жанр философской притчи, как он и задумывал, приступая к сценарию, был бы сейчас наиболее уместен. Зритель устал от крови, секса и мистики, самое время преподать ему урок для раздумий. А мелодрама с куклами по сценарию Клеточкина будет выглядеть пошлым фарсом, вроде сказки про "Буратино". Тогда уж надо снимать детское кино.
- Нет, нет и нет! - заорал Клеточкин, когда Алексей высказал ему свои идеи. - Только через мой труп. В конце концов, кто здесь режиссер - я, ты или Ермилов?
- Но финансирует-то картину он. А сценарий мой.
- Засунь его себе в задницу. Я сам напишу новый, не волнуйся.
- А чего мне волноваться? Гонорар я уже получил. Но ты пойми, что твое упрямство...
- Я тоже вхожу в совет директоров "Лотоса", и у меня есть право голоса, - перебил его Клеточкин. - У меня контракт, который они не могут расторгнуть. Как я могу согласиться на собственное уничтожение? Дудки! Тут они сели в лужу. Или фильма вообще не будет, или снимать его буду только я. Как захочу. В конце концов, я творческая личность, а не мешок с деньгами, как этот Ермилов!
- Конечно, ты не мешок с деньгами, - согласился Колычев, а про себя подумал: "Ты мешок с дерьмом, Коля". - Делай, как знаешь. Но все равно они что-нибудь придумают, коли уж взялись за это. В любом контракте можно что-нибудь выкопать. Юристы у них есть.
- Не мешайся под ногами! - сердито оборвал его Клеточкин.
Через час к Колычеву подошла испуганная девица-помреж и шепотом сказала, что его вызывают в дирекцию.
- Начинается обработка! - трагически произнесла она. Все знали, что девица без ума влюблена в режиссера. - Но вы держитесь. Если что, мы все грудью встанем на его защиту!
Колычев усмехнулся, взглянув на её впалую грудь
В кабинете продюсера Алексея вежливо усадили за стол.
- Вы уже знаете, в чем суть нашего конфликта с Клеточкиным? - спросил Ермилов, выпятив нижнюю губу.
- В общих чертах.
- Нам не хотелось бы менять ваш сценарий.
- Мне, собственно, тоже.
- Если мы откажемся от услуг Николая, вы сможете взяться за работу самостоятельно?
- Я? - удивился Колычев, не ожидавший такого поворота событий.
- Да, вы. У вас за спиной ВГИК, более чем уверен, что вы мечтали снять собственный фильм.
- Допустим. А как же Клеточкин? Он никогда на это не согласится.
- Я найду способ его уговорить, - ответил Ермилов.
- Нет, - произнес Алексей, мягко улыбнувшись.
- Нет - значит "да", - усмехнулся продюсер, потрепав его по плечу.
4
Корж расставил своих людей повсюду, где только мог, - на рынке, в парке, у аттракционов, шныряли они и по улицам этого района, прочесывая кварталы и расспрашивая местную шпану. Рзоев, в свою очередь, также не терял времени даром, отправив наряд милиции по чердакам и подвалам. Улов несколько полудохлых бомжей и труп подростка, присыпанный строительным мусором. Забили его до смерти ночью, такие же, как он. Рядом валялись банки из-под клея, целлофановые пакеты, пустые бутылки, презервативы. Вскоре установили и личность убитого - Юрий Петухов, по кличке Пернатый. Основной соперник Герасима Диналова в борьбе за влияние среди юнцов. "Уж не он ли с ним и расправился?" - подумал подполковник.
С другой стороны на Рзоева давил Магомет: земляк требовал найти парнишку во что бы то ни стало, и подполковник нехотя выдал кое-какую информацию, сказав, что квартира пацана сгорела, а сам он подался в бега. Магомет подбросил своих людишек, которые тоже пустились по следу.
Днем Рзоеву сообщили, что застрелен директор школы, Филипп Матвеевич Холмогоров. Труп обнаружила соседка, заметившая чуть приоткрытую дверь. Сейчас там работала следственная бригада из прокуратуры. Но Рзоев сделал свои выводы: директор любил возиться с трудными подростками, Гера наверняка входил в их число - это подтвердили в школе, куда подполковник не поленился сходить, - и у него был ствол. Вполне можно допустить, что ночью между ними что-то произошло. "Не слишком ли много на одного парнишку?" - задумался Рзоев. Все это попахивало каким-то триллером, который он смотрел накануне...
А Евстафьев, по кличке Гнилой, вернувшись в больницу, проходил дополнительный курс лечения, связанный на сей раз с ожогом ног. Он, как и Корж, теперь понимал, что их обоих подвела излишняя самоуверенность. Где-то они просчитались. Нельзя относиться даже к малым сим с пренебрежительной легкостью. Мальчишка показал, что он гораздо хитрее и коварнее их, шестерых взрослых мужиков. Но если уж на то пошло, то по-настоящему ошибся именно пацан: ни Коржа, ни его самого нельзя было оставлять в живых. А теперь он покойник вдвойне, никто ему ничего не простит. Гнилой был почти на сто процентов уверен, что Корж выжил и уже ищет Геру. "Но мы найдем раньше", подумал он, поправив подушку и глядя в окно.
Евстафьев уже дал указания своим костоломам, и сейчас те уходили по аллее, покачивая плечами , потом оба, не сговариваясь, повернулись к больничной стене и издалека помахали ему. Гнилой ответил, высунувшись в окно. И тут взгляд его упал на укромную скамейку, где сидели двое - мальчик и девочка. Евстафьев чуть не вскрикнул от неожиданности, вцепившись пальцами в подоконник. В светловолосом пареньке он узнал Геру. А костоломы уже ушли, они не могли его ни слышать, ни видеть.
- Б-блин-н! - прошипел Гнилой, скрежеща зубами.
Больше всего он боялся опоздать и упустить мальчишку. Он и так зароется на самое дно, а то и вовсе уедет из города. Ищи тогда ветра в поле! Гнилой слез с кровати, всунул забинтованные ступни в тапочки, набросил на пижаму халат - не серый, больничный, а домашний, из китайского шелка, с вышитыми на спине золотыми драконами.
- Сейчас, сейчас! - пробормотал он в радостном возбуждении. - Ты только жди, никуда не дергайся. Мы с тобой ласково побеседуем...
Порыскав глазами, он прихватил свою палку, которую ему неадвно принесли из дома. Увесистая трость удобно легла в ладонь. Опираясь на нее, преодолевая боль в ступнях, Гнилой вышел из палаты, побрел по коридору и начал спускаться по лестнице вниз.
- Больной, вы куда? - всполошилась дежурившая в коридоре медсестра.
- Заткнись, сука! - буркнул Гнилой. Ему было не до этикета.
Выйдя из подъезда, Евстафьев огляделся. Надо подкрасться незаметно, подумал он, из-за деревьев. Если только спугнет - пиши пропало. Гоняться за парнишкой бессмысленно. Нужно подойти и размозжить голову набалдашником. Вот и весь сказ. И Гнилой, пригибаясь, пошел вдоль забора.
5
Прежде всего заехали в автомастерскую, где в "Жигули" вставили новое лобовое стекло. Сумку с механической игрушкой Драгуров сунул в багажник.
- Не пойму, что ты её с собой таскаешь? - спросила Снежана, когда они завтракали в кафе.
- Сам не знаю, - ответил Владислав, пожав плечами.
Он действительно не смог бы дать сейчас вразумительного ответа на этот вопрос. Просто чувствовал, что все в его жизни начало меняться с появлением этой куклы, которую принес дед Снежаны. А потом дед умер, вернее его убили. И возможно, именно из-за этой игрушки, если верить слабоумному старику из восьмой палаты. Все как-то очень запутанно и странно. Кто перерыл вещи в квартире Снежаны и что там искали? Опять же напрашивался простой ответ: эту куклу. Зачем оставили таинственные знаки на зеркале в ванной? Возможно, они убили бы и девушку, окажись она дома. Но её не было, и гости - мужчина с женщиной - поехали в больницу. Очевидно, они знали, что дед Караджанов там. Следили за ним и раньше? Но почему не забрали металлического мальчика тогда, когда это можно было сделать гораздо проще? Или дед не держал её дома? Или здесь что-то иное? Сказал ли он им перед смертью, где она находится, или они так и не смогли у него ничего выпытать? Много вопросов, а ответы придумывай какие хочешь...
Драгуров усмехнулся и чуть не расплескал кофе: идиот, может быть, в этой кукле спрятана какая-нибудь ценная вещь, редкий бриллиант или нечто подобное? Или древний свиток, письмо, послание, за которым они и охотятся? Игрушка за свою жизнь прошла через многие руки, кто-то мог устроить в ней тайник. Сам Бергер? Но где? Драгуров тщательно разбирал её, когда ремонтировал, и не обнаружил никакого тайника. Значит, плохо смотрел, решил он. Надо попытаться снова. Прощупать каждый миллиметр, развинтить полностью, до последней пружинки. Но в мастерскую возвращаться больше нельзя. Милиция ему ничего не сделает, а вот Яков... Подлечив плечико, он наверняка заявится вновь, на сей раз с полдюжиной Федоров. Может быть, уже сейчас они начали его искать. Черт с ними! И к Снежане нельзя ехать. Кто даст гарантию, что незваные гости не придут опять? Если бы был жив Белостоков, они бы могли пересидеть некоторое время в его нафталиновой берлоге. И он помог бы разобраться с куклой. Но кукла сама убила его.
Драгуров вздрогнул, подумав об этом. Почему ему пришла в голову такая дурацкая мысль? Да ведь и сам он чудом избежал смерти, когда металлический мальчик натянул тетиву лука и пустил стрелу. Если бы не котенок... Чепуха, у Александра Юрьевича просто остановилось сердце. Может, он что-то увидел?
- Что с тобой происходит? - Снежана встревожено теребила его за рукав. - Положил в кофе две ложки соли, а потом вылил его, крошишь по всему столу хлеб... Ты не заболел?
- Заболел, - сказал Владислав. - Ты поела? Тогда поедем. На сей раз в тихую гавань, где нас никто не потревожит.
- А куда?
- У меня все-таки два старших брата. Один женат и у него куча детей, зато другой холост. К кому бы ты предпочла направиться?
- У кого много детей, - ответила Снежана, не раздумывая.
- Но мы отправимся к Леониду, - решил он. - Там гораздо спокойнее, к тому же он неделю как в отпуске. У меня есть ключи.
- И долго мы там пробудем?
- Пока не разберемся, - уклончиво сказал он.
До Ясенева добрались часа за полтора. Еще в машине Владислав несколько раз заводил разговор, пытаясь расспросить девушку поподробнее, откуда у деда появилась эта кукла. Где он её хранил? Почему так дорожил и что она вообще для него значила? Но Снежана или не знала, или не хотела говорить на эту тему. Да. Нет. Память о Маньчжурии. Не имею понятия.
- После смерти отца дед собрал эту куклу по частям, - наконец более-менее ясно сказала она. - Никто не брался её отремонтировать, пока он не нашел тебя. Вот, собственно, и все.
- А не лучше ли было выбросить её на помойку? - спросил Владислав. Все-таки, как ни крути, кукла всегда будет напоминать близким об аварии... Зачем он её оставил?
- Не знаю. Но у меня сейчас к ней двойственное отношение. А раньше нравилась, - призналась Снежана.
- Странно, мы говорим о "ней", хотя это "он", - заметил Драгуров. Словно заранее привносим женское и мужское начало. Бесполое существо, как ангел или демон. А человек не может стать ни тем ни другим, потому что он всецело принадлежит одному из этих начал. Он давит в себе другую половину, но и стремимся к ней, ищет всю жизнь.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49

загрузка...