ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Как же, сбежала она. Рената была влюблена в мужа до потери сознания. Но, кроме того, она оказалась слишком порядочным человеком и не пожелала жить с наркодилером. Ни о каких других мужчинах там и речи не шло.
Я снова скрестила ноги, приготовившись к долгому разговору, и уточнила:
— Я понимаю, что мсье Голльери просил вас ничего о нем лично не рассказывать, но почему он не хотел, чтобы кто-нибудь узнал подробности о состоянии мсье Траэра? Кстати, а сам-то он знал про коллендию?
— Да, — кивнул собеседник.
Я не удержалась и съязвила:
— А как же врачебная тайна? Или вы привыкли рассказывать знакомым все подробности болезни своих пациентов?
— Нет, естественно, — оскорбленно взвился эскулап. — Сколько раз вам повторять, что есть понятие врачебной тайны?
— И как это коррелируется с тем, что вы обо всем разболтали мсье Голльери?
— Траэр сам виноват, — рявкнул собеседник. — не так давно он заявился к Килду и сообщил, что знает все про моуфри и, кроме того, накопал улик достаточно, чтобы засадить его за решетку.
Да уж… чем дальше в лес… Слушая рассказ доктора, я постепенно сползала по креслу. Получаемая информация напрочь отказывалась укладываться у меня в голове.
— Простите, а зачем мсье Траэру это понадобилось? Почему он просто не отнес улики в полицию?
Мсье Рич злобно сплюнул в стоящую на его столе каменную пепельницу.
— Эта скотина пыталась шантажировать Килда. Он требовал денег. И что Килду оставалось делать?
— Вы хотите сказать, что это мсье Голльери убийца?
Собеседник уставился на меня как на ненормальную.
— Вы что, с ума сошли? Нет, конечно. Я имел ввиду, что Килд принялся раскапывать данные про чертового шантажиста и, естественно, пришел за помощью ко мне. Он же знал, что я лечащий врач Траэра. А услышав про смертельную болезнь, Килд попросил меня никому ничего о ней не рассказывать, отговариваясь врачебной тайной. Безусловно, я не мог не пойти ему навстречу. Мы же друзья.
Ну что тут скажешь? У каждого свое понимание дружбы, и уже поздно переучивать мсье Рича, да и не мое это дело.
Встав, я дошла до двери и, открыв замок, сказала:
— Спасибо за информацию. Жаль, что вы не рассказали мне все добровольно, но в этом сложно вас обвинить.
— Предупреждаю, — вклинился в мою речь доктор, — если вы используете эти сведения против Килда, то я ни за что не ручаюсь.
— Не стоит мне угрожать, — улыбнулась я и, сняв заклинание полностью, выскользнула за дверь.
От приемной доктора я полетела прямиком к дракону, причем нарушив по дороге все мыслимые и немыслимые правила. Но Зенедин, к моему искреннему удивлению, совсем не воспылал желанием немедленно сдать мсье Голльери полиции и, приняв сообщение к сведению, отправил меня готовиться к балу, безапелляционно велев отдыхать и веселиться, пообещав досконально разобраться во всем завтра. Особого энтузиазма у меня его предложение не вызвало, но дракон, фыркнув, что он все сказал, закончил беседу и уполз в пещеру. Некоторое время я потратила на возмущенный монолог, но довольно быстро мне это надоело, и я двинулась к дому. По дороге все мысли об убийстве каким-то непостижимым образом выветрились из моей головы, оставив место лишь хорошему настроению.
Чуть ли не летая от сознания, что обвинение снято и тюрьма мне в ближайшем будущем не грозит, я собиралась на бал в честь дня рождения Академии. После часа тщательного наведения марафета и придирчивого выбора наряда я с удовлетворением разглядывала свое отражение. Рассыпанные по плечам и доходящие почти до пояса кудри чуть переливались и создавали импровизированную накидку, несколько скрывающую обнаженные плечи. Платье цвета шерсти Фарьки, совершенно открытое сверху, мягко струилось до лодыжек, облегая мою, без ложной скромности сознаюсь, безупречную фигуру, правое предплечье обвивала серебряная змейка, то и дело подмигивающая глазами из зеленого камня, практически совпадающего цветом с моими.
— Пусть только он попробует не оценить, — довольно улыбнувшись, проворчала я, отходя от зеркала.
— Айлия, ты готова? — ворвалась Мэрион, в платье, на изготовление которого хватило бы трети моего. — Ух ты, шикарно выглядишь.
— Ты тоже, впрочем, как обычно, — вернула я комплимент. — Пойдем, нужно успеть занять местечко поуютнее.
Оказавшись на улице, я мечтательно вздохнула:
— Почему так не может быть всегда?
Хоть на дворе и стоял темный, еще безлунный вечер, но территория Ауири сияла, как днем. Ветви стоящих вдоль дорожек кустов и деревьев опутывала магическая светящаяся сеть, повсюду порхали, то и дело поблескивая, привлеченные лакомствами светлячки, а на каждой развилке расположили затейливые, невиданных форм фонари. Возможно, Мэрион и остальные обитатели городка, на чьих глазах происходили приготовления, не слишком удивились, но я, будучи в последнее время слишком занята, чтобы глазеть по сторонам, в полном шоке замерла посреди тропинки, восхищенно оглядываясь.
— Эй, мы опоздаем к началу действа, — дернула меня за платье Мэрион. — Рассмотришь все по дороге.
Тряхнув волосами, я вернулась в реальный мир, и мы зашагали по переливающимся дорожкам к учебному корпусу, превращенному сегодня в бальный зал. Но, увы, добраться до средоточия веселья не удалось — едва мы поднялись на крыльцо, по обеим сторонам которого били фонтаны из вишневого пунша, ко мне направилась мадам Хоури, размахивающая каким-то листком.
— Айлия, добрый вечер. — Одарив сразу напрягшуюся Мэрион рассеянным кивком, она продолжала: — У меня будет к вам небольшая просьба. К сожалению, девушка, ответственная за прием приглашенных гостей, запаздывает, не могли бы вы ненадолго заменить ее? Вот список.
Она протянула мне густо исписанный листок, а я мысленно взвыла. Ну почему, почему подобные поручения всегда достаются мне, несчастной? Все одногруппники будут расслабляться, соревнуясь в разнообразных волшебных фокусах, обсуждать свежие сплетни и флиртовать направо и налево, а мне придется торчать на крыльце в бессмысленном ожидании. Тьфу…
— Конечно, мадам Хоури, — улыбнувшись, ответила я, взяла список и пристроилась в уютном кресле, стоящем поблизости. Собственно, если разобраться, мне даже повезло — все, как идиоты, толкаются в душном, тесном помещении, а я сижу, дышу свежим воздухом и наслаждаюсь огромными магическими цветами, вырастающими и медленно тающими на центральной полянке.
— Привет, ты где пропадала? — раздался сбоку насмешливый голос.
Вздрогнув от неожиданности, я повернула голову и увидела сидящего на корточках рядом с креслом Георга, чья густая шевелюра находилась примерно на уровне моей груди. По поводу праздника одет он был в светлые брюки и рубашку, одного тона с моим платьем, темные глаза, так меня волнующие, задорно искрились, а на губах блуждала рассеянная улыбка. Мгновенно просияв, я фыркнула:
— А ты заметил мое отсутствие? Как странно…
Джо, к счастью, не успел никак отреагировать, поскольку в этот момент на подходе к крыльцу появилась группа гостей, с первого взгляда вполне похожих на тех, кого мне велено было встречать, и я дисциплинированно поднялась им навстречу. Так и есть — к нам пожаловал один из городских советников Теннета в сопровождении семьи. Сверившись со списком, я проводила их в предоставленную комнату и вернулась на пост. Джо все так же сидел рядом с креслом, задумчиво потягивая из высокого стакана вишневый пунш, благо источник напитка находился недалеко. Минут десять мы просидели практически молча, лишь время от времени перебрасываясь ничего не значащими фразами, затем появившаяся мадам Хоури все же освободила меня от несения вахты на крыльце и, поблагодарив, напутствовала:
— Идите, развлекайтесь, вы это заслужили.
Немедленно встав, Джо крепко ухватил меня за руку и потащил внутрь. Я покорно следовала за ним, удивляясь таким переменам. Мы до этого вечера еле парой слов перекинулись — я ему книжку дала, он помог мне с наркодельцами, а тут такое внимание… Нет, не скажу, чтобы мне это было неприятно, но никакого разумного объяснения найти я не могла. Да и черт с ним… Увлеченная спутником танцевать, я выбросила из головы дурацкие мысли и целиком отдалась ощущениям, возникающим от непосредственной близости привлекательного мужского тела.
Где-то через час, когда собравшиеся натанцевались до упаду, потребили невероятное количество спиртного и обсудили вечер и присутствующих гостей во всех подробностях, нас позвали на банкет. В связи с полной невозможностью усадить такое количество народа стол сервировали в саду, расставив в непосредственной близости от него скамейки, стулья, диванчики и прочие подобные предметы. Предполагалось, что, нагрузив тарелки, гости рассядутся кто где и, вкушая угощение, уделят внимание происходящему на импровизированной сцене, сотворенной перед учебным корпусом. Все развивалось по плану — открывая вечер, на сцену взобрался ректор, за спиной которого немедленно возникла мадам Паола, немало повеселив публику своим появлением. Размахивая бокалом, мсье Клеачим произнес длинную речь, от всей души поблагодарив собравшихся за то, что они пришли разделить с ним этот праздник, и выразил надежду на то, что мы все увидимся еще не раз, и прочая, и прочая. Конец спича был встречен бурными и совершенно искренними аплодисментами изрядно заскучавших гостей.
— А сейчас вас ждет шоу-программа. Отдыхайте, — провозгласил ректор и слез со сцены, вернувшись к столу для важных персон.
Джо, воспользовавшись ситуацией, немедленно уволок меня танцевать, шепнув на ухо, что всех магов, призванных для нашего развлечения, он в гробу видел. Не желая с ним спорить, я подчинилась, и мы вернулись в зал. Когда же снаружи заполыхало что-то непонятное, я в ультимативном порядке, немного пошатываясь, вернулась на улицу и с неподдельным восхищением уставилась на сцену, где пара искусных магов, мужчина и женщина, облаченные в красную кожу и металл, гоняли разноцветные языки пламени, заставляя их принимать разнообразные формы и составлять фантастические фигуры. Неожиданно меня словно толкнули, я вспомнила пожар, сгубивший моих родителей, и, отпустив руку ничего не понявшего Джо, опрометью кинулась прочь, к ближайшим деревьям. Оказавшись за толстым дубом, я прислонилась к стволу, перевела дух и с удивлением заметила, что не одна — спиной ко мне стояла мадам Гретель Арно, плечи которой подозрительно вздрагивали.
— Простите, — неуверенно спросила я, — мадам, с вами все в порядке?
— Кто здесь? — вздрогнула она и повернулась.
Едва увидев выражение ее перекошенного лица, я поняла, что в порядке далеко не все, а вишневый пунш, которого я выпила совсем немало, развязал мне язык, и, не очень думая, я брякнула:
— Вижу, вы тоже вспомнили пожар, да? И как, совесть не мучает?
— В-вы о чем, Айлия? Я вас не понимаю. — Дриада нервно комкала в руках платье цвета чуть пожухшей листвы.
— Ой, да ладно. Я недавно из приюта под Льоном, и мадам Шеремета мне все рассказала. Ревность — плохое чувство. Кстати, мне ужасно интересно, за что вы убили мсье Траэра? Он отверг вас в шестилетнем возрасте?
В свете оплетающей листву сетки было прекрасно видно, как от лица мадам Арно мгновенно отхлынула вся кровь. Покачнувшись, она обхватила голову руками, в результате чего ее сложная прическа рассыпалась и придерживающие локоны шпильки оказались на земле.
— Айлия, — удивительно твердым голосом произнесла дриада. — Я не знаю, что втемяшилось вам в голову, но это полный бред.
— Да? — язвительно поинтересовалась я. — Хотите сказать, что ваше появление в Академии не имеет ничего общего с мсье Траэром? И детективов, чтобы его найти, вы не нанимали? Тогда извините за беспокойство. — И, пожав плечами, я немного неуверенно пошла обратно, на поляну с закусками.
— Постойте. — Холодные пальцы мадам Арно крепко ухватили меня за руку. — Вы сильно заблуждаетесь, уверяю вас. Все обстоит совсем не так, как вам кажется, и я никого не убивала.
— Неубедительно, — фыркнула я, и тут мне в голову пришла неплохая идея. — Давайте спросим, кто прав, у беспристрастного арбитра?
— Кого вы имеете в виду? — обеспокоенно огляделась она.
— А куда же подевалась ваша хваленая сообразительность?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48

загрузка...