ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Она услышала, как открылась дверь, почувствовала за спиной волну тепла. Иган! Он уснул, не раздеваясь – в льняной рубахе и килте. Жар его могучего тела обволакивал. Иган протянул руку к окну:
– Видите?
Зарабет проследила направление его пальца, и ей показалось, что она уловила слабое движение во тьме. Но, может быть, показалось?
– Что там?
– Мои люди. По крайней мере человек двенадцать патрулируют долину в любое время дня и ночи. Они сменяют друг друга, чередуя время отдыха и службы. Если бы Олимпия гостила в замке Макдоналд, похитители и близко бы к ней не подошли. Здесь безопасно. Вам не о чем тревожиться.
Ей ужасно хотелось откинуться назад, прислониться к нему.
– Я все еще чувствую себя виноватой перед Олимпией.
– Не ваша вина, что она решила гулять в одиночестве. Это опасно даже сейчас, в мирное время. У вас хватило бы ума этого не делать.
Зарабет не стала спорить. Но ей все еще было не по себе. Ведь Олимпия не ведала об опасности!
– А кто ваши люди? – спросила она, чтобы сменить тему. – Мне казалось, давно прошли времена, когда у лэрдов были собственные войска.
– Некоторые родом из семей, которые до сих пор считают себя на службе у лэрда. Есть несколько солдат из тех, что воевали в Испании. Им некуда и не к кому возвращаться. А некоторые потеряли земли и не желают идти работать на фабрики. Все они преданы мне и счастливы, что могут оказать вам услугу. Не назвал бы их армией, но я рад, что они со мной.
– Вы так много сделали для меня, а я еще не поблагодарила вас как следует.
– Я не сержусь на вас за это.
– Не потому, что я неблагодарная. Просто… просто мне трудно быть среди ласковых, сердечных людей.
– Ласковые? Мои домочадцы? Вы спите и видите сон?
Она спрятала улыбку.
– Они добры ко мне, если вам так больше нравится. Ваша семья добра ко мне. И Россы тоже.
– Если вам угодно так думать…
– Вы снова меня дразните. – Она обернулась и увидела, что он стоит совсем близко. – Вы обожаете меня дразнить.
– Да, это мое любимое занятие, – заявил он. – Никак не могу отказать себе в таком удовольствии.
Ее изголодавшееся сердце истекало кровью. Как она устала! Ей казалось, здесь, в высокой башне замка, во тьме, под звездами, они одни в целом мире. Зарабет дотронулась до его лица, и его глаза блеснули сквозь густые ресницы. Ее сердце гулко билось в груди.
«Не надо… Ты пожалеешь».
Но ей было все равно.
Приподнявшись на цыпочки, она поцеловала уголок его рта.
Застонав, он склонился к ней, и их губы встретились в нерешительном поцелуе. Потом Иган поймал зубами ее нижнюю губу и легонько прикусил – нежно, скрывая силу своего желания.
Его теплое дыхание согревало ее лицо. Зарабет ждала, что он снова отпрянет, оттолкнет ее и заявит, что она не для него! Но складка между его бровями залегла глубже, и поцелуй стал страстным.
Может быть, здесь не властно время, и весь мир потерял значение. Может быть, это заколдованный замок, где она сможет утолить желание своего сердца, закрывшись в стенах этой спальни.
Она чуть не засмеялась – что за глупая мысль! Но вместо того чтобы оторваться от его губ, она обхватила его талию, радостно уступая натиску.
Глава 7
Праздник в горах
Иган знал – ему следует уйти. Но разве мог он оторваться от ее сладких губ? Отнять жаждущие руки от ее плеч под халатом?
Она была как солнечный луч в шотландских горах, тем более драгоценный, что его здесь нечасто увидишь. Иган таял, словно снег на горной вершине, пригреваемый летним теплом.
Тихо застонав, Зарабет прижала его к себе. Он сжал ее бедра, наслаждаясь округлостью ягодиц. Она пахла лавандой и вином с пряностями, которое пила, чтобы согреться после ночной вылазки.
«Прекрасная женщина, я могу целовать тебя ночь напролет».
Он понимал – она не откажет ему, если он попросит. Усталая, напуганная, она доверяла ему. Он мог бы уложить ее в постель, освободить от тонкой ночной рубашки, зарыться лицом в грудь и вдыхать аромат ее тела.
Он мог бы целовать ее шею, посасывать соски, провести губами вниз до пупка, а потом спуститься к нежному местечку меж ног, чтобы целовать, пробовать и наслаждаться Потом он снова поцеловал бы Зарабет в губы, погружаясь в ее глубины.
Вот его самое заветное желание.
И тут Игана окружили призраки прошлых лет. Непрошеным встало перед ним лицо отца Зарабет в ту ночь, когда он признался, почему должен покинуть Нвенгарию. Олаф торжественно кивнул и положил руку на плечо Игану.
– Благодарю тебя, друг мой! Я знаю, что она полюбила тебя. Ты был очень добр, что пощадил ее.
– Но кажется, мне лучше уехать, – ответил Иган. Он все еще горел от поцелуя Зарабет, такого жаркого, что у него перехватило дыхание.
Олаф согласился:
– Только для того, чтобы не ранить Зарабет, если она увидит тебя еще раз. Но знай – я доверяю тебе ее жизнь. Уверен, ты никогда не причинишь ей вреда.
Видение растаяло. Иган застонал. Зачем Олаф явился из далекого прошлого, чтобы мучить его сейчас?
Иган оторвался от губ Зарабет, чувствуя, как ее пальцы судорожно вцепились ему в плечи. Взяв ее руки в свои, он легонько отстранился.
– Девочка, вам лучше лечь.
Она пристально смотрела на него, ее губы влажно блестели от поцелуев. За окном туча закрыла луну, серебряная дорожка на озере померкла. Волшебство ушло!
– Иган…
– Мы не должны этого делать.
– Мне нельзя поцеловать вас в знак дружбы?
– Это был вовсе не дружеский поцелуй, и вы это знаете.
Она рассердилась и бросилась к окну.
– Огромное спасибо, Иган Макдоналд.
– За что?
– Зато, что дали понять, что по-прежнему считаете меня ребенком.
– Я этого не говорил.
Она окатила его суровым взглядом.
– Мне уже двадцать три, из них пять лет я прожила в несчастливом браке. Невинной девочки больше нет. А теперь мужчина, которого я считала другом, гладит меня по головке и называет младенцем, который ничего не смыслит.
Иган изумленно смотрел на Зарабет, потом спросил, ткнув пальцем на свои губы:
– Неужели подобное сорвалось с моих губ? Вы слышали эти слова, видели, как мои губы двигаются, произнося их?
Она с жаром воскликнула:
– Но вы так подумали, и вы знаете, что я права. Милая Зарабет, по уши влюбленная в своего горца! Нужно быть снисходительным к бедняжке.
– Вот как, вы и думаете за меня? Велю кузенам не дожидаться отныне моих распоряжений. Пусть идут и спрашивают вас, что я от них хочу.
– Иган Макдоналд, вы несете чепуху.
– Как и вы, Зарабет Нвенгарская.
Она стояла, упершись руками в бока.
– Кричите громче! Прибегут Хэмиш и Джейми, чтобы узнать, что тут стряслось. Тогда моя репутация уж точно погибла.
Иган шагнул к ней. Гнев и волнение воспламенили его кровь.
– Надо было раньше думать, прежде чем целовать меня.
– Целовать вас? Не смешите – это вы меня поцеловали.
– Помню, как вы встали на цыпочки и схватили меня за пояс.
– Самовлюбленный глупец!
– Не я же смотрел жадными глазами, как горец вылезает из ванны!
Она стиснула зубы.
– Вы будете попрекать меня этим до конца жизни?
– Думаю, да.
Она была так прекрасна в своем гневе, тело натянуто как струна, и такое волнующее!
– Вам не воспользоваться этим как предлогом, чтобы снова поцеловать меня.
Игану захотелось весело, от души рассмеяться.
– Если мне очень захочется вас поцеловать, я найду, как это сделать. Но что будет, если вы сами захотите меня поцеловать?
– Не захочу. – Она окатила его волной царственного презрения. – Уверена.
– Отлично. – Он указал на дверь. – Я буду вон там, попытаюсь соснуть часок-другой.
Зарабет указала на свою постель:
– А я буду вон там, попытаюсь заткнуть уши, чтобы не слышать вашего храпа.
Он окаменел.
– Ну, девочка, вы своего добились.
Она забеспокоилась:
– Добилась чего?
– Оскорбили шотландца – лэрда – в его собственном доме. Что ж, приму ответные меры.
– Какие меры?
– Что-нибудь придумаю. Лэрд вправе сам решать, как вершить правосудие.
Что-то сверкнуло в ее потемневших глазах. Ужас, даже паника. Промелькнуло и погасло. Может, ему показалось? Зарабет устало вздохнула:
– Вы снова меня дразните. Это никогда не прекратится.
– А чем здесь еще развлекаться, в этакой глуши?
Повернувшись на каблуках, Зарабет отправилась в постель.
– Я ложусь спать. Кажется, это единственный способ избавиться от ваших насмешек. Она забралась на продавленный матрас и накрылась одеялом с головой. Иган насмешливо фыркнул, глядя на холмик под одеялом, и вышел, качая головой.
Зарабет и понятия не имела, как он хотел бы продолжать дразнить ее, особенно в постели. Спор не укротил его желания, зато вынудил ее выговориться. На несколько минут она вновь обрела самое себя и прямо сказала Игану, что думает о нем и его деспотичных замашках.
Он закрыл за собой дверь ее спальни. К нему вновь вернулось хорошее расположение духа, а тело продолжало страдать. Но если такой ценой можно было вернуть Зарабет к жизни, он готов спорить с ней хоть каждый день.
После злоключений Олимпии было бы естественным ожидать, что девушки захотят вернуться в Эдинбург. Но Адам сообщил, что они упросили родителей остаться.
Иган стал в их глазах настоящим героем – ведь это он нашел Олимпию. Фейт даже попыталась сбежать из дому, чтобы Иган и ее спас. В последнюю минуту ее поймал отец и отправил спать до ужина.
– В любом случае, – хныкала Олимпия, – Адам Росс устраивает в конце недели бал. Будет несправедливо, если мы его пропустим.
В конце концов, родительские сердца смягчились.
– Им всего-то и надо, что похлопать ресницами, – грустно закончил рассказ Адам, – чтобы папочки в лепешку расшиблись, стараясь угодить дочкам.
Иган проворчал:
– И Мэри хочет, чтобы я взял в жены одну из них?
Адам кисло улыбнулся.
– Так действует проклятие Макдоналдов. Однако благодари Бога, приятель, что они гостят не в твоем доме.
За завтраком Джейми сидел, насупившись, подбирав остатки яичницы хлебной коркой. Хэмиш и Ангус напали на след похитителей и бросились в погоню. С ними поехали Адам и Дугал. Иган, однако, настоял, чтобы Джейми остался в замке. Парень был слишком молод, чтобы воевать с наемными убийцами.
Зарабет сидела за столом рядом с Иганом и почти не разговаривала. Казалось, она начисто забыла об их поцелуе и последовавшей за ним ссоре. Она спокойно ела, не глядя на Игана.
Иган проворочался всю ночь до рассвета на своей койке в галерее. Произошедшее накануне зажгло огонь в его крови, и ему никак не удавалось потушить пожар. Вдруг Джейми спросил:
– Дядя, на ком из них ты женишься?
– Что? – Иган с трудом очнулся от воспоминаний о сладких губах Зарабет. – Ты имеешь в виду этих дебютанток? Я не женюсь ни на одной из них, парень.
– Но тебе придется жениться, дядя. – Джейми взглянул на Зарабет, ища поддержки. – Не могли бы вы его убедить?
– Джейми, я думаю, нужно посмотреть парочку других молодых леди, – откликнулась Зарабет. – Твоя тетя говорила, что у нее на примете целый список.
Иган фыркнул:
– Еще парочку? Лучше ни одной.
Синие глаза Зарабет засверкали, словно озерная вода в солнечный день.
– Вам придется знакомиться с молодыми леди, коль скоро вы должны выбрать невесту.
– Точно, – сказал Джейми. – Прислушайся к доводам рассудка, дядя.
– Твой отец был бы лэрдом после моей смерти. Меньшее, что я могу сделать, – это позаботиться, чтобы его сын унаследовал то, что ему причитается.
– Но это неразумно! Тебе давно следовало жениться и обзавестись двумя десятками детей. Да и отец не хотел владеть поместьем. Он говорил мне это, когда я был еще ребенком.
Иган ловил на себе пристальный взгляд Зарабет. Настроение за столом поменялось. Никто не шутил, дело принимало серьезный оборот. И она это чувствовала. Иган сурово сказал Джейми:
– Больше ни слова об этом.
Но Джейми не сдавался.
– Да, он говорил мне! Он хотел наслаждаться жизнью, жить в городе, а не заниматься этими развалинами.
– Выйди из-за стола, Джейми.
– Но, дядя…
– Я велел тебе молчать, а ты твердишь свое. Прочь из-за стола.
Джейми открыл было рот, но, заметив, как разозлился Иган, замолчал.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43

загрузка...