ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Покурим, и я пойду, – сказал Сашок. – Поезд есть вечером. Позвони через неделю.
«Жигули» отремонтировали и переоформили.
– Первая машина у тебя, что ли? – ругался бывший хозяин. – Права вроде многолетние. Новую коробку запорешь!
Они ехали по поселку.
– Первая, – с усмешкой признался Коля. – Ирония судьбы. Десять раз мог иномарку завести, все чего-то ждал. Чужие водил. На «Конкорде» носился.
– Не загибаешь, морячок?
Коля удивленно обернулся.
– Насчет «Конкорда»? – уточнил Владимир. – Дипломатом, что ли, работал?! Не похож ты и на казнокрада. Вроде наш, трудовой человек.
Коля посмотрел в лицо работяги. В насмешливом взгляде просвечивалась пролетарская злоба.
Коля спохватился.
– Загибаю. К коробке передач завтра привыкну. За мной бутылка. Обмываем вечером?
– Само собой! Чего на закуску заказать Ирке? Тушеное мясо, пельмени?
– Не хлопочите. Я зайду в кулинарию, возьму закуски, посидим, как полагается.
– Мне в любом случае надо жратву с выпивкой запасти. У мальца день рождения – повод! В воскресенье кореши соберутся. Им пара бутылок – комариный укус для носорога.
– Чем занимаетесь? – безразлично спросил Коля.
– В исполкоме – охрана. Захочешь, смогу порекомендовать. На флоте стрелять научили?
– Научили, – соврал Коля и насторожился.
Утром озабоченный Коля с сумкой на сиденье ехал по Москве.
– Разговорился, не узнав с кем! – бормотал он себе под нос.
Остановился у банка. Засунул карточку в автомат и снял деньги. Затем он припарковался у Киевского вокзала, надергал со столбов и стен объявления. Уткнулся в телефон-автомат на пустынной улице, чтоб не беспокоили, и сделал несколько звонков. Последний оказался удачным.
– Если я зиму буду сторожить? – спросил женщину, сдающую дачу. – Заплачу вперед!
– Приезжайте, – ответил слегка картавящий голос. – Я жду вас в воскресенье, часов с двенадцати. Раньше я не доберусь.
– Обязательно приеду! – почти крикнул Коля в трубку.
…В воскресенье он прибыл в поселок под названием Лесной. Название поселок оправдывал. Старые деревянные дома скрывались за зелеными заборами среди деревьев. Хозяйка, худенькая старушка, привезла творожники с вареньем и грибной суп в литровой банке. Ждала Колю за столом.
– Если вы соглашаетесь минимум на полгода, мне выгодно. Для меня сто долларов в месяц – целый капитал, – сказала она простодушно. – Другим кандидатам на лето я откажу.
– Я согласен. Хочу отдохнуть после морей и океанов. Снега в глаза сто лет не видел.
– Тут лыжи в кладовке найдете. Эти дома после войны для крупных военных строили. Ростика, покойного, за операцию в Англии наградили. Сейчас большинство померли. Многие дети приватизировали дома и продали.
– Почему вы не продали? Вот вам и капитал.
– Не могу. Тут все родное. Пусть дочка с сыном… Как захотят, так и сделают.
Она погладила рукой по крышке дубового стола, и на глаза навернулась слеза. Коля посмотрел на черный телефон старой конструкции с трубкой на шнуре и отвлек женщину от воспоминаний:
– Работает?
– Я включила для вас. Будем держать связь.
– Почту приносят?
– Да. Кое-кто живет в домах постоянно. Закончите кушать, посмотрим дом. Выберете комнатку. Хотите – живите в домике для гостей. Он у нас зимний, но надо топить дровами.
– Да, в таком домике для меня лучше.
– И мне выгодней. Не будет жрать электричество вся эта махина. Вы с какого числа поселитесь?
– Если возможно, я сегодня останусь.
– Хорошо, – заулыбалась женщина. – Только…
Коля полез за бумажником, вынул деньги.
– Нет. Я понимаю, вы заплатите. Мне надо в комендатуре поселка предупредить… – Она опять замялась и заговорила нерешительно: – Не будете против, если я скажу, что сторожем вас наняла. На такой большой срок… Я – пенсионерка. Дополнительный доход получается. Стало строго. Все время бумажки присылают. Не умею я с ними крутиться.
– Конечно, не против! – обрадовался Коля. – Официально мне лучше. Можем даже договор оформить, у меня паспорт с собой.
– Нет, договор не нужен. Я вас зарегистрирую, и все, чтобы милиция не придиралась. Милиционеры знаете, что делают? Хватают приезжих в кутузку и деньги пару дней вымогают, пока разбираются.
Коля поднялся.
– Дом я не показала, – забеспокоилась женщина, вынимая кольцо с ключами.
– Сам разберусь. В комендатуру сейчас подскочим, потом я вас на станцию подброшу.
– Если замерзнете, в кладовке одежда Ростика осталась. Можете воспользоваться. Та, что на память, я увезла.
…Вернувшись со станции, Коля накрутил диск черного телефона бывшим хозяевам в Мытищах.
– Опаздываешь! За столом народ, – сообщил Владимир.
– Друг меня к себе тащит. Я махну к нему. В машину я «девяносто третий» бензин лью, несмотря на твои приспособления. Работает как зверь. Думаю, до Курска добежит.
– Добежит и прибежит, гарантирую.
– Если я там приживусь, через неделю распоряжайся комнатой. Извини за беспокойство, – сказал Коля и вспомнил: – Да, я там для твоего мальца очки на окне оставил. Мой подарок.
– Спасибо! Стол хорош. Баранью ногу Ирка нашпиговала. Может, подскочите с другом?
– На что потом мы будем годны! – засмеялся Коля. – Всем привет!
Старушка, зарегистрировав его, оградила Колю от многих проблем, и он испытал почти безумную радость. Довольный, покатил по Москве, готовясь к долгому добровольному заточению. Ехал расслабленно. Законный житель страны. Морячок на стареньком «жигуленке» – привычная картинка. Ощутил забытое существование – в кармане была бумажка: паспорт находится на регистрации по точно указанному адресу. Он кивнул гаишнику, остановившемуся на светофоре к «Жигулям» борт в борт и смотрящим на него. Гаишник ответил. Улыбаясь, Коля понесся вперед.
Продуктовый магазин, куда Коля вошел, мог бы конкурировать с выставкой продуктов. Он набрал полную корзинку и подкатил к стойке с кассами. На его невезение, кассирша, отпустив покупателя, возилась с кассовым аппаратом. Никак не вылезала у нее бумажная ленточка. Она отщелкнула крышечку и ковырялась внутри, виновато поглядывая на Колю. Но настроение у него было хорошее, он терпеливо ждал, в свою очередь посматривая на девушку. Та выглядела привлекательно. Из-под кокошника торговой фирмы выбилась прядь русых волос и мешала ей. Она постоянно ее отдувала. Уловив на себе его взгляд, в упор посмотрела на Колю.
– Давайте рассказывайте, что за границей видели, – сказала кассирша.
Коля вытаращил глаза.
– Почему вы решили, что я из-за границы приехал?
– У вас сзади, из-под тельняшки, ярлык иностранный торчит.
Он провел рукой по шее, обнаружил твердый лейбл и заправил внутрь.
– Вам надо следователем быть. На чистую воду народ выводить.
– Я на бизнес-отделении учусь. Самое перспективное. Так, рассказывайте.
– В Австралии кенгуру живут.
Она расхохоталась. Бумажка у нее из аппарата наконец вылезла.
– Уникальная информация! – сказала она весело. – Выкладывайте продукты на ленту. Что у вас?
…Коля сложил продукты в багажник. Мимо окна пролетал стадион Лужники. Плакат объявлял межобластные соревнования. Сердце екнуло ностальгией. Коля притормозил, прошел в здание.
– Курское какое-нибудь общество участвует, не знаешь? – спросил охранника.
– Пройди по этажу до буфета. Там штаб соревнований.
Коля двинулся в указанном направлении. Несколько вопросов разным людям, несколько разных комнат, наконец конкретный разговор.
– Вячеслав Николаич? – напрягала лоб спортсменка.
– Да, – помогал ей морщить лоб Коля, – на мотоцикле всегда ездил.
– «Гонщик!» – Она облегчилась от напряжения. – Команда из Обояни! Тренер на мотоцикле.
«Гонщик» сидел в буфете, доедал фрикадельки. Увидев Колю, поднялся, обнял.
– Двадцать седьмой! – выпалил, не поздоровавшись.
– Что – двадцать седьмой?
– Никогда не думал, – сказал бывший Колин тренер, – что родственными душами обрасту. Давно спорт забросили, а все появляются ребятишки, пишут, подарки присылают. Стал считать вас по мере поступления. – Он засмеялся, довольный. – Давай хоть по компоту! – Побежал, притащил с прилавка буфета вишневый компот в бокалах. Они чокнулись, попили. – Неудачно тут встречаться, в буфете-то. К нам собираешься?
– Хотел было. Я – проездом, не успеваю. Увидел плакат, зашел на бум.
– Правильно! Видишь, как жизнь пошла! – вдруг резко сменил тему физрук. – Сегодня фарцовщик и спекулянт – главные люди в стране. Во Жилин твой – как развернулся!
– А что Сашок?
– Как – что?! Новый дом построил. Мясной магазин имеет. Деньжищи как-то собрал, теперь с женой дивиденды снимают.
– Не говорил он мне. Я звонил. – Коля в догадке нахмурился.
– Боится по телефону рассказывать. Кто бизнес имеет, боятся кто чего. Давай вот что. Найди время хоть когда и приезжай. – Он полез в карман, вытянул пачку слипшихся от крошек визиток, отлепил одну, протянул. – Мне тут карточки изготовили. Все международный класс стало. Хорошо, что разыскал. Тут черт голову потеряет. Совещание в другом конце стадиона. Хоть транспорт раскочегаривай.
– Вас по мотоциклу и нашел, – улыбнулся Коля.
– Привык. В моем возрасте надо бы на машину пересесть. Все никак капитал не сложу. Сообщай о жизни.
«Кинул, значит, Сашок! – покидая стадион, разговаривал сам с собой Коля. – Комедию ломал. Почему я не увез все деньги? – терзал он себя. – Так просто оказалось. Вот она, темнота!»
– Возьми футболки «Спартака» по дешевке, – услышал он голос со стороны.
Из-под козырька магазинчика, торгующего спортивной разносортицей и сувенирами, на него смотрел парень.
– Распродаю. Отыграются они, увидишь. Свое возьмут!
Коля отмахнулся, но, увидев светящиеся золотым блеском кубки, о которых в детстве мечтал, подошел. Пощупал для приличия майки и увидел другие, более дорогие.
– Там что у тебя? – указал пальцем.
– Футболки мировых чемпионов – бразильцев, англичан, немцев. Но дешево не отдам.
– Мадридский «Реал» есть?
– Должен быть. – Продавец порылся и протянул белую футболку с надписью.
– Возьму, – сказал Коля, расплатился и пошел на выход.
…Свернув с шоссе в Лесной, Коля докатил до почты. Две женщины находились в пустующем помещении за стеклом и занимались, судя по их лицам, какой-то скучной работой.
Желая наладить контакт, он нагнулся к окошку:
– Я тут новый житель. Организовываю СП. Если придет конверт из Америки, прошу всех – отнеситесь внимательно. Очень важный пакет! За мной премия.
– У нас письма не пропадают, – сказала старшая, в белой кофточке со скрученными волосами в булку «хала» на голове. – Иваныч сорок лет работает, письма не терял.
– Как фамилия? – спросила более молодая, полненькая блондинка в голубом с цветами платочке.
Она стояла у шкафа, раскладывая открытки.
– Ма… – Коля запнулся. – Ма… – проглотил слово.
– А как мама назвала заику? – рассмеялась девица в платочке и стрельнула на Колю голубыми глазами.
– Коля, – сказал Мавроди и наконец нашелся: – «Эсмеральдов и K°». Так, скорее всего, будет написано.
– Не волнуйся, Коля, – сказала голубоглазая пышка, – запомним. – Ты у нас первая «Ко».
Она продолжала улыбаться. Блондинка понравилась.
– Какую бы газетку у вас выписать?
– Тебе без «Коммерсанта» не жить! – быстренько протянула она форму и каталог газет. Подписка была в ее ведении.
Коля выписал «Коммерсант» на фамилию «Эсмеральдов».
Вернувшись в Лесной и разбираясь в связке ключей на кольце, Коля обошел дачное хозяйство. Открыл гараж, загнал «Жигули».
В комнатах мебель отдыхала под старыми простынями. В стенах торчали гвозди от картин, на потолке – концы проводов для люстр. Все, что можно унести, было увезено. На кухне, на полке, он нашел разрозненную посуду.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72

загрузка...