ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Я пытался припомнить, какую руку я проткнул тогда ножом, правую, или левую, так как именно ее мне хотелось бы схватить. Арнольд воспользовался моим раздумьем, вскочил со своего места и, запустив в меня стул, чтобы замедлить мое движение, бросился к выходу. Я бросился за ним спустя несколько секунд, но этих секунд ему было вполне достаточно. Когда я оказался на улице, его нигде не было видно. Терять мне было нечего, и я побежал наугад, надеясь, что мне повезет. Но удача от меня отвернулась, и после четверти часа безуспешных поисков я отказался от погони и вернулся в кофейню.
Хорошо, что я был занят этой неприятной встречей с мистером Арнольдом, потому что, когда я вернулся, освеженный и всклокоченный, я увидел, что официантка разговаривает с молодой дамой. Я услышал, что дама спрашивает обо мне. Если бы она вошла в кофейню и увидела, что там сижу я, она, конечно, ушла бы прежде, чем я бы ее заметил. Я стоял на пороге, тяжело дыша и машинально отряхивая пыль с камзола, и тут наши глаза встретились.
По моему объявлению пришла Мириам.
Глава 28
Машинально копируя мои движения, Мириам начала обтирать руки о кринолин своего платья. Она посмотрела на меня. Посмотрела на дверь. У нее было немного шансов сбежать, но, как это бывает, когда человек испытывает смятение, такая абсурдная мысль, безусловно, пришла ей на ум.
Я попросил девушку отвести нас в отдельный кабинет и заказал бутылку вина. Мы оказались в небольшой опрятной кабинке, где из мебели были только стол и несколько разнородных стульев вокруг него. Комната явно предназначалась для деловых встреч, и меня это обрадовало. Со стены на нас смотрели грубо исполненные портреты королевы Анны и Карла Второго. Не было никакого сомнения, что мистер Кент привержен политике тори.
Мириам сидела не шевелясь на своем стуле. Я наполнил бокал вином и поставил перед ней. Она обняла тот своими изящными ручками, но не стала поднимать и подносить ко рту.
— Я не ожидала увидеть вас здесь, кузен, — тихо сказала она, не поднимая глаз.
Я не стал, подобно Мириам, скромничать в отношении вина. Сделав большой глоток, я сел и попытался решить, следует ли мне смотреть на нее или лучше отвести взгляд.
— Какое вы имеете отношение к Рочестеру? — наконец произнес я.
Я надеялся смягчить тон, чтобы мой голос звучал спокойно и выражал озабоченность и простое любопытство. Вопрос прозвучал как обвинение.
Она опустила бокал и встретилась со мной взглядом. У нее был вид испуганного и озлобленного приходского попрошайки.
— Какое вы имеете право говорить со мной подобным тоном? Я пришла по вашему объявлению в газете. Не вижу в этом никакого преступления.
— Но убийство является преступлением, и очень тяжким. Именно в связи с убийством я и разыскиваю мистера Рочестера.
У нее перехватило дыхание. Она привстала, но села на место. Она оглядывала комнату в поисках чего-нибудь, что могло бы ее успокоить, но не нашла ничего.
— Убийство? — выдохнула она наконец. — Что вы хотите сказать?
— Я объясню вам все, ничего не утаивая, Мириам, но вы должны рассказать мне, что вам известно о Рочестере.
Она медленно покачала головой, и я наблюдал, как закачался ее зеленый в горошек капор.
— Я знаю о нем так мало. Я купила у него, точнее сказать, через него акции. Собственно, и все. — Она сделала глоток вина, причем очень решительно.
— Акции «Компании южных морей», — произнес я. Она кивнула.
— Как вы купили эти акции? Для меня очень важно знать все подробности. Вы виделись с ним, были с ним в переписке, разговаривали с его слугой? Мне важно это знать.
— Да и рассказывать, собственно, нечего, — сказала она. Она царапала шероховатую поверхность стола ногтями. — У меня не было с ним непосредственного контакта. У меня был посредник.
— Филип Делони.
— Да. Я поняла, что вам известно, что мы… — Ее голос сошел на нет.
— Что вы любовники? Да. А также что он игрок и мелкий маклер.
— Он покупал и продавал акции для меня в кофейне «У Джонатана», — тихо сказала она. — У меня не много денег, и я пыталась изыскать дополнительные средства, чтобы жить самостоятельно.
Я невольно рассмеялся. Элиас был бы в восторге, услышав эту историю, в которой переплелись чувства и деньги, о любви, которая продается и покупается на бирже. Мириам посмотрела на меня в изумлении, и я прекратил веселье; смех был скорее истерическим.
— Какого рода отношения у Делони с Рочестером?
— Насколько мне известно, не очень близкие. Филип пытался его отыскать и не смог.
— А для чего он его искал? И для чего, собственно, вы пришли сюда сегодня?
— Филип договорился с Рочестером о покупке акций «Компании южных морей» на мое имя. И на свое имя тоже.
— Но почему? У вас есть связь, хоть и странная, с Адельманом. Для чего вам понадобился посредник для покупки акций?
— Мистер Делони сказал, что Рочестер может достать акции со скидкой, на пятнадцать и даже двадцать пунктов ниже, чем рыночная цена. Я знала от мистера Адельмана, что вскоре акции должны вырасти в цене, поэтому, с учетом скидки, я надеялась выручить достаточно денег, чтобы уехать из дядиного дома. Но Филип устал ждать, и ему было нужно обратить свои акции в наличные деньги. Согласно договоренности, мы не должны были продавать акции в течение года с момента приобретения, это и давало нам скидку. Но Филипу было нужно серебро. Он пытался разыскать Рочестера, чтобы узнать, как он может обменять акции на серебро, Мне неизвестен характер их переписки, но знаю, что она его очень расстроила. Он практически ничего не рассказывал мне об этом, сказав только, что акции теперь — ничтожные бумажки. Поэтому, увидев объявление в газете, я решила, что смогу что-нибудь узнать.
— У вас есть, так сказать, в наличии акции «Компании южных морей»?
— Естественно, — кивнула Мириам.
— Прекраснейшая новость! — потер я руки.
— Прекрасная новость? Почему вы считаете, что мои акции — хорошая новость для вас?
— Покажите мне акции, и я все объясню.
Мы в спешке покинули кофейню, велев девушке записывать имена всех, кто будет меня спрашивать. Мы вернулись в дом на Брод-Корт, и Мириам пригласила меня в свой будуар, где протянула мне золотую шкатулку филигранной работы, в которой лежала толстая пачка пергаментной бумаги. Сначала я просмотрел более тонкие документы — акции проектов, в основном строительства двух новых мостов через Темзу. Элиас неоднократно обманывался подобными проектами, поэтому я сразу понял, что они собой представляли.
— Думаю, мистер Делони ввел вас в заблуждение. Это всего лишь пустые обещания.
— Ввел в заблуждение? — Мириам смотрела на бумаги, не веря своим глазам. — Куда же тогда делись деньги?
— Полагаю, проиграны в карты. — И я неожиданно для себя самого задал вопрос, который не осмеливался вымолвить: — Для этого воришки вы хотели взять у меня в долг двадцать пять фунтов?
— Я отдала ему все деньги из своего содержания и обещала отдать будущие выплаты, — сказала она тихо. — У меня ничего не осталось за душой после приобретения вот этого.
Рука Мириам дрожала, когда она достала акции «Компании южных морей». Это были внушительные документы, написанные на прекрасном пергаменте красивейшим почерком. Они выглядели настоящими для всех, кто их видел.
Тем не менее я был совершенно уверен, что они поддельные.
Я знал, что Рочестер продавал поддельные акции, и я знал, что Делони имел дело с Рочестером. Труднообъяснимая скидка, которую получила Мириам, только укрепила мои подозрения.
Я не был особо сведущ в ценах на акции, но было ясно, что у Мириам не было наличных денег. Она потратила не менее пятисот или шестисот фунтов за акции, которые стоили не более пяти или шести фартингов. Мне было нелегко говорить, что она потеряла свои сбережения.
— Я уверен, что эти акции не что иное, как подделки, — мягко сказал я.
Она взяла их из моих рук и с удивлением на них смотрела. Я догадывался, о чем она думала. Они выглядели совершенно как настоящие. Ее обманули с акциями проектов, но эти выглядели официальными, солидными, серьезными.
— Вы ошибаетесь, — наконец сказала она. — Если бы они были поддельными, я не получала бы дивидендов, а я их получила в прошлом квартале.
У меня мороз по коже прошел. Я медленно опустился на диван в комнате Мириам и постарался осмыслить только что услышанное. Выплата дивидендов! Тогда акции не поддельные, и если она купила их у Рочестера, значит, Рочестер продавал только подлинные акции. В конце концов, Вирджил Каупер, клерк из «Компании южных морей», сказал мне, что видел имя Мириам в реестре Компании. Я сжал кулаки, пытаясь понять, что означают эти дивиденды, выплаченные Мириам. И не означает ли это то, чего я больше всего боялся: что Рочестер вовсе не преступник и что я все это время ошибался.
Я снова взял бумаги у Мириам. Я внимательно изучал пергамент, ища что-то, чего сам не знал, какое-нибудь доказательство их поддельности, словно я мог бы сразу узнать его, окажись оно у меня перед глазами. Я боялся, что обязан своему невежеству этим мигом — мигом разоблачения моей глупости. Теория вероятности Элиаса привела к провалу.
Мириам снова взяла у меня бумаги и положила их обратно в шкатулку.
— Как они могут быть поддельными? — спросила она, не догадываясь, что сказанное ею опустошило меня. — Будь они подделками, неужели такой маклер, как ваш отец, не определил бы этого сразу?
Я отвлекся от своих страданий:
— Мой отец? Он их видел?
— Да, он зашел однажды, когда я вынимала их из шкатулки. Я, должно быть, размечталась о том, какой дом смогу арендовать, когда продам их. Он попросил разрешения взглянуть на них, и я не осмелилась ему возразить. Я попросила его никому не рассказывать о моих тайных планах, и, мне показалось, он меня понял.
— Что он сказал?
— Он вел себя странно. Он посмотрел на меня заговорщически, словно мы оба знали какой-то секрет, и сказал, что я могу рассчитывать на его молчание. Признаюсь, он меня удивил — я боялась, что он выдаст секрет вашему дяде, просто из удовольствия. — Она опустила глаза, почувствовав прилив стыда за то, что оскорбила моего отца. — Простите, — сказала она.
Меня это не беспокоило. Даже если бы она сказала, что мой отец оказался тайным мусульманином, мне было бы все равно. Я схватил ее руку и покрыл поцелуями. Спустя несколько часов, вспоминая об этом, я буду смеяться над собой, поскольку в этот момент я не думал о Мириам как о красивой женщине. Она была посланницей хороших новостей. Мой отец видел акции. Несмотря на то что я плохо изучил его рукопись, не прочел ее достаточно тщательно, чтобы запомнить, но прочел я достаточно, чтобы понимать природу акций Мириам и каким образом оказалось, что ей уплатили дивиденды.
Более того, я понял, что вовсе не был глупцом и что философия Элиаса сослужила хорошую службу, даже лучшую, чем я мог надеяться.
Мириам высвободила руку и едва подавила смешок.
— Либо вы сумасшедший, либо самый переменчивый человек на свете. В любом случае прошу вас прекратить слюнявить мою руку.
— Прошу прощения, сударыня! — вскричал я, — Но вы только что сообщили мне очень хорошую новость, и я вам безумно благодарен.
— Но в чем она заключается? Разве может быть какая-нибудь связь между этими акциями и вашим отцом? Какое отношение он мог иметь… — Она не договорила. Кровь отхлынула от ее лица, и рот приоткрылся от удивления и ужаса. — Вы ищете мистера Рочестера. Это связано с вашим отцом, так? Мистер Сарменто был не прав.
Только тогда до меня дошло, что Мириам ничего не знала. Я так увлекся своим расследованием, что полагал, будто всем известен его характер. Но Мириам ничего не знала. Она гадала, о чем мы говорим с дядей в его кабинете и почему я переехал в его дом.
Я кивнул. Теперь мне стало понятно, что странное поведение Мириам вызвано ничем не подкрепленными догадками, ее собственными упражнениями в теории вероятности.
— А вы думали, я расследую другое дело, да? Сарменто сказал вам что-то. Поэтому вы на меня сердились. Вы думали, я провожу расследование в отношении вас. В отношении ваших финансов и связи с Делони.
Она медленно опустилась на диван и медленно поднесла руку ко рту.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78

загрузка...