ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Эдди Комо застрелен, а мы с вами только что превратились из жертв насилия в потенциальных убийц.
— Пожалуй, она права, — заметил Гриффин.
— Что? — Джиллиан Хейз, прищурившись, в упор уставилась на него. Фитц тоже бросил на коллегу хмурый взгляд из-под сдвинутых бровей.
— А что, разве вы не собираетесь изложить им и все остальное? — невинно осведомился Гриффин.
— Остальное?
— Ну да. Все остальное. Эти женщины ваши подруги, не так ли? Бесспорно, вы хотите, чтобы они все правильно уразумели. К примеру, если вы, дамы, не пожелаете с нами разговаривать, тогда нам просто придется двинуться по списку дальше. Пообщаться с вашими друзьями, домочадцами. С мужьями, отцами, матерями, сестрами, дядьями, тетками. С коллегами. Подвергнуть всех самому пристальному полицейскому изучению. Да, и, конечно же, мы в судебном порядке подвергнем тщательной проверке ваши финансовые дела. — Все три женщины выпрямились на стульях. Гриффин пожал плечами. — Вы имели мотив и возможность, и это дает нам достаточное основание. Мы поднимем ваши банковские счета, а также счета каждого члена вашей семьи. Возможно, даже финансовую документацию бизнеса вашего дяди. — Он с самым безмятежным выражением посмотрел на Мег. — Или, например, адвокатской практики вашего мужа. — С этими словами Гриффин посмотрел на Кэрол. — Все нетипичные перемещения денежных средств за последнее время, за которые невозможно отчитаться... — Он еще раз с притворно добродушным видом пожал плечами. — Убийство есть убийство, леди. Помогите следствию, и, возможно, мы заключим сделку — так, чтобы вам не сесть на пожизненное.
Мег и Кэрол держались уже не столь неумолимо, как прежде. Джиллиан же, напротив, взирала на него, как на только что замеченную в комнате назойливую муху, которую собиралась раздавить.
— А ограниченная правовая ответственность? — с вызовом бросила она.
— Только не в случае найма снайпера. Это подразумевает предварительное обдумывание и не могло быть совершено в состоянии аффекта.
— Вовсе не обязательно. Ограниченная правовая ответственность подразумевает, что под влиянием извне вам пришлось совершить действие, которое при иных условиях вы не совершили бы. Иными словами, что вы действовали, не находясь в здравом уме. Аргументировать же свои действия можно душевной травмой, полученной в результате изнасилования, страхом вновь подвергнуться нападению, что и побудило вас нанять убийцу.
— Похоже, вы немало размышляли на эту тему.
— Никогда неизвестно, какие знания могут пригодиться, пока они не пригодятся.
— Вы получили юридическую подготовку, миссис Хейз?
— Мисс Хейз, — поправила она. — Я получила подготовку в области маркетинга. Но я умею читать.
— Уголовно-процессуальный кодекс?
— Вы пока так и не задали нужного вопроса, сержант.
— И что же это за вопрос?
Джиллиан Хейз подалась вперед:
— Имелось ли у нас основание для страха? Была ли у нас убедительная причина опасаться за свои жизни?
— Не знаю. Так была?
— Он звонил нам, сержант. Разве детектив Фитцпатрик не рассказывал вам об этом? На протяжении этого года Эдди Комо звонил и писал нам постоянно. Вам понятно, что это такое — чувствовать, как тебя прохватывает озноб всякий раз, как звонит телефон?
— Я изведал свою долю мук от телевизионщиков, — сказал Гриффин, при этом вопросительно посмотрев на Фитца.
— По идее у него не было возможности звонить им, — пояснил Фитц. — Теоретически для того, чтобы произвести вызов в тоновом режиме, заключенные должны ввести в таксофон свой пин-код, а каждый пин-код позволяет позвонить по ограниченному числу строго определенных номеров. Поверьте, телефонный номер ни одной из этих женщин никогда не входил в это число, но, опять же, тюрьма есть тюрьма. Заключенные всегда найдут способ обойти любое ограничение, введенное тюремным начальством. Вероятно, не без помощи извне.
— Вы же можете потребовать подвергать цензуре исходящую почту, — нахмурился Гриффин. — Наложить запрет на контакты.
— В том случае, если заключенный кому-то угрожает. Эдди никогда им не угрожал, так что мы не могли запретить доступ к переписке. Когда они сменили телефонные номера, он прибег к почте. Когда стали проверять тюремную почту, Эдди, видимо, нашел кого-то, кто стал отсылать его письма из другого места. Эдди был настойчив, надо отдать ему должное.
— И что же он так настойчиво пытался сказать?
— Что он невиновен, — сухо ответила Джиллиан. — Что мы совершили огромную ошибку. Что у него никогда и в мыслях не было никого обидеть. Что во всем происходящем он видит какое-то страшное недоразумение. Потом, уже ближе к концу, начал требовать ответа, за что мы губим его жизнь, разлучаем его с ребенком. Сержант, он убил мою сестру и после этого меня же спрашивает, как я смею разлучать родителя с ребенком!
— Он ни за что не желал оставить нас в покое! — с жаром вмешалась Кэрол. — Господи, он даже писал моему мужу в офис! Просил прислать ему список рекомендуемых адвокатов! Человек, который изнасиловал меня, консультируется с моим мужем по поводу хорошей судебной защиты! Поскольку это не дало результатов, он начал забрасывать нас письмами — теми самыми, с бесплатными марками, которые положены заключенным. Подумать только! Мой насильник докучает мне за мой же счет — я как налогоплательщица должна оплачивать его почтовые расходы. Да этот человек был просто невообразимым чудовищем!
Гриффин вопросительно посмотрел на Мег. Но она лишь пожала плечами:
— Родители не позволяли мне отвечать на эти звонки и читать эти письма.
— Видите ли, сержант, — проговорила Джиллиан, снова привлекая внимание к себе, — все дело в том, что вы взяли ложный след. Кто-то уложил Эдди Комо. Мы понятия не имеем, кто это сделал. И у нас нет ни малейшего желания узнавать это. Откровенно говоря, мы чертовски ему признательны.
Глава 11
Джиллиан
Детектив Фитцпатрик и сержант Гриффин пробыли в ресторане еще минут пять. Они делали выпады — Джиллиан парировала. Они наносили удары — Джиллиан давала сдачи. Оба полицейских все больше ощущали усталость и разочарование. Джиллиан мало волновали их трудности. Она просто растолковывала Мег и Кэрол, как обстоят дела. Они не обязаны ничего говорить и никуда ехать. В данный момент они по-прежнему остаются жертвами Эдди Комо. И могут спокойно пользоваться преимуществами этого положения, которых никто не отменял.
Годом раньше, когда Джиллиан впервые посетила мысль создать «Клуб», у нее не было иллюзий по поводу того, что ждет ее впереди. Проснувшись в то утро, она с убийственной ясностью осознала, что Триш нет на свете, а она жива. Джиллиан лежала, вздрагивая от каждого шума в собственном доме, мучительно ощущая, как она физически слаба и не способна совладать с собой. И вдруг ее опять охватила ярость. Нет, скорее бешеная злость. Она не желала больше никакой болтовни и никаких показаний. Джиллиан была сыта по горло генеральным прокурором, околачивавшимся в ее больничной палате, полицией, допекавшей ее бесконечными вопросами о том, что она делала и говорила в ту ночь, когда ее младшая сестра была зверски изнасилована и убита. Джиллиан не желала вставать с постели, зная, что этот негодяй все еще разгуливает на свободе. Он убил Триш. Он изнасиловал еще двух женщин. А полиция не сделала ровно ничего, чтобы изловить его.
Тогда Джиллиан выбралась из постели и подняла телефонную трубку.
Скорее всего Мег и Кэрол присоединились к ней, подсознательно ища поддержки и утешения. Пожалуй, сейчас их союз и стал источником поддержки. Но тогда Джиллиан была еще не готова к мягкотелым нежностям. В первую очередь она хотела действовать — ради Триш, ради себя, ради них всех. Сколотив эту группу, Джиллиан выточила из нее разящий меч.
— Мы не «Клуб жертв», — объявила она им на учредительном заседании. — Мы «Клуб непобежденных», и хотя однажды мы утратили контроль над ситуацией, больше такого не случится. То, что произошло, произошло с нами. Это дело — наше дело. Этот насильник — наш насильник. И мы открываем на него охоту. Мы втроем поднимем на ноги и заставим работать в наших интересах прессу, генеральную прокуратуру, полицию — и найдем того, кто надругался над нами. И тогда мы покажем ему, что значит иметь дело с нами. Я обещаю вам это. От всего сердца обещаю вам: мы до него доберемся и он нам за все заплатит.
И вот по прошествии всего каких-нибудь трех недель они имели удовольствие стать свидетелями того, как полиция вышла на след и арестовала Эдди Комо. То, чего не удавалось достичь городской полиции на протяжении двух месяцев, «Клуб непобежденных» добился за вдвое меньший срок.
Детектив Фитцпатрик и сержант Гриффин убрались восвояси. К столику подошла официантка, глядя на дам с любопытством и сочувствием:
— Еще чаю?
Они покачали головами.
— Сидите сколько захочется, девочки. И не заботьтесь об оплате! После того, что выпало на вашу долю, сегодня все — за счет заведения.
Одарив их еще одной улыбкой, официантка поспешила к другим клиентам. Джиллиан посмотрела на Кэрол и Мег. Кажется, никто из них не знал, как вести себя и что делать дальше.
— Бесплатный завтрак, — пробормотала наконец Кэрол. — Видите, подвергнуться насилию — значит получить кое-какие преимущества.
— Мы заработали бесплатный завтрак не тем, что пострадали от насильника, — возразила Джиллиан. — Мы получили дисконт за убийство Эдди Комо. Давайте для проверки пробежимся на Федерал-Хилл. Вы не представляете, сколько бесплатных завтраков мы там получим.
Федерал-Хилл — итальянский квартал Провиденса, знаменитый своими ресторанчиками, кондитерскими и связями с мафией. Вполне вероятно, что там им удалось бы услышать провозглашенные в их честь тосты или получить угощение в виде изысканных пирожных со взбитым творогом и лучших сортов кофе от крупных шишек. Это была мысль.
Мег вертела в ладонях пустую кружку. Подняв голову, она посмотрела на Кэрол, затем — на Джиллиан. Потом несказанно удивила обеих, а возможно, и себя, первой заговорив о серьезных предметах.
— Может быть, тебе стоило сказать им, — обратилась она к Джиллиан, — ну, ты знаешь, о диске.
— Зачем? Эдди вступал с нами в контакт и прежде, а полиция не реагировала.
— Но это другой случай.
— Мне можно, конечно, переломать кости, — бросила Джиллиан, — но словами меня не запугать.
— Но он прислал видеозапись тебе, — вмешалась в разговор Кэрол, явно солидарная с Мег. Кэрол было невмоготу сознавать, что Эдди ухитрился получить доступ в их частные дома. Полгода назад, когда поступил первый телефонный звонок, она уже говорила детективу Фитцпатрику, что это все равно как позволить убийце снова явиться на место преступления. Эдди вменялось три сексуальных оскорбления первой степени, одно покушение на таковое и одно непредумышленное убийство. Как же могло случиться, что он все еще располагает свободой делать звонки и рассылать письма? Может, Эдди Комо и пребывал за решеткой, но большую часть времени все три женщины ощущали себя так, словно сами находятся в заключении.
— Он всем нам писал и звонил домой, — возразила Джиллиан. — Взглянем правде в глаза: он обожал эти игры. Ему нравилось занимать наши помыслы. На это же была направлена и последняя выходка.
— Но он угрожал убить тебя, — возразила Мег. — Детектив Фитцпатрик сказал, что принял бы меры, если бы Эдди начал угрожать. А эта видеозапись, — Мег изящно пожала хрупкими плечами, — явно была угрожающей.
Компьютерный компакт-диск был прислан на домашний адрес Джиллиан. Как обратный адрес был указан адрес ее офиса — на свой изощренный, дьявольский лад Эдди отличался отменной изобретательностью. Так что, не предвидя ничего худого, получательница вскрыла конверт из крафт-бумаги, вставила диск в компьютер, подумав, что он от Роджера или от Клер, а потом... Потом с экрана на нее уставилось лицо Эдди Комо. И пока Джиллиан растерянно металась, пытаясь сообразить, на какую клавишу лучше нажать, чтобы вырубить его, он уже заговорил.
— Ты, долбаная сука! — обратился к ней Эдди Комо. К ней, находящейся в своем собственном доме и у экрана своего компьютера, в двух метрах от больной матери, в пяти метрах от проживающей в доме сиделки, в двух шагах от улыбающейся с фотографии Триш, счастливой и еще полной жизни.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74

загрузка...