ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

«деньги».
— Ради двухсот тысяч на этот шаг мог пойти любой член совета Академии. Но только при условии знакомства с условиями завещания. Также нельзя полностью сбрасывать со счетов близких людей, могущих полагать, что получат небольшое наследство.
— Это крайне маловероятно, — возразил Зенедин.
— Я в курсе. Но кто-то неоднократно повторял, что при расследовании убийства важна любая мелочь. Я и поверила. Но если этот вариант учитывать не будут, то ладно…— И я неторопливо стерла пару букв.
— Стой, — поднял дракон хвост. — Оставь пока. Что еще?
— Еще работа. Некто мог убить мсье Траэра, желая получить его должность. — Сие предположение никак прокомментировано не было, и я перешла к последнему пункту: — Под конец хотелось бы упомянуть о зафиксированных случаях личной неприязни. Это, конечно, слабоватый повод для убийства, но плохие отношения могут быть следствием мотива, до которого мы пока не докопались.
— Ты сама до этого дошла? — усмехнулся оборотень.
Я ринулась на свою защиту:
— Вы же говорили, что ненависть, достаточно сильная, чтобы довести до убийства, всегда проявляется, вот я и подумала…
— Молодец, — оборвал меня неудавшийся критик. — И кто у нас в этом списке?
Добавив в проекцию имена мадам Хоури, мадам Арно и мсье Голльери, я уставилась на получившуюся картину и, не сдержавшись, воскликнула:
— Знаю, я знаю! Это мадам Мэрион Хоури! Она подходит по всем трем пунктам, причем идеально.
— Погоди, — охладил дракон мой пыл. Привстав, он дошел до обрыва, уселся на самом краю и, чуть помахивая хвостом из стороны в сторону, спросил: — Как, по-твоему, мадам Хоури, которая, если я не ошибаюсь, довольно тщедушная, могла такое провернуть? Вроде никаких следов снотворного пока не обнаружено, даже наоборот — обстановка спальни явно свидетельствует — там боролись. И неужели мадам победила?
Я ненадолго задумалась.
— А черная магия, остатки которой ощущались в комнате? Может, это было оглушающее заклятие?
— Возможно, — признал Зенедин. — Только при условии, что она ею владеет. Владеет?
— Не знаю, — пожала я плечами. — Но ведь все три пункта на ней сошлись… Значит, этот метод раскрытия преступлений не стопроцентно надежен?
— Не совсем так, — возразил собеседник. — Всегда стоит еще и головой думать, когда пользуешься стандартными приемами. Я практически уверен, что если убийца из Ауири, то он есть в твоем списке.
— Но это не мадам Хоури? Тогда остаются всего двое.
Бросив взгляд на яростно бурлящую внизу воду, Зенедин вернулся к входу в пещеру, лапой вытащил на площадку подаренную мной подушку и, удобно на ней расположившись, проворчал:
— Я не сказал, что это не она. Я лишь советовал думать головой и не хвататься за очевидное. Ведь необычный для Траэра бардак в комнате имеет место. Тебе теперь нужно тщательно расспросить этих троих, по возможности избегая вопросов вроде: «А что вы делали в ночь убийства?», да и вообще любых тем, касающихся их взаимоотношений с покойником. Идея ясна?
— Более чем, — кивнула я. — Но только есть еще одна, небольшая, можно сказать, проблема. Сегодняшние гости довольно определенно пообещали меня убить, а вашего «не беспокойся» как-то совершенно недостаточно для достижения внутреннего состояния, подобного поверхности лесного озера в утренней тишине.
Дракон вяло махнул лапой.
— Ах, это. Погоди немного. — И, положив голову на лапы, он принялся выпускать облачка дыма.
Я спокойно ждала, рассеянно поглаживая Фарьку. К счастью, процесс размышлений занял у Зенедина всего около десяти минут, и я даже заскучать не успела, когда он открыл глаза и попросил:
— Напомни, какие еще ты нашла заметки на загадках книг Траэра?
Я без запинки сообщила:
— Адрес кафе, где обычно встречаются в городе студенты, и упоминание о некоем докторе Риче.
После небольшого анализа Зенедин резюмировал:
— Думаю, тебе стоит пообщаться с доктором. Требуемый порошок может иметь к нему отношение. Кафе же для нас интереса не представляет.
Я послушно кивнула.
— А о чем мне беседовать с доктором? И с какой стати он станет отвечать на мои вопросы?
Шипастый хвост раздраженно хлестнул по камню.
— Опять покорно расписываешься в полной непригодности к профессии детектива? Может, тебе сразу имя убийцы назвать? Деньги нужно заработать, не умеешь — учись, тем более что пока все довольно неплохо получается.
Толком не зная, как реагировать — то ли обидеться, то ли поблагодарить за комплимент, я просто снова кивнула.
— Вот и славно, договорились, — остался доволен дракон. — А теперь ступай прочь с глаз моих. Спать.
Пожелав спокойной ночи, я прихватила Фарьку, уселась на столь нелюбимый зверьком скурр и вскоре мирно дремала.
Утром, расплескав спросонья вокруг стакана молоко и вооружившись двумя подгоревшими булочками, я взяла монету в одну марку и подбросила ее. Орел. Значит, летим в город, беседовать с доктором. Первой лекцией сегодня снова была природная магия, и я надеюсь, Джо простит мне прогул. Позавтракав, я максимально строго оделась и, привычно оседлав скурр, отправилась в Теннет.
Везло мне как утопленнице — первые две справочные, куда я залетела, оказались закрыты. Одна на ремонт, вторая по непонятным простому обывателю и нигде не обозначенным причинам. К счастью, узнать, что бы я сделала, постигни та же судьба и третий пункт, куда я обратилась за информацией о докторе, не пришлось. Он был открыт, и сурового вида бабушка, полистав толстенный том, сообщила мне адрес практики Адофа Рича, и я, проверив наличие в кармане письменного распоряжения ректора, порулила в нужном направлении.
Приемная доктора выглядела богато, но ни одного желающего поправить пошатнувшееся здоровье пациента там не обнаружилось. Возможно, время было неподходящее и все больные еще нежились в кроватях. Мельком осмотревшись, я обратилась к сидящей за стойкой блондинке, лет от силы восемнадцати:
— Доброе утро. Мсье Галь Траэр…
— Секундочку, — почти сразу же прервала она меня, встав, выдвинула один из длинных ящиков за своей спиной и достала оттуда личную карточку пациента. Затем, вновь усевшись, сообщила: — Я вас слушаю.
Мгновенно перестроившись, я заговорила:
— Понимаете, мсье Траэр больше не сможет к вам прийти.
Девушка ойкнула.
— Неужели он уже…— Осекшись, она закрыла рот рукой.
— Что уже? — насторожилась я.
— Ну… мсье Траэр вроде собирался в Кохинор…— забормотала блондинка. — Он же туда уехал, да?
— Не совсем. — Я усмехнулась в душе. — Простите, мне бы хотелось поговорить с доктором Ричем.
— По какому поводу? Собственно, кто вы такая? — наконец сообразила спросить секретарша.
Подумав, что пора перестать путать еще толком не проснувшуюся девушку, я протянула распоряжение ректора. Схватив, она впилась в него глазами.
— Я, ректор… Айлии… помощь в расследовании убийства… Ой! — С явным испугом взглянув на меня, блондинка вместе с бумагой унеслась в кабинет врача. Когда же через пару минут она вернулась, лицо ее хранило обиженно-виноватое выражение.
— Проходите, — буркнула она, устраиваясь на своем месте.
Доктор Рич оказался типичным представителем своей профессии — полноватый мужчина средних лет, слегка щурящий глаза, словно пристально вглядываясь внутрь пациента. Добродушно улыбнувшись, он указал на кушетку:
— Присаживайтесь.
— Но я же не на прием к вам пришла…
— Ничего страшного. Мне так привычнее, — пояснил он, поднимая со стола подписанную ректором бумагу. — Я так понимаю, это ваше?
— Да, — подтвердила я, мимоходом пролевитировав распоряжение к себе.
— Позвольте полюбопытствовать, что же случилось с мсье Траэром? — проигнорировал мою выходку собеседник.
— Ему перерезали горло в собственном бассейне, — спокойно ответила я.
— Господи! — вырвалось у доктора. — Какой кошмар. И преступника, я так понимаю, пока не нашли?
— Нет. Именно поэтому я к вам и пришла. Вдруг вы сможете рассказать что-нибудь полезное.
Мсье Рич принялся молча переплетать пальцы.
— Простите, — вдруг спохватился он. — Какой я невнимательный. Хотите чаю или кофе?
— Чаю, спасибо. — Совместные чаепития располагают к откровенности, а это мне сейчас на руку. Судя по заминке доктора, он отнюдь не собирается выложить мне информацию на блюдечке с голубой каемочкой. Врачебная этика и все такое…
Звонком вызвав блондинку, доктор сообщил ей наши пожелания и, извинившись, покинул кабинет на пару минут. Оставшись одна, я тут же огляделась, ничего интересного обнаружить не смогла — помимо кушетки, на которую меня почти силой усалили, в кабинете присутствовали: стол доктора из резного дуба, два кресла, стоящие по разные стороны от него, и большой закрытый шкаф, о содержимом которого я могла только догадываться.
Хозяин вернулся в кабинет буквально за пару секунд до прибытия чая. После того как все приборы оказались розданы, я отпила пару глотков и начала с совершенно невинного вопроса:
— Насколько мне известно, мсье Траэр уже долгое время являлся вашим постоянным пациентом?
Похоже, доктору не хотелось давать мне даже такие сведения, но благодаря недавним действиям секретарши пришлось. Вряд ли для случайных клиентов заводят карточки в дюйм толщиной.
— Да, — наконец неохотно кивнул эскулап. — Он наблюдался около года.
— И какие у вас сложились отношения?
— В смысле? — непонимающе моргнул собеседник.
Пришлось пояснить:
— Вы общались только как доктор и пациент или стали приятелями? Разговаривали ли вы на темы, не касающиеся его состояния?
Доктор отрицательно покачал головой:
— Крайне редко. У меня очень обширная практика, я просто не могу себе позволить тратить рабочее время на что-то постороннее. Понимаете?
Заверив, что да, я продолжила:
— Но иногда такое все же случалось? Он не упоминал о ювелире Арно Бэйви?
Ненадолго задумавшись, мсье Рич ответил:
— Нет. Такого имени я не слышал.
— А про рынок ценных металлов? Может, мсье Траэр иногда ворчал по поводу каких-либо проблем в этой области?
Ответ доктора не изменился
— О чем же он тогда вообще говорил? — с легким раздражением спросила я.
— В основном о работе, о студентах, о жизни Академии Магии.
Уже лучше.
— Как насчет преподавателей? Он о ком-нибудь упоминал? — осведомилась я, готовясь к очередному «нет».
Услышанное поразило меня до крайности:
— Да, пару раз он произносил имя Гретель. Вроде как она ему очень нравилась, но взаимности не случилось.
Как интересно… Смотритель музея очень убежденно утверждал обратное. Но, возможно, отношение мсье Траэра к мадам Арно круто изменилось после того, как он получил от ворот поворот.
Допив чай, я отставила пустую кружку. Похоже, скоро терпение хозяина лопнет и он отправит меня восвояси. Надо бы заканчивать…
— Скажите, а про кого-то еще из обитателей Ауири мсье Траэр с вами беседовал?
— Кроме Гретель я слышал еще о мсье Реде Катрне, причем только хорошее. Вроде он в Академии музеем заведует.
Да уж… много из эскулапа не вытянешь. Перейдем к другому трупу.
— Доктор, вам случайно не знакома женщина около сорока лет, некая Жанет?
Ни секунды не колеблясь, собеседник покачал головой. Вид у него, правда, был удивленный и немного лукавый.
— Точно? Может, вам приходилось бывать на улице Друэрье дом двадцать четыре, квартира одиннадцать?
— Увы, не приходилось. А что там находится?
Проигнорировав вопрос собеседника, я, находясь легком замешательстве, настойчиво переспросила:
— Вы совершенно уверены? — Неужели Зенедин все же ошибся, и доктор Адоф Рич не имеет никакого отношения к порошку и трупу по имени Жанет? Похоже, все нити постепенно обрываются…
— Простите, Айлия, я, конечно, не молод, но точно знаю, где был, а где нет. Подобный же адрес я вообще впервые слышу.
Тупик. Не очень понимая, о чем еще безобидном можно спросить, я взяла быка за рога и ляпнула:
— А от чего вы лечили мсье Траэра?
Сдвинув брови, мсье Рич отрезал:
— Мадемуазель, я добровольно отвечал на ваши предыдущие вопросы лишь потому, что они не касались моей работы. Но мсье Траэр совершенно точно не желал, чтобы о подробностях его состояния стало кому-нибудь известно, и я не могу не выполнить волю моего пациента.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48

загрузка...