ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Одетый по обыкновению в черное, с темно-лиловым капюшоном, из-под которого блестели темные глаза, Привратник на мгновение задержался в дверях, и мне почему-то показалось, что он смотрит на Мерлина.
Если и так, Мерлина это вряд ли смутило. Старый чародей склонил голову в царственном приветствии и жестом пригласил его занять место рядом с собой. Но Привратник прошел к месту в круге между мною и Мерлином и остановился там, опершись на свой потертый, видавший виды посох. С полминуты Мерлин хмурился, оценивая расстановку сил, потом обратился к присутствующим на латыни.
– Стражи, замкните круг. Страж Дрезден, будьте добры, выйдите вперед и представьте нас нашим гостям.
Я на мгновение сжал руку Молли в знак ободрения, потом отпустил ее и шагнул вперед.
– Во-первых, – начал я, обводя взглядом с дюжину присутствующих Стражей и несколько, так сказать, штатских членов Совета. – Есть ли здесь кто-либо, не знающий английского языка?
Мерлин сложил руки на груди и довольно улыбнулся.
– Заседания Совета проводятся на латыни.
Старый хрыч прекрасно знал, что в латыни я не силен. То есть понять других я могу без особого труда, но вот слова, произнесенные мной, искажаются до неузнаваемости и способны полностью поменять смысл фразы. Попытайся я защищать Молли на латыни, я выставил бы себя полнейшим идиотом, на что Мерлин явно рассчитывал. При том, что технически он и так обладал всеми необходимыми возможностями сокрушить любую попытку сопротивления, он все же оставался формально подотчетен Совету, так что делал все, чтобы усилить свои позиции. Утереть меня с помощью латыни он наверняка задумал еще в ту минуту, когда узнал о грядущем суде.
Однако я тоже умею планировать кой-чего.
– Разумеется, латынь – традиционный язык нашего общения, – я одарил Мерлина широкой улыбкой, – однако наши гости, Лилия, Летняя Леди, и Хват, нынешний Летний Рыцарь, не говорят на этом языке. Мне бы не хотелось выказывать ни малейшего непочтения к столь высокопоставленным гостям и полномочным представителям наших союзников.
Подавись-ка, извращенец, подумал я. Посмотрим, как ты будешь держаться с союзниками, которые только что вытащили Совет из глубокой задницы.
Мерлин прищурился и подумал немного, потом тряхнул головой, явно не придумав, чем парировать этот ход.
– Очень хорошо, – произнес он наконец по-английски, хотя и немного ворчливо. – Совет рад приветствовать присутствующих на этом собрании Летних Леди и Рыцаря и обещает им защиту и содействие в пределах наших рубежей.
Лилия вежливо склонила голову.
– Благодарю вас, почтенный Мерлин.
Он в свою очередь тоже склонил перед ней голову.
– Не за что, Ваше Высочество. Не в наших обычаях вовлекать посторонних в наши внутренние проблемы, – он выразительно покосился в мою сторону, – однако с учетом нынешних отношений между нашими народами было бы неблагодарностью просить вас удалиться.
– Было бы, было бы, – согласился я.
Взгляд Мерлина на мгновение потускнел, словно он боролся с собой. Похоже, ему все-таки удалось взять себя в руки, потому что выражение лица его осталось нейтральным.
– Страж Дрезден. Как региональный командующий Корпуса Стражей вы обладаете властью созывать заседание Совета по вопросам, входящим в круг ваших обязанностей во вверенном вам регионе. Не просветите ли вы нас, с какой целью сделали вы это сегодня?
– По двум причинам, – сказал я. – Во-первых, чтобы дать Летней Леди возможность обратиться к Совету Старейшин. – Я повернул голову и кивнул Лилии, которая шагнула в круг чародеев, в то время как я отступил назад, к Хвату.
– Почтенный Мерлин, – начала она серьезным официальным тоном. – Моя Королева, Титания, поручила мне передать свои наилучшие пожелания вам и вашим людям, и в особенности двоим из них, чья отвага заслужила восхищение Летней Династии.
Я нахмурился.
– О чем это она? – шепнул я Хвату.
– Ш-ш-ш, – отозвался он. – Слушайте внимательно. Она сама все объяснит.
– Все, чего я хотел от нее, – это чтобы она подтвердила, что мы сделали…
– Терпение, – шепнул Хват. – Все будет.
Лилия оглянулась на меня через плечо и подмигнула. Я вздрогнул. Это выглядело в точности как то движение, что почудилось мне у статуи, которая могла быть, а могла не быть Мэб на верху башни в Арктис-Торе.
Лилия тем временем повернулась к Моргану.
– Страж Морган, – произнесла она. – Твоя отвага при обороне Венатори и твоя атака на Красного Короля – это подвиги, каких моя Королева не помнит на своем веку. Моя Королева передает тебе, Страж, и Совету, которому ты служишь, свою признательность и слова восхищения. Более того, она не может оставить такую доблесть и самоотверженность не отмеченной и не награжденной, а посему велела мне вручить тебе этот знак.
Лилия подняла в руке маленький, потрясающе реалистично исполненный дубовый лист из чистого серебра. Шагнув к Моргану, она пришпилила лист на его серый плащ – прямо над сердцем.
– Сим объявляю тебя другом и эсквайром Летней Династии, Страж Морган. И буде тебе вдруг придется попасть в беду вблизи владений сидхе – раз, и только раз, тебе достаточно лишь коснуться этого знака и вслух призвать Титанию на помощь.
Лицо у Моргана сделалось довольно странным, словно он пытался отобразить на нем несколько эмоций одновременно, и все застряли где-то на полпути. Рот его открылся, закрылся, потом он отвесил Лилии низкий поклон.
– Благодарю вас, Ваше Высочество, – пробормотал он наконец.
– Что, черт подери, это означает? – шепотом спросил я у Хвата.
Тот ухмыльнулся.
– Орден Серебряного Дуба не стоит и чиха. Цыц.
Лилия улыбнулась, легко коснулась серебряного листка пальцами, словно благословляя, потом повернулась и направилась ко мне.
– Страж Дрезден, – произнесла она. – Твой личный вклад в исход сражения достоин не меньшего восхищения. Моя Королева повелела мне…
– Его вклад? – не выдержал Мерлин, перебив ее.
Я как дурак таращился на Лилию.
– Дрезден не присутствовал при битве! – возмущался Мерлин.
– Разумеется, нет, – согласилась Лилия, повернувшись ко всем чародеям. – Две ночи назад Страж Дрезден спланировал и осуществил небольшими силами рейд на сам Арктис-Тор.
По помещению пронесся потрясенный вздох, за которым последовали не менее потрясенные шепот и ропот. На лице Мерлина отразилось не больше эмоций, чем у профессионального игрока в покер, а вот у Моргана брови взмыли чуть не к макушке.
– Страж Дрезден и его отряд прорвались в крепость и выпустили заряд огня по ледяному источнику в самом сердце Арктис-Тора. Эта операция нарушила дислокацию неприятельских сил на наших границах, заставив их устремиться к крепости для отпора налетчикам. Начиная с этого момента, течение времени в регионе было замедлено, что дало нашим войскам возможность прийти вам на помощь.
– О чем это она? – прошипел я Хвату. – Я вообще не думал, что попаду туда, пока там не оказался, и дрались мы только с фетчами.
– М-м-м, – промычал в ответ Хват. – Однако же она не произнесла ни слова лжи.
Я только фыркнул.
– Короче, почтенный Мерлин, – продолжала Лилия, – и уважаемые члены Совета, не напади Дрезден на логово Мэб, самую неприступную крепость Зимних, не возьми Дрезден приступом врата Арктис-Тора, битва наверняка была бы проиграна. Каждая душа, вернувшаяся с битвы домой, обязана жизнью своей Гарри Дрездену и его храбрости.
Воцарилось молчание.
Она медленно обвела взглядом круг стоящих чародеев, и наступившая тишина подчеркнула ее последние слова.
– По этой причине, – продолжала она, выждав мгновение, – моя Королева распространяет на Стража Дрездена статус друга и эсквайра Летней Династии. – Она повернулась и пришпилила мне напротив сердца еще один серебряный листок, потом посмотрела на меня и улыбнулась. – Ты тоже можешь раз позвать нас на помощь в час нужды. Молодец, Гарри.
Лилия привстала на цыпочки и поцеловала меня в щеку, и потом повернулась к Мерлину.
– Моя Королева желает, чтобы вы знали, почтенный Мерлин: как бы нам ни хотелось помочь Совету в его борьбе с угрозой, исходящей от Красной Коллегии, войска Зимних вернулись на их изначальные позиции, а следовательно, Летние также должны вновь укрепить свои границы. До тех пор, пока ситуация не изменится, она предупреждает вас, что Лето сможет оказывать своим союзникам лишь ограниченную помощь.
Мерлин смотрел на меня так пристально, что на секунду мне показалось, будто он не слышал переданного Лилией предостережения. Однако он моргнул и чуть пошевелился.
– Разумеется, Ваше Высочество, – произнес он. – Прошу вас, передайте Ее Величеству признательность Белого Совета и заверьте ее в том, что даже в эти отчаянные дни ее дружба не будет забыта.
Лилия вновь склонила голову.
– Я обязательно передам это. Таким образом я выполнила данное мне поручение. – Она отступила назад и встала на прежнем месте, рядом с Хватом.
– И почему, – пробормотал я себе под нос, – у меня столь сильное ощущение, что эта медалька Титании вряд ли такая ерунда, какой кажется?
– Потому, что ястреба распознают по силуэту, – так же тихо отвечала Лилия. – Но сегодня это дает вам некоторые преимущества. – Она улыбнулась. – Вы же не ожидали от Летней Королевы, что она сделает все просто так, как вы просили, не добавив чего-либо от себя?
Я воздержался от комментария. Мерлин тем временем вполголоса совещался с Морганом. По залу снова пронесся шепот – чародеи пользовались возникшей паузой, чтобы обменяться мнениями.
Я взял Молли за холодную дрожащую руку и легонько сжал ее.
– Что случилось? – спросила девушка.
– Лилия выставила меня вроде как героем, – ответил я. – Все типа немного потрясены.
– Я не могу еще снять эту штуку?
– Пока нет.
– Гарри, – напомнил мне Рамирес, делая шаг в нашу сторону. – Ей не позволено говорить.
– Ну да, да, – буркнул я в ответ и, понизив голос, снова повернулся к Молли: – Помолчи немного, детка. Постарайся не беспокоиться. Пока все идет нормально.
Что было в общем-то недалеко от истины. Мне удалось не выставить себя совсем уж идиотом, а импровизированное награждение повысило мой статус, сделав сопоставимым с самым эффективным бойцом Совета. Это вовсе не означало, что опасность Молли больше не грозит, но давало мне более или менее надежную позицию для изложения ее дела. Все зависело от отношения ко мне Совета, и я сделал все, что в моих силах, чтобы улучшить его.
Мерлин играл в эти игры куда больше моего и прекрасно понимал, что я задумал. Похоже, это его не слишком радовало. Он подозвал к себе секретаря Совета – сушеного, похожего на паука типа по фамилии Пибоди, – и они, пригнувшись друг к другу, принялись шепотом совещаться.
– Тихо! – воззвал он через минуту, и в помещении вновь воцарилась тишина. – Страж Дрезден, – продолжал он. – Не будете ли вы так добры продолжить свое объяснение причин созыва сегодняшнего собрания?
Я шагнул обратно в круг и потащил Молли за собой. В результате мы остановились на том самом буром пятне, где казнили мальчишку. Здесь сохранялись еще физические свидетельства смерти: холодное, пронзительное напряжение в воздухе, эхо ярости и страха. Молли вздрогнула, когда ноги ее ступили на заляпанный кровью бетон. Должно быть, она тоже ощутила это.
Перед моими глазами вдруг встал на мгновение жуткий образ вероятного будущего: обезглавленное тело Молли, лежащее в расползающемся алом пятне в нескольких футах от черного полотняного мешка, – образ столь яркий, что едва не заслонил от меня реальность.
Молли снова поежилась.
– Мне страшно, – шепнула она так тихо, что этого не услышал никто, кроме меня.
Я ободряюще сжал ее руку и отвечал Мерлину так, как положено по правилам:
– Я привел эту арестованную, нарушившую Четвертый Закон, дабы она предстала перед Советом. Я привел ее сюда ради торжества справедливости, Мерлин.
Мерлин кивнул с серьезным, чуть отрешенным выражением лица.
– Эта женщина с вами и есть арестованная?
– Да, это та самая девушка, – ответил я, не делая особого ударения на небольшой поправке. – Она добровольно решила предстать перед Советом, открыто признав свою вину.
– Касательно ее вины, – спросил Мерлин.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71

загрузка...