ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я сделаю это за всех, кто страдает по вине этих тварей…
- Полагаю, что нам придется нелегко, - пробасил Бурин, держа в руке поблескивавший топор. - Это будет посерьезнее, чем стычка с болотниками.
- Я тоже так думаю, друг, - ответил Фабиан. - Полагаю даже, что этот бой может оказаться и последним нашим боем.
- Он же, кстати, и наш первый бой, если не считать потасовок в трактирах. Вот и выясним теперь, чего мы стоим на самом деле!
Гврги встал между двумя друзьями. В руке он держал короткий кривой нож.
- Что ты собираешься с ним делать? - насмешливо спросил Бурин. - Таким только рыбу чистить.
- Подождать, - спокойно произнес Гврги. - Быть хорошим ножом для мести. Нож от шамана…
Больше он ничего не сказал, но когда Фабиан мимоходом глянул на него, то ему показалось, что клинок поблескивает чем-то зеленоватым. Однако у него не было времени об этом раздумывать. В этот миг к ним подбежал Гилфалас.
- Мы должны во что бы то ни стало удержать мост, - объяснил ему ситуацию Фабиан, - Ким и Марина сейчас переправляются на ту сторону. Все, что нам осталось, так это позаботиться о том, чтобы они получили достаточный запас времени.
- Ну что же, здесь хотя бы земля не болотистая, - глухо произнес Бурин. - Хорошее место, чтобы сложить головы.
Фабиан поднял меч.
- Если легионы не спешат нам на помощь, то мы сами должны помочь себе, - произнес он и с кличем «За Империю!» бросился вперед.
Бурин и Гилфалас ответили ему древним боевым кличем времен Войны Теней, который когда-то сплотил народы Среднеземья…
Темный эльф, как краем глаза успел заметить Фабиан, обнажил свой узкий меч с клинком из вороненой стали, но в бой так и не вступил. Да и зачем ему нужно было это делать при явном численном превосходстве его отряда?
Фабиан был вынужден применить все свое мастерство, чтобы отбиваться от наседавших больгов и одновременно прикрывать с фланга Бурина. Малый рост гнома в бою с рослыми больгами был существенным недостатком: ему с трудом удавалось отбивать их удары.
Гилфалас обращался со своим оружием играючи. Хотя эльф и уступал в силе Бурину или Фабиану, он превосходил их как воин благодаря своей ловкости и гибкости. Его узкий клинок, похожий на оружие темного эльфа, плел узоры, уследить за которыми глаз был не в состоянии.
Что касается Гврги, то больги поначалу вообще не посчитали его за противника. Но все изменилось, когда один больг собирался пробежать мимо него к мосту. Рыбный нож описал блестящую дугу и вонзился в руку больга. Тот повернулся к Гврги и поднял было свой меч, но вдруг издал душераздирающий крик.
Крик этот был полон ужаса. В следующее мгновение больг выронил меч и начал оседать на землю.
Гврги не стал дожидаться результата своей атаки, а молниеносно метнулся к следующему противнику, который вначале даже не заметил его ножа. Но уже через секунду после того, как Гврги провел ему ножом по ноге, он взвыл, выронил свое оружие, подбежал к краю пропасти и рухнул в нее. Его крик эхом носился над бездной, пока не замер на дне.
- И дальше действуй в том же духе! - подбодрил Бурин болотника, в то время как его топор раздробил колено одному из нападавших, а обратным взмахом надвое рассек ему череп.
- Что случилось? - спросил Фабиан, который не мог видеть, что творится у него за спиной.
- Похоже, что нож нашего друга действует на больгов так, что у них пропадает всякое желание жить. - Несмотря на критическую ситуацию, гном не мог удержать в узде свой юмор.
- Смотрите! - выкрикнул Гилфалас. - Больг на мосту!
Фабиан выругался. Но даже Гврги не мог пуститься в погоню, ибо теперь больги стали относиться к болотнику серьезно. Сразу двое из них бросились на него.
С поразительной быстротой болотник отскочил в сторону, прокатился по земле и, когда мечи больгов, высекая искры, ударились о камень, уже снова стоял на ногах.
В этот же миг меч Фабиана поразил одного из них, однако клинок застрял в ребрах, и принц, не желая выпускать меч из рук, упал вместе с поверженным врагом.
Другой больг воспользовался этим и занес свою тяжелую булаву, чтобы опустить её на принца.
Гилфалас бросился вперед и сбил больга с ног. В следующую секунду Фабиан поднялся - с окровавленным мечом в руке и жаждой битвы в глазах.
Гилфалас же от силы своего собственного броска прокатился дальше. Он тяжело приземлился на плечо, а меч выскользнул у него из рук и покатился по скальной поверхности.
Он сделал прыжок и уже дотянулся было до рукояти, как вдруг на клинок наступила нога, обутая в черный сапог.
- Мне кажется, - голос был резок подобно ледяному ветру, проносящемуся над скалами, - что здесь твой путь заканчивается, эльф.
Больг что-то прохрюкал на языке, которого Ким не знал. Если вообще это был язык, ибо этих тварей темные эльфы выращивали для боя, а не для произнесения речей.
Ким расставил ноги настолько широко, насколько позволила балка. Перед собой он держал кинжал, который был куда короче, чем меч больга.
На что вообще мог он сейчас надеяться?
Еще три или четыре шага, и их клинки скрестятся, и с каждым ударом Ким будет приближаться к смерти. Больг выше ростом и гораздо сильнее; он по всем показателям превосходит Кима, а кроме того, он - обученный воин.
Ким медленно отступал. Может быть, ему удастся как-то задержать противника? Но он должен быть предельно осторожен.
Если бы Киму удалось сохранить дистанцию, то он бы, пожалуй, смог при подъеме на противоположной стороне… что-нибудь предпринять. А сейчас ничего не приходило в голову. Единственное, что важно, убеждал он себя, так это чтобы Марина перешла на ту сторону.
Фольк кинул быстрый взгляд назад, однако не успел ничего увидеть.
- Марина! - позвал Ким, стараясь перекричать шум боя и плеск воды, шумящей на дне пропасти. - Как ты?
- Я уже на ступенях! - отозвался её голос.
- Как только будешь наверху, сразу крикни!
- Хорошо!
Ким продолжал шаг за шагом отступать. Больг ухмыльнулся, его лицо превратилось в отвратительную гримасу. За этой ухмылкой притаилась смерть. Больг ощущал себя кошкой, играющей с мышью. Когда Ким делал небольшой шаг назад, больг не стремился сократить расстояние между ними, но продолжал продвигаться вперед такими же короткими шажками.
Внезапно он сделал два быстрых и широких шага подряд. Ким, резко отступив назад, чуть было не рухнул в пропасть. Когда ему удалось восстановить равновесие, то он убедился, что больг пренебрег возможностью проткнуть его мечом или спихнуть с балки, но он продолжал тупо ухмыляться и наблюдать за своей жертвой.
- Я наверху! - Это был голос Марины.
- Отлично! - сказал Ким.
Затем он развернулся и пустился бежать со всех ног.
За своей спиной он услышал язвительный смех, а затем участившийся стук кованых сапог по твердому дереву. Но больг не слишком торопился, знал, что Киму не уйти от него.
Наконец-то, оставив мост за собой, Ким взбежал наверх по старым и истертым ступеням.
Марина ждала его. В руках она держала полосу ткани и камень.
Больг все ещё был на мосту.
- Мы должны его остановить, - тяжело дыша, произнес Ким.
- Сначала мы его кое-чем займем, - сказала она и зарядила пращу.
В больга полетел камень величиной с кулак и ударил его в грудь.
Больг издал возглас удивления. Удар камня был для него полной неожиданностью. Чтобы удержать равновесие, он инстинктивно взмахнул руками и выронил меч.
Марина тем временем подобрала с земли новый снаряд и зарядила камнемет. Второй удар поразил больга прямо в лоб.
Он издал крик боли и обеими лапами схватился за морду.
В руке у Кима тоже был камень, но он не решался кинуть его. Ни разу в своей жизни он никого не убивал и понимал, что если бросок окажется точным, то для больга он будет означать гибель.
- Кидай! - приказала Марина. - Он один из тех, кто разоряет сейчас Эльдерланд.
Эти слова все и решили. Ким выдохнул и изо всей силы швырнул камень. В детстве он очень неплохо бросал снежки, штурмуя снежные крепости.
И не разучился этого делать. Поистине с убийственной точностью камень попал в цель.
Падая, больг закричал. Это был крик существа, видящего перед своими глазами смерть. Затем вновь стал слышен только шум и плеск воды.
- Мы должны идти, - сказала Марина.
- Да, - только и сказал Ким и резко повернулся. Он последовал за Мариной по дороге, ведущей к перевалу. Но, пройдя с десяток шагов, он не смог удержаться, чтобы не бросить взгляд через плечо.
- Смотри! - сказал он Марине.
Оба кинули взгляд через пропасть и не смогли понять, что происходит перед их глазами…
- Гилфалас! - крикнул Фабиан, когда увидел, в какое отчаянное положение попал его товарищ. Быстро взглянув по сторонам, принц понял, что и Бурин, и Гврги достаточно далеки, чтобы предотвратить несчастье.
В это мгновение больги насели на него с новой силой, так что у Фабиана уже не было времени следить за эльфом. Он был почти благодарен больгам за их атаку, поскольку она избавляла его от зрелища гибели одного из спутников.
- Умри! - Голос темного эльфа разнесся над плато, вызывая тысячекратное эхо. В этом голосе не было никакого чувства; в нем не слышалось триумфа, но лишь уверенность, что любое сопротивление бесполезно и что противнику ничего больше не остается, кроме смерти…
Последним усилием воли Гилфалас бросился в сторону. Он ощутил взмах меча, и звук клинка, ударившего о скалу, звенел в его ушах как гонг.
В мгновение ока он вскочил на ноги и, безоружный, стоял против темного эльфа. На бледном лице была улыбка, однако она не проникла в черные безжалостные глаза.
- Кто ты? - Голос был так же холоден, как и улыбка. - Я так долго гнался за тобой. Назови свое имя, прежде чем я убью тебя!
- Меня зовут Гилфалас, я сын Инглориона из Талариэля, из рода Элохимов, который когда-то изгнал твоих предков. Убирайся обратно во тьму, где тебе и место! - Казалось, что время и пространство замерли и исчезли в миг, когда друг другу противостояли эти двое: бесстрашный эльф и порождение ночи.
Темный эльф зашипел подобно змее, дыхание смерти слышалось в этом звуке.
- А-а-а…
Гилфалас успел увидеть блистающий клинок, описывающий высокую дугу над головой его темного противника.
- Знай же, что тебя убил Азантуль, сын Азратота.
Вот и все…
- НЕТ!
Прозвучавший голос был подобен грому. Тотчас железные обручи, изнутри сдавливавшие голову Гилфаласа, лопнули, и он успел броситься в сторону, когда клинок со свистом опустился.
- Ты?
С большим трудом, пренебрегая болью, Гилфалас стряхнул с себя оцепенение и выпрямился.
Между ним и темным эльфом стоял огромный, выше всех на голову, магистр Адрион Лерх. Его фигура была прозрачна, казалось, что она трепещет и вьется на ветру.
Одним небрежным движением руки магистр Адрион отбросил назад больгов, теснивших Фабиана, Бурина и Гврги. Затем он повернулся к темному эльфу, смертельно побледневшему и с ужасом взирающему на него.
- Да, это я - хранитель древности, - прогрохотал голос магистра. - А теперь убирайся, пока я не воспользовался вверенной мне силой и не сбросил тебя в пропасть. УХОДИ! - Произносивший эти слова голос все время нарастал и на последнем слове достиг мощи урагана.
Темный эльф отступил. Азантуль был достаточно умен, чтобы понять: с этим ему тягаться не под силу. Одна резкая команда, и уцелевшие больги с ворчанием потянулись вслед за ним.
- Тебе все равно не избежать теней! - раздался голос темного эльфа. - Думай обо мне, когда погаснет свет…
Он засунул меч в ножны и набросил на плечи плащ.
- Иди ко мне! - крикнул с моста Фабиан голосом, который вот-вот готов был сорваться и перейти в истерический смех. - Трус, возвращайся и дерись!
- В другой раз, - прошептал темный эльф. Затем он повернулся, даже не удостоив Фабиана и его спутников взгляда, и уже через несколько шагов он и его отряд больгов слились с наступающими сумерками.
Когда шаги кованых сапог замерли вдали, Гилфалас повернулся к своему спасителю. Магистр выглядел снова таким, каким эльф его запечатлел в своей памяти: старый фольк ростом с мальчика. Если бы контуры его тела не колебались на ветру, можно было бы подумать, что он стоит здесь живой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52

загрузка...