ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Он даже готов обговорить это чуть позже и уже более конкретно. А потом ещё, пристально взглянув на Магена, спросил:
– Вы ведь, насколько я понял, из "Натив"? Или же все таки из "Русского отдела"? МОССАД ведь, кажется, не занимается операциями в Советском Союзе?
Яков Маген покачал головой и правый угол рта его скептически изогнулся. Действительно, он работал не только в московском посольстве… Служба "Натив" – "путь" в переводе с иврита, была одной из самых молодых израильских спецслужб и подчинялась напрямую премьер-министру. Она была создана для помощи иммигрантам в особо сложных случаях, но в последнее время ее функции были несколько расширены. Но в разведке, как в дипломатии, редко задают прямые вопросы, а ещё реже на них отвечают – даже тогда, когда необходимо проверить степень доверия друг к другу.
– Дело ведь не в этом! – уклончиво ответил Яков Маген. – Средства и методы везде одинаковы… А у нас ведь с вами даже движущие мотивы во многом схожи… Но, скажем, если ваши парни отстаивали демократические ценности где-нибудь в Корее или во Вьетнаме, то мы вынуждены защищаться от тех же МИГов и калашниковых, которыми СССР напичкал арабский мир, как кекс изюмом, на нашей собственной земле… Но знаете… Я не испытываю ненависти к русским… Моё детство прошло в Советском Союзе. Я помню, что остался жив благодаря тому, что меня и мою мать прятали у себя от фашистов простые русские и украинские женщины… Я помню и благодарен им за это… Но! Поверьте мне, я сделаю всё, чтобы Израиль мог чувствовать себя великой и свободной страной… Потому что абсолютно уверен, что здесь единственное место на земле, где слово "еврей" звучит гордо… А кроме того, я хочу, чтобы мои соотечественники, – те, что ещё остались в Союзе, не чувствовали себя людьми второго сорта, и самым подходящим местом для них не была бы автономная область где-нибудь в Сибири…
Вот так тогда ответил Яков Маген… Но теперь, когда обсуждение осталось позади и мелкие волны с тихим хлюпаньем накатывались на берег, а затем смущенно убегали обратно, обо всем об этом можно уже было не вспоминать…
– Господин Маген! – вдруг услышал Маген громкий окрик со стороны берега. – Важное сообщение!
Яков Маген поднял голову и посмотрел с тревогой на лежащего рядом на поверхности плотной густой рапы Моше Лавина.
– Что-то случилось?
– Сейчас узнаем! – ответил тот, глядя как от одного из белых джипов охраны отделился и бежит к берегу агент службы безопасности. Не сговариваясь, они поднялись на ноги и стали, медленно двигаться к берегу. Медленно, вовсе не потому, что не торопились расстаться с приятной негой теплого морского раствора, а потому, что быстро двигаться в густой воде Мертвого моря было опасно – можно запросто упасть, а когда насыщенный соляной раствор попадает в рот, или ещё хуже – в глаза, то удовольствие от купания пропадает начисто, – жжение в глазах тогда такое, что скорее напоминает адовы муки, чем райское наслаждение.
Видя, как израильские коллеги вылезли из воды и быстро проследовали в душевые кабинки, а теперь оживлённо переговаривались между собой, американцы тоже начали осторожно выбираться на берег.
– Что-то важное? – спросил Роберт Мотс, выходя из воды и подходя к Якову Магену.
У Магена был озабоченный вид.
– Ирак начал оккупацию Кувейта! – ответил он скупо.
Второй из американцев – молодой Стивен Крамер, у которого капельки соленого морского раствора блестели тусклыми жемчужинами на поджаром мускулистом теле, многозначительно посмотрел на своего коллегу и бросил небрежно:
– Ну… Теперь это уже не страшно… Десять лет назад это могло быть началом третьей мировой войны, а теперь они опоздали – сейчас русские уже их не поддержат… Им бы со своими бы проблемами разобраться…
Но солидный Роберт Мотс, – с небольшим солидным брюшком, нависающим, над темно-синими плавками и с седыми волосами, прилипшими ко лбу, оказался более осторожным:
– Боюсь, что все гораздо серьезней, Стивен… Ближний Восток стратегически важный для нас район… А экономической блокадой иракского лидера не испугать – как и любой диктатор он никогда не стает считаться с лишениями своего народа, так что заставить уйти его из Кувейта можно только силой… Скорее всего нам придется вступить в войну против Ирака…
Яков Маген, тонко прищурившись, посмотрел на него, словно оценивая серьезность его аргументов, а затем произнес:
– Совсем не хотелось бы чтобы вы оказались правы, мистер Мотс… Но, возможно это так…
Роберт Мотс лишь мрачно улыбнулся в ответ.
– Поэтому думаю, что самое правильное, нам сейчас как можно скорее возвратиться в Штаты… – сказал он.
Вскоре уже белые джипы неслись обратно в сторону Иерусалима.
Ближайший рейс на Нью-Йорк оказался через Мадрид. Яков Маген заказал билеты прямо из автомобиля. Через два с половиной часа американцы, забрав свои вещи из гостиницы, уже были в аэропорту и сдавали на рейс багаж. Перед тем, как попрощаться и пройти к самолету к Якову Магену подошел Стивен Крамер.
– Мистер Маген, – сказал он. – Мне понравилась ваша идея на счет того, чтобы русская культура боролась сама с собой… У меня тут есть одна кандидатура… Как раз под вашу концепцию… Некто Таликов… Если вам это интересно я могу прислать вам кое-что из документов…
– Интересно, мистер Крамер… Интересно… – ответил Яков Маген. – Вышлите мне их по электронной связи…
Они пожали друг другу руки и Крамер с Мотсом направились к самолету.
Когда лайнер с американцами взмыл в небо и, заложив крутой вираж в сторону моря, стал исчезать в небе белой точкой, оставляя за собой рваный ватный след, Лавин и Маген направились обратно к машинам.
– Ну, что ты об этом думаешь? – спросил на ходу Маген своего коллегу.
– Ты о встрече? – поинтересовался Лавин.
– И об операции тоже…
Они сели в автомобиль и джипы, резко сорвавшись с места, покатили по широкому шоссе, в противоположную сторону от аэропорта имени Бен-Гуриона.
– Ну… – задумчиво протянул Лавин. – В ЦРУ работают толковые специалисты… Но, как говорится, парни себе на уме…. У нас, конечно, общие цели в России, но ясно, что они постараются перетянуть одеяло на себя… Хотя… Нам в любом случае выгодно это сотрудничество… Зная их планы, нам легче будет планировать и свою деятельность… А работы сейчас, похоже, прибавится…
В этот момент автомобили свернули к пригороду Тель-Авива и быстро понеслись по небольшой, неприметной дороге к месту, где находилась резиденция израильской разведки.

Московский международный аэропорт гудел словно разбуженный улей. Построенный когда-то по немецкому проекту немецкими же строителями, из современного аэровокзала, который задумывался, как показательные ворота в Советский Союз, он превратился в грязный терминал, не справляющийся с огромным наплывом приезжающих и отъезжающих… Сейчас обшарпанные урны, стоящие у дверей, были переполнены мусором, а на грязном полу перекатывались бутылки из под пива и "Кока-колы". Рядом валялись грязные салфетки, пустые пакеты из-под чипсов и обертки от импортных шоколадок.
Службы аэропорта ещё не успели наладить регулярные зарубежные рейсы, поэтому с перелетами были перебои. Люди, возмущаясь и теснясь в переполненных залах ожидания, ждали рейсов иногда по несколько суток, некоторые сидели и спали прямо на расстеленных на полу газетах… По зданию аэровокзала сновали помятые челночники с громадными баулами, набитыми китайским и турецким ширпотребом, немцы из Поволжья и Средней Азии, навсегда покидающие Союз, а так же новые русские коммерсанты, отправляющиеся заграницу налаживать деловые контакты.
Российская делегация во главе с Бельциным прибыла в аэропорт и стояла в очереди к пропускному пункту вместе с другими пассажирами рейсом Москва – Нью-Йорк. Улетающие с удивлением наблюдали за рослым, хмурым президентом России, стоящим среди окружавших его сопровождающих лиц. В здании было душно, запахи пищи, человеческого пота смешивались в стойкий, густой аромат, превращая ожидание в тяжелую и неприятную процедуру. Бельцин, похоже впервые за несколько лет оказался в столь непрезентабельной обстановке.
– Владимир Николаевич, может в депутатский зал пойдем? – осторожно подошел к нему начальник службы безопасности Кожухов.
– Нет! Будем стоять как все! – ответил Бельцин и только плотнее сжал упрямые тонкие губы.
Очередь медленно двигалась. Наконец делегация прошла через таможенный контроль и смогла занять места в салоне самолета. Бельцин занял своё место рядом с проходом, снял плащ, забросил его на полку и облегченно вытянул ноги. Самолет вздрогнув длинным дюралевым фюзеляжем, вырулил на взлетную полосу, затем разбежался и круто взмыл в небо… До посадки в соединенных Штатах оставалось еще девять часов полета.
Когда лайнер лег на заданный курс длинноногая стюардесса прошла между рядами, предлагая пассажирам напитки и журналы. Бельцин заказал себе виски и с удовольствием его выпил. Обжигающая жидкость разгладила морщины на его лице, расслабила спазмы, мягко сняла накопившееся за время ожидания в аэропорту напряжение и Бельцин потихоньку задремал.
В Нью-Йорк они прибыли ночью. Встречал делегацию Джим Беррингс – директор института "Виссален", несколько конгрессменов и Джек Андерсон, знакомый Чугая.
Прямо в аэропорту Джим Беррингс, со своей удивительной привычкой никогда не смотреть собеседнику в глаза, сообщил Бельцину, что хотя сроки поездки сжаты, устроители решили не менять программу, а только сжать план мероприятий.
– Мистер Бельцин, ваш визит станет центральным событием в политической жизни Америки на этой неделе! – с патетикой заявил он, глядя куда-то в пространство за спину Бельцина. – За восемь дней необходимо будет посетить девять городов, в том числе Нью-Йорк, Бостон, Вашингтон, Чикаго, Сан-Франциско и Лос-Анджелес. Каждое ваше выступление будет оплачиваться из размера 25 тысяч долларов.
Видя, что Бельцин, несмотря на длительный перелет, находится в бодром расположении духа, Беррингс решил сразу же, пользуясь моментом, начать знакомить его с программой визита на завтрашний день. Он вытащил из атташе-кейса переведенный на русский язык план мероприятий и подсунул его Бельцину. Бельцин неторопливо взял листок и внимательно пробежал его глазами. Программа содержала две деловые встречи, три интервью, экскурсию по Нью-Йорку и две лекции. Начиналось все в семь утра, заканчивались ближе к полуночи…
Бельцин свернул листок трубочкой и передал его стоящему рядом Чугаю.
– Я конечно, слышал об империалистической эксплуатации! – произнес он добродушно. – Но не как не думал, что она коснется и меня!
Сказал он это просто, без укора, словно радостно удивясь… Джим Беррингс тоже улыбнулся и впервые за время встречи сфокусировал свой взгляд на Бельцине. Незатейливая шутка российского президента как-то сама собой растопила официальную, натянутую атмосферу встречи, и прилетевшие и встречающие стали оживленно переговариваться.
– А когда я смогу встретится с президентом Соединенных Штатов? – посерьезневшим тоном спросил у Беррингса Бельцин, почувствовав, что холодный лед официоза растаял.
Беррингс перестал улыбаться и глаза его стали опять косить куда-то в пустое пространство.
– Сейчас этот вопрос находится в стадии согласования, но думаю ближе к концу визита…-сказал он.
– Надо постараться сделать это в начале или в крайнем случае в середине поездки! – произнес Бельцин упрямо.
Оказавшись в номере гостиницы, спать из-за разницы часовых поясов Бельцин не смог. Проворочавшись бестолку пару часов в постели, он встал, нашел в баре печенье и бутылку виски "Джек Дэниел" и устроился у телевизора. Откупорив квадратную бутылку, он налил себе полстакана золотистой, с привкусом можжевельника жидкости и стал переключать дистанционным пультом каналы. На экране в бесконечном хороводе замелькали сводки новостей, спортивные матчи, вестерны и пестрые бродвейские шоу.
К утру бутылка была пуста. Бельцин так и не заснул, – просидел всю ночь у телевизора, переключая ночные программы, но день, как и было запланировано, начал рано утром с интервью центральной нью-йоркской газете. Бессонную ночь выдавали лишь его слегка покрасневшие глаза, да густой запах жевательной резинки изо рта, которой он сжевал целых две пачки, чтобы заглушить запах алкоголя.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86

загрузка...