ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Может быть, мне и удастся привлечь для вас нескольких спонсоров, которые не испугаются Мартина с компанией.
– Почему вы беретесь помочь мне?
– Хотите честно? Я не любил вашего отца, Бен. Уважал его как режиссера, но мне было не по себе от его высокомерия. Я всегда считал его зарвавшимся жлобом… Извините, если я оскорбил вас.
– Не стоит, – сказал Вен. – Джейк Уайтейкер был именно тем, кем вы его назвали. Я всегда рассматривал его лишь как учителя, мастера, но не отца. Ни о чем, кроме съемок, мы и не разговаривали.
Клэйтон удивленно поднял брови.
– Вам здорово удавалось скрывать вашу размолвку. Ни от кого не доводилось слышать о ссорах между вами.
– Знаю.
– Я внимательно наблюдал за вами, Бен: за вашим ростом, учебой. Я все думал, не превратитесь ли вы в подонка, подобно вашему старику. Не превратились. Напротив, я все больше видел в вас себя: та же сила, желание отшлифовать до блеска. Когда я был еще молод, нашлись люди, которые дали мне шанс опробовать себя в этом деле. Теперь я могу вернуть долг. Я помогу вам найти спонсоров. Кроме того, Карла Мартина стоит немного проучить – он того заслужил. Так вот, для начала: я выписываю вам чек, и все необходимые бумаги будут доставлены вам сегодня днем.
Бен наклонился вперед.
– Вы становитесь одним из спонсоров? Но вы даже не читали рукописи, Клэйтон!
Он пожал плечами.
– Вы говорите, что она хороша – мне этого довольно. Потом я позабочусь о том, чтобы о моей поддержке вашего проекта, а также о кознях Карла Мартина стало известно другим. Будет отличная заварушка, и я прямо-таки вижу лицо Карла Мартина, когда он останется с носом. Мне бы хотелось быть у вас персоной грата, чтоб меня пускали в вашу студию, и я мог полюбопытствовать, как создается фильм.
– Само собой разумеется. Но сначала мой автор должен будет сделать сценарий.
– Отлично. Я, например, всегда отказываюсь делать фильм, если автор заявки не в силах сам написать сценарий. Это сводит до минимума возможные недоразумения и ошибки, а кроме того, помогает сохранить в нетронутом виде свежесть и первозданность замысла. Ладно. На сценарий уйдет пара месяцев – достаточный срок, чтобы при некоторой сноровке найти нужных вам людей, подписать контракты, снять частную студию. Вам еще многое предстоит сделать. Плюс, конечно, отыскать спонсоров. Но здесь не особо переживайте: я посмотрю, что тут можно сделать.
– Клэйтон, у меня не хватает слов, чтобы выразить свою признательность.
– Не стоит благодарностей. Я определенно получу массу удовольствия от участия в этом деле. Будем держать тесную связь, Бен. Я буду по мере поступления информации сообщать о денежных делах и о том, что задумал или делает этот чертов Мартин. – Клэйтон поднялся.
Бен тоже встал и пожал ему руку.
– Спасибо.
– Успеха и победы, Бен! Этот разговор у нас не последний. Между прочим, ленч – за ваш счет.
– Торжество справедливости, – рассмеялся Бен.
– Ждите посыльного с чеком на пять миллионов долларов.
– Пять? Целых пять?
Клэйтон захохотал и вышел, оставив ошеломленного Бенджамина Уайтейкера объясняться с официантом.
11
Бен вернулся домой с широкой улыбкой на лице и с бутылкой шампанского под мышкой. Он обнаружил Линдси и Джи Ди уютно устроившимися на черном кожаном диване и болтающими, как две давно не видевшие друг друга подружки. Увидев сияющее лицо Бена, женщины замолчали, и каждая независимо от другой начала строить догадки о причинах такого настроения хозяина квартиры. На прямой вопрос Линдси Бен заявил, что отказывается давать какие-либо объяснения до тех пор, пока не будет разлито шампанское. Линдси принесла бокалы, но пришлось столкнуться с явной дискриминацией: ей налили шампанского лишь на дно.
– Уиллоу еще не дорос до шампанского, – заявил Бен, – радуйся, что я тебе вообще налил.
– Ради Бога! – подняла руки Линдси. – Так отчего ты так взволнован и счастлив? Что там у вас было с Фонтэном?
– Я, – торжественно объявил Бен, – поднимаю тост за человека, которого ты только что помянула, за Клэйтона Фонтэна, за человека, который верит в меня и в мое дело, и не просто верит, а выделяет мне сумму в…
Бен сделал паузу и уставился в потолок.
– Бенджамин Уайтейкер, – возмутилась Линдси, – если ты не заговоришь немедленно, я тебя задушу. Так сколько денег Фонтэн вкладывает в твою картину?
– Пять…миллионов долларов!
– О, Боже, – поперхнулась Джи Ди.
– Шутишь? – спросила Линдси, привстав. – Нет, не шутишь, – сказала она, садясь снова. – По лицу вижу, что не шутишь. Бен, но это же просто фантастика!
– Какие могут быть шутки, – сказал Бен, донельзя довольный произведенным впечатлением. – Но это не все. Он попытается связаться с людьми, которые могут проявить интерес к фильму и вложить в него деньги. Он сказал, что Карл Мартин – это сила, но он не единственный в этом городе, кто обладает авторитетом.
– Карл Мартин? – переспросила Линдси, и улыбка ее потухла.
– Клэйтон сказал, – Бен осушил бокал, и лицо его стало серьезным, – что Мартин – опасный маньяк, и мне нужно в любую минуту ждать от него неприятностей.
– Бен, – спросила Джи Ди, – это действительно так серьезно?
– Да, он обладает большой властью. Слишком большой, но на взгляд Клэйтона – не грех ее и урезать. Поэтому Фонтэн со своей стороны предпримет меры, чтобы блокировать выпады Карла, но в том, что тот сделает все, чтобы помешать нам, он, кажется, не сомневается.
– Не нравится мне все это, – нахмурилась Линдси. – И как далеко такой человек может зайти в своей вражде?
Бен пожал плечами.
– Представления не имею. Первоначально он, вероятно, полагал, что сломит меня, лишив спонсоров. Но что он сделает дальше, когда окажется, что я нашел деньги на фильм, – предсказать невозможно. Поживем – увидим.
– И побережем свою задницу от укусов ос, – решительно заявила Линдси.
– Боже! – сказал Бен.
– Прости, братец, если я оскорбила твой слух. Но эти пять миллионов производят впечатление. Я мало что знаю о Клэйтоне Фонтэне, но то, что он настоящий мужчина, – бесспорно.
– Точно, – кивнул Бен. – Я хочу, чтобы ты познакомилась с ним. Он сказал, что я напоминаю ему его самого в молодости. Да, он молодчага.
– И красавец, – сказала Джи Ди. – Я видела его фотографии.
Бен повернул голову в ее направлении.
– Вообще-то он немного староват для тебя, Джи Ди.
– Возраст ничего не значит. Значение имеет личность, а не то, сколько лет у нее за плечами.
– Неужели? – спросил Бен, избавляясь от галстука. – Помни только, что тебе писать сценарий. Так что времени, чтобы крутить шуры-муры с режиссерами, годящимися тебе в отцы, не будет. Я иду переодеваться.
Он вышел из комнаты.
– Да, он вне сомнения человек настроения, – сказала Джи Ди. – То парит, как орел, а в следующую секунду похож на ощетинившегося ежа.
– Но заметьте, мисс Мэтьюз, – сказала Линдси, – настроение у него резко упало только после ваших рассуждений о красоте и прочих достоинствах Клэйтона Фонтэна. По-моему, зеленые глаза брата стали еще зеленее от ревности.
– Увы, это исключено, – со вздохом сказала Джи Ди. – Он еще до приезда дал понять, что не собирается выходить за рамки деловых отношений. Разумеется, он совершенно прав, так и нужно, но… А впрочем, ничего.
– Тебя не устраивают эти рамки?
– Мне… Боже, я не знаю, Линдси. Признаюсь, Бен показался мне привлекательным, и внутри меня при виде его рождается… притяжение, что ли? В любом случае, какое это имеет значение? Раз Бен сказал, что мы будем придерживаться деловых отношений, так тому и быть.
– Это еще посмотрим, – сказала Линдси. – Все мы на пороге крутых перемен, и самое главное при этом не забывать, что ты сейчас в лодке не один.
– Да, Бен такой заботливый и внимательный к тебе и Уиллоу. Далеко не все старшие братья столь чуткие к своим сестрам.
Бен неторопливым шагом прошел обратно в комнату, читая наброски в блокноте, сделанные им во время полета. У Джи Ди перехватило дыхание – она первый раз видела его в домашней одежде, и до чего же ему шли темные линялые джинсы и голубой свитер поверх клетчатой рубашки. Одежда подчеркивала его узкие бедра, широкие плечи, плоский живот.
Джи Ди скрипнула зубами. Дьявол, а не мужчина! Ну почему он не мог быть лысым и пузатым? Она теряла рассудок при виде его волос, словно специально созданных для того, чтобы запускать пальцы в эти густые каштановые глубины. А тело? Было просто неприличием по отношению к Джи Ди иметь такое тело.
– Бен? – спросила Линдси.
– А? – отозвался он и, не отрывая головы от блокнота, сел в кожаное кресло.
– Джи Ди и я поговорили, пока тебя не было, и решили снять на двоих квартиру с двумя спальнями.
– Очень разумно с вашей стороны, – рассеянно ответил Бен, но мгновение спустя он подскочил, как ужаленный. – Что?
– Будет намного удобнее, если мы отселимся от тебя. Сегодня мисс Мэтьюз могла бы переночевать во второй гостевой комнате, а завтра мы поищем себе местечко где-нибудь поблизости отсюда, чтобы по ходу дела решать все возникающие во время съемок проблемы.
– Хм! – нахмурился Бен. – Ну да, это, конечно, имеет свой смысл. Просто я так привык к твоему каждодневному присутствию, Линдси, что и не знаю… Для одного здесь несколько многовато места… Нет, нет, план, конечно, очень разумен. Вы, кажется, нашли общий язык, и у меня будет меньше болеть о вас обеих голова, если вы вместе.
– О нас обеих? – подняла брови Линдси.
Бен поерзал и снова уткнул нос в блокнот.
– Да, – сказал он нехотя. – Ну, а теперь тихо! Босс будет думать.
Линдси сосредоточилась на изучении своих ногтей, бормоча:
– Н-да, это и вправду становится интересным.
Бен исподлобья посмотрел на нее поверх блокнота.
– Линдси, в этом здании есть несколько пустующих на данный момент квартир с двумя спальнями. Не подсуетиться ли вам и не узнать у управляющего, нельзя ли вам занять одну из них?
– Пошли, Джи Ди, – сказала Линдси, вставая. – Ничего страшного не произойдет, если мы посмотрим, что он нам может предложить. Ну, а не устроит – поищем что-нибудь еще.
– Устроит, – заверил Бен.
– Кто знает, кто знает, – покачала головой Линдси. – Женщины так непредсказуемы в своих капризах.
– Внуши себе, что нравится, и тогда мы с Джи Ди сможем часами работать над сценарием. Все будет намного проще, если мы будем располагаться в одном здании.
Линдси рассмеялась.
– Пошли, Джи Ди, оставим этого сумасшедшего в покое. Пять миллионов определенно вышибли парня из колеи.
– А ну, брысь отсюда, – сказал Бен, указывая на дверь.
Для Джи Ди было совершенно очевидно, что перспектива заполучить в качестве жильца еще одного представителя клана Уайтейкеров показалась управляющему зданием в высшей степени заманчивой. Джи Ди предпочла в такой ситуации молчать в тряпочку и держаться как деревенская кузина, сопровождающая богатую городскую родственницу.
Квартира располагалась на пятом этаже. Из огромных – во всю стену – окон открывался исключительный по своей красоте вид города. Мебель была массивной, выдержанной в темных тонах, ковровые покрытия – шоколадно-коричневые. Хотя квартира и не отличалась особенной индивидуальностью облика, но все в ней какое-то домашнее, от нее веяло уютом и теплотой – и это несмотря на большую площадь и высокие потолки.
Здесь были две большие спальни с ванной комнатой при каждой из них, еще одна ванная – рядом с гостиной. Кухня выходила на солнечную сторону, при ней отдельная маленькая столовая.
С точки зрения Джи Ди, это было одно из самых великолепных мест, в которые ее когда-либо приводили, прямо-таки сошедшее со страниц журнала. Она медленной походкой переходила из комнаты в комнату, стараясь представить, как она здесь живет: ест, спит, ходит босиком в поношенных джинсах. И ничего не получалось! Пока Линдси болтала с управляющим, Джи Ди подошла к сверкающей стене из окон и обхватила себя руками, закрываясь от всего окружающего.
Что она тут делает? – кричал ее рассудок. Она – чужая в этой комнате, в квартире, в этом здании и городе. И Бог свидетель – она чужая в мире Уайтейкеров. Она строила глазки Бену Уайтейкеру, чуть ли не висела на нем, на этом человеке, от которого ее отделяет пропасть.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46

загрузка...