ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Тихо! — Дэнни одной рукой прижал наушник поплотнее, и его карандаш забегал было по блокноту, но тут же замер:
«Нас...»
— Их обнаружили!
— Мы ничем не можем помочь, — оборвал Хаксли. — Поэтому всем спать. Завтра трудный день.
* * *
Утром весь батальон, хорошо выспавшийся и отдохнувший, наскоро перекусив, двинулся дальше.
— Я слышал, что разведчики напоролись на японцев?
— Судя по всему. Утром они не вышли на связь.
— Дай сигарету.
— Вы, бледнолицые, вообще носите с собой сигареты?
— Оставишь покурить.
— Э, нет. Этот бычок я забил еще вчера.
— Слушай, не нравится мне вся эта заваруха. Если японцы со своим флотом долбанут по нашему атоллу, то нам крышка. Они же рядом, на Маршалловых островах.
— Как ты думаешь, Мэрион?
— Вряд ли, хотя лично я не готов поручиться за адмирала Ямомото.
— Вот видишь, что я говорил? Даже Мэрион за него не ручается.
— И тем не менее, — продолжал Мэрион с таким видом, словно был своим человеком в японском генеральном штабе. — Такая атака представляется в высшей степени сомнительной. Если они уйдут с Маршалловых островов, то оголят свои тылы.
— Слушай, откуда ты такой умный?
— В отличие от тебя, я умею читать.
— А я слышал, Генри Форд дает десять тысяч долларов первому американскому солдату, который ступит на землю Японии.
— Погоди раскатывать губы. Видал, как они дерутся?
— Да уж, дерутся будь здоровчик.
Бернсайд прервал походное заседание генштаба самым прозаическим образом.
— Кончай травить! Шире шаг!
Однако шли мы недолго. Колонна вскоре остановилась.
— Эй, смотрите! По-моему, капитан Вистлер все-таки нашел туземцев!
И действительно, к штабу Хаксли подошел Вистлер в сопровождении четырех аборигенов. Мы с любопытством разглядывали их. С виду они представляли что-то среднее между светлокожими полинезийцами вроде маори и черными меленезийцами на Гвадалканале. Это были рослые красивые парни в набедренных повязках, доходящих до колен.
— Мои ребята обнаружили их неподалеку от нашей стоянки, сэр, — доложил Вистлер.
— На вид они вполне дружелюбны, — заметил майор Вэлмен. — Кто-нибудь из вас говорит по-английски?
— Я говорить, — отозвался один из туземцев, с детским восхищением оглядываясь вокруг. — Меня зовут Ланселот, моя добрый католик христианин. Хотите слушать, как моя петь?
— В другой раз, Ланселот, — отклонил его предложение Хаксли. — Сейчас нас больше интересуют японцы. Вы знаете, где они?
— Японцы плохие люди, очень плохие.
— Так вы знаете, где они?
— Убегали, когда пришли вы, британские солдаты. — Он указал рукой на север.
Остальные трое туземцев тоже закивали и показали руками на север.
— Сколько японцев убегало? — спросил Велмэн, тщательно выговаривая слова.
— Мы не любить японцев. Плохие люди. Забирали наша курица.
— Сколько японцев?
Ланселот озадаченно посмотрел на него и переговорил со своими земляками.
— Много. Много тысяча.
Велмэн закашлялся.
— Не стоит так волноваться, майор, — успокоил его Хаксли. — Вряд ли они умеют считать даже до ста.
— Очень рад, что пришли британцы, — торжественно объявил Ланселот.
— Мы не британцы, мы американцы.
— Не британцы? — лицо у Ланселота разочарованно вытянулось.
— Не британцы? — хором повторили трое остальных.
— Мы хорошие друзья британцев... американцы... друзья британцев, — пояснил Хаксли.
— Ну да еще чего не хватало, — пробормотал Велмэн.
— Боже храни короля, нет? — спросил Ланселот.
— Боже храни короля, — кивнул Хаксли, и четверо туземцев радостно заулыбались.
— Мы идти с вами. Помогать искать плохие японцы.
Хаксли вопросительно взглянул на Велмэна.
— Что скажете, майор?
— Пусть идут.
— Хорошо. — Хаксли повернулся к аборигенам. — Вы идти с нами. Вы слушать меня или я посылать вас обратно.
— У нас есть кокосовые орехи для мериканца. Мы нести ящики.
После этого замечания наши симпатии к туземцам возросли ровно вдвое.
— Ладно! Кончай базар! Становись!
* * *
Теперь, когда мы шли без разведчиков, необходимо было выслать вперед взвод, который выполнял бы роль передового охранения.
Мы прошли несколько сот ярдов, когда к штабной роте почти галопом примчались капитан Шапиро и старшина его роты Маккуэйд.
Шапиро чуть ли не силой уволок Хаксли в сторону.
— В чем дело, полковник?! — яростно прошипел он. — Вчера в авангарде шла вторая рота, сегодня первая, а моих овечек приберегаете для похоронной команды?
— Не кипятись, Макс.
— Мои ребята недовольны.
— По моим расчетам, Макс, марш продлится еще сутки, прежде чем мы достигнем последнего острова — Коры. И завтра как раз твоя очередь идти в авангарде, — подмигнул Шапиро полковник.
— Надеюсь, что Вистлер не найдет японцев сегодня.
— Не волнуйся. Их хватит на всех.
— Ладно. Только не забудь, Сэм, завтра моя очередь.
Хаксли чуть улыбнулся, провожая взглядом громадного толстого сержанта и маленького плотного капитана, направлявшихся обратно к своей роте. Он был уверен, что именно третья рота найдет японцев, потому и спланировал очередность авангарда таким образом, чтобы последний день достался Шапиро. Похоже, он не ошибся в своих надеждах на капитана. Шапиро действительно сделал из третьей роты крутое подразделение.
Хаксли нахмурился. Шапиро, очевидно, что-то вспомнив, возвращался назад.
— Прошу прощения, полковник, совсем забыл. Могу ли я просить вас об одолжении?
— Разумеется.
— Сэм, будь другом, забери у меня это золотце Брюса, как только мы вступим в бой, ладно? Или пошли его носить ящики.
— Тише, Макс, не так громко.
— Я понимаю, что ты прислал его ко мне, чтобы я сделал из него хотя бы подобие офицера, но это безнадежно, Сэм.
— Ладно, Макс, поговорим вечером.
Глава 6
И снова впереди бесконечные мили и бесчисленные островки. Несколько раз видели брошенные хижины, но уже не останавливались, чтобы осмотреть их. Вскоре к нам начали присоединяться и другие туземцы, друзья Ланселота. Их набралось человек пятьдесят, такие же рослые и здоровые, чего не скажешь о собаках, которых они привели с собой. То есть собаки были большие и с виду свирепые, но страшно худые. Очевидно, кокосовые орехи не шли им впрок. Зато сегодня у них был праздник, поскольку морпехи братски поделились с ними остатками еды.
Хотя мы шли налегке, но тем не менее каждый нес две фляги воды, индивидуальный пакет, мачете, штык-нож, саперную лопатку, одеяло, компас, две сотни патронов и четыре гранаты. Добавьте к этому радиостанцию и генератор, которые тащили мои ребята, и поймете, что помощь туземцев, предложивших свои услуги в качестве носильщиков, оказалась весьма кстати. На первом же привале туземцы мигом собрали целую гору кокосовых орехов, и мы с наслаждением пили прохладный сок.
Капитан Вистлер, идущий в авангарде, вернулся к Хаксли.
— Сэр, впереди следующий остров. До него ярдов шестьдесят.
— Вы посылали людей проверить глубину воды?
— Нет, сэр. Я не хотел действовать без вашего приказа.
— Хорошо. Я иду. Ланселот, ты пойдешь со мной.
— Да, сэр, — с радостью откликнулся островитянин и побежал за широко шагающим полковником, от которого ни на шаг не отставал Зилч.
Хаксли внимательно осмотрел полосу воды, разделяющую Карен и Лулу. В лоции говорилось, что здесь не глубоко, но полковник привык не очень доверять книгам. А что если японцы засели в густом кустарнике на том берегу? Хаксли повернулся к Ланселоту и спросил, указывая на воду.
— Глубоко?
Ланселот коснулся рукой плеча Хаксли.
— Значит, около шести футов, — пробормотал полковник и, расстегнув ремень с кобурой, повесил его себе на шею. Потом достал из кармана бумажник и положил в каску.
— Может, кто-нибудь другой пойдет вперед? — спросил капитан Марлин.
Хаксли не удостоил его ответом и кивнул Ланселоту, чтобы показывал брод.
— Когда я окажусь на другом берегу, вышлете за мной один взвод. Они прикроют переправу. Если глубина будет больше шести футов, то соберите самых рослых людей и пусть они по цепи переправят на тот берег пулеметы, минометы и радиостанцию. Все остальные переправятся вплавь. Вопросы есть?
— Может, стоит дождаться «аллигатора» и перевезти все тяжелое снаряжение?
— Для этого нет времени. Я не хочу давать возможность противнику окопаться. Лучше всего перехватить их на марше.
На берегу установили два пулемета, чтобы в случае опасности прикрыть командира, и Хаксли в сопровождении Ланселота вошел в воду. Островитяне нарезали несколько длинных тонких шестов, которые полковник втыкал в дно, отмечая наиболее мелкие места.
Мы с тревогой наблюдали, как он выбрался на другой берег и метнулся за пальмы. Потом на несколько минут мы потеряли его из виду, пока он осматривал кустарник. Наконец, ко всеобщему облегчению, Хаксли снова появился на берегу и махнул нам рукой.
— Первый взвод, ко мне! Живо!
Как и было приказано, Вистлер отобрал самых рослых морпехов и поставил их в цепь по горло в воде, чтобы они переправили тяжелое снаряжение. Все проделали быстро и четко, так что переправа отняла у нас минимум времени.
Батальон выбрался на берег, и, отряхиваясь, как щенки после купания, мы снова двинулись в путь. До полудня мы еще шесть раз пересекали подобные каналы и, признаться, изрядно выдохлись. Правда, Хаксли не без основания считал, что малорослые японцы выдохлись еще больше.
— Гляди, ребята, деревня!
Это была первая населенная деревня, встретившаяся нам на пути. Первый же взгляд на женское население вдохнул в нас новые силы. Больше месяца мы не видели женщин и еще долго не чаяли их увидеть, но то, что предстало нашим глазам, превзошло все ожидания. Они были такие же высокие, как и мужчины, такие же крепкие и ладные, И самое главное, что, как и мужчины, носили только набедренные повязки, Десятки женщин стояли сплошной стеной по обе стороны дороги и никогда в жизни я не видел такой роскошной коллекции женских грудей, На любой вкус, цвет, глаз и размер.
Некоторое время батальон шел молча. Шок был слишком велик.
— О Господи! — вырвалось у кого-то, и только тогда все загомонили.
— Срань господня! Да что же это? Сон?
— Да, братан, по такому коридору можно идти до Токио даже босиком.
— А я вон с той с удовольствием прогулялся бы к морю.
— Мужики, а я-то думал, что у меня в штанах ничего уже нет.
— А что, есть?
— Идти трудно.
К счастью местные девушки не понимали, о чем мы говорим, и принимали наше оживление за радость от встречи с ними. Впрочем, разве это было не так? Мы уделили внимание всем, оценив каждую.
Марш через деревню добавил в наши ряды еще два десятка носильщиков. Теперь мы летели, как на крыльях, с нетерпением ожидая следующей деревни. Она была очень большой. Сотни полторы хижин и десять минут удовольствия, пока и эта не осталась за спиной.
После еще одной переправы, мы наконец расположились у небольшой деревушки. Хаксли тут же издал приказ по батальону — в хижины не входить, к женщинам не подходить.
— Мак, мы не можем связаться с «аллигатором», — доложил Сияющий Маяк.
— В чем дело? Почему нет связи? — спросил подошедший старшина Китс.
— Эта чертова посудина вся из железа и отражает радиоволны, — проворчал я.
Старшина задумчиво поскреб затылок.
— Нам нужно выступать. Мак, ты и Мэрион останетесь здесь с радиостанцией и попытаетесь связаться с «аллигатором», Когда они прибудут, то пусть подбросят вас до следующего острова. Мы вас встретим.
Батальон ушел, а мы с Ходкиссом, окруженные толпой любопытных островитян, продолжали вызывать «аллигатор». Нам наконец удалось поймать сигнал, но такой слабый, что Энди, который вместе с Форрестером был назначен поддерживать радиосвязь на «аллигаторе», постоянно просил повторить. Я живо организовал местных добровольцев крутить генераторы, и это занятие показалось им столь интересным, что Мэриону пришлось выстраивать желающих в очередь. С грехом пополам Энди все же принял наши координаты, и «аллигатор» направился к нам. Но он находился в нескольких милях, так что у нас оставалось еще не меньше часа до его подхода. Поэтому мы с Мэрионом свернули радиостанцию и уселись на песок, отбиваясь от попыток островитян угостить нас доброй сотней кокосовых орехов, которые они принесли на берег.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51

загрузка...