ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Уселся на спинку дивана, положил ноги в грязных сапогах на подушку и принялся набивать рот тортом.
– Гляди, Мэри, – с гордостью заявил он. – Сегодня я пользуюсь тарелкой!
Мэри бросилась к стеклянным дверям в сад и распахнула створку.
– Не прогуляться ли нам по саду, миссис Темплтон, миссис Бартон? Сады мистера Адама Росса – одни из красивейших в Шотландии.
– Но мы их уже видели, – начала было Фейт. Она не сводила с Игана глаз и против ожидания не выглядела очень уж напуганной.
– Разумеется, миссис Камерон, – засуетилась миссис Темплтон. – Идем, Олимпия.
– Да, матушка, – покорно согласилась дочь. Впрочем, в мыслях она была далека от покорности.
Иган сунул в рот последнюю порцию торта.
– Точно, Мэри. Денек что надо. Пойду с вами да поучу вас, как метать шест. Знаете эту игру?
Отшвырнув тарелку, он бросился к стеклянным дверям, на ходу чуть не сбив с ног миссис Бартон.
– Извиняюсь, мэм!
Он преувеличенно любезно поклонился почтенной леди, и она пулей вылетела в сад. Иган следовал за ней по пятам.
За ними медленно вышел Хэмиш, заложив руки за спину. В гостиной остались только Адам Росс и Зарабет. Как только гости вышли, Адам бросился на стул и залился хохотом.
Зарабет не стала больше сдерживать себя и тоже рассмеялась. Она так веселилась, что у нее заболел живот.
– Где он раздобыл эту ужасную голубую краску?
– Мой садовник красит сарай, – ответил Адам, вытирая глаза. – И представить себе не мог, что Иган выкинет такой номер. Мэри ему не простит.
– Вы знали, как он оденется?
– Он обещал что-то такое вчера вечером. Сказал, если Мэри угодно устраивать парад дебютанток, так он вырядится, как дикий горец, чтобы хорошенько их напугать.
– Жаль, что она не привезла молодых леди… поумнее, – сказала Зарабет. – И постарше к тому же.
– Да, Игану нужна смелая женщина. Такая, что примирилась бы с ним и его горцами, да согласилась бы жить в замке Макдоналд. Замок-то совсем развалился.
Зарабет налила себе и Адаму еще чаю. Ей хотелось выступить в защиту замка Макдоналд. Как смеет Адам, живущий в таком красивом доме, насмехаться над старым замком?
– Мне там нравится, к тому же Иган скоро все починит, раз он вернулся домой. Полагаю, он человек состоятельный.
– Он не всегда был богат. Макдоналды много потеряли после Куллоденской битвы, и у них ушло немало времени, чтобы зализать раны. Впрочем, как и многим шотландским семействам, включая мое собственное. Иган вкладывал деньги, которые заработал на службе, – призы и все такое, да еще продал свой офицерский чин. И он был достаточно благоразумен, чтобы не наделать ошибок. Но замку Макдоналд уже восемь сотен лет! Арендаторы Игана живут в крепких домах под новыми крышами – он следит за этим, – а по всему замку стоят ведра, чтобы собирать дождевую воду. На все денег не хватает, но никто из Макдоналдов не покинет замок, чтобы поселиться в обычном доме.
Адам обежал глазами свою удобную гостиную.
– А почему вы живете не в замке? – поинтересовалась Зарабет, поднося к губам чашку с чаем. – У вас чудесный дом, но его построили совсем недавно, не так ли?
– Ах, был когда-то и у нас замок. Недалеко отсюда, вон туда, в гору. – Он махнул рукой в сторону окна, где вздымался крутой холм с неровной скалистой вершиной. – Его разрушили камень за камнем. Снесли даже основание. Ни одному лэрду не жить больше в замке Росс.
– Почему же? – Зарабет чувствовала боль в смятенных мыслях собеседника. – Что же произошло?
Опустив чашку на блюдце, он задумчиво посмотрел на нее своими честными голубыми глазами. Адам Росс, несомненно, был красив и из тех, кто ценит комфорт. Но она понимала и видела – в нем таится та же яростная сила, что и в Игане, что во всех Макдоналдах.
– В Куллоденской битве мой прадедушка убил сына одной знатной английской семьи. Они стали мстить. Прадедушку убили в той же битве, но войска пришли в замок Росс и выгнали его жену и всех обитателей среди зимы под открытое небо. Мой дедушка был тогда совсем крошкой, но им не позволили даже одеяла взять с собой. Англичане стерли замок с лица земли. Ради забавы стреляли по нему из пушек. После этого от замка не осталось камня на камне.
Раздражение Зарабет улеглось, уступив место сочувствию и смятению.
– Простите. Что случилось с вашим дедушкой и его матерью? Куда они пошли?
– Их приняла семья Игана. Так впервые Россы и Макдоналды пришли друг другу на выручку. Прабабка осталась жить у них, и дедушка вырос в замке Макдоналд. Потом род, который нам мстил, угас сам по себе. Мой отец получил образование в Эдинбурге и стал первоклассным инженером. Он изобрел новый тип клапана и заработал немало денег на своем изобретении. Я тоже изучал инженерное дело. Теперь Россы из воинов превратились в ученых.
Он снова обвел глазами гостиную, удобную и элегантную. Оштукатуренные стены, украшенные картинами и зеркалами, составляли полную противоположность замку Макдоналд с его серым камнем, побелкой и падающими балками. В гостиной было тепло, не то что в продуваемом всеми ветрами замке.
И тем не менее у Адама был печальный, тоскующий взгляд. Наверное, он, ни минуты не сомневаясь, отдал бы всю новомодную роскошь за дом предков.
– Вы смелый человек, – сказала Зарабет.
Адам перевел на нее грустный взгляд и улыбнулся. Его мысли были чисты и прозрачны: «Я ей нравлюсь». Его глаза потеплели.
– Вы очень добры. Люди в большинстве своем говорят, как я, должно быть, счастлив, что живу в таком доме.
– Вы и есть счастливый человек. Но я знаю, что раззолоченный дворец не излечит всех ран, что нам наносят в этом жестоком мире. Он всего лишь помещение, набитое вещами.
Адам задумчиво взглянул на Зарабет.
– Скажите, как вы, иностранка, умеете понять то, о чем не догадываются мои соседи-шотландцы?
– Может быть, оттого, что я жила в раззолоченном дворце и поняла, что счастливым можно быть и в хижине.
Он снова улыбнулся:
– Думаю, мы с вами подружимся, миледи. А теперь не пойти ли нам к остальным? И обещайте, что не будете смеяться. – Он подошел к ней, протянул руку и помог подняться.
– Бедняга Иган, – сказала Зарабет. Она взяла Адама под руку, и он повел ее к выходу в сад. – Мы должны его спасти.
– От судьбы худшей, чем смерть. – Адам ухмыльнулся, и они вышли в сад.
Вода в ведре была холодна как лед. Стоя во дворе своего замка, Иган лил воду на лицо и руки. Синяя краска упрямо не желала сходить с кожи, хотя он тер изо всех сил.
Хэмиш протянул ему щетку.
– Хватит надо мной издеваться! – прорычал Иган.
– Но представление вышло хоть куда, братец. О нем будут говорить долгие годы.
– Разумеется, но на что я рассчитывал? Проклятые девицы не уехали. Смотрят на меня, словно я аппетитный окорок в лавке мясника.
– Это из-за танца в саду. Девушкам нравятся мужчины, которые умеют танцевать.
Проворчав что-то себе под нос, Иган продолжал оттирать краску. Тем временем подъехала карета Мэри, прогрохотала по булыжникам в воротах и стала не более чем в трех футах от Игана. Не обращая на карету внимания, Иган плеснул воды на руки.
Подол синей атласной юбки, отороченной зеленым, и две элегантные туфельки остановились прямо за пределами круга мокрой почвы. Туфельки, однако, не могли принадлежать Мэри. Иган поднял голову, с которой стекала вода, и посмотрел на Зарабет – такую прекрасную, что дух захватывало. Ее лицо разрумянилось от ветра, кудри слегка спутались, но она как-то ухитрилась остаться чистой и аккуратной. А какой вид был у него! Распахнутая до талии рубаха, руки по локоть в мыльной воде.
Ему захотелось языком проложить путь от острых носков расшитых бисером туфелек до завитков на ее лбу. Снять с нее все эти элегантные одежды, прижать к себе, измочить в мыльной воде.
Хорошо, что килт, слишком свободный, скрывает то, что могло бы его выдать. Зарабет достаточно было встать перед ним вот так, чтобы лишить его остатков рассудка.
– Где Мэри? – поинтересовался он.
На щеках Зарабет заиграли ямочки.
– Осталась, чтобы успокоить своих гостей.
– Наверное, они уже на пути в Эдинбург? – спросил он с надеждой.
Зарабет покачала головой:
– Вы заинтриговали молодых леди, и они упросили родителей остаться. Боюсь, никто никуда не уехал.
– Им нравятся мужчины, которые раскрашивают лица в синий цвет и ведут себя, как дикари?
– Прекрасный дикарь с замком и деньгами. Они находят вас романтичным.
– Вот черт! – Иган скреб лицо, сдирая полосы голубой краски. – В следующий раз я вообще пройду мимо, словно их и нет.
– Тогда они из кожи вон вылезут, чтобы привлечь ваше внимание. Мисс Фейт и мисс Олимпия твердо решили заманить вас в капкан хотя бы ради соперничества – кому вы достанетесь.
– Боже правый, легче было сражаться с французами.
Зарабет ехидно улыбнулась словно маленький бесенок, каким она была в детстве.
– Готова спорить, что на брачном рынке вас подстерегает куда больше опасностей, чем в любом из сражений па Пиренеях. Советую ни на минуту не оставаться наедине ни с одной из девиц ни днем, ни ночью: иначе они заявят, что вы их скомпрометировали.
Он сдавленно простонал:
– У них ничего не выйдет.
– А вдруг?
Он уставился на Зарабет.
– Вы-то на чьей стороне, девочка? Кажется, вы сговорились с Джейми во что бы то ни стало меня женить.
На миг она отвела свои синие глаза.
– Вам нужна жена, а замку Макдоналд требуется хозяйка. Но я хочу видеть вас счастливым, Иган, как любого из моих друзей.
– Слава Богу. Обещайте, что вы не покинете меня, пока эти чертовки околачиваются поблизости. Я стану оберегать вас от убийц, а вы защитите меня от них.
Она снова заулыбалась:
– Договорились. Во время путешествий я встречала молодых леди из благородных шотландских семей, которые могли бы составить ваше счастье.
Она осмотрела его с головы до ног.
– Даже если вы не сумеете отмыть голубую краску.
Он не знал, что терзает его больше – то, что она смеется над ним, или то, что так небрежно обещает подыскать ему партию. Он решил, что она заслуживает небольшого наказания.
Суета во дворе замка улеглась. Конюх выпряг лошадей и повел их на конюшню, расположенную под замком. Они с Зарабет остались одни. Понизив голос, Иган наклонился к ней.
– Итак, девочка, вы решительно настроены это выяснить, правда?
Она озадаченно спросила:
– Что выяснить?
– Что шотландец носит под килтом. – Его улыбка стала шире, когда он увидел, что Зарабет покраснела. – Вот почему вы подглядывали за мной вчера, когда я мылся.
Она отшатнулась. Теперь ей было не до смеха.
– Вовсе я не подглядывала.
– Нет? А как, по-вашему, это называется?
– Я не хотела подсматривать. Я только… Зарабет осеклась при виде его понимающей улыбки.
– Вы именно подглядывали, девочка. Я вас отлично видел. – Он нагнулся к ее лицу, наслаждаясь ее смущением. – Скажите, вам понравилось то, что вы увидели?
Иган наблюдал, как она силится проглотить стоящий в горле комок. Вдруг она смело взглянула ему в лицо.
– Да, – ответила она. – Мне очень понравилось.
Ему свело судорогой живот. Он-то ждал, что она покраснеет и будет лепетать что-то бессвязное или же назовет его самодовольным глупцом и убежит. Но он никак не был готов к подобному открытому признанию. К жажде любви, которую он прочел в ее потемневших глазах.
Он коснулся ее лица. Кожа Зарабет была мягкой, словно шелк. Румянец жарко горел под его пальцами. Она опустила ресницы, их черные тени легли ей на щеки. Но она не убежала.
«Моя Зарабет. Моя навеки».
Голубая капля стекла с его пальца ей на щеку. Зарабет вдруг отскочила, рукой в перчатке смахнув каплю краски. Не глядя на Игана, она повернула прочь и бросилась к замку, судорожно стирая со щеки само воспоминание об этом прикосновении.
В ту ночь ей снился Иган, который забрызгал голубой краской ее обнаженное тело. Сладкий сон был грубо прерван: Зарабет проснулась от шума и криков на лестнице.
Зарабет села на постели, прислушиваясь. Массивная дверь приглушала звуки. Она чувствовала, как мечутся мысли множества людей – ощущала их испуг, гнев. Случилось что-то ужасное. Набросив халат, сунув ноги в туфли, она приоткрыла дверь.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43

загрузка...