ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Вы знаете весь этот процесс. Я так не поступаю и полностью отвергаю подобный подход.Мы подходим к тому уровню, который означает непосредственное восприятие и немедленное действие. Наше восприятие обычно направляется знанием, прошлым; и это знание, прошлое, воспринимает и вызывает действие, которое исходит из прошлого. Это и есть фактор усыхания, дряхления мозга.Существует ли восприятие, не связанное с временем, и, следовательно, действие, которое срабатывает немедленно? Достаточно ли ясно я выражаю мысль? То есть, пока мозг, развившийся во времени, продолжает жить в структуре времени, он дряхлеет. Если бы мы оказались способны сломать этот стереотип времени, то мозг вырвался бы из этой структуры; и тогда произошло бы кое-что еще. Нарайан: Как мозг может вырваться из стереотипа времени? Кришнамурти: Мы к этому придем, но прежде давайте посмотрим, согласуются ли наши взгляды в этом вопросе. Бом: Хорошо. Вы говорите, что мозг — стереотип времени, но это, пожалуй, следовало бы пояснить. Я думаю, вы рассматриваете анализ как некую разновидность процесса, основанного на прошлом знании, при котором это знание организует наше восприятие, и мы предпринимаем ряд последовательных шагов, пытаясь накопить знание о предмете в целом. И вот вы говорите, что это — стереотип времени, и нам надо из него вырваться. Кришнамурти: Если согласимся, что это так, то мы должны признать, что мозг функционирует в стереотипе времени. Бом: Тогда следует спросить, какой еще другой стереотип возможен? Кришнамурти: Но ожидать... Бом: Что возможно другое движение? Кришнамурти: Нет. Сначала давайте это выясним, не просто на уровне слов, а поглядим, что действительно происходит. Так, вся наша деятельность, наш образ жизни, все наше мышление связаны с временем или происходят в соответствии с нашим представлением о времени. Бом: Конечно, наше мышление о самих себе, любая попытка себя анализировать, думать о себе предполагают этот процесс. Кришнамурти: Процесс, который есть время. Верно? Нарайан: В этом есть трудность: когда вы говорите о знании и опыте, то их определенно объединяет энергия или сила, которая связывает вас. Кришнамурти: Которая означает что? — Временную связь! Нарайан: Временную связь и... Кришнамурти: ...и следовательно, стереотип, повторяющийся столетиями, тысячелетиями. Нарайан: Да, но я говорю, что тут присутствует определенная сила сцепления. Кришнамурти: Разумеется, несомненно. Все иллюзии обладают чрезвычайной живучестью. Нарайан: Мало кому удается сквозь это прорваться. Кришнамурти: Посмотрите только на все эти храмы, какой огромной живучестью они обладают. Нарайан: Нет, помимо храмов, личная человеческая жизнь имеет определенную связующую силу, которая не отпускает его. От нее невозможно освободиться. Кришнамурти: Вы имеете в виду, что она вас удерживает? Нарайан: Ее притяжение неодолимо, она, словно канат, тянет вас назад. Вы не можете от этой силы освободиться, пока у вас не будет какого-то инструмента, с помощью которого вы сможете действовать. Кришнамурти: Мы собираемся выяснить, нет ли иного подхода к этой проблеме. Бом: Когда вы говорите о каком-то особом инструменте, это не совсем ясно. Само понятие инструмента включает время, потому что пользование каким угодно инструментом — это процесс, который вы планируете. Кришнамурти: Время, все дело как раз в этом. Нарайан: Именно по этой причине я пользуюсь словом «инструмент»; мне представляется оно более эффективным. Кришнамурти: Оно не эффективно, а наоборот, — деструктивно. Итак, могу ли я увидеть саму истину этого разрушительного свойства? Не просто теоретически, не как идею, но как действительный факт? Если я могу так это увидеть, то что тогда происходит? Мозг развился с течением времени, и он функционирует, живет, действует, имеет мнения в этом временном процессе. Но когда человек поймет, что все это способствует дряхлению мозга, когда он увидит это как истину, — каким тогда будет следующий шаг? Нарайан: Вы имеете в виду, что само видение гибельности такого пути есть освобождающий фактор? Кришнамурти: Да. Нарайан: И это не требует какого-то особого инструмента? Кришнамурти: Нет. Прошу вас, не употребляйте слово «инструмент».Никакого другого фактора не существует. Мы заинтересованы в прекращении этого усыхания и дряхления мозга и хотим выяснить, способен ли сам мозг, его клетки и вся его структура полностью выйти из времени? Я не говорю о бессмертии и всей подобной чепухе! Может ли мозг совершенно выйти из времени? В противном случае износ, усыхание и одряхление неизбежны, и даже когда усыхание может не быть заметно, клетки мозга становятся более слабыми и т.д. Нарайан: Поскольку клетки мозга имеют материальную, физическую природу, они, так или иначе, с течением времени должны усыхать; и ничто, конечно, не может этому воспрепятствовать. Клетки мозга, составляющие мозговую ткань, не могут в физическом смысле быть бессмертными. Бом: Скорость усыхания, пожалуй, в значительной степени могла бы быть замедлена. Если человек доживает до определенного возраста, и его мозг начинает усыхать задолго до его смерти, то он становится дряхлым. А вот если бы этот процесс разрушения мог быть замедлен, то... Кришнамурти: ...Не только замедлен, сэр. Бом: ...Хорошо, возрождать... Кришнамурти: ...Быть в состоянии не-занятости. Бом: Я думаю, Нарайан говорит, что никакая материальная система не может быть живой вечно, это невозможно. Кришнамурти: Я не говорю о вечной жизни, хотя не уверен, что невозможно жить вечно! Да, это очень серьезно, я не шучу. Бом: Если бы все клетки тела и мозга были восстановлены, то весь организм мог бы продолжать жить неопределенно долгое время. Кришнамурти: Посмотрите, мы сейчас разрушаем тело тем, что пьем, курим, злоупотребляем сексом и разными другими вещами. У нас предельно нездоровая жизнь. Верно? Если бы тело было совершенно здоровым и с ним правильно бы обращались, не допускали бы чрезмерных эмоций, перенапряжения, ощущения упадка, обеспечивали бы нормальную работу сердца — тогда почему же нет? Бом: Прекрасно... Кришнамурти: ...а что это означает? — не разъезжать, не жить на колесах и прочее в этом роде. Бом: Никакого раздражения. Кришнамурти: Если тело остается в одном и том же спокойном месте, то, я уверен, оно может прожить значительно больше лет, чем оно живет сейчас. Бом: Конечно, я думаю, это верно. Известно много случаев, когда в спокойных местах люди живут более ста пятидесяти лет. Я думаю, все, о чем мы говорим, возможно. Только в действительности вы ведь не считаете, что что-то может жить вечно? Кришнамурти: В самом деле, тело возможно сохранять здоровым, а поскольку тело оказывает влияние на умственную деятельность, на состояние нервной системы, настроение и прочее — то все это также можно сохранять здоровым. Бом: И если мозг сохранен в правильной деятельности... Кришнамурти: ...да, без какого бы то ни было перенапряжения. Бом: Вы понимаете, мозг имеет колоссальное влияние на организм. Так, гипофиз регулирует деятельность всей системы желез в организме; мозг регулирует также деятельность всех органов тела. Когда ум приходит в упадок, начинает разрушаться тело. Кришнамурти: Разумеется. Бом: Они действуют согласованно. Кришнамурти: Они идут вместе. Итак, может ли этот мозг, — который не является «моим» мозгом — который развивался в течение миллиона лет, имея всякого рода губительные или приятные переживания... Бом: Вы имеете в виду типичный, а не какой-то отдельный мозг, не мозг отдельного индивида? Когда вы говорите «не мой», вы подразумеваете мозг человечества, верно? Кришнамурти: Любой мозг. Бом: Мозг всех людей подобен в своей основе. Кришнамурти: Подобен. Это я и говорю. Может ли такой мозг быть свободен от всего этого, от времени? Думаю, может. Бом: Мы, наверно, могли бы обсудить, что значит быть свободным от времени. Видите ли, сама эта идея — быть свободным от времени — применительно к мозгу звучит бредово, но мы все, конечно, понимаем, что вы не собираетесь остановить часы. Кришнамурти: Научная фантастика и только! Бом: Не означает ли это в действительности быть психологически свободным от времени? Кришнамурти: Когда не существует завтра. Бом: Мы же знаем, что завтра есть. Кришнамурти: Но психологически... Бом: Не можете ли вы выразить яснее, что вы имеете в виду, когда говорите: «нет завтра»? Кришнамурти: Что означает жить во времени? Давайте сначала возьмем одну сторону, с тем, чтобы потом прийти к другой. Что значит жить во времени? Жить надеждой, мыслить и жить в прошлом, действовать, исходя из знания прошлого, иметь образы, иллюзии, предубеждения — все это результат прошлого. Все это есть время, и это то, что создает хаос в мире. Бом: Хорошо, допустим, мы говорим, что хотя мы не живем психологически во времени, мы можем все же организовывать нашу деятельность по часам. Но когда кто-то скажет: «Я не живу во времени, но должен сохранить за собой эту должность», — вот тут возникает путаница. Понимаете? Кришнамурти: Конечно, вы же не можете сидеть здесь вечно. Бом: Так что вы говорите: «Я смотрю на часы, но психологически не пускаюсь в размышление о том, как буду чувствовать себя в следующий час, когда исполнится мое желание и т.п.». Кришнамурти: Я просто говорю, что то, как мы сейчас живем, означает жить в поле времени. Вот мы и создаем всякого рода проблемы и страдание. Верно? Бом: Да, но следовало бы пояснить, почему это неизбежно создает страдание. Вы говорите, что если вы живете в поле времени, то страдание неизбежно. Кришнамурти: Неизбежно. Бом: Почему? Кришнамурти: Это просто. Время создало эго, «я», образ меня поддерживался обществом, воспитанием, он постепенно создавался и укреплялся в течение миллионов лет. Все это — результат времени, и, исходя из этого, я действую. Нарайан: Да. Бом: Психологически, в направлении к будущему; иначе говоря, в направлении к некоторому будущему состоянию бытия. Кришнамурти: Да. А это означает, что центр — это всегда становление. Бом: Стремление становиться лучше. Кришнамурти: Лучше, благороднее или чем-то еще. Все это — постоянное стремление становится чем-то психологически — есть фактор времени. Бом: Вы говорите, что стремление становиться создает страдание? Кришнамурти: Очевидно. Это просто. Оно все разделяет. Оно отделяет меня от других, и таким образом вы отличны от меня. А когда я завишу от кого-то, и этот кто-то уходит, я чувствую себя одиноким и несчастным. Все это продолжается.Итак, мы говорим, что любой фактор разделения, в котором заключена сама природа «я», должен неизбежно причинять страдание. Бом: Вы говорите, что «я» создавалось во времени, и что оно принесло разделение, конфликт и т.д.? Но если бы не было психологического времени, вся эта структура, пожалуй, рухнула бы и что-то совершенно другое случилось бы? Кришнамурти: Именно так. Это то, что я говорю. И, таким образом, мозг разрушил себя. Бом: То есть, следующий шаг — сказать, что мозг вырвался бы из этой рутины и, пожалуй, смог бы тогда восстановиться. Это не следует логически, но, тем не менее, так могло бы быть. Кришнамурти: Я думаю, что это как раз логически следует. Бом: Хорошо, логически следует, что это остановило бы вырождение. Кришнамурти: Да. Бом: А дальше вы добавляете, что это было бы началом восстановления? Кришнамурти: Вы смотрите на это скептически? Нарайан: Да, потому что вся трудность человеческой ситуации связана с временем. Кришнамурти: Это мы знаем. Нарайан: Общество, индивид, вся эта структура заключает в себе огромную силу, и ничто слабое тут не работает. Кришнамурти: Что значит «слабое»? Нарайан: Сила этой структуры так огромна, что только колоссальная энергия могла бы сломить ее. Кришнамурти: Конечно. Нарайан: А индивид, кажется, не способен генерировать энергию, которая была бы достаточна для такого прорыва. Кришнамурти: Но вы держите палку не за тот конец, если будет позволено вам заметить. Когда вы употребляете слово «индивид», вы уходите от факта, что мозг универсален. Нарайан:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59

загрузка...