ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

..
«Тысячи, – подумал Эмери. – Пока что они просто болтают. Машут факелами, проклинают Эльсион Лакар. Но настанет некий день, о котором никто из нас пока не подозревает, – и пчелиная матка позовет их в свое гнездо. И они полетят. Огромные разъяренные рои. Им будет безразлично, кого жалить. Они захотят излить свой яд и умереть...»
Предводитель чуть посторонился. В рядах его сторонников произошло движение, и вперед вытолкнули странное существо. Впрочем, оно имело определенное сходство с человеком. Высокое, тонкое, с копной спутанных волос, падающих на лицо, пленное создание было связано двумя сыромятными ремнями: один прикручивал локти к талии, другой стягивал лодыжки. Чуть заостренные ушки высовывались между прядями, тощие плечи тряслись.
– Эльфийское отродье! – заревел предводитель, тыча факелом пленнику почти в самое лицо.
Ренье испугался, что сейчас займутся волосы и одежда, но каким-то чудом обошлось.
Искаженные мечущимися тенями лица собравшихся представлялись теперь дьявольскими образинами. Провалы глаз и ртов зияли, точно были входами в преисподнюю, и оттуда, как чудилось Ренье, рвался наружу дикий ужас. Ужас неприрученного зверя перед запахом человека – загнанного в ловушку, устрашенного не смертью, но чем-то большим, чем смерть. Чем-то, чего он не понимает, но что убивает его.
Эмери слышал, что некоторые из собравшихся уже охрипли; следовательно, скоро они перестанут орать и приступят к завершающему действу.
– Побьем ее дубинками! – крикнул предводитель. – Никогда ей не совращать сыновей человеческих!
– А-а... – рычала и завывала ночь.
И Эмери казалось, будто он слышит, как откуда-то из невероятной дали другая такая же стая отзывается ликующим, злобным воем.
«Нет, – подумал Эмери, – им не испугать меня!»
– Стойте! – Молодой человек спрыгнул с телеги и чуть покривился, когда неловко ступил на больную ногу. – Вы не можете это сделать!
Предводитель усмехнулся и похлопал себя дубинкой по сгибу локтя.
– Почему это?
– Да просто потому, – сказал Эмери спокойно, – что я вам запрещаю.
Ренье подошел к брату и обнажил шпагу.
– Пожалуйста, отдайте нам эту женщину, кем бы она ни была, и расходитесь по домам, добрые люди, – продолжал Эмери. – Мы разберемся и решим, как с ней поступить. Так будет разумнее всего.
Предводитель вплотную надвинулся на братьев. Они ясно видели его лицо, озаренное светом факела: глубокие морщины, мешки под глазами, мясистые губы, постоянно двигающиеся в бороде.
– С ней, стало быть, заедино? – проговорил он. – Вы, богатенькие, завсегда с ними.
Он раздвинул губы, и Эмери увидел редкие желтые зубы.
«От него так пахнет, словно он ест мертвечину», – подумал Эмери.
Ренье тихо свистнул сквозь зубы. Это был их старый условный знак: быть начеку – сейчас начнется.
Эмери все еще смотрел на предводителя, когда взор «черного» неожиданно изменился: из глаз ушла осмысленность, зрачок метнулся и помутнел, в нем отразились обе луны, а затем все исчезло – веко опустилось, и предводитель «черных» рухнул на землю. Ренье едва успел выдернуть шпагу.
– Грязный прием, – сказал Эмери брату. – Он не ожидал атаки.
– Их пятнадцать, а нас двое, – ответил Ренье.
Он отсалютовал трупу и прыгнул вперед.
Люди с факелами не сразу поняли, что происходит. Ренье вертелся среди них, как демон: он успел ранить в руку одного, пырнуть в живот другого и перерезать горло третьему, когда оставшиеся набросились на него и окружили. Со стороны казалось, что Ренье тонет в густом черном море.
Эмери выдернул из-за пояса кинжал и метнул его, угодив в чью-то черную спину. Спина была очень широкой – грех промахнуться. Человек зашатался и повалился. Он умер так кротко, что Эмери ощутил укол сожаления.
Однако картина, которая открылась перед ним в образовавшуюся брешь, разом изгнала из головы Эмери все покаянные мысли. Ренье теснили со всех сторон. Если бы нападавшие не мешали друг другу, они давно бы размозжили голову младшему брату.
Испуская крики – явно в подражание дяде Адобекку, который приезжал в замок охотиться на лисиц, – Ренье метался в кругу врагов. Еще один недруг закачался, но удержался на ногах, а другой ловко попал Ренье по локтю левой руки и выбил у него кинжал. Эти люди, одетые в черное, не переговаривались, но испускали глухие утробные звуки и, казалось, понимали друг друга без слов, точно были частями единого организма.
Эмери, сильно хромая на бегу, ворвался в круг. Его почти сразу ударили дубинкой по плечу. Неловкий выпад шпагой был ответом, укол пришелся врагу в середину ладони, и человек в черном испустил пронзительный визг.
Эмери отчаянно пробивался к брату. Люди в черных одеждах, почувствовав вторжение в свою среду второго раздражителя, почти сразу рассыпались и слепили вместо одного огромного кома два поменьше.
Эмери задыхался от зловония, шерстяные тряпки лезли ему в глаза, забивали ноздри, грязные пальцы ухватили его за угол рта и начали рвать. Эмери ткнул кулаком в чье-то горло. В уши ему сопели.
«Замечательный способ умереть», – подумал Эмери. Ужас наконец взял верх в его душе и, словно желая отомстить за долгое ожидание, впился в сердце молодого человека с такой яростью, что Эмери невольно застонал.
И тут раздалось оглушительное лошадиное ржание. Ни мгновения братья не думали, что слышат голос той смирной лошадки, которая привезла их на поляну. Нет, кони были незнакомые, разгоряченные скачкой. Их копыта громко застучали по земле.
Рой нападавших распался. Двое или трое «черных» были сбиты с ног, один получил копытом по голове и покатился по земле, пятная траву черной кровью.
Ренье увидел громаду всадника совсем близко и закричал:
– Помогите нам!
Второй всадник галопом объезжал поляну, настигая бегущие точки факелов и опрокидывая их на землю.
Эмери тяжело переводил дыхание. Несколько «черных» ползали по земле и приглушенно рыдали. А связанное ими существо все так же молча стояло возле растоптанного костра и не делало ни малейшей попытки прятаться.
Второй всадник вернулся.
– Удрали, – сообщил он.
Первый глухо пробормотал:
– Что здесь происходит?
Оба спешились и подошли к братьям. В это самое мгновение, словно нарочно, порыв ветра раздул один из угасавших костерков, и Эмери увидел знакомое лицо.
– Гальен! – удивленно выговорил он.
– Эмери! – обрадовался Гальен. – То-то мне почудилось, что голос знакомый... А кто это с тобой? И во что вы вляпались?
– А с тобой кто – Аббана?
Девушка засмеялась.
– Вот это встреча! Что здесь происходит? Почему они хотели убить тебя, Эмери? И кто этот юноша?
Ренье похолодел. Бабушка ясно предупреждала: никто не должен знать, что их двое.
Он едва не вскрикнул, когда услышал, как старший брат преспокойно отвечает:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115