ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– Я никак не думал, что выйдет вот так.
– Конечно, нет, – согласился он.
– Только мне от этого не очень-то легче.
– И не могло бы, – кивнул он. – Только вы должны понимать, что вы человек, обладающий властью.
– Как это?
– Власть, – произнес он, сделав рукой всеобъемлющий жест. – Вся власть одинакова. Магия. Физическая сила. Экономическая сила. Политическая. Любая власть служит единой цели – дает обладателю большую широту выбора. Порождает альтернативные образы действия.
– Ну да, – пробормотал я. – И что?
– А то, – сказал он. – У вас больше выбора. Из чего следует, что и возможности сделать ошибку у вас больше. Вы же человек. Время от времени и вам доводится давать осечку.
– Плевать мне на это, – буркнул я. – Платить-то за все мне.
– Но это не в вашей власти, – возразил он. – Вы не в силах предугадать все варианты исхода. Вы не могли знать, что эти создания направятся в дом Карпентеров.
Я стиснул зубы.
– Ну и что? Дэниел ранен. Молли, возможно, мертва.
– Вы не можете повлиять на их состояние, – сказал Фортхилл. – Всякая власть имеет предел.
– Тогда к чему этот разговор? – вдруг вскипел я. Голос мой пошел гулять эхом по огромному залу. – Что хорошего обладать властью, достаточной, чтобы убить семью друга, но недостаточной, чтобы их защитить?Какого черта вы вообще от меня хотите? Мне пришлось сделать этот идиотский выбор. И как мне теперь быть?
– Порой, – ответил он совершенно серьезно, – достаточно верить.
Я рассмеялся – громко и горько. Искаженное эхо моего смеха постепенно угасло где-то под сводами.
– Верить, – хмыкнул я. – Во что верить?
– Все открывается в свое время, – сказал Фортхилл. – Даже то, что представляется вблизи уродливым, при взгляде на целое может обернуться прекрасным.
– Так покажите, – огрызнулся я. – Покажите мне хоть что-нибудь прекрасное в этом месилове. Хоть одну гребаную серебряную нить.
Секунду-другую он молчал, задумчиво прикусив губу.
– Основатель нашего ордена говорил, – произнес он наконец. – В самых обыденных ситуациях спрятано что-то святое, что-то божественное – и каждому предстоит самому открыть это.
– Что это должно означать? – поинтересовался я.
– То, что добро не всегда выступает явно. Его не так просто увидеть. И не обязательно в тех местах, где мы ожидаем его найти. Вам нужно понять, что добро, порожденное событиями этой ночи, может не иметь ничего общего с победой над сверхъестественным злом или спасением чьих-то жизней. Это может оказаться чем-то очень небольшим. Очень обыденным.
Я нахмурился:
– Например?
Он вытряхнул последнюю каплю из фляжки себе в рот и встал. Потом сунул пустую фляжку в карман и снова надел свой воротничок.
– Боюсь, вам не меня надо об этом спрашивать. – Он положил руку мне на плечо и кивнул в сторону алтаря. – Но я вот что скажу: я пожил на этой земле чуть дольше вашего, и, так или иначе, все проходит. Я видел, как ситуации похуже этой оборачиваются иной стороной. Для Молли есть еще надежда, Гарри. Мы просто должны делать все, что в наших силах, и действовать по возможности разумно и с чувством. И еще мы должны верить: то, над чем мы не властны, подвластно Ему.
С минуту я сидел молча. Потом поднял взгляд.
– Вы почти заставили меня поверить.
Он вопросительно поднял бровь.
– Но?
– Не знаю, способен ли я на это. Не знаю, возможно ли это вообще для меня.
К уголкам его глаз сбежались морщинки.
– Тогда, возможно, вам стоит верить в то, что настанет день, когда вы поверите. – Его пальцы сжали и отпустили мое плечо. Он повернулся, чтобы уходить.
– Падре, – позвал я.
Он задержался.
– Вы… вы не скажете Черити?
Он повернул голову, и я увидел на его лице горечь.
– Нет. Не вы один боитесь верить.
Внизу послышались торопливые шаги, и под балконом показался Мыш, а за ним Алисия. Большой серый пес уселся и задрал к нам морду. Алисия, задыхаясь, вертела головой.
– Отец?
– Мы здесь, – откликнулся Фортхилл.
– Быстрее, – выдохнула она. – Мама просила передать вам, что Дэниел пришел в сознание.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ
Дэниел поведал нам все, что помнил о нападении. Все вышло довольно просто. Он услышал, как Молли ходит внизу, и спустился поговорить с сестрой. Тут в дверь постучали. Молли пошла открывать. Они обменялись парой слов, а потом Молли завизжала и захлопнула дверь.
– Она вбежала в гостиную, – рассказывал Дэниел. – А они разнесли дверь у нее за спиной и тоже вошли. – Он поежился. – Они хотели подняться наверх, и Молли сказала, что нам надо отвлечь их. Я взял кочергу у камина и прыгнул на них. – Он тряхнул головой. – Я думал, это просто ряженые. Ну… вроде как грабители дурацкие, вроде того. Но Потрошитель меня схватил. И хотел… ну… Резанул меня этим своим кривым ножом. – Он мотнул головой в сторону забинтованной руки. – Молли ударила его, и он отпустил меня.
– Чем ударила? – спросил я.
Он покачал головой. Худенькое лицо его, казалось, осунулось еще сильнее от боли, усталости и потрясения. Говорил он как-то сухо, словно пересказывал события невероятного фильма, а не то, что произошло на самом деле.
– Я не видел. Наверное, битой или еще чем. Он меня уронил.
– А что потом? – спросил я.
Он судорожно сглотнул.
– Ну, я упал и ударился головой об пол. А они се схватили. Потрошитель и Пугало. Схватили и потащили к двери. Она визжала… – Он прикусил губу. – Я хотел им помешать, но Руки-Молоты бросился за мной. Тогда я выбежал через кухню и забрался в дом на дереве – понимаете, я сообразил… Ну, рук-то у него толком нет. Молотки только. Как ему за мной карабкаться?
Он посмотрел на Черити, и голос его виновато дрогнул.
– Прости, мамочка. Я хотел им помешать. Только они были такие… такие здоровые… – Глаза его заблестели от слез, и он всхлипнул.
Черити крепко обняла сына и шепнула что-то на ухо. Дэниел затих, только плечи его вздрагивали.
Я встал и отошел в дальний угол. Фортхилл подошел ко мне.
– Эти твари, – шепнул я ему, – наносят не только физические травмы. Они ранят психику тех, на кого нападают.
– Думаете, с Дэниелом это произошло? – спросил Фортхилл.
– Надо посмотреть повнимательнее, но такое вполне вероятно. Некоторое время парню тяжело придется, – ответил я. – Это похоже на эмоциональную травму. Смерть близких… что-то в этом роде. Это ранит людей примерно так же. От такого не сразу оправляются.
– Я тоже видел такое, – кивнул Фортхилл. – Да, я вам не успел сказать… Мне кажется, вам стоит знать, что Нельсон пришел ко мне вчера вечером.
Я кивнул в сторону той раскладушки, что была занята, когда мы приехали.
– Это он?
– Да.
– И как он вам показался?
Фортхилл пожевал губу.
– Если бы я не знал, что это вы его послали, я бы подумал, что у парня тяжелая ломка. Он говорил почти невнятно. Очень возбужденно. Был сильно напуган, если уж на то пошло, при этом не хотел или не мог объяснить, чем именно. Мне удалось немного его успокоить, и он почти в обморок упал.
Я нахмурился и запустил правую пятерню в волосы.
– Вам не показалось, что его кто-то преследовал?
– Нет. Хотя возможно, я чего-то и не заметил. – Он устало и немного виновато улыбнулся. – Час поздний. И после десяти вечера я уже не совсем тот, что был когда-то.
– Спасибо, что помогли ему, – сказал я.
– Да не за что. А кто он такой?
– Бойфренд Молли, – ответил я и оглянулся на мать, утешающую сына. – Возможно, Черити и об этом не обязательно знать.
Отец Фортхилл прикрыл глаза и вздохнул.
– О Господи!
– Вот именно, – кивнул я.
– Позволите вопрос?
– Конечно.
– Эти создания, фаги. Если они, как вы говорите, порождения мира духов, как им удалось переступить порог дома?
– Традиционным путем, – вздохнул я. – Получив приглашение.
– От кого?
– Возможно, от Молли, – ответил я.
Он нахмурился.
– Мне трудно поверить в то, что она могла сделать такое.
Я почувствовал, что губы мои непроизвольно сжались.
– Возможно, она не знала, что они монстры. Они же меняют форму. Возможно, они явились ей в облике кого-то из ее знакомых, кого она могла пригласить.
– А, – кивнул Фортхилл. – Ясно. Например, в виде вас.
– Возможно, – тихо произнес я. – В таком случае это уже второй раз, когда кто-то использует мое лицо, чтобы ударить по семье Майкла.
Некоторое время Фортхилл молчал.
– Насколько я понял, – произнес он наконец, – в предыдущих случаях эти создания убивали всех без разбора. Почему тогда они забрали Молли, а не просто убили?
– Пока не знаю, – признался я. – Я вообще не знаю пока, как мое заклятие привело их к Молли. Я даже толком не знаю, что это за твари и откуда. Из чего следует, что я не могу пока понять ни того, зачем они вообще появлялись, ни того, куда они унесли девочку. – Я с досадой махнул рукой. – Это меня с ума сводит: у меня чертова уйма фактов, и они никак не выстраиваются.
– Вы устали, – заметил Фортхилл. – Возможно, если бы вы отдохнули…
Я покачал головой.
– Нет, падре. Твари, которые ее забрали, не отдыхают. Чем дольше она находится в их руках, тем меньше шансов у нас увидеть ее снова. – Я потер глаза. – Просто надо подумать хорошенько.
Фортхилл кивнул мне и обернулся. На другом конце комнаты Черити укрывала сына одеялом. Даже Алисию сморила усталость, так что бодрствовали теперь только взрослые.
– Что ж, не буду вам мешать. Вы хоть ели что-нибудь последние полдня?
– В мезозойскую эру, – признался я.
– Сандвич?
Мой желудок откликнулся на это предложение рокочущим звуком.
– Ну, если вы настаиваете…
– Сейчас что-нибудь соображу, – кивнул Фортхилл. – Прошу прощения. – Он подошел к Черити, взял ее за руку и, негромко сказав ей что-то, повел к двери. Теперь, когда о ее детях позаботились, казалось, она вот-вот развалится на части. Они вышли вдвоем, оставив меня в полумраке в обществе Мыша и полудюжины спящих детей.
Я думал. И еще думал. Я собрал все известные мне факты к вертел так и этак, пытаясь сложить из них хоть что-нибудь – что угодно, только бы положить конец этому безумию.
Фаги. Ответ крылся в фагах. Стоит мне понять, кто они такие, и я смогу вычислить, кто может их использовать и что мне делать, чтобы узнать о них побольше. Должно же у них иметься что-то общее; что-то, что связывало бы их воедино, какой-то факт, подсказка, с помощью которой я мог бы оценивать их мотивации и намерения.
Но что у них, черт подери, может быть общего, кроме того, что все они – монстры, питающиеся страхом? Они возникали в самых разных местах: в туалете, на кухне, на стоянке, в конференц-зале. Жертв своих они тоже выбирали произвольно. Все они являлись в виде персонажей ужастиков, но этот факт представлялся мне относительно второстепенным. Сколько я ни тужился, мне не удавалось больше найти ничего, что связывало бы их, что помогло бы мне опознать.
Раздосадованный, я встал, подошел к раскладушке, на которой лежал Дэниел, и включил зрение.Даже это потребовало от меня больших усилий и времени, чем обычно. Я напрягся и посмотрел на мальчика.
Я не ошибся. Он подвергся психической порке. Фаги терзали его разум и душу точно так же, как ранили его плоть. Эти раны виделись мне длинными, кровоточащими порезами. Вот бедняга! Эта гадость будет долго преследовать его. Я пожелал ему отдохнуть хоть немного, прежде чем он проснется от кошмаров.
Я довольно долго смотрел на Дэниела, чтобы его страдания как следует врезались мне в память. Я хотел до конца своих дней помнить, на что похожи последствия моих ошибок.
Услышав слева какой-то звук, я машинально повернул голову, обратив взгляд на источник – беспокойно ворочавшегося Нельсона.
Если маленький Дэниел страдал от жестокого избиения, душа Нельсона, похоже, оказалась в руках самого Ада. Вся верхняя часть тела исказилась под моим взглядом, покрывшись пузырями и кровоточащими язвами от жутких ожогов. Самые тяжелые повреждения начинались у основания шеи и сходили на нет у поясницы.
На обоих висках темнели крошечные, аккуратные отверстия, будто нанесенные лазерным скальпелем.
В точности такие, как у Рози.
В мозгу у меня зазмеились логические цепочки, от которых разом закружилась голова.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71

загрузка...