ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

! – удивился Коля. – Столько времени потратили, чтоб тебя оженить! Ты чуть не погиб среди акул!
Кимбл странно засмеялся. Коля не понял смех, забалагурил.
– Поедешь в Белоруссию. Откроешь контору для желающих выехать в Штаты. Сделаешь большие бабки. Там народу недовольного собралось, жуть!
– Ник, – прервал его Кимбл. – Минуту разговора всерьез, можешь?
– Могу, если надо.
– Жениться я не собирался. Если ты желаешь обеспечить свое будущее, придется сблизиться с Клавдией. Я намекнул, что ты мечтаешь ее трахнуть.
Объявили посадку на рейс «Майами – Нью-Йорк». Коля из слов шефа ничего не понял. Он поднял сумку и продолжал «не серьезничать».
– Так ты ей «мэйк лов» со мной предлагал! – засмеялся он.
– Знай я, что ты рисковый парень, не было бы такой канители, сразу бы дело начали.
– Какое дело, Уоррен? – «отрезвел» Коля и собрал брови.
Кимбл посмотрел ему в глаза.
– Не хочу заранее забивать тебе голову. Лети. Разберешься с ситуацией в суде, поговорим.

Глава девятая
Дело на миллион

Журнал «Тайм» сообщил об аресте пятисот тридцати двух человек. Агент ФБР в Нью-Йорке Льюис Шлирио итожил в интервью: «Если бы мы решили проблему мошенничества в здравоохранении, то могли бы заплатить весь национальный долг…»
Шла операция силами ФБР, полиции, следственных органов – всей мощи карательного механизма США – под кодовым названием «Ворота». Русское сообщество вырастило своих «героев». Следователи вели «беседы» с высокообразованными «специалистами» в медицине – Кисловским, Блекманом, Мухровским, адвокатами и автомастерами.
Коле пришлось здорово попотеть, выкручиваясь на допросах. Провидение его спасло. Оставшись вкладчиком, уголовно-наказуемых действий не совершал, о преступных намерениях представления не имел. Вернулся на службу в страховую компанию потрепанный, но страхи в голове улеглись.
Кимбл улыбался:
– Перепугали «законопослушного». Ничего. Теперь – во всеоружии. Вот, возьми. – Он протянул конвертик. – Сестры ключи от дома оставили. В поездку по стране уехали. Дом у тебя временно появился. Поживи в удовольствие.
– Что ты мне сказал перед отлетом? Какое дело? – спросил Коля, забирая ключи.
– Дело не хитрое, но хлопотное. – Кимбл отключил работавший компьютер. – Давай пройдемся. – Устроившись за столиком любимого бара, он доверительно заговорил: – Много людей умирает, не застраховав свою жизнь, и в результе их дети не получают хорошие деньги. Убедить таких людей застраховаться – пуд соли надо съесть. Естественно, никто близкой смерти себе не желает. Случится она, поздно становится. – Он глянул на Колю. – Почему бы ничейные деньги беспечных людей нам самим не получать?
– Можно, наверно, – согласился тот. – Но как? Надо завещание иметь.
– Правильно. Сотни людей за год проходят через нашу контору. У многих денежных мешков наследников нет, или богатеи с ними в бесповоротной ссоре. Можно выбрать кандидатуры. Дальше – от тебя зависит, как с человеком поработаешь. Хочешь помогай, хочешь ухаживай, хочешь обманывай. В любом случае – безбедное будущее тебе обеспечено.
– Так это когда будет! – сказал Коля и, взглянув на Кимбла, спросил: – «Мамулька» голубоглазая из тех, кто тебе безбедное будущее «зарабатывает»?
Кимбл обозлился, посмотрел исподлобья:
– Уверен, ты умеешь держать язык за зубами. Так держи.
– Извиняюсь. – Коля втянул голову в плечи, как петух на насесте. – Но пока завещатели живут-поживают, мы на китайской кухне истощимся и «будущим» в полную меру не воспользуемся. Я вижу, ты тоже без нормальных денег сидишь.
– Я сообразил, как деньги можно приблизить, Ник, потому и говорю с тобой.
Коля притих и вылупил глаза.
– Ты что?! «Мамульку» жизни лишить! Ты не по адресу обратился.
– Мой Бог! – воскликнул Кимбл. – Я желаю им всем здоровья, помогаю беречь себя. Свят! Свят!
Он замолчал, попил сухого вина.
– Говори прямо, – сказал Коля. – Что надо делать?
– Клавдию застраховать.
– Зачем?!
– В Восточной Европе беспредел. Клавдия уезжает в Белоруссию. Мы пошлем ей закрытие страховки. Зачем она в Белоруссии? Но будем продолжать платить за нее взносы, пока ты не достанешь свидетельство о смерти. Даже если Клавдия опять соберется в Америку, кто и где ее будет идентифицировать? Миллион долларов, Ник! Конечно, вычеты в любом случае, но половина на каждого – деньги! А если ты еще какие-нибудь кандидатуры подготовишь…
От предложения Кимбла Коля задохнулся. Пробежала мысль полететь в Белоруссию самому. Подумав, отбросил. «Знакомых там нет. Сашок лучше справится!» Снова вспыхнула надежда на создание салона.
– За натуральную справку придется платить и немало, – сказал он. – Денег на оплату работы там у меня нет. Сгорели в Нью-Йорке, ты знаешь.
– Сколько надо?
– Выясню. Но тысяч тридцать как минимум. А то и все пятьдесят. Начнем с тридцати.
– Такое вложение, Ник, чепуха! Я заплачу, потом рассчитаемся.
– Забыли самое главное – Клавдию.
– А вот это теперь твоя проблема. Я делал, что мог. Даже по воде ходил. У тебя – две задачи. Сблизиться с ней и оторвать ее от сестры. При Флоре ты полис не подпишешь, завещание – тем более. Что задумался? Плохая женщина? Удовольствие и дело. Проверенный способ, – цинично заметил Кимбл. – Я подберу экскурсию дня на три. Ей перед отлетом интересно будет прокатиться в новое место. Если с одним тобой не поедет, выедем втроем. Я отколюсь в первый же день на «срочный вызов». В номере один окажешься. На экскурсиях по два селят. Дальше соображай.
При такой сумме обида на Сашка быстро растворилась. Коля переломил «гордыню» и позвонил на родину.
– Колян! – отозвался тот. – Появился? Можешь приехать? В прокуратуре мы утрясли ситуацию. Дела как не бывало.
– Нет. Я издалека.
– Жаль. Посидели бы, как тогда. Я дом перестроил, не узнаешь. Новый стоит.
– Я знаю.
– Откуда?
– По телевизору показывали.
В трубке послышался смех.
– Остряк! Сам устроился наконец?
– Устроился. Дело к тебе есть.
– Давай. Богатое?
– Неплохо заработаешь. Поищи связи, чтобы на загс Минска выйти. Справка о смерти нужна, лучше в аварии.
– Ё-моё! Поближе нельзя? Там другая страна теперь.
– Ой! Другая страна. Я по телику вижу, как Ельцин с Лукашенко взасос целуются. Глядишь, объединятся опять. Можно было бы поближе, я бы тоже радовался. Тридцатку платят.
– Договорились, Колян. Прошнурую. Когда позвонишь?
– Время есть. Выйдешь на человека и жди деньги. В любом случае позвоню.
Коля положил трубку, прошелся по пустому дому, остановился у фотографий на стене. Высмотрел фотографии Клавдии. На старенькой, пожелтевшей – светловолосая малышка сидела на руках темноволосого мужчины. На новенькой, цветной, вставленной в уголок поверх стекла, Клавдия сидела в кресле в студии и, сжав губы, серьезно смотрела на фотографа. Коля вынул снимок, перевернул. Отпечаток был сделан на стандартной почтовой открытке. Слева от марки и адресов «куда и от кого» – размашистый текст: «Дорогой Флоре на память! Не думай, что я такая мрачная. Я веселая, как прежде. Жду встречи! Клава Мартинес».
Кимбл передал Коле полис – две скрепленные скобкой тонкие пачки страниц:
– Сегодня сестры должны вернуться. Листок завещания – внутри. Прикреплен предпоследним. Изучи внимательно. Я резервировал нам три места на вояж в Вашингтон. Две ночи в твоем распоряжении.
– В другое место нельзя?
– Они много сейчас повидали. А от Вашингтона трудно отказаться. Не просто история – сплетни о жизни первых лиц послушает. Женщинам интересно, гиды на «малине» популярность стригут. Почему у тебя вопрос возник?
– Куда бы мне не хотелось появляться, так это туда.
– А в чем дело?
– Женщина там… Не желательно встретить.
– А-а! – загоготал Кимбл. – Сам «мамулечек» плодишь, а надо мной потешался!
Коля расстроился, юмор не воспринял.
– На экскурсии маловероятно кого-то встретить, – уверенно сказал Кимбл. – Или она у тебя по Белому дому шастает? Тогда в президентскую спальню не заглядывай!
– Да нет, – раздраженно отмахнулся Коля.
– Может быть, в Конгрессе заседает? – Кимбл наслаждался реваншем.
– Всё. Отстань!
– Процесс пошел, – сказал Коля Кимблу. – Сестры страховкой заинтересовались.
– Как тебе удалось? – удивился шеф.
– Я – ни при чем. Нет счастья, несчастье помогает. Перепила девушка в жару пива, желудок тревожит.
– Иду выкупаю экскурсию, – заторопился Кимбл.
Домашние сидели у камина с легкой закуской. Флора слушала мессу по телевизору.
– По-русски лечусь, – весело сказала Клавдия, увидев Колю. – Рюмку водки с Биллом глотанула. Все сразу прошло.
– Правильно! – одобрил Коля.
– Что она сказала? – спросил Билл, услышав свое имя.
– Говорит, что ты по-русски лечишь, водкой, – перевел Коля.
– Сама меня к водке приучает. Разбавлять не разрешает. Я бы винца старенького предпочел.
– Что он там? – спросила Клавдия.
– Спаиваешь ты его, возмущен, – ответил Коля.
– Ой! Спаиваю! – Она засмеялась. – Он каждый вечер кислятиной накачивается и спит на диване, под градусом.
– Клавдия на обследование через неделю идет, – объявил Билл, не понимая ее веселости. – В лучшую лабораторию устроил. Телекамерой проверят. Не найдут чего, зонд пропустят.
– Клав, – сказал Коля. – «Шуты гороховые» к вашей милости возвращаются, чтоб неповадно было болеть.
– Кто такие? – разыгрывала она непонимание.
– Шутами гороховыми кого назвала? Дела мы делали, тебя без присмотра бросили. Помнишь, обижалась?
– А-а! – протянула она. – Что нам предстоит? Совместный полет в космос с приказом «Глаза не открывать до приземления!»?
– Угадала! – сказал Коля и замолчал.
– Так что? – спросила она с нетерпением.
Коля нарочно тянул, даже вроде как собрался уйти.
– Потом расскажу.
– Говори сейчас!
– Экскурсия в спальню Президента в Вашингтоне, – сказал Коля, как тайну выдал, оглядываясь. – С сообщением пикантных сведений о похождениях хозяина. Кимбл раскопал спецэкскурсию.
Флора засмеялась и неожиданно поддержала Колю:
– Обычная экскурсия, Клав. Не смогла тебя свозить. Съезди, поездка короткая. Пофорсишь в новом костюме.
Они шли по Пенсильвания-авеню в Вашингтоне.
– Я не предполагала, что Кеннеди с сестрой жены спал. В Минске – идеал. До сих пор – кумир женского населения. Бабы Жаклин завидовали. Такой мужик! Вот те и мужик! Тьфу, глаза бы не смотрели! Противно это.
– Ты чересчур, Клав. Жаклин сама по любовникам шастала. Любвеобильная красотка была! – сказал Коля.
– Ненавижу предательства. Такая семья, такие дети! – Она разочарованно вздохнула.
Подошли к освещенному среди темной зелени Белому дому.
– Давай поужинаем где-нибудь без группы. Посидим в ресторане уютненько, – предложил Коля. – Или в номер закажем, побарствуем? – спросил как бы между прочим.
Клавдия посмотрела на него, что-то решала.
– В ресторан, Коль.
Зашли в ресторан рядом с отелем. Народу было мало. Играла тихая музыка. Танцевали две пары.
– Почему Уоррен слинял на второй день? – спросила Клавдия, усаживаясь на диванчик внутри высокого каре с сиденьями в круг столика.
– Срочные дела засосали. Страховать зоопарк предложили. Большие деньги! Животные кусают друг друга. Особенно крокодилы. Могут заболеть!
Она не засмеялась, посмотрела на него прищурившись.
– Что смотришь? Правду сказал.
– Хотела тебя вруном назвать, передумала, на твое счастье. Смешно соврал.
– Тебе меня мало?
Она усмехнулась:
– Достаточно.
– Рюмку водки для тебя, на лечение, – сказал Коля, рассматривая меню. – Мне тоже водки, чтоб не заболеть. Лосося пареного возьмем. Он не соленый. А?
– Заказывай, что считаешь нужным.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72

загрузка...