ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Он пал в первой же атаке. Французы стреляли со стен, а Чарли шел прямо под выстрелы. Он умер быстро.
Иган снова закрыл глаза. Зарабет коснулась его рукой – гладкой и прохладной.
– Мне так жаль, – сказала она.
Иган знал – ей действительно жаль. Ее глаза лучились состраданием. Ему захотелось прижать ее к себе и не отпускать долго-долго.
– Я даже добраться до него не мог, пока сражение не закончилось. Мы взяли город, а потом я вернулся, чтобы найти его тело.
Зарабет задумчиво смотрела на Игана:
– Я все еще не понимаю, в чем ваша вина.
Иган покачал головой:
– Я должен был убедить его не лезть на рожон. А я был слишком нетерпелив и невнимателен. Мы поссорились, и я не сдержался. Накричал на него, и это было последнее, что я ему сказал. Потом бросился в битву, а он попытался возглавить атаку. Чертов идиот!..
– Неизвестно, смогли бы вы убедить его, даже если очень постарались бы. Похоже, он был сорвиголова.
– О да, таким он и был, наш Чарли. И все сходило ему с рук. Мы звали его Красавчик принц Чарли. Вот еще один очаровательный господин, любитель загребать жар чужими руками!
Иган замолчал, неподвижно глядя на собственные зажатые в коленях руки. В тот день Чарли наорал на него и заявил, что не нуждается в заботливой наседке.
А Иган ответил: «Иди на смерть, если хочешь. Мне нет дела».
Потом ему пришлось вернуться домой и предстать перед отцом. Сказал, что Чарли погиб, когда его самого не было рядом.
Прочь воспоминания. Хватит на сегодня!
– Но я вызвал вас сюда вовсе не для того, чтобы говорить о Чарли, – сказал он, помолчав.
– Я так и думала.
Зарабет спокойно ждала, глядя на него поверх сложенных домиком ладоней.
– Вы, кажется, говорили, что умеете колдовать. – Он доверительно склонился к Зарабет. – Как вы думаете, нельзя ли навести чары так, чтобы эти чертовы вертихвостки убрались из замка Макдоналд, из наших гор, да и из моей жизни тоже?
Зарабет неожиданно расцвела улыбкой:
– С удовольствием займусь этим, мистер Макдоналд.
Глава 10
Заклинания и ритуалы
Волшебство удалось на славу, но не так, как ожидал Иган.
После того как Иган ушел к себе помыться и переодеться, Зарабет направилась на кухню. С помощью миссис Уильямс она приготовила свечи, бечевку, топленый жир и соль. Во дворе замка Макдоналд она разыскала пару камешков, а у Джеммы позаимствовала иглу. Все это она разложила на столике в маленькой передней и пригласила девушек войти по очереди, чтобы она могла погадать им на судьбу.
Судя по мыслям, и Олимпии, и Фейт ужасно хотелось войти первой, оттолкнув соперницу. Но, приторно улыбнувшись, каждая решила уступить другой дорогу. Зарабет успокоила суету, заявив, что они войдут в алфавитном порядке их имен – сначала Олимпия, потом Фейт.
Зарабет зажгла свечи, натерла камни жиром и солью, а потом взяла руку Олимпии. Девушка брезгливо сморщила носик, когда Зарабет положила камень ей на ладонь, но сдержалась. Не хотела показать свою слабость.
Потом Зарабет уколола палец Олимпии и выдавила на камень крошечную каплю крови. Схватив камень, она быстро обмотала его бечевкой и накапала воск свечи, чтобы закрепить узел. Пропела короткое заклинание по-нвенгарски – и ритуал завершился.
– Носите это на шее или в кармане, – сказала она Олимпии, подавая амулет. – И да свершится мое предсказание.
Олимпия была взбудоражена. Она завернула амулет в носовой платок и сунула в сумочку, которая висела у нее на талии.
Зарабет заглянула в мысли девушки. Не счастья и долгой жизни жаждала Олимпия. Ей хотелось в следующем светском сезоне покорить всех пением!
То же самое Зарабет проделала и для Фейт, но ее заветное желание было другим. Больше всего на свете Фейт хотела, чтобы ее платье оказалось самым красивым на первом балу сезона. Получив заверение, что она разыщет самое нарядное платье, довольная девушка ушла.
После того как Фейт и Олимпия убежали показать матерям свои амулеты, в маленькую переднюю вошел Иган.
– Это не причинит им вреда? – обеспокоенно спросил он.
Зарабет обрадовалась. Девицы ему смертельно надоели, и все же он не хотел им навредить. Заботливая натура, несмотря на внешнюю грубость и огромную силу.
– Никакого вреда не будет, – успокоила его Зарабет. – Но, думаю, они очень скоро начнут упрашивать родителей вернуться домой.
Так и вышло. И часа не прошло, как обе молодые леди пресытились зрелищем замка Макдоналд. Джейми отвел их в подземелье, надеясь заинтриговать обрывком цепи, уцелевшей на стене возле бочек с виски. Но они лишь глядели на него остекленевшими глазами и твердили, что им холодно и что у них болят ноги.
Вскоре мистер Темплтон и мистер Бартон погрузили дочек в карету Адама и отбыли вместе с ними. Иган весело помахал рукой им вслед, но обе девушки не соизволили ответить.
– Вот странно, – сказала Мэри, стоя возле Игана и Зарабет. – Они так хотели остаться на ужин и посмотреть, как Иган танцует на саблях.
– Они молоды, – возразила Зарабет, стараясь казаться умудренной опытом женщиной в свои двадцать три года. – Едва вышли в свет. В таком возрасте леди быстро устают от впечатлений.
– Может быть, – с сомнением в голосе протянула Мэри. – Что ж, мне пора в Росс-Холл. Нужно убедиться, что все в порядке.
Иган усадил в карету сестру и обеих дам. Последним сел Адам. Скатертью дорога! Карета со скрипом выкатилась за ворота. Заложив руки за спину, Иган с подозрением уставился на Зарабет.
– Что вы с ними сделали?
Во дворе никого не было, но Зарабет на всякий случаи осмотрелась по сторонам.
– Навела скуку. Это было нетрудно – им уже надоела жизнь в деревне, да только ни одна не хотела этого признать. Теперь они будут изводить отцов, упрашивая завтра-послезавтра отвезти их в Эдинбург.
Иган было усмехнулся, но вдруг нахмурился:
– Но это же надолго, так ведь? Было бы слишком жестоко оставить их такими навсегда.
– Нет, конечно. Через несколько недель чары рассеются, и мисс Олимпия и мисс Фейт найдут себе новую забаву. Но, боюсь, они так и останутся во мнении, что вы невыносимо скучны.
Иган весело рассмеялся.
– Ну и слава Богу. А вы хитрая женщина, Зарабет. Вы не обманывали, когда говорили, что ваше колдовство на меня не подействовало?
– В самом деле нет. Уж не знаю, по какой причине, но у вас оказался иммунитет.
Иган посмотрел на нее долгим взглядом. Потом его глаза потеплели.
– Может быть, иммунитет только против вашего колдовства, – поправил он тихо, справившись с дыханием.
– Что?
Он поднял руку и коснулся ее лица.
– Ничего. Просто отмечаю, который час.
На следующий день дебютантки в самом деле отбыли в Эдинбург. Адам прислал радостное письмо, что его дом наконец свободен от докучливых гостей.
Мэри тоже хотела немедленно ехать в Эдинбург, чтобы уговорить еще каких-нибудь господ побогаче привезти дочерей для знакомства. Но Иган был решительно против.
Выйдя из своей спальни на следующее утро после отъезда дебютанток, Зарабет слышала, как Иган спорит с сестрой. Они стояли на лестнице. Иган был мрачен. Грудь Мэри бурно вздымалась.
– Мы должны охранять Зарабет, а не наводнять дом гостями. Ты останешься дома. Твое место здесь.
– Да, а тебе можно шляться из Рима в Париж и обратно. Мне же остается сидеть дома и вышивать.
– В Эдинбурге ходят слухи, что ты не только вышиваешь.
Мэри побагровела.
– Тебя не касается, чем я занимаюсь в Эдинбурге.
– Нет, касается. Слышал, что ты взяла в любовники сассенаха.
Ахнув, Мэри набросилась на брата, как разъяренная кошка:
– А что еще мне делать, если муж умер, ничего мне не оставив? Здесь я тоже никому не нужна!
Зарабет попыталась отгородиться от ее мыслей, но ярость Мэри пробивала любую защиту. Она видела, что Мэри страдает от одиночества. Любовная связь тоже не принесла ей радости. Она завела интрижку, лишь бы досадить Игану. А тот ничего не понял.
– Здесь твой дом, – повторил Иган.
– Где мне остается сидеть за шитьем. Жалкая участь!
– Ты помогаешь мне управляться с делами в замке Макдоналд, – возразил Иган.
– Теперь для этого есть Джемма. У нее это получается куда лучше. Я тебе не нужна.
– Ты очень нужна мне, Мэри. Я хочу, чтобы ты осталась здесь и заботилась о своем сыне Дугале.
– Он достаточно повзрослел, чтобы самому о себе позаботиться. Не пытайся меня остановить. – Стиснув зубы, Мэри бросилась вверх по лестнице в галерею, не заметив Зарабет.
Хлопнула дверь. Подняв голову, Иган встретил взгляд Зарабет. Они смотрели друг на друга долгую минуту, а потом Иган пошел вниз, качая головой.
– Она одинока, вот в чем беда.
Зарабет вздрогнула. Барон Валентайн появился из ниоткуда и стоял рядом с ней. Наполовину человек, наполовину логош, он умел двигаться бесшумно, как привидение.
– Да, – ответила она, придя в себя от неожиданности. – И она, и Иган.
– Печально, – согласился он, задержав взгляд на двери спальни Мэри. Его могучие руки лежали на деревянных перилах лестницы, глаза оставались совершенно спокойны.
Они постояли немного в молчании. Затем он, тяжело ступая, пошел вниз по ступенькам.
Октябрь уступил черед ноябрю, затем наступил декабрь. В замке Макдоналд не было особых перемен за исключением погоды. С каждой неделей становилось все холоднее. В начале декабря выпал первый снег, и миссис Уильямс начала готовить припасы к празднику Нового года, или, как называли его шотландские горцы, к хогманею.
Попыток выкрасть или убить Зарабет больше не было, и Зарабет сочла это скорее тревожным знаком. Не отличалась она особой наивностью, чтобы думать, что муж прекратит попытки разыскать и покарать ее. Уж такой он был человек – отомстить любой ценой!
Люди Игана продолжали сопровождать ее, куда бы она ни выезжала. Иган тоже не оставлял ее одну и по-прежнему укладывался спать за ее дверями.
Зарабет ему не призналась, но ей было спокойнее оттого, что она знала – он охраняет ее, когда она просыпается среди ночи.
Ей было тепло и покойно в замке Макдоналд, и она поймала себя на мысли, что начинает понемногу оживать. Равнодушно-любезная с виду – бушующее пламя внутри. Она начала оживать, сразу как приехала в Горную Шотландию. Подначивания Игана, кривлянье Джейми, добродушные перепалки Ангуса и Джеммы растопили холод ее сердца, заронили искру надежды, что можно начать жизнь заново.
Вместе со всеми Зарабет увлеченно готовилась к хогманею, стараясь как можно больше узнать об обычаях страны, давшей ей приют.
– Нужно попросить барона Валентайна быть первым гостем, – сказал Джейми в одно холодное утро, когда Зарабет и Дугал помогали ему связывать гирлянды лентами из шотландки.
– Первым гостем? – не поняла она.
Дугал пояснил:
– Это первый человек, который приходит в дом после того, как часы пробьют полночь новогоднего сочельника. Полагается, чтобы это был незнакомец. Но тут все друг друга знают, вот досада! А в этом году у нас будет настоящий чужестранец. К тому же у барона темные волосы. Так еще лучше.
– Почему? – Зарабет привязала ленту клановой расцветки Макдоналдов к зеленому венку. Цвета клана Игана! Ей так нравилось гладить ленты пальцами.
Джейми ответил:
– Неприязнь к светлым волосам – наследие прошлого, когда Шотландию завоевали скандинавы – датчане и норвежцы. Темноволосый человек не вызывал опасений – он был кельт или пикт, в общем, свой. Светлые волосы были у северянина, который отправился в поход, чтобы угонять скот и убивать.
– Понятно, – согласилась с улыбкой Зарабет. – Но это было много сотен лет назад. Что-то не попадались мне датчане или другие северяне, блуждающие среди вереска.
– Да, но у шотландцев хорошая память, – усмехнулся Дугал. – Лучше, если будет темноволосый. И помните, барон должен принести правильные дары.
– Спрошу Валентайна, согласится ли он участвовать в этой затее, – пообещала Зарабет. Молчаливый, сдержанный Валентайн будет не в восторге, но уж она постарается его убедить. – А я разве не гожусь? Было бы забавно.
– Только не женщина, – сказал Дугал, сделав страшные глаза. – Это к несчастью.
Брови Зарабет взлетели вверх:
– Оскорбительно!
– Такова традиция, вот и все, – сказал Джейми.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43

загрузка...