ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– Пожалуй, надо получше подготовиться к вечеру, – пробормотал он.
– Сэр, – не успокаивался Годвин. – Насчет Патрика...
– Что еще?
– Знаете, пустили слух, что когда он дома, то большей частью ночует у этой красотки, что когда-то была манекенщицей... как ее? Словом, дает приют бездомным кошкам! Он что?..
– Хотите сказать, не всвоем уме? – Обри, зябко пожав плечами, возразил: – Лет десять назад я бы, несомненно, ответил утвердительно. Но теперь я не так уверен в отношении этих вещей... Итак, что-нибудь еще?
– Я лишь хочу сказать, сэр... о нем говорят, что у него не все дома. Иногда не знаешь, что от него ожидать.
– Я не знаю! – оборвал его Обри. – Мое дело – уберечь его от смерти – его и племянницу.
Нетерпеливо зазвонил телефон. Обри, радуясь, схватил трубку. Шелли.
– Да, Питер?
– У тебя не отвечал телефон, – нетерпеливо начал Шелли.
– Извини, Питер...
– Секретарь кабинета и Оррелл требуют, чтобы я при первой возможности устроил им встречу с тобой.
– Тогда не стоит волноваться – я их обоих увижу сегодня вечером на неофициальной встрече в клубе выпускников Оксфорда и Кембриджа! Все улаживается лучшим образом, не так ли?
Помолчав, Шелли мрачно заметил:
– Думаю, что подойдет. – Казалось, он не успокоится.
Обри нехотя спросил:
– Что-нибудь еще, Питер?
– Сообщение из Вашингтона... всего час назад. По всем пунктам объявлен розыск вашей племянницы. Полиция Сан-Хосе связывает ее со смертью Фраскати и Блейка. Никакого упоминания о сотруднике ЦРУ, которого она, видимо...
Дрожащим голосом Обри переспросил:
– Ты совершенно уверен, Питер?
– Да, сэр Кеннет. Что вы...
– Благодарю, Питер, я должен подумать... спасибо. – Выключив радиотелефон. Обри швырнул его на диван, обмякнув и дрожа всем телом. Трясущимися ладонями стал растирать похолодевшие щеки.
– Сэр?..
Он поглядел на Годвина, как на врага.
– С ней собираются расправиться, как где-нибудь в Южной Америке, Тони! Ее обвинили в двух убийствах... и теперь ее разыскивают! Боже мой, они хотят выкарабкаться из того затруднительного положения, в которое она может их поставить, и поскорее! – Он зашатался, словно от сердечного приступа, воскликнув: – Что мне делать, Тони? Боже, как мне ей помочь!
* * *
– Пушку, парень... пушку!
Крыши сотен автомашин и тысячи окоп аэропорта тускло отливали сталью. По ту сторону залива здания Окленда и Беркли словно выписаны жирным черным карандашом. Хайд дрожал от холода и возбуждения. Под мышкой газета с фотографией Кэтрин Обри. Он махал рукой перед лицом Мэллори, в сильных очках которого смутно отражались хромированные части соседних автомашин. Ночная синева, нереальная и опасная, как и туман, еще не разошлась.
– Давай сюда! – потребовал Хайд, щелкая пальцами. Сквозь очки было заметно, что Мэллори нервничает, растерян... и еще что-то, чему Хайд не доверял и не хотел упускать из виду.
Мэллори через широкое сиденье потянулся к «бардачку». Вылез из машины, сжимая в руке полиэтиленовый сверток. Хайд, выхватив сверток, левой рукой втолкнул его обратно в машину, прижав коленом барахтавшегося Мэллори, пока раздирал на части обвязанный эластичным шнуром сверток. Автоматический «браунинг». О бетон загремели две запасные обоймы.
– Какого черта?..
Хайд с легким щелчком вогнал в патронник первый патрон и прижал ствол позади правого уха Мэллори. Приглушенные протестующие и удивленные возгласы стихли. Хайд оглядел автомобиль, спрятавшийся среди сотен других. Несколько ранних пассажиров, вытянув шеи, выглядывали свои машины; тишину нарушил звонкий детский смех; девочка-подросток повисла на шее отца, тот в правой руке противовесом держал чемодан. Женщина шагала, считая ряды машин. Больше никого. Однако бегающие глаза Мэллори выдавали, что были и другие люди или скоро появятся. Засада.
– Где они?
Всю дорогу, пока они шли от площадки для встречающих через огромный зал, а затем вышли на непривычно прохладный предутренний воздух, Мэллори нес околесицу о такой-сякой племяннице Обри, расспрашивал, хорошо ли долетели, хвастался, какой он хороший парень, как здорово запрятал эту бабу где-то в Биг Суре или, черт возьми, в Кероуаке, жаловался, что теперь она в панике, полиция объявила ее розыск в связи с убийством и «глядите, вот сюда, ее лицо на первых полосах всех утренних газет, всех до единой».
– Где они?
Объемистая газета под мышкой требовала внимания. Харрел всерьез решил кончать игру. Проникавший сквозь легкий пиджак и рубашку холод пробирал до костей. Место незнакомое, одновременно и слишком открытое и многое скрывавшее. Голова до боли в шее, словно метроном, качалась из стороны в сторону – он непрерывно оглядывался то через правое, то через левое плечо. Возникавшие в тяжелом полусне во время полета через океан страхи понемногу исчезли. Хайд с удовлетворением почувствовал, как по коже пробежал нервный озноб – предвкушение действия. На смену самоанализу пришел жесткий расчет.
– Знаю, что ты их предупредил, Мэллори, не выкручивайся, – бесстрастно произнес он, поглаживая взмокшие волосы за ухом Мэллори. Проходя мимо киоска, он видел десятки книг и журналов с фотографиями чудес Калифорнии, сплошь чудес... пустыня, скала, море, горы, высотные здания; девицы с отменными грудями в горячих ваннах с бокалами вина в руках. Он попал в незнакомое место, о котором ни слова не говорилось в ориентировке; Харрел же был здесь у себя дома. Хайд медленно, осторожно огляделся. Автостоянка благоухала бензином. Он вздрогнул, услышав работающий мотор, – со стоянки выезжал мужчина с встречавшей его девочкой. Звеня ключами, хрустя гравием или стуча подошвами по бетону, хлопая дверцами, разъезжались и другие пассажиры. Светало, стекла в верхних этажах зданий аэровокзала позолотили первые лучи солнца. Посадочные огни приближающегося самолета поблекли в свете дня.
Он яростно перевернул Мэллори на спину, раздвинув ноги, пнул коленом в низ живота. «Браунинг» слегка уперся в грудь – туда, где расстегнулась рубашка и съехал в сторону галстук.
– Я знаю, что люди Харрела уведомлены. Так или иначе, тебе бы дали такой приказ, верно? – начал Хайд, нетерпеливо постукивая «браунингом» по груди Мэллори. Тот из-за сильных очков смотрел на него огромными, как у совы, глазами. Лоб побелел и взмок. – Ты, парень, должен был сделать это по приказу Оррелла или кого-нибудь по его поручению. – Грудь Мэллори вздымалась под рубашкой, как у раненого зверя. Даже то и дело отвлекаясь по сторонам, Хайд ощущал, что все существо этого человечка пронизывал страх. Пока ничего такого, только люди, спешащие попасть домой, никто не ищет. Но они обязательно должны быть здесь. – Ты должен был сделать это ради пенсии, спасения своей блестящей карьеры или просто чтобы не влипнуть самому. Итак, где они? – выдохнул он.
Мэллори яростно тряс головой, сцепив руки на затылке.
– Черт побери, выслушай наконец, что я скажу! – жалобно и в то же время зло воскликнул он, все еще тряся головой. – Послушай же, идиот несчастный!..
Хайд снял колено, но пистолет не убирал.
– Валяй. Но не тяни. Могу потерять терпение.
– Да, они кого-то ждут, но не тебя. Кого-то, кто должен помочь девке. Лично я им не говорил – сообщили прямо из Лондона. Я только получил шифровку, где мне приказано в случае необходимости оказывать содействие ЦРУ!.. – Он продолжал тяжело дышать, хотя Хайд на несколько дюймов отодвинул пистолет и присел на корточки, размышляя. Не отводя пистолета, провел рукой по лицу.
– Валяй дальше.
– Слушай, я не знаю, известно ли в Лондоне, что прибудешь именно ты или просто кто-то от Обри. Но из ЦРУ позвонили туда, когда был объявлен розыск племянницы Обри. Из любезности, как мне сказали. Имя Блейка сыграло свою роль для Лондона, там сочли, что она замешана, и мне приказали ее выдать.
– И ты выдал?
Мэллори отрицательно покачал головой.
– Я уже перенес одно потрясение, Хайд. Эта женщина не убивала Блейка, она пришила одного из тех, кто его убил! Могу я теперь наконец встать?
Хайд встал, прислонившись к дверце. На него внезапно навалилась усталость. Харрел казался вездесущим. Было бы странно, если при его хитрости и осведомленности он не объявится поблизости.
– Почему же тогда их здесь нет?
– Условлено, что тебя встречу я... нет, погоди! – снова воскликнул Мэллори, выкарабкиваясь из машины и заправляя рубашку в брюки, когда Хайд снова угрожающе двинулся на него. Мэллори протестующе замахал руками. – Да послушай же! Я, черт побери, нанял тебе машину... вот ключи! – Он достал их из кармана пиджака и покрутил на пальце. Они сверкнули на свету. – Послушай, Хайд, ЦРУ убило Блейка... поэтому пусть они катятся на!..
– Ходили вместе в школу?
– Нет... мой брат знал его. Устраивает? – огрызнулся Мэллори, протирая очки. – Разумеется, мне на тебя наплевать, Хайд... – Он надел очки. Это, кажется, его успокоило. – Женщина нужна Обри, понимаешь? Шелли тоже хотел ее вывезти и поговорить с ней лично. Я знаю, почему янки хотят ее заполучить, Хайд. Они уже пытались убрать ее вместе с Блейком. – Рука теребила галстук, потом стала разглаживать рукава пиджака. – Они сожгли дом дотла, вместе с трупом Блейка! Слушай, я точно не знаю, как там было дело, но ее рассказ, пожалуй, убедительнее, чем история о том, что она прежде убила парня, с которым крутила любовь, а потом шлепнула Блейка, который ее охранял! Так что если ты считаешь, что я собираюсь отдать тебя им на съедение, тогда привет тебе, черт возьми!
К нему вернулось интеллигентское высокомерие.
Хайд сказал:
– Меня объявили вне закона. Так что можешь больше не утруждать себя...
– Слушай, Хайд, эта женщина – племянница Обри. Если я помогу ей выбраться, а ты будешь тому свидетелем, мне это пригодится... когда-нибудь в будущем. Кроме того, тебя, должно быть, прислал Обри, выходит, ты еще ходишь у кого-то в любимчиках. Я не вижу никакой прямой выгоды в том, чтобы выдать тебя или ее... – Он поправил очки. – Так что в этом дельце есть своя корысть.
– Когда вернешься в Лондон, от тебя будет разить духами «Шанель».
– Вполне возможно. Правда, как это ни смешно, я даже не пробовал к ней подъезжать. Но, думаю, я ее не выдал бы, если бы даже она не была чьей-то племянницей.
Хайд оглядел стоянку. На металлических частях и стеклах отражалось восходящее солнце. Он вздрогнул, снова осознав, до чего же открыто это место. Мэллори равнодушно, без интереса разглядывал его.
– Где машина, которую ты мне нанял?
Мэллори отдал ему ключи, потом пакет с документами прокатной фирмы. Показал рукой:
– Синий «ниссан», видишь?
– Вижу.
– Машина зарегистрирована на имя Карена Андерсона. Мотель называется «Дхарма Лодж». Я пометил его на карте. Она в перчаточном ящичке. О'кей?
– Она что-нибудь говорила?
– Насчет того, что предпринять и куда направиться? Что касается меня, ничего вразумительного... однако Обри именно для этого тебя и послал, Хайд. По крайней мере, я так понял.
– А ты? Что теперь будешь делать?
– Можно сказать им, что ты от меня ускользнул... не поверил. Сойдет?
– Если сумеешь убедить.
– Попробую. Что еще?
– Если понадобишься, позвоню. А теперь уматывай. И постарайся быть поубедительней, приятель, иначе все мы захлебнемся в дерьме.
Взяв сумку, Хайд пошел прочь. Над самой головой в сторону посадочной полосы с ревом промчался ДС-10. Хайд снова вздрогнул. Они отставали от него всего на шаг... почти сравнялись с ним, вот-вот догонят. Его напористость по отношению к Мэллори, намеренный немногословный цинизм были своего рода игрой, она должна была создать впечатление уверенности, которую он не испытывал. Подойдя к небольшому синему «ниссану», он открыл дверцу и бросил сумку на заднее сиденье. Стоянка наполнялась спешащими людьми. От него потребовалось больших усилий чтобы сесть за баранку.
Место снова стало чужим, враждебным, ощущение одиночества еще более усилилось при виде выезжавшего со стоянки Мэллори. Вспотевшие руки скользили по баранке. Ему не хватало времени... совсем не было времени. Они, вероятно, уже нашли женщину. Если не нашли, то скоро найдут... и вообще, что, черт возьми, она может сделать или доказать, чтобы они оба остались в живых?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73

загрузка...