ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Но если нас догонят или попытаются отрезать от заправочной станции, мы сядем на воду, как криксы.
- А они могут это сделать?
- Я уверена, что попытаются. У нас по курсу четыре станции.
- Нам понадобится еще горючее, - сказал Бретт.
- А они вдобавок будут искать нас снизу.
- Как насчет одного из малых островов?
- Я вчера видела последний график течений. Вашон к нам ближе всех остальных сотен на пять километров.
- А почему я не могу набрать аварийную частоту и сообщить в Вашон все, что нам известно? Все равно же придется посылать сообщение, - предложил Бретт.
- А что нам известно? - переспросила Скади, выправляя курс. Грузовоз слегка покачнулся, карабкаясь на одну из периодических высоких волн.
- Мы знаем, что Верховного Судью удерживают против его воли. Мы знаем, что мертвых островитян полным-полно.
- А как насчет его подозрений?
- Это его подозрения, - ответил Бретт. - Но не кажется ли тебе, что он заслуживает быть услышанным?
- Если он прав, только подумай, что начнется, если острова попытаются вернуть его силком!
- Они убьют его? - Бретт ощутил комок в горле.
- Где-то ведь есть люди, которые убивают, - ответила Скади. - Гуэмес тому доказательство.
- Посол Алэ?
- Мне сдается, Бретт, что Гастингс и Лонфинн приглядывают за ней, чтобы она не сделала чего-нибудь опасного для них. Мой отец был очень богат. Он часто предупреждал меня, что это создает опасность для всех, кто его окружает.
- Но я могу просто вызвать Вашон и сказать, что я жив и возвращаюсь, сказал Бретт и тут же покачал головой. - Нет. Для тех, кто подслушивает…
- А ведь подслушивают, - кивнула она.
- Это все равно, что выдать всю нашу историю прямо сейчас, - вздохнул он. - Что будем делать?
- Направляться на пусковую базу, - ответила она. - А вовсе не на двадцать вторую станцию.
- Но ты же сказала судье Килю…
- А если его принудят заговорить, нас будут искать не в том месте.
- Но почему именно пусковая база? - спросил он.
- Ее не контролирует ни одна группировка, - объяснила Скади. - Это часть нашей общей мечты - вернуть гибербаки с орбиты, где их оставил Корабль.
- И все-таки это морянский проект.
- Целиком морянский. Вот там мы все и расскажем. И нас услышат все. И все узнают, что вытворяет кучка людей.
Бретт уставился прямо перед собой. Он знал, что должен восторгаться их спасению. Он находился на самом большом судне, которое когда-либо видел, и оно неслось над волнами на скорости более восьмидесяти узлов - быстрее, чем ему когда-либо доводилось. Но неизвестность мучила его. Киль морянам не доверял. А Скади была морянкой. Искренна ли она с ним? И те причины, по которым она предпочла избегать радиосвязи - истинны ли они? Он взглянул на Скади. По какой другой причине она могла помочь ему сбежать?
- Я вот все думаю, - промолвила Скади. - Если никакого сообщения не было, твоя семья сходит с ума от беспокойства по тебе. И твой друг Твисп. Вызывай Вашон. Мы прорвемся. Может, все мои подозрения - просто глупость.
Он увидел, как ее горло дернулось в судорожном глотке и припомнил слезы, пролитые ею над сваленными в кучу телами островитян.
- Нет, - сказал он. - Мы поплывем на твою пусковую базу.
И снова Бретт сосредоточился на морской поверхности перед ними. Два солнца вздымали из волн теплые испарения. Когда он, будучи гораздо моложе, впервые увидел остров с борта судна, эти испарения были полны для него клубящихся образов. Длинноусые морские драконы кружились над океанской поверхностью, гигантские мури и рыбы-поскребучки. Но эти образы были всего лишь игрой отраженного от воды света в клубах испарений. Бретт ощутил тепло на своих руках и лице. Он подумал о Твиспе, о том, как он откидывается назад, привалясь к борту и подставляет теплу свою волосатую грудь.
- А где эта база? - спросил Бретт.
Скади потянулась к маленькому верньеру возле экрана и повернула его. Клавиатура с цифрами и буквами засветилась изнутри. Скади набрала сначала HF-i, затем LB-1. На экране высветилось 141.2, затем появился пучок линий, расходящихся от общего фокуса. Ярко-зеленое пятно плясало по краю широкой дуги. Скади указала на него.
- Это мы. - она показала на окончание дуги. - мы направляемся сюда курсом один-сорок один и два. - Затем она кивнула в сторону циферблата с красной стрелкой, расположенного прямо на панели перед ними. Стрелка стояла на 141.2.
- И это все?
- Все? - улыбнулась Скади. - Да вокруг всей Пандоры сотни передающих станций, целый производственный и обслуживающий комплекс - и все они работают на то, чтобы мы добрались отсюда сюда.
Бретт взглянул на экран. Линии перемещались, пока ярко-зеленое пятно не заняло место на курсе. 141.2 по-прежнему горело в левом нижнем углу экрана.
- Если нам понадобится сменить курс, он подаст звуковой сигнал и покажет новые цифры, - пояснила Скади. - Он нацелен на базу.
Бретт посмотрел на воду, на след от судна, расплескиваемый волнами, и подумал, как бы пригодилось такое устройство Вашонскому рыболовному флоту. Солнце жарко светило на него сквозь плаз, но воздух был хорошим. Свежий морской воздух поступал через систему вентиляции. Скади Ванг была рядом, и внезапно Пандора перестала казаться ему тем жестоким противником, которого Бретт себе всего представлял. Даже если это место и было смертоносным, в нем была и своя доля красоты.
Единая мера человечности определяет все попытки исправить сотворенное зло. Понять, что сотворенное есть зло - значит совершить решающий шаг.
Из дневников Раджи Томаса
Тень Паниль прикрыл мертвую муть. Он вымыл руки спиртом в тазике возле операционной каталки. Отовсюду слышалось клинк - это стальные инструменты лязгали о поднос. От нескольких групп поглощенных работой докторов и медтехников исходили односложные команды и восклицания. Паниль посмотрел через плечо на длинный ряд таких же каталок посреди комнаты; возле каждой из них было полным-полно врачей. Кровавые пятна покрывали их серую униформу, а взгляды поверх масок с каждым часом делались все более усталыми и безнадежными. Из всех уцелевших только двое избежали физических травм. Паниль напомнил себе, что травмы бывают разные. Что сотворило пережитое с их рассудком… Паниль сомневался, можно ли назвать их уцелевшими.
Муть, которого прикрыл Паниль, умер под скальпелем от недостатка крови для переливания. Медицинская служба не была подготовлена к приему такого количества истекающих кровью. Он услышал, как у него за спиной Карин Алэ сбрасывает снятые перчатки.
- Спасибо за ассистирование, - сказала она. - Жаль, что ему не удалось выжить. Он был почти спасен.
Паниль смотрел, как одна из групп вывозит каталку по направлению к послеоперационной палате. Ну хоть кому-то удалось. А один из его людей сказал, что они собрали вместе несколько рыбацких лодочек, которым удалось удрать прочь. Паниль потер глаза и тут же пожалел об этом. Их обожгло спиртом, и слезы хлынули ручьем.
Алэ взяла его за плечо и отвела к раковине возле люка. Кран у раковины был расположен высоко, так что Тень смог засунуть голову под струю воды.
- Пусть вода промоет глаза, - посоветовала Алэ. - Поморгай, это тоже поможет.
- Спасибо.
Она вручила ему полотенце.
- Расслабься, - сказала она. - Это был последний пациент.
- Как долго все это продолжалось?
- Двадцать шесть часов.
- И скольким удалось выжить?
- Не считая тех, что в шоке, человек девяносто в послеоперационной еще дышат. Несколько сот отделались легкими травмами. Не знаю. В любом случае меньше тысячи, а шестерых еще оперируют. Ты веришь тому, что нам рассказал последний пациент?
- Насчет субмарины? Учитывая обстоятельства, трудновато будет списать это на бред или галлюцинации.
- Он был в полном сознании, когда его нашли. Ты видел, что ему удалось сделать со своими ногами? Скверно, что ему не повезло выжить; он старался больше других.
- Обе ноги оторваны ниже колена - и он сумел самостоятельно остановить кровотечение, - вздохнул Паниль. - Не знаю, Карин. Похоже, я просто не хочу ему верить. Но верю.
- А как насчет его слов, что субмарина перевернулась кверху брюхом прежде, чем нырнуть? - спросила Алэ. - Может, это значит, что кто-то потерял контроль над управлением? Безусловно, ни один морянин не сделал бы такого намеренно.
- Этот пациент, - Паниль махнул рукой в сторону каталки, - утверждал, что морянская субмарина намеренно потопила их остров. Он сказал, что видел все как было, что субмарина направилась прямиком к их центру, и…
- Это была островитянская субмарина, - настаивала Карин. - Должна быть.
- Но он же сказал …
Карин глубоко вдохнула и выдохнула.
- Он ошибся, дорогой мой, - сказала она. - И чтобы избежать серьезных неприятностей, мы должны это доказать.
Они оба посторонились, когда двое медбратьев вывезли каталку с покойным через люк, ведущий в сторону морга. Карин произнесла слова, которым, по мнению Паниля, предстояло сделаться официальным заявлением морян:
- Это же муть. Их органы функционируют не вполне исправно даже в нормальных обстоятельствах.
- Ты проводишь слишком много времени в обществе Гэллоу, - отрезал Паниль.
- Но ты только посмотри, с чем нам пришлось иметь дело, - сказала она почти шепотом. Панилю это не понравилось, не понравился ему и оборот, который приняла беседа. Усталость и потрясение вызвали к жизни ту сторону натуры Карин, которую он не знал прежде.
- Недостающие конечности, лишние конечности, неправильно размещенные конечности. - Карин жестом изобразила в воздухе некую загадочную фиоритуру. - Как их медики анатомию учат, у меня в голове не укладывается. Нет, Тень, это должна оказаться островитянская субмарина. Какие-то их внутренние разборки. Да что мы можем выиграть таким образом? Ничего. Давай-ка мы с тобой пойдем выпьем. Выпьем и все забудем? Что скажешь?
- То, что он описывал, не было островитянской субмариной, - настаивал Паниль. - То, что он описал - это субмарина для работы в толще келпа, с резаками и манипуляторами.
Карин отвела его в сторонку, словно мамаша непослушного ребенка во время БогоТворения.
- Тень! Ты ерунду говоришь. Если это моряне утопили остров, зачем тогда трудиться, высылать спасательные команды? Почему бы просто не дать им умереть? Нет, мы надрывались что есть сил, чтобы спасти, кого только возможно. Хотя это и ни к чему.
- Что значит «это ни к чему»?
- Ну ты же видел их, видел, в каком они состоянии. Даже самые здоровые из них голодают. Кожа да кости. Они выглядят, как старая мебель.
- Значит, мы должны их накормить, - сказал Паниль. - Райан Ванг не для того развил крупнейшую пищевую промышленность в истории, чтобы люди умирали с голоду.
- Накормить их легче, чем хоронить, - отозвалась Алэ.
- Они же люди ! - взорвался Паниль.
Быстрый взгляд Алэ метнулся от Паниля к медицинским бригадам и обратно. Губы ее дрожали, и Паниль с изумлением понял, что она еле-еле удерживает себя в руках.
- Может, этот пациент и муть, - настаивал Паниль, - но он не дурак. Он рассказал то, что видел, и сделал это абсолютно ясно.
- Я не хочу ему верить, - возразила Алэ.
- Но ты веришь. - Паниль обнял ее за плечи.
Алэ вздрогнула от его прикосновения.
- Нам надо поговорить, - сказала она. - Ты меня не проводишь до моей квартиры?
Они поехали труболетом. Голова Алэ покоилась на плече Паниля. Она слегка всхрапнула, покачнулась и прижалась еще теснее. Панилю нравилось ощущение того, как тепло ее тела просачивается в его собственное. Когда их кабинка начала поворачивать, он покрепче ухватил Алэ, чтобы движение кабинки не разбудило ее, а сам тем временем задумался. Карин хотела поговорить. А может, и убедить? И как же она будет его убеждать? Может, собственным телом?
Паниль решил, что эта мысль недостойна его. Он ее отмел.
«Двадцать шесть часов в операционной», подумал он. Вскоре Алэ предстоит столкнуться с политикой, которая потрудней хирургии. Он уже заметил, какими темными кругами бессонные ночи обвели прекрасные глаза Алэ. По крайней мере за одно Паниль был благодарен этим часам в операционной: они вновь разбудили в Алэ врача - ту часть ее личности, которая за время ее короткой связи с Райаном Вангом превратилась едва ли не в привидение.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64

загрузка...