ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Ей вовсе не было холодно.
Он перевернул ее на живот.
– Теперь вы будете восхищаться моим задом? – спросила она. – Потому что я так безмерно восхищаюсь вашим?
– Только отчасти. Встаньте на колени, любимая.
Зарабет встала на четвереньки. Сильная ладонь Игана пригнула ее плечи, и она приникла к подушке, обхватив ее руками.
– Иган? – позвала она, вся дрожа.
– Обещаю, девочка. – Его голос сделался низким и тягучим. – Впереди только удовольствие.
Сильные руки раздвинули ее бедра, и она почувствовала жар его языка. Ахнув, она попыталась освободиться и тут-то поняла, насколько он силен.
Он держал ее крепко, заставляя принять каждое движение языка, каждую ласку – покусывание, посасывание. Его умелый язык точно знал, где и как ласкать ее, то ускоряя, то замедляя темп.
Сначала Зарабет пыталась сдержать крик, но вскоре сдалась и застонала, извиваясь в такт движениям жаркого, влажного и искусного языка. Ничего подобного ей еще не доводилось испытывать. Даже тогда, когда он ласкал ее рукой.
Снова и снова повторяла она его имя, умоляя о чем-то, чего не ведала сама. Можно ли вынести такое? Игану пришлось остановиться. Тогда она закричала от разочарования. Но он навис над ней, словно огромный медведь, и раздвинул ее бедра еще шире. Навалившись грудью ей на спину, Иган шептал что-то ласковое ей на ухо, вонзая свой ствол в ее отверстие.
– Нет, – прошептала она. – Я не могу.
Он куснул мочку ее уха.
– Можете. Сейчас вы достаточно увлажнены и открыты. Я хорошо потрудился. Вы можете принять меня.
Он провел рукой по ее волосам, погладил плечо и нажал сзади. Он был огромен.
– Тише, – шепнул он. – Зарабет, вы прекрасны. Такая жаркая и мокрая.
– Я не знаю, что делать, – простонала она.
– Вы и не должны что-либо делать. Я все сделаю.
Его плоть билась внутри нее. На один миг он остановился, перенеся вес тела на руки, прижимаясь к ней сверху всем своим жарким телом.
Она и не думала, что можно испытывать такие ощущения. Не знала, что такое плотская любовь на самом деле! Ей открыл это Иган, мужчина, который делал это, чтобы доставить ей радость.
Он куснул ее щеку, продвигаясь еще глубже.
– Нет, – жалобно сказала она. Она не сможет таким образом помогать ему. У нее не получится.
Но ее тело решило по-своему. Зарабет инстинктивно начала двигать бедрами, назад, вперед, качаясь на его твердом стержне. Она чувствовала себя распутной женщиной, тайной любовницей – ведь она сама предлагала Игану быть его любовницей.
– Зарабет, – шептал Иган. – Вы так прекрасны, моя Зарабет. Помоги мне, Боже.
Он начал двигать бедрами, медленно, внутрь, наружу, и она вцепилась в подушку. По ее щекам лились слезы, но она вовсе не плакала.
– Иган, пожалуйста.
Он ответил ей без слов. Движения сделались быстрее, точка их соединения налилась восхитительным жаром. Его пот смешался с ее потом. Она сжала кулаки – будь что будет.
Иган накрыл ее кулаки ладонями, и оба упали в глубины пухового матраса, а кровать раскачивалась и трещала. Зарабет боялась, что кровать сейчас разлетится на куски или сама она взорвется, и вдруг услышала, как победно кричит Иган, достигнув пика наслаждения.
Еще, еще – пока она не закричала сама, горячая, скользкая, связанная с ним в одно неразрывное целое. Зарабет упала на кровать, оглушенная, лишенная дара речи. Иган лежал сверху, тяжело дыша.
Они оставались так несколько минут, сплетясь телами. Потом все успокоилось. Иган погладил ее по щеке:
– Как вы?
– Я… я… мне хорошо, – выдохнула она.
Иган привлек ее к себе, и они отдыхали, тесно обнявшись, обмениваясь касаниями, поцелуями. Они молчали, и Зарабет поняла, что слова не всегда нужны. Просто лежать в его объятиях, наслаждаясь теплом, покоем, счастьем.
Она гладила его по лицу, восхищаясь изгибом его рта. В углах глаз она заметила крошечные морщинки, и кожа в их складках была белой. Это он жмурился на солнце…
Как жаль, что впустую прошло столько лет. Не будь она такой дурой, не напугай она его тогда, они могли бы остаться друзьями, и она не поторопилась бы с замужеством.
Отец одобрил знакомство с Себастьяном и был счастлив, когда она согласилась выйти за него. Однако в глубине души Зарабет знала, что ухватилась за возможность брака с Себастьяном лишь потому, что была зла на Игана.
«Как он посмел?» Как смел Иган называть ее ребенком, если искушенный герцог добивался ее руки? Пусть видит, на какую недосягаемую высоту она взлетит. В один прекрасный день Иган вернется и будет умолять ее о любви. Тогда она, быть может, снизойдет и обдумает его предложение.
Принятое наспех решение, продиктованное гордыней, и пять лет унижений! Зарабет знала – она винила Игана в первую очередь за то, что не приехал спасти ее. Позволил ей одной расплачиваться за детскую ошибку.
– Как жаль, – шепнула она.
Иган играл с прядью ее волос.
– Что жаль, дорогая?
– Жаль, что я так сильно вас люблю.
Он замер, и Зарабет прикусила язык. Потом Иган заглянул ей в глаза так внимательно, словно это была их последняя ночь.
– Это плохо? – спросил он.
Ей хотелось сказать совсем другое: «Жаль, что я злилась на вас. Жаль, что я не могла послать за вами. Жаль, что мы не могли провести эти годы вместе».
– Многое было бы проще, – ответила она.
– Что именно, любимая?
– Не знаю. Не важно. Я говорю чепуху.
Он гладил ее волосы.
– Вы мне льстите, когда говорите, что любите такого старика. Вы знаете, сколько мне лет?
Она притворно покачала головой, хотя, конечно же, знала – она знала о нем все. Ему тридцать шесть, ровно на тринадцать лет больше, чем ей.
– Почти сорок.
Зарабет сделала большие глаза.
– Так много? Бог мой, отчего вы не предупредили, прежде чем я согласилась выйти за вас?
Но Иган был серьезен:
– Девочка, с молодым мужчиной вы сами остаетесь молодой. Когда мы впервые встретились, я уже был пресыщенным и усталым.
– Мне вы показались очень даже живым и предприимчивым.
– Нет, к тому времени я уже предпринял все, что мог. Остались одни развалины.
– Не говорите глупостей, вы очень даже ничего.
Иган пощекотал носом ее щеку.
– Вы вдохновляете старичка на новые подвиги.
Жаль, что она не может читать его мысли! О чем он думает? Жалеет о заключенном браке или о причине, сделавшей этот брак необходимым? Или ему жаль, что пришлось лечь в постель с дочерью друга, нарушив клятву никогда этого не делать?
Когда хочешь прочесть чужие мысли, всего-то и нужно открыть свой ум, снять заслоны. Еще проще, если при этом смотришь человеку в глаза. Так она поступала с людьми вроде Валентайна, который умел контролировать свои мысли.
Приподнявшись на локте, она заглянула в темно-карие глаза Игана, где плясали золотые искорки.
Ничего! Как всегда.
Почему его ум закрыт для нее? В головах большинства людей мысли стрекочут, как сороки. А здесь полнейшая тишина.
Иган обнял ладонями ее лицо.
– Что с вами, любимая?
– Ничего.
Он сдвинул брови.
– Почему вы так на меня смотрите? Вы смотрели так, когда были девушкой, пять лет назад. Потом отворачивались и лицо у вас делалось ужасно разочарованным.
– Разочарованным? – удивленно спросила Зарабет.
– Словно вы пытались найти во мне что-то, но не могли. Я видел, как вы смотрите этим особенным взглядом на других, и вид у вас довольный, понимающий.
– Правда?
О Боже. Она всегда гордилась умением держать свой дар в подчинении, так что лавина чужих мыслей не могла нанести ей вред. И ей никогда не приходило в голову, что другие могут читать ее – не мысли, так выражение лица!
– Правда. – Иган вытянулся на постели, положив голову на подушку Зарабет. Его широкая ладонь легла ей на талию. – Иногда я думал – вы ведь умеете варить зелья и читать заклинания. Простая магия, как вы говорите. А что еще вы можете делать? Может быть, вы умеете слышать мысли?
Она вскочила, ужасно испугавшись. Ему нельзя этого знать. Он не поймет.
– Так я прав? – спросил Иган. – Все эти годы я наблюдал за вами и думал. Вы нвенгарка, так почему бы вам не владеть таким искусством?
Зарабет смутилась. Ни разу в жизни не призналась она ни единой душе, кроме матери, да и то потому, что мать владела тем же даром.
– Моя мать умела читать мысли, – медленно произнесла она. – В детстве я всегда слышала ее в своем уме, а она всегда слышала меня. Мне казалось, это все умеют. Но однажды она объяснила, что это необычные способности, и научила, как с ними управляться.
– Вы ни разу не говорили мне, – сухо заметил Иган.
Она смотрела на него как громом пораженная.
– Разве я могла? Мне не хотелось, чтобы вы смотрели на меня вот так, как смотрите сейчас. Кроме того, я боялась, что вы мне не поверите.
– Ваш отец знает?
– Полагаю, да. Из-за матери. Мы ни разу об этом не говорили. Но, должно быть, она сказала ему, или сам догадался.
Иган откинулся на спину, сложив руки за головой.
– Я никак не мог понять, каким образом вы нашли меня в ту ночь. Было темно, хоть глаз выколи, и я был далеко от дороги. Тем не менее вы остановились. Должно быть, услышали меня – я боялся, что не выберусь из этой канавы живым.
Зарабет покачала головой:
– Я так не думаю.
Он посмотрел на нее с недоверием.
– Могли бы и предупредить, что знаете все мои мысли. Пощадили бы старого друга, не вгоняли бы в краску.
– Но ваших мыслей мне не прочитать! Не знаю почему Я чувствую мысли всех кругом, даже Валентайна, хотя он особенный. Но не ваши. В ту ночь в Нвенгарии я нашла вас вовсе не поэтому. Сама не знаю, как это вышло.
Его взгляд был спокоен и холоден. Он ей не верил.
– Прошу вас, Иган. Это правда.
– Тогда почему вы мне не рассказали, если мне нечего было бояться?
Она закрыла лицо ладонями.
– Об этом трудно говорить. И я знала, что вы мне не поверите. Одна из причин, почему мне так нравится быть с вами, – это оттого, что я не слышу ваши мысли. Мне не нужно закрываться или следить за собой.
– Ясно.
Нет, он ничего не понимал. Это было слишком ново. Чары, волшебные зелья – это он мог принять хотя бы потому, что от них, в общем, не было вреда. Он мог даже примириться с логошем, потому что имел случай повидать нескольких представителей этой породы.
– Мама предупредила, что не нужно никому рассказывать о моем даре. Она говорила, что это опасно, и была права. Став старше, я поняла это.
– Но ваш батюшка знал.
– Должно быть, ему сказала мама. Не знаю – мы с ним никогда не говорили об этом. Я не сказала вам, потому что знала – вы не поймете. А мне не хотелось, чтобы вы начали меня избегать.
Иган тяжело вздохнул и потер лоб.
– Как раз в тот момент, когда я думал, что вы наконец моя, когда я думал, что держу вас в руке, словно ручную птаху, вы доказываете, что на самом деле вы дикое и непредсказуемое создание.
– Когда-нибудь я бы призналась, клянусь вам! Я хотела подготовить почву. Но вы сами догадались.
– Догадался. Я неплохо соображаю.
Зарабет схватила его ладонь.
– Прошу, не отталкивайте меня.
Он сжал ее пальцы, но она видела – теперь слишком поздно. Ему нужно время, чтобы подумать и решить, что он чувствует. Она снова оттолкнула его, точно так же, как в ту ночь, когда восемнадцатилетней девчонкой пыталась его соблазнить. Зарабет поцеловала его ладонь.
– Я же сказала – мне жаль, что я так сильно вас люблю, потому что это причиняет мне боль.
Иган немного смягчился:
– Ладно, девочка.
Он привлек Зарабет к себе, и она положила голову ему на грудь. Глаза жгло огнем от невыплаканных слез.
Она думала, что он будет лежать так, пока она не заснет. Но он вдруг лег на нее и снова проник в ее тело. Они любили друг друга медленно, лежа лицом к лицу, глаза в глаза, без прежнего неистовства. Просто медленный, долгий любовный контакт, пока она не выбилась из сил.
Когда Иган достиг пика, он отвернулся и закрыл глаза. Из его горла вырывался хриплый стон. Зарабет была слишком взволнована и расстроена и только училась получать наслаждение. Ей хотелось, чтобы ему не было конца…
Он заглушил ее крик поцелуем, а затем вышел из нее и держал в объятиях, пока она не уснула. Когда утром Зарабет открыла глаза, Игана рядом не было.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43

загрузка...