ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Ты настоящий, Таль?
И с огромной радостью выслушал ответ:
— Конечно же, я настоящий, Деа.
— Но ты прозрачен, я вижу сквозь тебя.
— Друг, от этого я не менее настоящий. — Таль взмыл вверх, пролетел сквозь ствол дерева. — Разве тебе не хочется стать таким, как я? Разве то вещество, из которого я состою, не лучше скучной, тяжелой плоти, из которой состоишь ты? Друг, подумай, как мы могли бы смеяться, как могли бы играть, если бы оба были такими, как я. Подумай об этом, друг!
— Но Таль, я должен жениться! Я должен стать мужчиной!
Таль рассмеялся.
— Друг, ты никогда не женишься!
— Никогда, Таль? Ты точно знаешь?
— Как же ты можешь жениться, если мы с тобой должны играть?
С этими словами Таль улыбнулся и полетел прочь, словно спрут в воде, а его высокий, худощавый друг рассмеялся и бросился следом за ним. Как весело они резвились посреди темных рощ и гротов, между изгородей и на просторных газонах. Они танцевали, догоняли друг дружку, вертелись и крутились, кувыркались и хохотали, озаренные луной! И как грустно стало Деа, когда Таль сказал, что ему пора уходить!
— Возвращайся, Деа, — сказал юноша-призрак. — Приходи завтра ночью, и мы снова будем играть.
— Ты будешь здесь, Таль?
— Я всегда буду здесь, Деа, а скоро, очень скоро и ты будешь здесь. Мы навсегда останемся юными, Деа, и тогда никто не найдет нас и никто не сможет причинить нам зла.
Деа, обхватив себя руками, спустился по лестнице, мечтая только о том, чтобы поскорее свершилась его прекрасная судьба.
Глава 59
ТАНЕЦ У ФОНТАНА
— Милая? Милая моя девочка, куда ты ушла?
С сердцем, учащенно бьющимся от радости, Прыщавый бежал по саду, топая по фиалкам и тысячелистнику, лавсониям и колокольчикам, роскошным маргариткам. Жаркий воздух казался жидким. Воздух наполняли ароматы цветов и птичьи трели. Разве был он когда-нибудь так счастлив? Теперь ему нужно было только снова разыскать девушку. Проснувшись и обнаружив, что ее нет рядом с ним, Прыщавый решил, что она от него убежала, но тут же счел, что это невозможно. Никогда! Его милая просто надумала поиграть с ним, вот и все. А может быть, она попросту была стеснительна. Но ведь и он тоже был сильно смущен. Прошедшая ночь была первой для них обоих. Но какая была ночь!
— Милая! Милая? Я найду тебя, не бойся!
Прыщавый повернул и выбежал к фонтану — странной скульптуре, изображавшей язык пламени. Он перегнулся через бортик чаши и собрался попить, но замер, глядя на свое отражение, мерцающее на поверхности прохладной чистой воды. Со времени своего чудесного преображения Прыщавый то и дело вертелся перед зеркалом в своих покоях, не в силах налюбоваться на свою новообретенную красоту. Его охватила неземная радость, и он заплясал вокруг фонтана, а потом в изнеможении рухнул на усыпанную лепестками землю.
Прыщавый был одет в легкий халат из тончайшего шелка, подпоясанный шнуром. Пока он бежал, полы халата распахнулись, и теперь юноша медленно провел руками по нежной коже на груди и блаженно вздохнул. Сладкая дрожь желания объяла его. Он вновь вспомнил о прекрасных мгновениях любви. О, его ожидало еще много, много таких мгновений! Никогда, никогда он не верил в такое счастье. Он был мужчиной. И его любила прекрасная женщина. Он шептал и шептал ее имя.
Вдруг где-то неподалеку послышался собачий лай.
Прыщавый поднял голову. Пес по кличке Радуга бежал по саду. Прыщавый смотрел на собаку с неудовольствием. В прежней жизни он любил собак — обычных лохматых дворняг, но этот разноцветный зверь вызывал у него тревогу и неприязнь. Радуга остановился у фонтана и опасливо глянул на Прыщавого. Но вот он залаял снова, и послышались чьи-то торопливые шаги.
— Радуга! — Это был голос Малявки. — Я знал, что ты его разыщешь!
Прыщавый поднялся с земли. Оказывается, к фонтану явился не только Малявка. Следом за ним шли Джем и Дона Бела. Что произошло? Прыщавый, инстинктивно ища защиты, шагнул к своей возлюбленной. Та отшатнулась от него и прикрыла рукой глаза.
— Милая? Милая! — Прыщавый резко развернулся к Джему. — Что ты с ней сделал?
— Прыщавый, — негромко проговорил Джем. — Ты бы на себя посмотрел.
Прыщавый проворно запахнул халат, но все успели увидеть его обнаженное тело. Прыщавый заметил, что они смущены, но настоящей причины их смущения, конечно, не понял. Вдруг он нагло распахнул полы халата, сорвал его с себя и швырнул в кусты. Дона Бела не выдержала и разрыдалась, Малявка отвернулся, Радуга попятился. Только Джем сохранил самообладание, глядя на урода, стоявшего перед ними. Красные гнойные нарывы покрывали тело Прыщавого, его кисти и ступни были все в кровавых расчесах, суставы распухли, но самой отвратительной была лиловая сморщенная трубка, торчащая посреди огненно-алого кольца прыщей между ног уродца.
Прыщавый ухмыльнулся, обнажив зеленые зубы.
— Я изменился, не так ли? Все дело в этом мире, понимаете? О, я никогда не покину этот прекрасный мир, никогда! — Он шагнул к своей любимой, но Джем загородил ему дорогу. Прыщавый выгнул шею и проговорил хриплым, надтреснутым голосом: — Милая? Это все господин Джем, да? Что он сделал с тобой? Он что-то сделал, верно? — Он протянул к девушке руки. — Милая, иди ко мне! Милая, разве ты не помнишь, что было ночью?
Джем мягко проговорил:
— Прыщавый, ночью ничего не было.
— Откуда тебе знать? — вспылил Прыщавый. — Что ты болтаешь? — Он бросился вперед и, рассвирепев, стукнул Джема в грудь. В следующее мгновение они уже катались по земле и дрались.
— О, хватит, перестаньте! — вскричала Дона Бела.
Малявка попробовал вмешаться и разнять дерущихся, но у него ничего не вышло. Радуга разлаялся и стал бегать вокруг фонтана.
Джем тяжело дышал, отбивая атаки Прыщавого. В ярости бывший корабельный буфетчик обрел силу.
Прыщавый положил Джема на лопатки. Джем вывернулся.
Прыщавый размахнулся, сжав кулак.
— Нет! — Джем вырвался.
Удар пришелся в бортик чаши фонтана. Схватив обнаженного Прыщавого за шею, Джем приподнял его над замшелым бортиком и грубо — потому что иначе было нельзя — пригнул его лицо к воде.
— Прыщавый, неужели ты не понимаешь? Это все тебе снилось. Это все происки Альморана, не более того!
— Ты лжешь! Я красивый, красивый!
— Прыщавый, очнись! Смирись с суровой правдой! Неужели ты не понимаешь, что Альморан жестоко обманул тебя?
Прыщавый закричал, вырвался из рук Джема, но на этот раз в драку не полез, а без сил рухнул на землю около фонтана. Им овладели злоба и стыд, и казалось, жизнь покинула его. Глаза юноши наполнились слезами, он разрыдался. Нарывы на его лице и шее прорвались, из них потек густой зеленоватый гной.
Неожиданно послышался ласковый голосок:
— Господин, похоже, ты сильно удручен. Наверняка уж теперь-то у тебя есть какое-то ЖЕЛАНИЕ?
— Убирайся! — простонал Прыщавый. — Убирайся, уходи прочь!
Джинн насмешливо-снисходительно улыбнулся, восседая на парящем неподалеку ковре-самолете. Джем обратился к Прыщавому негромко, заботливо. Но Прыщавый сейчас нуждался не в заботе.
— Прыщавый, пожалуйста. Ты должен послушать.
— Слушать? Тебя?
— Мы все в страшной опасности. Весь мир — в страшной опасности. Ты ведь знал, что у меня — очень важное дело, можно сказать — миссия? Неужели ты не понимаешь, что мы должны бежать из этого мира? Мы должны попасть в Священный Город, и как можно скорее. Медлить нельзя. Прыщавый, ты должен помочь нам. Ты должен использовать свое последнее желание.
— О-о-о, да, да, господин, ЖЕЛАНИЕ, ЖЕЛАНИЕ! — Джафир вожделенно потер руки. Он слез с коврика и уселся на бортик чаши фонтана, рядышком с плечом горько рыдающего юноши. Джинн наклонился и прошептал в испещренное нарывами ухо: — Эй, господин... ЖЕЛАНИЕ, ЖЕЛАНИЕ! Я жду!
Джем сердито прошипел:
— Оставь нас!
— Хо! — удивленно воскликнул джинн. — Право же, эджландец, ты непоследователен! Я решил, что я-то вам и нужен. Не помешало бы обращаться со мной более уважительно, а? — Толстячок не сдвинулся с места. Он едва сдерживал волнение, но все же изобразил улыбку и принялся сосредоточенно разглядывать собственные ногти.
Прыщавый обреченно рыдал, закрыв лицо ладонями. Джем осторожно развел его руки в сторону, серьезно взглянул в покрасневшие глаза.
— Прыщавый, послушай! Ты — единственный, кто может нам помочь. Как ты не понимаешь? Альморан поймал нас в ловушку, он взял нас в плен. С каждым днем, с каждым пиршеством, с каждым ночным сном он порабощает нас все сильнее, все крепче привязывает нас к своему миру. Если мы останемся здесь, мы будем заперты в вечной тюрьме, а Альморан будет жить и жить своей жизнью, полной наслаждений, и принцесса станет его женой!
Прыщавый на миг перестал рыдать.
— При... принцесса? Ты лжешь! Альморан сказал...
Дона Бела наклонилась и взяла воспаленную руку Прыщавого в ладони. Она глубоко вздохнула и произнесла:
— Прыщавый...
— Прыщавый? Ночью ты называла меня Джорвелом!
Дона Бела снова глубоко вздохнула и опустила глаза.
— Джорвел... Джем говорит правду. Ночью... ничего не было. Это все было сном... Колдовством Альморана. Прости, Джорвел.
— Нет! — Прыщавый вырвал руку, скорчился, завыл, как зверь, а потом начал жалобно хныкать.
— Только сон, и все? Ой-ой-ой! — поцокал языком джинн. — А может быть, мой господин, вам бы хотелось снова увидеть сон? Или лучше сказать так: может быть, ты этого ЖЕЛАЕШЬ?
— Прекрати! — процедил сквозь зубы Джем.
— Ну, ну, поуважительнее!
Малявка опустился на колени рядом с бывшим буфетчиком. Он, чуть не плача, затараторил:
— Прыщавый, ты ведь раньше был так добр ко мне. Я знаю, что у тебя доброе сердце. Джем прав. Скажи свое желание, Прыщавый. Перенеси нас в Каль-Терон. Разве ты не понимаешь? Ты ведь станешь самым настоящим героем!
Малявка протянул руку и был готов погладить плечо друга, но Прыщавый свирепо отшвырнул малыша прочь. Он вдруг снова разъярился и резко вскочил. Принцесса и Джем в страхе попятились. Радуга, угрожающе рыча, бросился на выручку к Малявке. Джафир от испуга шлепнулся в фонтан.
— Героем? Стать героем? — визгливо кричал обнаженный уродец. — На что мне это сдалось — быть героем? Что мне делать в вашем Каль-Тероне? Что мне за дело до твоей дурацкой миссии? Вы все просите, чтобы я вас понял! А вы-то как не поймете, что я здесь счастлив? Счастлив — впервые в жизни! Я был красив! Меня любили! А вы все разрушили, все испортили, все! Я ненавижу вас! Я вас всех ненавижу! — У него сорвался голос, он отвернулся и в сердцах ударил кулаком по каменному бортику. Из разбитых костяшек побежала кровь.
— Прыщавый, перестань! Прыщавый, не мучай себя! — Джем схватил юношу за руку в то мгновение, когда тот вновь собрался ударить ею по камню.
Прыщавый развернулся к нему.
— Не трогай меня! Любимчик Эмпстера, что ты знаешь о муках? — Прыщавый злобно отшвырнул от себя Джема. — Напыщенный, самодовольный ублюдок! Тебя я больше всех ненавижу. Я желаю, чтобы ты оказался в Каль-Тероне. Я желаю... желаю...
Прыщавый пожелал бы, чтобы Джем оказался где угодно, только не здесь — посреди пустыни, на дне моря, в Царстве Небытия, где бы ему были суждены жуткие пытки. Но на это не было времени, а еще вернее — в этом уже не было нужды. Словно чертик из табакерки, джинн вынырнул из воды и принялся приплясывать на бортике и хохотать.
— Свобода! Наконец — свобода!
Взрыв сотряс воздух, и Фонтан Пламени разлетелся на куски. Во все стороны полетели брызги и осколки камня. Откуда-то повалил дым. Джем на миг ослеп и упал — но не на землю.
— Принцесса! Малявка! Где вы?
И тут Джем понял, что поднимается в воздух. Он стоял на ковре, а принцесса, Малявка и Радуга пытались присоединиться к нему. Задыхаясь от дыма, они хватались за края ковра. Сначала с воем соскользнул Радуга, потом Прыщавый свирепо отбросил в сторону Малявку.
Дона Бела закричала.
Прыщавый крепко обхватил ее руками, потянул к себе.
— Прыщавый, нет!
— Прыщавый, пожалуйста! — вскрикнул Малявка.
— Ты не заберешь ее, не заберешь!
— Прыщавый, не делай глупостей!
— Она моя! Она моя милая! Она принадлежит мне!
Джем в отчаянии сжал руку Доны Бела, но на этот раз бывший буфетчик оказался слишком силен.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102

загрузка...