ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Телефон на несколько секунд умолк.
— Алло, Дэнни?
У него перехватило дыхание.
— Кэтти, — прошептал он.
— У тебя все хорошо? — Он закрыл глаза и до крови закусил губу. — Я так давно не получала от тебя писем.
— Кэтти... Кэтти, я люблю тебя!
— Дэнни, милый, я очень скучаю.
— Слушай, малыш... у меня тут были кое-какие проблемы... но теперь все уже позади.
— Мы все еще вместе, Дэнни?
— Да, да, да! Я хочу, чтобы ты знала, что я... что ты для меня... О Господи, я люблю тебя, солнышко, люблю, слышишь?
— И я люблю тебя, очень люблю.
— Балтимор, время разговора заканчивается.
— Береги себя, милый.
— Да, родная, конечно. Ты не волнуйся.
— Не буду. Теперь не буду. Скажи мне еще раз, Дэнни.
— Я люблю тебя, солнышко.
— Целую тебя, милый.
Ски, с самого начала наблюдавший за разговором, видел, как глаза Форрестера вдруг потеплели, и сразу догадался, в чем дело. Дэнни вышел из телефонной кабины.
— Слушай, Ски, почему бы тебе не позвонить сейчас Сьюзан?
— Сколько это стоит?
— Три доллара.
— Я, конечно, хотел бы... но лучше не тратить эти деньги.
— Я займу тебе.
— Нет, — коротко отрубил поляк.
— Слушай, Ски, мы ведь друзья, так?
— Да.
— Тогда давай я напишу отцу о твоей проблеме.
— Нет.
— Но это же просто заем. Она приедет сюда, устроится на работу, и ты со временем отдашь деньги.
— Нет, я сделаю все сам. Так будет лучше. Уже недолго осталось.
— Да смотреть невозможно, как ты мучаешься. В увольнительные не ходишь, чистишь другим винтовки и ботинки за несколько центов.
— Тебе этого не понять, Дэн.
— Ну и черт с тобой. В конце концов это твоя жизнь.
— Не обижайся, Дэн. Я просто терпеть не могу благотворительности.
Дэнни обнял его за плечи.
— Ладно, пошли в казарму заниматься.
В казарме они застали Милтона Нортона, который зашел попрощаться. Его батальон уходил на фронт.
— Дай им чертей, профессор. Удачи тебе. — Ски крепко пожал ему руку.
— Спасибо, Ски. И вот еще что... Помнишь, я говорил тебе, чтобы Сьюзан ехала к моей жене. Ты отказался, но предложение остается в силе.
— Не стоит, Норт, но все равно я очень благодарен тебе. Не знаешь, куда вас отправляют?
— По-моему, этого никто не знает.
— Я провожу тебя, Норт, — предложил Дэнни, и они с Милтоном вышли из казармы.
— Слушай. Норт, давай выпьем по содовой напоследок, и вообще...
Нортон улыбнулся, понимая, что его молодому другу нужно о чем-то поговорить. Они зашли в ближайшее кафе и сели за стол.
— Жаль, Норт, что твой батальон уже уходит. Я-то думал, успею закончить школу радистов и уйду вместе с тобой.
— Ты же вроде хотел попасть в шестой полк? Говорят, они вернулись из Исландии.
— Просто не хочется расставаться, Норт. Кстати, если что, можешь узнать мой адрес через Балтимор. Я не хочу, чтобы мы с тобой потерялись.
— Договорились.
Дэнни допил свой лимонад и вяло ковырял ложечкой мороженое.
— Что-то случилось, Дэн?
— Да ладно, Норт, у тебя своих забот хватает.
— Давай-давай, выкладывай.
— Я сегодня говорил по телефону с Кэтти. Ты оказался прав. Я люблю ее, и нет смысла бороться с этим, война или не война. Но я не могу разобраться, что у меня происходит с Илэйн.
— А что?
— Ну, была бы она шлюхой, тогда все ясно. Но, черт возьми, Норт, любой бы гордился такой женой.
— К чему ты клонишь?
— Разве непонятно? Ведь на ее месте могла бы быть Кэтти или...
— Или моя жена?
— Да.
Нортон задумчиво затянулся сигаретой.
— Да, пожалуй...
— Норт, ты никогда не представлял свою жену в постели с другим?
— Кому хочется думать об этом? Хотя, не отрицаю, ты прав, и время от времени все равно думаешь об этом.
— Вот видишь! И когда я с Илэйн, то часто ловлю себя на мысли, что на ее месте может оказаться и Кэтти. Если Илэйн, то почему не Кэтти?
— Подожди. — Норт поднял руку. — Ты действительно думаешь, что Кэтти может позволить себе подобное?
— Нет, — признал Дэнни. — Не верю.
— Тогда не надо сравнивать их. Илэйн добилась той жизни, к которой стремилась, а вышло так, что из одной социальной клетки попала в другую, хоть и классом повыше. Но даже такой женщине, как Илэйн Ярборо, иногда хочется вырваться из созданного ею же самой мира, тем более что вдруг появился прекрасный принц.
— Это я, что ли, прекрасный принц?
— Ты, мой друг, ты. Молодой, красивый парень — и она, поддавшись порыву, отбрасывает все годы фальши, выдержки, борьбы и становится сама собой... Эх, Дэнни, это старая история, которая повторялась уже тысячи раз и еще тысячи раз повторится. Илэйн вернется к Вернону Ярборо, в этом не сомневайся. Она слишком привыкла к комфорту.
— Значит, выходит, я что-то вроде предохранительного клапана? Чтобы выпустить лишний пар? Значит, Энди прав, когда говорил, что если не я, то кто-то другой.
— Ну, не совсем, но в общем, да. Рано или поздно она бы сорвалась.
— Л твоя жена? А Кэтти?
— Те, кто любят и ждут, найдут в себе силы, а нам остается только молиться и надеяться, что мы с тобой стоим того. Честно говоря, лично я думаю, что мы с Гиб настолько стали частью друг друга, что даже война не может разрушить наш брак.
— Да ты что, Норт! Только дура может обманывать такого человека, как ты. А впрочем, к черту Вернона Ярборо и да здравствуем мы! — Дэнни усмехнулся и поднялся. — Я провожу тебя в расположение батальона.
— Что будет с нами, Норт? Ты вот, например, знаешь, зачем мы здесь?
— Ты имеешь в виду, за что я иду воевать? Это просто — для спокойствия души, чтобы потом не мучила совесть, что кто-то умирал, а я ждал, чем это закончится.
— Спокойствие души, — повторил Дэнни. — Чтобы потом не мучила совесть... Черт возьми, Норт, ты так здорово и просто все объясняешь.
— Звучит просто, но не всегда просто это понять.
— Норт, а в Пенсильванском университете готовят инженеров?
— По-моему да, а что?
— Ну, конечно, слишком рано загадывать, но я бы очень хотел сидеть в аудитории и слушать твои лекции.
— Кто знает, Дэнни, кто знает...
* * *
Дэнни задумчиво вертел в руках пустой бокал, где перекатывались кубики льда. Они с Илэйн зашли в этот маленький бар в Даго и вот уже минут десять никто из них не проронил ни слова.
— Вообще-то сердиться должна я, Дэнни, — нарушила молчание Илэйн. — Почему ты молчишь? Ведь это я ждала тебя у ворот целый час.
— Я звонил домой, но ты уже уехала. Вчера мне просто не дали увольнительной, — ответил Дэнни, не поднимая глаз.
Илэйн сделала глоток из своего бокала и осторожно поставила его на стол.
— Дэнни.
— Да?
— У нас все закончилось, да? Я правильно тебя поняла?
Он взглянул ей в глаза и молча кивнул.
— Это из-за твоей девушки?
— Да.
— А если бы я тебе сказала, что жду ребенка?
— Ты слишком умна, чтобы решиться на такую глупость. Мы ведь с самого начала знали, что это рано или поздно закончится. Ты ведь не собираешься все усложнять?
— Нет, — медленно ответила она. — Нет.
— Тогда я полагаю, что мы все сказали друг другу.
— Ты считаешь меня шлюхой, да?
— Нет, конечно... Господи, Илэйн, да любой считал бы себя счастливчиком, если бы имел такую жену, как ты.
— Ты знаешь, что я собиралась делать, когда ты сказал, что все кончено? Я собиралась драться за тебя. Потому что все остальное не имело значения — ни Верной, ни мой дом, ни мои друзья. Я хотела одного — быть той девушкой в занесенном снегом домике в Андах.
— Илэйн...
— Ты можешь представить меня в этой роли? Полагаю, что нет. Впрочем, я тоже не могу... — Она на секунду прикрыла рукой глаза, но тут же встряхнулась. — А теперь я хочу уехать домой, а еще лучше куда-нибудь подальше из этого городишка.
— Хочешь еще выпить?
— Нет.
— Дэнни... сегодня в последний раз, а? Попрощаемся.
Дэнни отрицательно покачал головой. Илэйн поспешно вытащила платок и слегка промокнула глаза. Дэнни видел, что она держится только на своей железной воле. Смотреть на это было просто невыносимо, поэтому он поднялся, ласково сжал ей плечо и, чувствуя, что к горлу подкатывает комок, быстро вышел из бара.

Часть II
Пролог
Через пару недель майор Хаксли вызвал нас к себе в офис. Нас — это всех «стариков». Бернсайд, Китс и я поначалу все же надеялись, что хоть радистов нам пришлют нормальных. Шестой полк вполне имел право рассчитывать на сливки выпуска школы радистов, если таковые вообще там имелись. Связисты нам требовались позарез, так как единственным полупрофессионалом (мы-то с Берни на этом собаку съели) был испанец Джо Гомес, да и тот оказался пьяницей, смутьяном и вообще неприятным типом.
И вот мы увидели пополнение. Жалкую пародию на морских пехотинцев. И задача, которая стояла перед нами, казалась невыполнимой. Чем мы располагали? Заторможенный техасец, косолапый швед, мальчишка Форрестер, суперлегковес Звонски, клоун Элкью, Мэрион Ходкисс со своим граммофоном, еще один техасский ковбой и гордость резервации Сияющий Маяк. Что за жалкая банда! Старшина Китс подумывал о переводе в другую часть, а Сэм Хаксли горестно ругался, когда первые же учения в полевых условиях показали, на что способно наше пополнение.
Вот поэтому он и собрал нас у себя.
— Вы, ребята, сейчас, наверное, думаете то же самое, что и я. Каким образом мы можем выиграть войну с таким желторотым пополнением. Они даже отдаленно не похожи на морпехов.
Мы дружно выразили свое согласие.
— Но тем не менее вы должны помнить одно, ребята. Они здесь потому, что пошли добровольцами. Они хотели этого. О старом добром Корпусе морской пехоты придется забыть. Прежде чем закончится война, я думаю, что в составе Корпуса будет три, а то и четыре дивизии.
То, что он говорил, казалось невероятным. Ведь это около ста тысяч человек!
— Я понимаю, что задача у нас с вами сложная и работы по горло. Вы меня знаете, поэтому догадываетесь, что, когда я говорю: работы по горло, значит, до хрена и больше. И основная тяжесть ложится на вас, на «стариков». Делайте с ними, что хотите, выворачивайте наизнанку, таскайте по борделям, заваливайте нарядами, но сделайте из них морпехов! Настоящих морпехов! У нас у всех погибли друзья и на Уэйк Айленде, и на Филиппинах, и в Шанхае. Всегда тяжело терять друзей, и, чтобы отомстить за них, чтобы снова поднять наш Корпус на вершину славы, нам нужны эти ребята... И еще... гм-гм... нам, возможно, пришлют несколько новых офицеров, тоже еще зеленых, поэтому и им надо помочь. Мак, Берни, Китс, я надеюсь на вас.
Глава 1
Потребовалось совсем немного времени, чтобы узнать, что испанец Джо Гомес не только смутьян, но еще и ворюга, лжец и отъявленный драчун. Второго такого фрукта не сыскать во всем Корпусе. Насчет подраться у него шило в заднице, но во всей красе он предстал перед нами через несколько дней после своего приезда в Элиот.
Мы были в увольнительной в Даго и совершили патрульный рейд по нескольким барам, пока окончательно не бросили якорь в одном из них. Я уже основательно загрузился пивом и почти договорился с одной из девочек, когда Джо подтолкнул меня локтем.
— Слушай, Мак, мне что-то охота поразвлечься. Ну-ка покажи мне самого здорового мужика в этой забегаловке.
Чтобы отвязаться, я кивнул на огромного матроса, сидевшего за стойкой бара. Судя по всему, в руке он держал пивную бутылку, но видно ее не было, так что оставалось только догадываться. И вообще я не понимаю, зачем человек весом больше ста килограммов тратит время на бутылки, ведь ему, чтобы взбодриться, нужно по крайней мере полведра.
Испанец Джо протиснулся к матросу.
— Дай закурить, братишка.
Ничего не подозревающая стокилограммовая жертва протянула ему зажигалку. Джо закурил, небрежно опустил зажигалку в карман и двинулся к выходу.
— Эй, а моя зажигалка?! — окликнул его матрос.
— Что, твоя зажигалка? — непонимающе переспросил Джо.
— Я говорю, верни мою зажигалку.
— У меня нет никакой зажигалки. Ты что, обвиняешь меня в воровстве?
— Нарываешься, морпех?
Виновато улыбаясь, Гомес пошарил по карманам и протянул матросу его зажигалку.
— За такие шутки можно по зубам схлопотать, — процедил матрос.
— Да что ты, братишка, я не собираюсь нарываться.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51

загрузка...