ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Мэгги была вне себя от горя. Она во всем случившемся винила себя, и, прежде чем я успел ее остановить, твоя мать уехала. Больше я ее не видел. А Сэбин… Сэбин поклялся, что разнесет по всему Новому Орлеану и Натчезу, что он был вынужден драться на дуэли вместо меня, потому что якобы я испугался мужа своей любовницы. Он поклялся смешать имя Беннетов и Фаулеров с грязью, представить нас с Мэгги злодеями, а не жертвами им же самим подстроенной дьявольской интриги.
– Но почему ты позволил ему выйти сухим из воды? – недоуменно спросила Эрика.
Встретившись с вопросительным взглядом дочери, Эвери печально улыбнулся:
– Знаешь ли ты, что такое любить человека всеми фибрами души? Представляешь ли, что можно полюбить кого-то больше жизни? Я не мог позволить Сэбину очернить те прекрасные мгновения, которые я провел с Мэгги. Чувства, которые мы испытывали друг к другу, были восхитительны. И я никому не разрешил бы их порочить. – Он окинул свою красавицу дочь полным мучения взглядом. – Мне и в страшном сне не могло присниться, что Сэбин пожелает взять тебя в жены. Сначала я наотрез отказался, тогда он поклялся опозорить не только мое имя, но и твое. Это лживый и злобный человек. Я уже имел несчастье наблюдать, как в результате его безжалостных интриг погиб человек. Кроме того, мне казалось, что тебе будет легче жить, не испытывая к мужу любви, однако в полном достатке, не нуждаясь ни в чем, чем влюбиться в какого-нибудь хорошего человека, а потом стать свидетельницей того, как Сэбин его уничтожит. И когда ты вернулась домой после окончания колледжа, такая сильная и независимая, я очень испугался за тебя. Мне хотелось, чтобы ты оставалась покорной, так тебе было бы проще жить. Сэбин молился бы на тебя и, если бы ты не стала ему перечить, водрузил бы тебя на пьедестал и воздавал бы тебе королевские почести. Но с самого начала все пошло не так, как надо, и с каждым днем становилось все хуже и хуже. И из-за моего молчания и постоянных страхов все настолько запуталось, что теперь неизвестно, чем кончится.
Эрика почувствовала, как в горле у нее застрял комок. Слова Эвери тронули ее за живое. Она поняла, что на долю отца выпала такая редкая и такая прекрасная любовь, что словами описать ее невозможно. И Эрику охватил страх, что опасения отца подтвердятся. Если Фаулер погибнет, сраженный мечом этого дьявола Сэбина, часть ее самой умрет вместе с Данте.
Эвери швырнул деньги обратно Фаулеру. Взгляд его стал умоляющим, хотя выражение лица по-прежнему оставалось мрачным.
– Увези Эрику отсюда и никогда больше сюда не возвращайтесь. Я не хочу, чтобы Эрика попалась на глаза Сэбину. Она уже два раза доводила его до бешенства, и боюсь, что третьего раза мы просто не переживем. Если до сих пор ему не удавалось подорвать ее силу духа, то на сей раз он это сделает. Прошу тебя, Данте, увези ее отсюда подальше, иначе не будет мне покоя!
Зеленые глаза Фаулера, в которых читалась решимость, встретились с серыми глазами Эвери.
– Только теперь я наконец-то понял, как сильно ты любил мою мать, – тихо произнес Данте. – Я прощаю тебе все, потому что и сам нашел такую же любовь, о которой ты нам только что рассказывал. Я женился на Эрике, потому что любил ее больше всего на свете. Поскольку я хотел навсегда оборвать все нити, связывающие ее с Сэбином, я рискнул всем, бросив ему вызов. Однако я не учел того, каким безжалостным может быть этот негодяй. И я не успокоюсь, пока не изыщу способа одолеть Сэбина его же собственным оружием, чтобы он наконец понял, что Эрика моя и всегда будет моею. Нет, Эвери, я не могу и не хочу бежать от этого мерзавца. Я не желаю трястись все дни напролет, ожидая, что Сэбин вернется и украдет у меня Эрику. Может, мой отец поступил и глупо, однако я, его сын, не знаю другого способа, чем дать Сэбину бой. И я отказываюсь бежать, словно уже потерпел поражение!
– Если ты, как утверждаешь, любишь Эрику, ты будешь сначала думать о ней, а уж потом о своей проклятой гордости! – сердито бросил Эвери. – Неужели ты не можешь не лезть на рожон?
– На рожон, говоришь? – с горечью усмехнулся Данте. – Не могу придумать ничего худшего, чем позволить Сэбину смеяться последним, не могу жить в постоянном страхе, что неминуемо настанет день, когда этот подонок доберется до меня и разрушит мое счастье.
– Данте, прошу тебя, – взмолилась Эрика, хватая Фаулера за руку. – Я не стану уважать тебя меньше, если ты отвернешься от прошлого и начнешь новую жизнь. Я слишком сильно тебя люблю, чтобы потерять.
Данте, покачав головой, бросил на стол мешочек с деньгами.
– Я обещал встретиться с Ридом на пристани, прежде чем мы поплывем в Натчез. Ты идешь со мной или нет?
Эрика замерла, не зная, на что решиться. Она и боялась остаться – вдруг Данте усомнится в ее любви, – и боялась следовать за ним, чтобы не принести ему новых несчастий.
– Я увезу тебя, Эрика, – настойчиво проговорил Эвери. – Куда-нибудь далеко-далеко от Сэбина. Это просто безумие – следовать за Данте. Мне невыносимо больно видеть, что история повторяется. Смотри не сделай той же ошибки, что и я.
Но когда Фаулер, развернувшись, направился к двери, Эрика неожиданно для себя самой подошла к нему и решительно вложила свою маленькую ручку в его ладонь. Она не отпустит Данте одного, что бы ни ждало их в будущем, какая бы беда ни подстерегала их впереди.
Эвери порывисто вздохнул. Потом, схватив шляпу, выбежал следом за влюбленными в холл, думая, что дочь его совсем разум потеряла.
– Дайте мне несколько минут, чтобы собраться. Я иду с вами. Эх молодежь, молодежь… Беда ваша в том, что вы молоды. Вам кажется, что для вас не составит труда завоевать весь мир. Но если такое и в самом деле произойдет, мне не хочется пропустить этого момента.
Фаулер довольно улыбнулся:
– Когда мы встретимся с Сэбином, я буду счастлив и горд оттого, что ты находишься в числе моих друзей. Мы отыщем способ победить его. Самый злейший враг Сэбина – это он сам.
Рид легкой походкой вошел в вестибюль просторного особняка Сэбина Кейри и, добравшись до кабинета, небрежно прислонился к дверному косяку. Взгляд его скользнул по изысканной обстановке и остановился на костлявом лице Сэбина. Тот хмуро взирал на него своими глубоко посаженными глазами. Рид криво усмехнулся.
– Твой корабль прибыл, – доложил он и, вытащив из кармана два кожаных мешочка с драгоценными камнями, потряс ими перед Кейри. – А вот и состояние, которое Данте привез из Центральной Америки, чтобы возместить свои потери. Жаль, конечно, будет, если оно попадет в чужие руки и капитан останется с носом. Верно?
Глаза Сэбина сверкнули злобным огнем. Откинувшись на спинку стула, он окинул первого помощника капитана внимательным взглядом. Он прекрасно знал, насколько корыстен этот тип. Сэбину один раз уже приходилось иметь с ним дело, и он не прочь был повторить свой опыт. Они как-то встречались в Натчезе, и результаты их беседы оказались весьма неплохими.
– Значит, мой племянничек нашел-таки способ избавиться от бедности. – Сэбин злобно хмыкнул. – Жаль только, что его благоденствие окончится скорее, чем ему хотелось бы.
Сэбин сделал знак Эшеру, чтобы тот высыпал перед ним на стол драгоценные камни, но Рид, спрятав мешочки за спину, бросил на Сэбина недоверчивый взгляд.
– Эти камушки будут твоими, если ты заплатишь за них подходящую цену. Я хочу получить столько денег, чтобы меня не мучила совесть за то, что я преподнес тебе Данте на блюдечке с голубой каемочкой, продал своего старого дружка. Если же у тебя таких денег не найдется, придется предложить свой товар кому-нибудь еще.
– Старого дружка, говоришь? – усмехнулся Сэбин. – Если он тебе и в самом деле друг, почему ты с такой готовностью его предаешь?
Рид пожал плечами.
– Из-за денег, – деловито произнес он. – Зачем делить то, что мы добыли, когда все можно заграбастать себе? Сам о себе не позаботишься, никто не позаботится.
Сэбин задумчиво смотрел на старого матроса. Похоже, Рид намерен извлечь выгоду из распри дяди и племянника. Что ж, он заплатит ему требуемую сумму. Слишком велико искушение, чтобы им пренебрегать.
– Ладно, давай поторгуемся, Эшер, – проговорил Сэбин и, поднявшись со стула, вытащил кучку золотых монет и показал их Риду. – Высыпай на стол свое богатство. Посмотрим, сколько оно стоит.
На обветренном лице Рида появилась широченная ухмылка. Он нахохлился и сразу стал похож на важного и глуповатого павлина.
– Я тебе привез не какие-нибудь побрякушки, а стоящие вещи. Чистое золото, серебро и драгоценные камни. Стоит все это огромных денег.
С этими словами Рид высыпал сокровища на стол. Темные глаза Сэбина стали круглыми от изумления, когда он увидел, какое богатство плывет ему в руки. Правда, чтобы приобрести все эти сокровища, придется отдать Риду все имевшиеся у него в наличии деньги, однако Сэбин не сомневался, что европейские торговцы дадут ему за них вдвое больше.
После того как Рид, выторговав щедрую сумму, бережно разложил деньги по карманам и вышел за дверь, Сэбин снова сел на стул и вперил взгляд в рассыпанные перед ним сверкающие драгоценности. Потом он злобно расхохотался, и этот дьявольский смех, казалось, потряс весь особняк до основания. Он прозвучал словно колокольный звон, возвещавший о том, что Данте Фаулера ждут новые унижения и беды.
– Скоро ты в очередной раз убедишься в том, что тебе меня не одолеть, – усмехнулся Сэбин. – Я уничтожу тебя, как уничтожил твоего никчемного папашу.
Когда Эрика, Данте и Эвери приехали на пристань, они увидели, что к ним, пробираясь сквозь толпу, направляется Рид. Пряча усмешку, он вручил капитану билеты до Натчеза. Однако усмешка исчезла с лица первого помощника, уступив место недоуменному выражению, когда он увидел еще одного человека, тоже собиравшегося отправиться в путь.
– Рид, это отец Эрики, Эвери Беннет. Он поедет с нами в Натчез, – пояснил Данте и, лукаво улыбнувшись, сказал Эрике на ушко: – И первое, что нам предстоит выполнить по прибытии, – это превратить тебя в порядочную женщину.
– Пойду схожу за билетом, – бросил Рид через плечо и отправился в билетную кассу.
Данте повернулся было взять из кареты вещи, которые они захватили с собой из особняка Беннета, как вдруг застыл на месте как вкопанный. Перед ним стоял Сэбин Кейри, в черном плаще и черном цилиндре. На губах его играла дьявольская усмешка.
Увидев, как из-за кареты выходит зловещая фигура, облаченная в черное, Эрика похолодела. Она метнулась к Данте, чувствуя, как жгучая ненависть охватывает все ее существо, такая же неистовая, как и ненависть Фаулера к этому исчадию ада. Ее так и подмывало надавать этому подонку пощечин, стереть с его лица эту отвратительную ухмылку. От одного вида Сэбина ее бросило в дрожь.
– Итак, мы снова встретились. – Сэбин насмешливо хмыкнул. Взгляд его упал на стоявшую рядом с Данте восхитительную красотку. – Нам с тобой предстоит уладить кое-какие дела, племянничек. Надеюсь, ты не собирался тайком пробраться на борт «Удачливой леди» и отплыть в Натчез, так и не известив меня о своем прибытии. Пора тебе заплатить за все сполна. Я уже устал от твоих фокусов. – Сэбин указал тростью на Эрику и окинул ее жадным взглядом. – Эта женщина – моя, равно как и деньги, которые ты добыл в Центральной Америке, когда, украв мою шхуну, отправился на поиски сокровищ.
На мгновение губы Данте тронула мрачная улыбка, но она тут же погасла.
– Вот твои деньги, – сказал он, швырнув кошелек Сэбину. – Тут плата за хлопок минус те деньги, которые я оставил себе на приобретение новой шхуны взамен той, что ты сжег. И покончим с этим! – Данте взглянул дяде прямо в глаза и спокойно продолжил: – Эрика – моя. Ты пытался получить ее ложью и хитростью, но ничего не вышло. Теперь у тебя нет на нее никаких прав.
– А что ты можешь предложить этой изнеженной девушке? Ведь у тебя ничего нет, кроме какой-то жалкой плантации! – сухо заметил Сэбин. – Эрике не нужен нищий муж.
И, сунув руку под плащ, Сэбин вытащил мешочки с драгоценностями, которые получил от Рида Эшера.
С губ Эрики сорвался отчаянный крик. «Так вот, значит, откуда Сэбин узнал, где мы с Данте находимся», – с горечью подумала она.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57

загрузка...