ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

 


Полковник откинул направленное на него копье, тут же выписал лезвием восьмерку и срезал голову у одного из противников. Памако завалился с раной в бедре, но из игры не вышел - ухватил зубами какого-то жреца за палец ноги. Тот взвыл и тут же затих, потому что Керано угостил его своим поленом.
Питхор Иосепт собрался было проткнуть черного верзилу, однако выпад оказался неудачным. Толстомясый нубиец заблокировал удар своим широким клинком, которым и принялся отжимать Хлеборез в сторону полковника. Тот, впрочем, не растерялся, а попробовал притиснуться к здоровяку, одновременно оборачиваясь боком. Еле удерживаемый меч нубийца уже стал делать пилящие движения возле самой грудной клетки, однако Питхор Иосепт успел ткнуть негру локтем в подвздошие, а потом и в подбородок. В итоге верзила тоже отправился угощать собой крокодилов.
Однако до финала в этом кровопускательном состязании было далеко. Полковник вытаскивал из кого-то меч, когда почувствовал направленное на него лезвие. Сзади. Он успел лишь присесть и откинуться назад. Клинок не рассек его, а оказался впереди, по плечу же влепило лишь предплечие противника, облаченное в кожаный щиток. Питхор Иосепт поймал широченное запястье боевого дьяка, но тот двумя руками стал подтягивать лезвие к горлу святотатца.
Тогда полковник сделал напряженный разворот и попытался бросить противника через бедро, однако, не совладав с внушительной массой, свалился сам. Прямо на борт барки, которая еще больше накренилась, отчего головы дерущихся оказались на расстоянии пальца от воды. И как раз из этой самой воды показалась зубастая пасть крокодила, который выбирал, какую бы башку отхватить первой.
- О, великий Собек, ну давай же, поскорее карай нечестивца! - молил дьяк.
- Господи Боже, прикажи водному гаду цапнуть жреца-лжеца, - говорил о своем полковник.
Все ближе усаженная зубами пасть. Не в силах что-либо предпринять Питхор Иосепт даже немного отключился и как будто увидел свою рыжую голову со стороны, вместе с бритой башкой жреца. И даже выбрал в качестве угощения "не-свою".
Раздался хруст шейных позвонков, мускульное напряжение пропало, а на щеку брызнуло что-то теплое и соленое. Хрустящие шейные позвонки все-таки оказались не его, чужими.
Полковник обернулся - рядом валялось туша дьяка, у которой была откушена самая важная деталь. Тогда Питхор Иосепт глянул в другую сторону. Крокодил, хрупнув жреческой головой как орехом, намеревался продлить удовольствие второй порцией мозгов. Неизвестно чем бы кончилось состязание в скорости, если бы Керано не воткнул кормило в глотку разожравшейся твари.
- Спасибо. Не крокодилу, а тебе, дружище Керано. Хотя и ему тоже, полковник искренне благодарил.
К этому времени бой уже затухал: на корме осталось лишь трое боеспособных жрецов, вернее, двое. Третий был щуплым начальником, который доставал своим подчиненным едва ли до подбородка. Полковник подхватил еще один клинок и, раскачивая лодку, ринулся к неприятелям. Они встретили его двойным выпадом, и оба колющих удара были парированы. Питхор Иосепт оказался между двух дьяков, так что и колоть им было не с руки, а чтобы нанести рубящие удары, надо было отвести клинки… и открыться. Тут они оба и получили, один локтем в кадык, другой - гардой в челюсть. Два человека выпало за борт, так сказать, ушло со сцены, и ими тут же занялась благодарная публика с большими зубами.
Вся водяная поверхность вокруг барки стала тяжелой и медленной из-за крови, клочков ткани, щепок и пузырей.
- Теперь твоя очередь, ревностный служака Амона, - обратился Питхор Иосепт к мелкому человеку. - Прыгнешь сам за борт или тебе помочь?
Однако начальничек деловито залопотал.
- Господа крокодилы уже сыты и довольны. А если у вас нелады с Амоном, то давайте не будем меня называть его служакой, служителем, слугой и так далее. Договорились?
- По-моему, твоими устами сейчас говорит отнюдь не Ка, подвластная великому Амону, - заметил Питхор Иосепт. Жрец пока не вызывал никакого доверия и явно годился крокодилам на десерт.
- Мое имя Аменемхет. Аменемхет и говорит сейчас. Вам зачем-то понадобился трофейный ковчег, я угадал? Ну, так смело берите его. Вы наверняка захотите его спрятать или переправить куда-нибудь. Вот тут я незаменим. Своему начальству я доложу, что ковчег по велению Семи Хатхор и по воле великого Амона утоп вместе с баркой и с этими божьими рабами, которым и так уже ничего не поможет. Да, им крупно не повезло по части священных останков.
- И ты не боишься, мелкий, что Амон тебя покарает?
- А ты?
- Не слишком-то это вежливо отвечать вопросом на вопрос, бритая башка. Но впрочем, я эту стрелу ловлю. Я считаю, что в мире действуют другие законы другого Бога.
- А я считаю, что в мире, по крайней мере, в этом, не действуют никакие законы. - Глазки жреца перестали метаться, лобик разгладился, видимо Аменемхет осознал, что не пойдет на ужин любимым животным Собека.
- Ты опасный парень. Так где же мы спрячем Ковчег?
- Я покажу тебе подходящее место сегодня ночью, о удачливый грабитель. Мне, кстати, знакомы способы приваживания змей, и это должно показаться тебе интересным. Сейчас я переберусь на твою ладью вместе с ковчегом израильского бога, и мы поскорее распрощаемся с гостеприимными обитателями этого омута.
Питхор Иосепт заметил изворотливость Аменемхета, но посчитал, что тот может пригодится, если останется на коротком поводке. Понятно же, что Большой дом не сочтет его свидетельства более убедительными, чем показания заслуженного военачальника. Управление Истины добивается правдивости уст приложением огня к пяткам и вряд ли ушлый жрец понадеется на помощь благого Амона.
Двенадцать жрецов отправилось в омут вместе с баркой, у которой крепыш Керано пробил дно. Единственной потерей в команде Питхора Иосепта был Лукос. Как уверял его приятель Мариней, именно так мечтал оставить сей мир бывший морской разбойник. "Жизнь мигом вышла через его ноздри, даже зависть проникла в мое сердце при виде столь славной и легкой кончины."
Той же ночью Ковчег был спущен в шахту Обители Умерших Душ на окраине Пер-Рамзеса, на расстоянии двух полетов стрелы от воздвигаемого храма дневного Ра-Хорахти. Утром отряд строителей был пригнан Распорядителем Земляных Работ, чтобы дальше копать храм в честь ночной жизни великого Ра-Озириса, но люди были ошарашены неисчислимым количеством змей, сползшихся в Обитель, наверное, со всей округи.
- Значит, Великий Ра не хочет, чтобы это место было потревожено, совместно решили Распорядитель и будущий настоятель храма. И шахту замуровали.
Аменемхет побоялся донести до ушей Храмового Совета правду и исправно рассказывал, что громадный крокодил, посланный Амоном, утянул на дно барку вместе с ковчегом.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155