ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Я рада, что нашла его, – шепнула Зарабет. – Он бы умер в ту ночь, если бы я его не заметила, правда?
– Ему повезло, что у тебя были такие зоркие глаза.
Зарабет вспомнила, как умоляла отца остановить карету в ту роковую зимнюю ночь одиннадцать лет назад. Сначала ей показалось, что она прочитала мысли Игана, услышала его молчаливый зов о помощи. Потом она узнала, что вообще не способна читать в его уме.
Тогда откуда она узнала, что Иган там? Было совершенно темно, падал снег, а она ехала в теплой карете, уютно устроившись между отцом и матерью. Ей бы проехать мимо, так и не заметив его.
Точно так же Иган разыскал ее на черных скалах Зубов Дьявола в брызгах морской воды. Он сказал, что услышал ее зов, но она ведь не звала! Тут явно не обошлось без колдовства, но какого?
Зарабет смотрела в окно на падающий снег. Иган поехал искать Валентайна, она поняла это, хоть он ни словом не обмолвился. Она гадала, услышит ли его призыв еще раз, среди ночи?
Иган нашел Валентайна в волчьем обличье сразу за монолитами Кольца Данмарран. Валентайн угрожающе зарычал, его синие глаза сверкнули – безумные от боли и ярости. Иган соскочил с коня. Мерин рванул поводья из его руки и дал деру. Его темный круп исчез за пеленой тумана и снега.
– Глупое животное! – крикнул Иган ему вслед.
Валентайн снова зарычал, оскалив острые, как нож, зубы. Земля вокруг него была темна от крови.
– Ты тоже хорош, – сказал ему Иган. – Что с тобой стряслось? – Он пригнулся, стараясь остаться вне досягаемости волчьих зубов. – Ты меня понимаешь?
Черная шерсть Валентайна призрачно светилась в тумане, синие глаза пронзали насквозь. У волков глаза желтые, не к месту вспомнил Иган, но Валентайн, претерпевая превращение, сохранял цвет глаз.
– Я не могу тебя тут бросить, – продолжал Иган, – мне придется держать ответ перед Зарабет. И что я ей скажу? Что оставил тебя без помощи? Ты же знаешь, что она скажет.
Волк наблюдал за ним, рычание стихло, но глаза по-прежнему сверкали злобой.
– Она скажет: «Иган Макдоналд, вы не можете справиться с одним-единственным волком? А еще называете себя лэрдом». Она напустит на меня своего отца. А ведь он тут, князь Олаф.
Волк рванулся, насторожив уши.
– Вот как? Значит, вам это интересно. Он приехал сегодня, был нашим «первым гостем» вместо вас.
Волк попытался встать. Иган увидел рану, кровавую дыру в том месте, где передняя лапа переходила в плечо.
– Что с тобой случилось? – снова тихо спросил Иган.
Валентайн сжался в комок, заливая кровью снег.
– Лежи спокойно, – произнес Иган, пытаясь подобраться к волку ползком. – Я должен тебе помочь, но лучше тебе оставаться волком. Так тебе будет теплее.
Валентайн обмяк, настороженно глядя, как подбирается к нему Иган.
– Тебя подстрелили, правда? Какой-то горец решил, что ты вышел поохотиться на овец. Или то был не горец?
Жаркое дыхание волка со свистом вырывалось из зубастой пасти. Когда Иган наклонился к нему вперед, очертания тела Валентайна задрожали, и он стал демоном.
Вскочив, Иган опрометью кинулся в сторону. Демон бросился на него.
– Проклятие! – выругался он, когда когтистая рука промахнулась. – Вот потому-то я терпеть не могу логошей.
* * *
Иган притащил Валентайна домой, уговорив наконец остаться в волчьем обличье и позволить взвалить себя ему на плечи. К тому времени как они добрались до ворот замка, Иган был весь в крови и смертельно устал, в основном от отражения инстинктивных атак Валентайна. Ему удалось пробиться сквозь одурманенный болью мозг оборотня, воззвав к обязанности защищать Зарабет. Он обязан помогать ей!
Иган опустил Валентайна на камни. В замке по-прежнему звучала веселая музыка – играл скрипач, ухали барабаны.
– Тебе лучше стать человеком, – обратился он к бессильному телу, покрытому шерстью. – Будет много шуму, но, если тебе хочется объяснять каждому встречному, почему ты волк…
Валентайн приоткрыл глаза. Он не издал ни звука, но его фигура вдруг окуталась мерцанием, и вскоре у ног Игана лежал человек, истекающий кровью.
Дверь замка распахнулась, и выбежала – кто бы мог ожидать – Мэри.
– Иган, мне показалось, что ты тут за дверью. – Она замолчала, в ужасе глядя на Валентайна.
– Он ранен. Его подстрелили. Помоги затащить его в дом.
Мэри смотрела на Валентайна, словно видела его впервые. Он был совершенно наг, где его одежда – одному Богу ведомо. Иган догадался: когда Валентайн претерпевал изменение, одежда логоша не исчезала. Нужно было раздеться заранее или мучительно выпутываться потом из одежды.
– Мэри, – нетерпеливо напомнил Иган.
Вздрогнув, Мэри уставилась на Игана.
– Пойду принесу несколько одеял.
– Только тихо, – предупредил он. – Не хватало, чтобы сюда примчалась целая толпа.
Кивнув, она исчезла за дверью и быстро вернулась с ворохом одеял. Иган завернул обмякшее тело и взвалил его на плечи. Мэри держала нараспашку дверь. Им удалось втащить Валентайна в холл, затем Иган со своей ношей двинулся вверх по лестнице. Взволнованная Мэри шла следом.
Веселый шум из парадного зала просачивался сквозь каждую щель и проникал в комнату даже после того, как Мэри плотно захлопнула дверь. Валентайн неподвижно лежал на постели. Лицо его посерело. Бок был весь в крови.
– Нужен умелый хирург, – сказал Иган. – Может быть, пуля все еще внутри.
– Кто в него стрелял?
– Не знаю, но готов поспорить: муж Зарабет все еще алчет мести. Ублюдок.
К удивлению Игана, Мэри вызвалась побыть с бароном, пока Иган пошлет за хирургом и сообщит печальную новость Зарабет. Мэри была совершенно спокойна. Без истерики, без отчаяния она промокала рану Валентайна куском ткани. Благодарно похлопав ее по плечу, Иган вышел.
Зарабет и ее отца в парадном зале не было. Иган отвел в сторонку Хэмиша с Ангусом, пошептался с ними, и вскоре кузены отправились куда-то в ночь. Подошел встревоженный Адам. Его Иган попросил потихоньку свернуть вечеринку. Затем он вернулся к Валентайну и нашел там Олафа с дочерью.
Мэри сидела возле барона, вытирая ему лицо мокрой тканью. На Валентайна навалили кучу одеял, но он все равно дрожал всем телом. Смертельная бледность покрывала его лицо. С другой стороны постели стояла Зарабет, стиснув руки и сверкая глазами.
– Бедняга, – сказала она при виде Игана. – Если он умрет…
Ей не нужно было договаривать. Как и Зарабет, Иган кипел от гнева. Кто бы это ни был, он дорого заплатит.
Но в лице Олафа Иган не увидел жалости. Он стоял прямой, как струна, и смотрел на Валентайна с ненавистью. Иган удивленно вскинул брови, и Олаф обернул к нему перекошенное от злобы лицо:
– Значит, вот кого Деймиен послал охранять мою дочь?
– Да, – ответила Зарабет. – А в чем дело? Он отлично справлялся, а на корабле – что он мог поделать? Все произошло слишком быстро.
Олаф сверлил взглядом распростертое тело Валентайна.
– В чем дело? Он убийца, вот в чем дело. Специально обученный убивать, враг государства!
После неожиданного заявления Олафа Иган отвел его с Зарабет в ее комнату. С Валентайном осталась Мэри, на которую слова Олафа не произвели ни малейшего впечатления. Повернувшись к ним спиной, она продолжала вытирать ему лицо и промокать кровь. Казалось, она обрадовалась, что они уходят из комнаты больного.
Стоило Игану закрыть дверь спальни Зарабет, как ее отец поведал им ужасную историю. Валентайн попытался убить Деймиена и эрцгерцога Александра сразу после того, как Деймиен взошел на трон. Хотел заколоть Деймиена кинжалом, когда тот ужинал в обществе жены!
По словам Олафа, Валентайна бросили в тюрьму, где он оставался примерно год. Но почему Деймиен освободил его и велел сопровождать Зарабет в Шотландию?
– Деймиен не послал бы его просто так, без причины, – возразила Зарабет.
– Это Деймиен предложил отправиться в путешествие? – спросил ее отец. – Или Валентайн?
– Деймиен. – Зарабет стиснула руки. – Он сам вывел меня из дворца. Мы прошли через подземный ход, что ведет в горы, и там нас ждали Валентайн и лакеи. Деймиен поцеловал меня на прощание и сказал, что меня будет охранять барон Валентайн.
– Я склонен согласиться с Зарабет, – подал голос Иган. – Деймиен отлично разбирается в людях. Он не отправил бы Валентайна с вашей дочерью, если бы не доверял ему.
– Полагаю, что так. – Олаф нахмурился.
Иган кинул на него настороженный взгляд. Нвенгарцы отличались неприятной привычкой всегда и все решать самостоятельно. Зарабет видела – Иган боится, что Олаф просто воткнет кинжал в грудь Валентайна – вот и решение дела.
Она хотела бы сказать, что ее отец не таков. Олаф – человек справедливый, хотя, нельзя не признать, выглядит иногда устрашающе.
Иган объявил, что больше они ничем не помогут, и предложил Зарабет и ее отцу укладываться спать. Мужчины вышли. Перед уходом Иган подарил Зарабет долгий взгляд. Она стала ждать новостей о Валентайне.
Вскоре прибыл хирург, чтобы осмотреть рану. Он вытащил пулю и сказал, что барон скоро поправится, если не случится нагноения. Кость была раздроблена, но ее вполне возможно срастить.
Зарабет легла спать, как только получила эту обнадеживающую новость. Но сон не шел. Она была слишком взволнована – приезд отца, ранение Валентайна да еще рассказ отца о бароне! Ближе к утру она задремала, но снова проснулась. Ей послышались голоса.
Зарабет села на постели. В комнате царил мрак, лишь горел огонь в камине. Зимний рассвет в этих северных краях наступал слишком поздно.
Она напрягла слух, но ни звука не было за дверью. Наверное, кто-то говорил или шептал ей во сне, а теперь все исчезло. Зарабет встала и подошла к двери. Иган заставил ее запираться на ночь, и теперь она осторожно повернула ключ в замке и приоткрыла дверь.
Иган спал на походной кровати поперек коридора, завернувшись в одеяла и шкуры, как медведь. Спал крепко, судя по храпу.
Звук быстрых шагов на лестнице. Зарабет силилась рассмотреть что-нибудь в темноте и вздрогнула, увидев на лестнице высокую фигуру.
Это был Констанц – обходил замок дозором, как обычно. Зарабет успокоилась. Лакей открыл было рот, но она прижала к губам палец и покачала головой. Констанц пошел вниз по ступенькам. Храп Игана заглушал его шаги.
Странно, что голоса не разбудили Игана. Наверное, ей действительно приснилось! Иногда в ее сны врывались сны чужие, если обладали достаточной силой. Однако это случалось с ней только в раннем детстве. Мать Зарабет, которая тоже умела слушать мысли, научила дочь закрываться от чужих мыслей даже во сне. Но сейчас в замке было столько народу, что пространство, казалось, было пронизано чужими чувствами, желаниями. Чей-то сон пробился сквозь защитный барьер.
Что бы ей ни приснилось, одно было ясно. Ей представилась отличная возможность застать врасплох Игана Макдоналда.
Она осторожно сдернула с него шкуру и верхнее одеяло и утащила к себе в комнату. Иган что-то проворчал во сне, но не пробудился.
Тогда она стянула следующее одеяло и еще одно. С последним дело обстояло сложнее. Иган плотно завернулся в него и прижал руками.
Зарабет дернула краешек, пытаясь вытащить одеяло из-под Игана. Но он был слишком тяжелый – ей не удалось даже пошевелить его.
Наконец она решилась просто дернуть изо всех сил. Иган тут же проснулся и соскочил с койки прямо в комнату Зарабет. На нем был только килт, скрепленный на поясе булавкой. Он открыл рот, но Зарабет приложила палец к губам и затворила за ним дверь. Потом незаметно для Игана повернула в замке ключ.
– Что вы делаете? – хриплым шепотом спросил Иган. – В чем дело?
Бросив на пол последнее одеяло, Зарабет отошла на шаг и пристально посмотрела на Игана:
– Теперь вы спите в одном только килте?
Он оглядел себя и покраснел. Обнаженный торс, голые ниже колен ноги.
– Так удобно.
И как очаровательно. Волосы свободно падают на плечи, темные кудри взлохматились и спутались во сне. Hа широкой груди борозды, оставленные одеялами, темные волоски и здесь взлохмачены. Килт спускается ниже талии, предоставляя глазу прекрасный обзор верхней части сильных бедер.
Он тоже уставился на нее, сверкая в полумраке глазами:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43

загрузка...