ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Что ж, быть может, он и заслужил такое пренебрежительное отношение к себе. Ведь не кто иной, как он, толкал Эрику от одного мужчины к другому, когда они плыли на пароходе «Натчез бель», а сам прогуливался по палубе то с одной, то с другой красоткой. Наверное, Эрика избрала такой изощренный способ, чтобы отплатить ему за подобное отношение к ней. Но ведь все последнее время он пытался загладить перед этой своенравной девицей свою вину, а она так ничего и не поняла. Что ж, растолковывать ей прописные истины он не намерен. У Эрики и так было достаточно времени обо всем подумать, после того как он посвятил ее в отношения между ее отцом и своей матерью. А может, слишком рано ждать от Эрики, чтобы она по достоинству оценила его добрые намерения? Особенно принимая во внимание то обстоятельство, что у них с Эрикой все началось не так, как у всех нормальных людей.
Они прошли весь полный круг, что верно, то верно. Только начали не с начала, а с конца. Сначала он затащил девушку в постель, потом втянул в авантюру с женитьбой, не продлившейся и месяца, а сейчас, после всего того, что произошло, пытается за ней ухаживать.
Губы Данте тронула задумчивая улыбка. По его телу пробежала трепетная дрожь, которую так хотела вызвать Эрика. Лишь ей одной оказалось под силу возбудить в нем пламенную страсть, одна мысль о которой будет согревать его холодными ночами.
Глава 20
В десятый раз покрутившись перед зеркалом, Эрика решительно вздохнула и, выйдя из каюты, направилась к юту. Как только она там появилась, облаченная в одно из самых элегантных платьев, которые приобрел для нее Данте, все матросы как по команде бросили свои дела и с восхищением уставились на нее.
Легонько подтолкнув локтем Данте, чье внимание тоже было приковано к богине, грациозно ступающей по палубе, Рид Эшер, хмыкнув, проговорил:
– Похоже, эта красотка обворожила и команду, и капитана. Я всегда думал, что твоя первая любовь – это море, а оказывается, эта расфуфыренная девица сумела-таки завоевать твое сердце.
– Можно подумать, ты сам остался равнодушен к ее прелестям, – поддел его Данте. – Видел я, как ты из кожи вон лез, пытаясь обратить на себя ее внимание!
Рид равнодушно пожал плечами:
– А я и не стану этого отрицать. Забавно только, что какая-то немощная женщина может крутить сильными мужиками так, как ей хочется.
– А тебе не приходило в голову, что у этой, как ты говоришь, немощной женщины ума больше, чем у всех нас, вместе взятых? – проворчал Данте. – Она прекрасно знает, как сделать, чтобы эта разношерстная команда смотрела ей в рот.
Облокотившись о перила, Эшер окинул соблазнительную фигуру Эрики оценивающим взглядом. «Чудо как хороша!» – подумал он.
– Меня мало волнует ее ум, – заметил он. – Когда перед тобой такая красотка, меньше всего об этом думаешь.
– И напрасно, – ухмыльнулся Фаулер. – Пока ты распускаешь слюни, глядя на Эрику, и мечтаешь о том, как бы заманить ее в постель, она, в свою очередь, прикидывает, как бы заставить тебя плясать под свою дудку. Так что берегись, Рид. – Данте бросил на влюбленного первого помощника многозначительный взгляд. – И вообще, в твоем возрасте вредно терять голову.
– Это в каком таком возрасте? – возмутился Рид. – Мне еще не поздно влюбиться!
– Не сомневаюсь, – рассмеялся Данте и добавил: – Сдается мне, ты уже успел это сделать.
Когда Данте, перестав подшучивать над Ридом, подошел к Эрике и предложил ей руку, взгляд его упал на двух джентльменов, поджидавших ее на пристани Пуэнт-а-Питра.
– Я рассчитываю на тебя, Эрика, – тихонько проговорил Данте, помогая ей сойти по трапу.
Выбрав из своих многочисленных обворожительных улыбок самую, по ее мнению, ослепительную, Эрика подошла к поджидавшим ее господам и бойко залопотала с ними по-французски. Данте криво усмехнулся, заметив, какими жадными взглядами смотрят они на Эрику. Похоже, клюнули.
Когда двое уже успевших потерять от нее голову французов повели Эрику к экипажу, Фаулер скептически нахмурился, однако Эрика тут же дала понять, что находится в надежных руках. Это-то Данте и беспокоило. Молодой француз, которого звали Шарль Кадо, человек учтивый и обходительный, был явно покорен Эрикой. Данте едва не расхохотался, видя, как он увивается вокруг нее, а когда экипаж погромыхал по набережной Пуэнт-а-Питра, досадливо поморщился.
Подавив раздраженный вздох, Данте обернулся: облокотясь о поручни трапа, на него смотрел Рид. На лице его играла издевательская ухмылка.
– Так что ты там говорил насчет того, что влюбляться мне уже поздновато? – с издевкой проговорил он. – Лучше за собой смотри, капитан. Я-то уже достаточно стар, чтобы делать глупости, а вот ты пока что нет. – Рид весело хмыкнул, когда Данте одарил его яростным взглядом. – Ты влюбился в эту девицу. Это ясно как дважды два.
– Что-то не припоминаю, чтобы я тебе об этом говорил, – раздраженно проворчал Данте.
– А мне и не нужно ничего говорить. Я еще на пароходе заметил, что ведешь ты себя как-то странновато. – Рид задумчиво нахмурился. – Ты все долдонил, что хочешь отомстить своему дядюшке, а по-моему, это просто слова. На самом деле тебе все время была нужна эта дамочка.
Не проронив ни слова, Фаулер повернулся и направился в свою каюту дожидаться возвращения Эрики, кляня себя на чем свет стоит за то, что не настоял на том, чтобы сопровождать ее. Этот чертов француз, похоже, всерьез заинтересовался красоткой. И хотя Данте взвалил на хрупкие плечи Эрики нелегкий груз забот по продаже хлопка, ему вовсе было ни к чему, чтобы ради денег, какими бы большими они ни были, она жертвовала собой.
– Мне это абсолютно не нравится! – хмуро бросил Данте, бегая по каюте взад-вперед. Эрика же в это время спокойно прихорашивалась. – Я не доверяю этому французскому донжуану.
Легкая улыбка тронула губы Эрики, когда она, глядя в зеркало, увидела, как Данте мечется по ее каюте.
– Ты бы предпочел отвезти хлопок обратно в Новый Орлеан?
– Нет! – выдавил из себя Фаулер. – Я бы предпочел, чтобы ты устраивала свидания с этим французиком и его папашей на борту этого корабля!
Эрика медленно обернулась к нему, удивленно вскинув свои тонкие брови.
– Они пригласили меня отужинать с ними сегодня вечером. Там будут еще несколько их друзей. Я же не могла отказаться, когда на карту поставлен твой груз! Или у тебя на этот счет другое мнение?
Однако Данте обладал одной странной особенностью: в те минуты, когда он бывал охвачен гневом, он совершенно переставал мыслить логически.
– Еще как могла! – едко бросил он, окидывая Эрику придирчивым взглядом.
Для сегодняшнего вечера она выбрала довольно откровенное платье бледно-лилового цвета. В нем Эрика была похожа на изящный цветок, который любой с удовольствием сорвал бы, и этот мерзавец Кадо в том числе. Но Данте не собирался предоставлять ему такой возможности.
– Не смей никуда выходить из каюты! – бросил он Эрике.
– Но… – едва успела произнести она, как за Данте захлопнулась дверь.
Эрика раздраженно всплеснула руками.
– Нет, он просто спятил! – воскликнула она, обращаясь к стенам за неимением другого слушателя. – Самому на меня наплевать, но и других не подпускает. Ну почему он так себя ведет?
Через несколько минут дверь распахнулась и в каюту вошел Данте. Эрика рот открыла от изумления при виде этого изящного джентльмена. Черный шелковый жилет, черные панталоны, плотно обтягивающие ноги… Приняв изящную позу, Фаулер склонился перед ней в галантном поклоне:
– Карета подана, мадам.
– Право, Данте, ты меня опекаешь, как отец родной, – проворчала Эрика, потянувшись за шалью. – Я вполне в состоянии самостоятельно справиться с Шарлем, если вдруг возникнет такая необходимость.
– Тогда я просто посижу и понаблюдаю за вами, – заверил ее Данте и, взяв под руку, помог спуститься по трапу.
Когда Шарль увидел шествовавшую по пристани обворожительную пару, лицо у него вытянулось. Кадо не ожидал, что за право владеть вниманием Эрики придется побороться. А он-то рассчитывал после ужина побеседовать с дамой наедине. Тем не менее, выдавив из себя улыбку, он кивнул Данте и тотчас же переключил свое внимание на Эрику.
– Я, вне всякого сомнения, ничуть не разочарован тем, что вместо Джейми к нам прибыли вы, моя дорогая. Вы сегодня выглядите просто обворожительно. Бог мой, как же вы хороши! У меня просто дух захватывает! – пробормотал он, припадая к ручке Эрики.
– Если бы и в самом деле захватывало, вы бы слова вымолвить не смогли, – проворчал Данте, отрывая руку Эрики от его губ. – Похоже, у твоего французского воздыхателя словесный понос! – тихонько бросил он, подводя Эрику к экипажу.
– Веди себя прилично! – нахмурилась она, выдергивая руку из его цепких пальцев. – Помни о том, что поставлено на карту. Если не умеешь вести светскую беседу, сиди и помалкивай. Будешь язвить – вообще ничего не добьешься.
С трудом взяв себя в руки, Данте отодвинулся от Эрики, тем более что Шарль, стоявший у них за спиной, уже предпринимал отчаянные попытки вклиниться между ними. Чего он добивался, было яснее ясного, и Данте ничего не оставалось делать, как в очередной раз попытаться сохранить хладнокровие. Помимо всего прочего, Фаулера раздражало еще и то, что он почти ничего не понимал из того, что говорит Кадо, поскольку этот мерзавец продолжал болтать по-французски. И хотя Данте об этом языке имел весьма смутное представление, он не сомневался, что Шарль нашептывает Эрике на ушко всякую милую чепуху. Нет, каков наглец! Ему и дела нет до того, что, кроме Эрики, в экипаже имеется и еще один слушатель! В общем, уже через несколько минут Данте устал от господина Кадо до чертиков, а ведь придется созерцать его физиономию в течение всего вечера.
– C’est magnifique! – воскликнула Эрика, когда Шарль повел ее по мраморным ступенькам к своему особняку.
Раскинувшийся вокруг дома сад поражал своей ухоженностью. Похоже, им занимались методично и дотошно. В сад вели украшенные витиеватой резьбой и покрытые позолотой ворота. Ничего более экстравагантного, чем особняк Кадо, Эрике еще не доводилось видеть. У нее было такое ощущение, словно она вошла в прекрасный дворец.
– Этот дом, естественно, выстроил ваш отец, – язвительно заметил Данте и тут же поморщился от боли: Эрика изо всей силы ткнула его локтем под ребра, в очередной раз напоминая таким варварским способом, что нужно вести себя прилично.
Одарив Фаулера снисходительной улыбкой и глядя на него холодными дымчато-серыми глазами, Шарль воскликнул:
– Ну что вы! Напротив, мсье. Это я построил этот огромный дом, после чего пригласил отца жить здесь вместе со мной. – Кадо произнес свою тираду с таким апломбом, что Данте едва сдержался, чтобы не ткнуть кулаком в самодовольную физиономию француза. – Торговля с Европой, которой я занимаюсь уже довольно продолжительное время, приносит очень неплохой доход, и я только счастлив поделиться моим огромным состоянием с отцом.
– Очень мило с вашей стороны, – вмешалась Эрика, бросив на Шарля восхищенный взгляд.
«Тот еще франт!» – с неприязнью подумал Данте. Кадо, похоже, всего в жизни добился сам. Он способен бросить к ногам Эрики весь мир, и, судя по тому, как он вокруг нее увивается, с радостью сделал бы это, если бы она ему позволила.
– Сюда, малышка, – тихонько прошептал Шарль, обняв Эрику за талию.
Пока капитан предавался своим невеселым раздумьям, мсье Кадо провел Эрику в столовую, и Данте потащился за ними следом, словно заблудившийся щенок. Ничего другого ему не оставалось. Пригласив Фаулера сесть за стол, Шарль, подойдя к его противоположному концу, вытащил стул и жестом показал Эрике, чтобы она садилась.
Эрике стоило огромного труда не расхохотаться, когда она бросила взгляд на Данте: тот, стоя у стола с кислой миной на лице, вертел в руках серебряные столовые приборы. В этот момент он напоминал маленького мальчика, которому не позволили поступить так, как ему хочется. Эрика прекрасно понимала, каково Фаулеру, человеку сильному и своевольному, терпеть подобное к себе отношение. Но на карту было поставлено все его будущее состояние, и Данте, в очередной раз сдержавшись, сел на указанное ему место.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57

загрузка...