ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я так долго ждал тебя, дорогая. Мне так хочется, чтобы мы всегда были вместе. – Он тихо и счастливо рассмеялся. – Не смотри на меня, я волнуюсь и никак не могу перейти к разговору о Бене. Я просто восхищаюсь его мужеством.
Меридит уронила голову на колени и посмотрела на огонь.
– Я боюсь за него, Палмер. Он такой юный, а успел поссориться с Карлом Мартином – а ведь это величина на побережье. Все может закончиться самым печальным образом. Понятно, ему давно не терпится поставить свой собственный фильм, но… Ладно, что сделано, то сделано. Как ты полагаешь, он сумеет найти спонсоров?
– Не знаю. Карл и в самом деле могущественный человек. Я готов вложить деньги в проект Бена, правда, пока об этом я ему не говорил. Пусть сам поищет спонсоров и посмотрит, сможет ли он в обстановке вражды с Мартином достать деньги для съемок. Дать ему свои деньги мы всегда успеем. Бен верит в собственные силы, полон энергии и не надо раньше времени навязываться со своей помощью. Ребенок, фильм – до чего же утомительно быть родителем.
– Из чего я делаю заключение, что нам следует пойти в постель, – сказала Меридит, улыбнувшись.
– В самом деле, – сказал Палмер, поднимаясь. Он прижал Меридит к себе. – В постель, прелесть моя, тем более, что далеко не сразу мы сможем заснуть. Сперва – время для медленной и неспешной любви и ласки…
– Как завлекательно звучит, Палмер.
– Я рад, поскольку в момент твоего наивысшего расслабления я рассчитываю получить согласие на все ту же просьбу…
– Палмер!
Тот рассмеялся.
– Я тебя утомил? Это от отчаяния. Твой дом продается, у меня подходит к концу договор аренды на жилье. Мы могли бы вместе выбрать новое место, где жили бы как муж и жена. Ведь ты собираешься, в конце концов, выйти за меня замуж? Я хочу сказать, ты не отвергаешь категорически эту идею, а?
– Разумеется, я думаю об этом, Палмер. Но… пока не готова. Мы так счастливы, и я хочу, чтоб так было и дальше. Возможно, я капризная женщина, но наберись немного терпения.
– Я и так стараюсь. Но когда дом будет продан, все равно придется принимать решение. Я бы предпочел, чтобы это был твой выбор, а не результат давления обстоятельств. Мы бы смогли подыскать чудесное местечко, если бы ты всего лишь… Молчу, молчу! Я уже начинаю давить на тебя. Хватит сегодня на эту тему…
– Да. Помнится, ты что-то говорил о намерении заняться неспешной и сладкой любовью. Было такое?
– Да, было. Определенно пора, пора действовать в этом направлении… Слушай, надо бы мне, наверное, отставить этот дурацкий киножаргон, правда?
– Я и с ним люблю тебя, Палмер…
– А я люблю тебя…
Меридит лежала рядом с Палмером и рукой, лежащей на его груди, ощущала ровное биение его сердца. Его ровное и глубокое дыхание подсказало ей, что он спит.
Палмер оказался исключительным любовником – сильный, нежный, он своим умелым прикосновением возносил ее к вершинам страсти, о существовании которых она даже не подозревала. Она отдавалась ему полностью, без утайки. Он был требовательным и все отдающим без остатка, и она радовалась самой мысли об их единении.
Палмер хотел жениться на ней, и она хотела быть его женой и провести с ним остаток дней. Оставалось принять его предложение, и через несколько дней они были бы мужем и женой. Но она всячески сопротивлялась окончательному разрешению вопроса, и дело здесь было в Джейке. Эта тайна стоила ей в свое время любви дочери, а сейчас Меридит жила в страхе, что точно также она может потерять Палмера Хантингтона.
Все это напоминало детский лепет, сексуальные предпочтения Джейка не имели к ней никакого отношения, не Меридит была их причиной, но она не могла не презирать покойного мужа за то, как он с ней обошелся. На Палмера, влюбленного в нее, вся эта история едва ли произведет впечатление, но Меридит ничего не могла с собой поделать – она боялась.
– Я расскажу, – вдруг сказала она в темноту. – Я расскажу ему.
– Мм? – пробормотал во сне Палмер.
– Ничего, ничего, любимый, – сказала она. – Спи.
Линдси перевернула последнюю страницу рукописи, с удивлением обнаружила на лице слезы, вытерла их и глубоко и ровно вздохнула.
– Невероятно, – прошептала она.
– Ну? – Бен вскочил с черного кожаного кресла и подошел к ней. – А? Линдси, черт побери, скажи в конце концов что-нибудь.
Она посмотрела на него.
– Фантастика. Бен, это невероятно! Это… У меня слов нет, чтобы сказать, какая это потрясающая вещь. Бен, это восхитительно!
– Слава Богу, – сказал он с облегчением и плюхнулся в кресло.
Дэн, возбужденно дрожа, думала Линдси. Это история будто специально написана для него. Она видела его в каждой сцене, слышала произносимые им слова. Герой был индейцем-полукровкой и разрывался между двумя мирами, пока не встретил прекрасную блондинку. И тут ему пришлось выбирать между предками и любовью. Эта мучительная история трогала за сердце, и завершалась она тем, что после резни, устроенной среди его индейских родственников солдатами из ближайшего форта, герой приходит к решению. Да, это была находка для Бена.
– …Аризона, я думаю, – услышала она слова брата.
– Что?
– Да ты слушаешь ли меня?
– Извини, я все думала об этой истории. Так про что ты говорил?
– Натурные съемки. Надо будет еще посмотреть, но у меня такое чувство, что Аризона – это то, что нужно. Господи, какая куча хлопот еще предстоит. Я хочу начать прямо сейчас, не теряя ни минуты драгоценного времени. Кстати, о времени – тебе пора спать. Я обещал маме, что буду смотреть за тобой, как нянька. Не правда ли, они с Палмером были сегодня молодцами?
– Да. Я только не пойму, почему мама все колеблется. Каждому яснее ясного, что они влюблены друг в друга. Палмер по секрету сказал мне, что он уже дюжину раз предлагал маме руку и сердце.
Бен пожал плечами.
– Может быть, ей нравится, когда за ней ухаживают. Я никогда не понимал женщин. Ну, иди спать.
– Бен, когда ты поедешь в Портленд разговаривать с Дж. Д.Мэтьюзом?
– Завтра. Я ворвусь в его дом без звонка, постараюсь взять его без боя, голыми руками. Что касается адреса, то он в конце рукописи.
– А почему не договориться о встрече заранее?
– Потому что это разговор с глазу на глаз, разговор мужчины с мужчиной. Я должен соблазнить его подписать контракт, не имея на руках никаких козырей. Если я предварительно позвоню, он настроится на переговоры с «Экскалибер пикчерз», потому что именно туда послал рукопись. Я хочу сидеть в гостиной этого парня напротив него, пока буду объяснять суть дела.
– Понятно, – сказала Линдси, украдкой зевнув. – В твое отсутствие у тебя будут ко мне какие-то поручения?
– Нет. Если Дж. Д.Мэтьюз заявит, что эта игра не по нему, мы в полном пролете. Не получив его согласия, бессмысленно заваривать кашу. Ступай спать.
– Ты не думал… У тебя есть кандидатура на главную роль? Индеец. Точнее, метис. Майкл Мэйсон… На этой роли держится весь фильм.
– Да уж понимаю. Я прикидывал, но пока ничего в голову не пришло. И вообще, сначала я должен подписать контракт с автором. А потом – спонсоры. Если мне будет не по плечу пригласить на главную роль того, кого хочу, – плевать я хотел на этот фильм. Если играть, то по большому счету. Черт возьми, я спроважу тебя когда-нибудь в постель? Скоро уже светать начнет, а мы ни в одном глазу. Если тебе все равно, то подумай о своем Уиллоу. Живо в кровать!
Линдси поднялась.
– Ладно, я пойду. Я и в самом деле устала. Это был тяжелый день.
Бен поймал проходившую Линдси за руку. Она остановилась и вопросительно подняла голову.
– Это был великий день, – сказал он. – Для нас обоих. Мы оба в преддверии больших перемен, и мы нужны друг другу. Я рад, что ты будешь здесь. Ты и Уиллоу не одиноки в этом мире. Не забывай об этом.
– Спасибо, Бен. – Линдси наклонилась и поцеловала брата в щеку. – Спокойной ночи.
– Спокойной ночи. Крепкого тебе сна.
Линдси приготовилась ко сну, потом взяла веточку вербы и мягкими пушистыми почками провела по щеке. Прижав одну почку к губам, она положила руку на живот. Образ Дэна с хрустальной ясностью стоял у нее перед глазами, и к горлу подступил знакомый горячий комок.
Нет, твердо сказала она себе, я не стану плакать, больше никаких слез. Мне надо смотреть вперед, в завтрашний день, в будущее. Воспоминания о Дэне будут вновь извлечены на свет Божий только тогда, когда она почувствует себя достаточно сильной, чтобы смотреть на них осмысленным и незамутненным взором. Она не будет больше лить слезы из-за того, что могло случиться, но не случилось.
Линдси бережно положила веточку вербы на ночной столик, скользнула под одеяло и выключила ночник.
История написана для индейца, а значит, роль должна принадлежать Дэну, решила Линдси и заснула.
9
Бен медленно катил по улице, высматривая номера зданий, чтобы не пропустить дом Дж. Д.Мэтьюза. День был яркий и солнечный – нечастая вещь в Портленде, на веревках трепетало от порывов ветра стираное белье, в воздухе носился детский смех.
– Вот он, – сказал про себя Бен. На обшарпанном почтовом ящике с трудом можно было различить номер, записанный у него в книжке.
Бен съехал с дороги и повернул ключ зажигания в машине, взятой им напрокат в аэропорту. Дом явно нуждался в покраске, крыша, собранная из разноцветной черепицы, напоминала лоскутное одеяло, а крохотное крыльцо сильно осело и покосилось. В противовес обветшалости и запущенности дома, лужок перед ним аккуратно подстрижен, а крыльцо окаймляли ухоженные клумбы; правда, цветов, по причине прохладной погоды, не было видно.
Бен посмотрел в зеркальце заднего вида, поправил свой коричневый галстук, подобранный к желтой рубашке и, прежде чем выйти из машины, натянул на себя коричневый пиджак. Захлопнув дверь, он неожиданно ощутил предательское бурчание в животе.
– Черт тебя побери, Уайтейкер, – обругал он себя. – Давай же, действуй. Мэтьюз, надо полагать, человек, занятый на производстве, еле сводит концы с концами.
За углом домика Бен увидел старый, помятый, видавший лучшие дни «фольксваген», а затем обратил внимание на одно из передних окон дома – оно было все в трещинах. Мэтьюз, вне сомнения, должен обрадоваться приезду голливудского режиссера не меньше, чем визиту папы римского.
Вперед, папа римский, с иронией подумал Бен. Мэтьюз, помимо всего прочего, потрясный писатель, что, как мог заключить Бен по личному опыту, должно придать характеру определенную эксцентричность. Все писатели немножко тронутые, подумал Бен. Они непредсказуемы в своем поведении и каждом своем последующем шаге. И этот задрипанный Дж. Д.Мэтьюз мог запросто послать Бенджамина Уайтейкера, известного деятеля кино, сына еще более знаменитого режиссера, к чертовой бабушке или куда там еще.
– Чудеса, да и только, – сказал Бен, и в желудке снова запели петухи. – Ситуация – нелепей не придумаешь.
Он прошел по газону, с опаской ступил на крыльцо и постучал в дверь. Стук бешено скачущего сердца и шум в ушах еще больше увеличили его нервозность.
Дверь открылась, и Бен увидел молоденькую девушку, свирепо уставившуюся на гостя, – в ней было футов пять с хвостиком, на голове – буйство темных кудрей, глаза – карие, горящие гневом, одета в джинсы и длинную не по размеру шотландскую рубаху. Поскольку она была босиком, Бен вскользь мог заметить, что на ногах маникюр нежно-розовых цветов. Личико у нее, как решил про себя Бен, прелестное, на глаз ей лет шестнадцать, и неизвестно из-за чего она была злой как черт.
– О, вот и отлично, – сказала она саркастически. – Просто прекрасно. Вам сказано было, что я уеду – значит, уеду. Звать сюда вышибалу в рубашке с галстуком, чтобы силой выселить меня отсюда, – это, извините, уже верх нахальства.
– Слушайте, я…
– Нет, это вы слушайте, мистер Маккоу. Вы меня на пушку не берите. У меня есть еще больше часа до полудня. Так что убирайтесь с моего крыльца, или я вызову полицию. Это уже шантаж, и я, парень, не оставлю такое дело без последствий.
– Спокойнее, – сказал Бен, подняв руку. – Я не знаю, о чем вы тут говорите. Мне нужно повидаться с вашим отцом. Он дома?
– А?
– Слушай, малыш, извините, мадемуазель, не могли бы вы просто-напросто передать отцу, что с ним хотят поговорить?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46

загрузка...