ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Под тесным кожаным колетом, поверх которого была надета тонкой работы кольчуга, буграми проступали мышцы, напрягавшиеся при каждом движении, да так, что некоторые из присутствующих про себя подумали, что с эдакой фигурой можно поставить на колени и быка.
Лицо у гнома было плоское и почти полностью заросшее роскошной рыжей бородой. Того же цвета были и волосы, выбивающиеся из-под украшенного тончайшей филигранью шлема, который блестел в тусклом свете масляной лампы. Темные, почти черные глаза гнома глядели на находившегося за стойкой трактирщика строго, но без злобы. За плечами гном нес большой черный вещевой мешок. Однако взгляды большинства посетителей «Плуга» были прикованы к топору, который пришелец небрежно держал в руке. Казалось, что лезвие топора по размерам сравнимо с орлиным крылом. Несмотря на то что видимым оставалось только черное топорище, а металлическое лезвие было скрыто в черном кожаном чехле, многие из присутствующих были уверены, что едва ли кто-нибудь из их числа сможет поднять это могучие оружие, не говоря уже о том, чтобы пустить его в дело.
Поэтому их взгляды выражали удивление, недоверие, страх и любопытство вперемежку с приятной уверенностью, что на целых несколько дней вперед найден предмет для разговоров.
Человек упругим шагом подошел к трактирной стойке, за которой стоял Флорин Солодник, коренастый трактирщик с добродушным лицом, управлявший в «Плуге» вот уже более двадцати лет и казавшийся в сравнении с гномом не столь уж и внушительным. Солодники приобрели трактир два поколения назад у семьи Хмеликов, что, однако, не мешало старейшим из завсегдатаев этого заведения после слишком обильных возлияний время от времени тосковать по «старому доброму напитку Хмеликов».
- Флорин Солодник, хозяин трактира «Золотой Плуг», к вашим услугам. Чем могу служить? - дружелюбно, но с достоинством произнес трактирщик. - Боюсь, что наши комнаты для гостей в лучшем случае подойдут только вашему спутнику.
- Фабиан, к вашим услугам, - мягким, мелодичным голосом ответил человек. - Благодарю, хозяин. Мне не нужна комната для ночлега. Я хотел бы выпить со своим другом по глотку вашего знаменитого пива и получить кое-какие сведения. А затем мы продолжим путь.
Гном не произнес ни слова, а просто опустил на пол черный кожаный чехол с огромным топором, однако хозяин остался абсолютно невозмутим и приказал принести каждому из пришедших по кружке пива, причем для человека он выбрал самый большой кубок из тех, что имелись у него в запасе.
- Могу ли я быть вам чем-то полезен? - с улыбкой спросил у человека Флорин.
- Я и мой спутник Бурин, - начал Фабиан и жестом указал на гнома, - разыскиваем одного нашего друга. Его зовут Кимберон Вайт. Не подскажете, где его найти?
В его голосе звучало подлинное дружелюбие. Это успокоило тревогу большинства посетителей, вызванную топором гнома, однако когда до завсегдатаев трактира дошел смысл его слов, то это вызвало истинную сенсацию. Все с напряжением вглядывались в разыгрывающуюся у стойки сцену, и никто ни за какие блага не согласился бы упустить ничего из происходящего. Ведь все они в ближайшие дни и недели окажутся в центре внимания, окруженные соседями, родными и друзьями, если сумеют поведать о человеке и гноме, которые искали Кимберона Вайта, того самого молодого человека, от которого ожидали стольких странностей. Разочарование уступило место напряженному предвкушению радости, ибо такая странная пара, как эти двое, не могла вот так просто прийти и уйти. А это означало, что Эльдерланду предстоит пережить нечто невероятное. И тем для разговоров с избытком хватит на всю зиму.
Хозяин трактира стал объяснять обоим иноземцам - пившим большими глотками, но без спешки пряное темное пиво, - как найти дорогу, ведущую к дому хранителя, что рядом со зданием музея, а значит, на самой окраине Складни. Этим словом обозначалась территория, сплошь застроенная торговыми складами, где хранились товары, которые прибывали в Альдсвик на лодках, воловьих повозках или с караванами ослов. Торцы зданий соединялись между собой кирпичными заборами и таким образом образовывали западную часть стены, отделяющей гавань от города. Никто из фольков уже не помнил, для чего предки возвели эту стену: война ни разу не опустошала Эльдерланд. Со временем благодаря любви фольков к новым надстройкам, эркерам, аркам и пьедесталам - некоторые из которых имели свое назначение, иные же и вовсе были выполнены без какой-либо цели - эта часть города из крепостного сооружения превратилась в запутанный лабиринт, в котором ориентировались только его обитатели.
Музей располагался рядом со складами. В свое время, когда здание старого музея безнадежно обветшало, здесь нашлось единственное место в городе, где свободно могло разместиться новое большое строение. Была, правда, ещё одна возможность: разместить музей прямо на рыночной площади - самой большой площади в Эльдерланде, но это было бы уже слишком.
Все это произошло чуть менее четырехсот лет назад, однако повсеместно в народе здание продолжали называть только «Новым Музеем».
Все нововведения приживались у фольков только с течением времени, да и то не всегда.
Любой в Альдсвике знал Музей истории, поэтому трактирщик Флорин без труда смог объяснить двум чужеземцам дорогу. Человек и гном внимательно выслушали; посетителям «Плуга» показалось даже, что они пытаются запомнить речь хозяина дословно, что делают обычно только ученые.
- Благодарю вас, хозяин, - с безукоризненной вежливостью сказал человек, назвавшийся Фабианом. - Теперь мы обязательно его найдем.
- Мой слуга может проводить вас и вашего спутника, - предложил хозяин, - некоторые переулки в темноте выглядят одинаково, особенно в новолуние, как сейчас. Можно легко сбиться с пути.
- В этом нет необходимости, но все равно большое спасибо за заботу, - возразил незнакомец. - Мой друг прекрасно видит в темноте. Да и я ориентируюсь неплохо.
Затем оба опустошили свои кубки и, похвалив пиво, вежливо попрощались со всеми находящимися в трактире; однако вся публика, включая хозяина, находилась в слишком большом напряжении, чтобы пожелать им доброго пути.
Дверь за ушедшими захлопнулась. Некоторое время оставшиеся молча ждали, не сводя глаз с двери, а затем все разом загомонили.
- Что здесь нужно этим чужеземцам?
- Топор! Нет, ты видел этот топор?
- Человек и гном! Ну и времена наступили!
Все говорили наперебой. Но тут свой голос возвысил Март Кройхауф:
- Слышали? Они направляются к Кимберону Вайту, новому хранителю музея. Разве я не предупреждал вас, что этот пришлый ещё даст нам прикурить?
На мгновение все замолчали, а затем воздух вновь наполнился всевозможными догадками и предположениями.
- Это должно быть где-то здесь, Бубу, - сказал Фабиан и указал на дом. Теплый свет из его окон пронизывал темноту ночи, готовой вот-вот разродиться дождем. Дом притулился к огромному зданию, угрожающе вздымавшемуся на фоне ночного неба. Снаружи оно походило на один из портовых складов: выстроенное на массивном основании из обтесанного камня, сложенного без добавления в стыки раствора, оно напоминало скалу. Но когда взгляд поднимался выше, то было видно безупречно сложенную кирпичную стену, с перемежающимися опорами и балконами, а также прорезанными на одинаковом друг от друга расстоянии узкими, похожими на бойницы окнами. Еще выше стена уступала место разнообразию вырезанных из дерева обшивок и раскосов, столь высоко возносившихся лабиринтом фронтонов, эркеров и башенок, что даже привыкший хорошо видеть в мраке гном перестал различать их на фоне темного неба.
Дом хранителя на первый взгляд казался маленьким и неприметным, но это не совсем соответствовало действительности. Здание было возведено из прочных камней и балок - просторное и двухэтажное. Если в нем имелся ещё и погреб, то это было просто-таки превосходное жилище, полностью соответствующее значимости проживающей в нем персоны.
- Миленькая хижина, - произнес гном, до этого момента не проронивший ни слова. Он по-прежнему нес свой топор в руке, а мешок небрежно перебросил через плечо, как будто в нем и веса никакого не было. Голос у гнома был низкий и звучный. - Хотя она и не так велика, как твоя, но все же это, должно быть, хорошая защита от непогоды и неплохое место для хранения пары бочонков доброго темного пива.
- Да, - заметил Фабиан, - дом будет поменьше моего. Но я вынужден делить свой кров с моим отцом, матерью, братьями, сестрами, родственниками и разными прочими людьми. Полагаю, что Ким сделал лучший выбор.
- Тоже мне шутник! - проворчал Бурин. - Мы что, так и будем под дождем на улице рассуждать, какие у кого дома, в то время как Ким пьет пиво и наслаждается ужином?
Фабиан посмотрел на небо. Звезд почти не было видно, одни только низко летящие тучи.
- Ну тогда давай сделаем ему сюрприз.
Гном открыл окованную железом калитку и пропустил своего спутника вперед.
Путь по дорожке к входу в дом они проделали плечом к плечу. Гравий, которым она была посыпана, скрипел под ногами, и огромное здание музея, хранившее в себе сокровища истории фольков, нависая над ними, скрыло последние звезды.
Они подошли к двери маленького домика. Оконный свет осветил их лица. Бурин оценивающе посмотрел на своего спутника, чьи тонкие черты делали его похожим на бронзовую статую.
- Похоже, друг мой, тебе крупно повезло.
- Почему? - немного смутившись, спросил Фабиан.
- Потолки в этом доме высокие, поэтому тебе не придется на каждом шагу пригибать голову. Следовательно, мне не нужно будет давать тебе напрокат свой шлем, чтобы предотвратить знакомство твоего аристократичного носа с дверной притолокой.
- Бубу, это не остроумно, - со смехом возразил Фабиан и дважды постучал дверным кольцом по двери. Удар эхом разнесся в тишине.
Внутри послышались спешащие шаги. Когда они замерли, дверь отворилась и наружу упал широкий луч света. Как это принято в Эльдерланде, дверь открылась моментально: ведь здесь никто не высматривает через узкую щель, кого это там принесло в столь поздний час.
Фабиан вгляделся в лицо маленькой, плотно сбитой женщины, которая с улыбкой встретила гостей. Казалось, что их приход ничуть её не удивил.
- Желаю доброго вечера. Марина, к вашим услугам, - проговорила она теплым, дружелюбным голосом. - Господин Кимберон говорил, что вы придете на днях. Я его экономка.
- Фабиан, к вашим услугам, - с легким поклоном ответил человек на неожиданно сердечное приветствие.
- Бурин, сын Балорина, имеет честь служить вам и вашему роду, - пробормотал гном, также немало удивленный.
- Так вы, стало быть, студенческие товарищи господина Кимберона? - с любопытством спросила Марина. Последние дни ей с трудом удавалось сдержать себя, чтобы не проболтаться о том, что господин Кимберон ожидает довольно странных посетителей. Сначала необходимо было узнать до конца всю историю, прежде чем вызывать зависть и восхищение у посетителей так называемого Овощного рынка, на котором, вопреки названию, с незапамятных времен можно было купить все необходимое для пропитания. Теперь-то она наконец увидела гостей живьем и знала, что завтра вокруг неё роем будет толпиться народ.
- Входите же, господа, - сказала Марина, вспомнив о своих прямых обязанностях, и отступила в сторону, пропуская гостей, - входите!
После того как человек и гном вошли в обшитую деревянными плитами переднюю, она закрыла за ними дверь и жестом указала: следуйте, пожалуйста, за мной.
- Я проведу вас в столовую. Господин Кимберон вот уже несколько дней просит подавать ему ужин попозже.
На лицах странной пары почти одновременно заиграли улыбки.
Сюрприза не получилось: Кимберон ждал их и предполагал, что, для того чтобы не привлекать к себе внимания, друзья появятся в Альдсвике затемно. Тем более что городские ворота были открыты круглые сутки.
Еще до того как они прошли в небольшую приемную, в глубине распахнулась дверь и в комнату вошел одетый в бордовый домашний халат Кимберон Вайт, хранитель Музея истории Эльдерланда. На лице пятифутового фолька читалась явная радость от появления его друзей.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52

загрузка...