ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Моя Молли… Магия… Она разве не генетически передается?
– Обычно так, – кивнул я. – Но не обязательно. Некоторые просто с ней рождаются. Мы до сих пор не знаем точно, как и почему это происходит.
Он покачал головой:
– И как я не сумел сообразить, что происходит?
– Не знаю. Но если вдруг узнаете, скажите об этом Черити. Она задавала мне в точности такой же вопрос.
– Наверное, мы слепы к тем, кто нам ближе всего, – предположил он.
– Такова человеческая природа, – согласился я.
– Молли что-нибудь угрожает? – спросил Майкл ровным голосом.
Я нахмурился, обдумывая ответ.
– Возможно. Она обладает большим потенциалом. И она уже использовала его один раз так, как не следовало бы. Она будет испытывать большой соблазн использовать его снова, когда начнет сталкиваться с неразрешимыми, на первый взгляд, проблемами. И не только это – само по себе умение обуздать свои силы дается нелегко. Однако она умна, да и характер у нее не из слабых. Если ее наставник сумеет удержать ее от глупых ошибок, мне кажется, с ней все будет хорошо.
– А если нет? – спросил Майкл. – Если она снова злоупотребит своей силой?
– Значит, она не выдержала испытательного срока. Ее казнят.
– И вас, – мягко напомнил Майкл.
Я пожал плечами:
– Можно подумать, это уже не висело над моей головой. Во всяком случае, Совету довольно пока того, что я взял на себя всю ответственность за Молли до тех пор, пока она либо не станет полноценным чародеем, либо не откажется вообще от своего дара.
– Любви сильнее не было на свете, – тихо произнес он. – Что бы я ни сказал, всего будет мало. Она моя дочь, Гарри. Спасибо.
Я почувствовал, что краснею.
– Ну-ну. Послушайте, не надо делать из этого отдельного блюда. Вряд ли кому это понравится.
Майкл гулко, от души расхохотался.
– И это наставничество – в чем оно заключается?
– В занятиях. Ежедневных – по крайней мере в первый период, пока я не удостоверюсь, что она умеет владеть собой. Придется упражняться вдали от огнеопасных материалов. Деревьев, домов, домашних животных… ну и так далее.
– Как долго вам придется с ней работать?
– Пока не закончим. – Я неопределенно махнул рукой. – Не знаю еще. Никогда не участвовал в этом в качестве старшего.
Он согласно кивнул.
– Очень хорошо.
Минуту мы ехали в молчании.
– Помните, я хотел обсудить с вами профессиональный вопрос? – произнес он наконец.
– Угу, – кивнул я. – Валяйте.
– «Фиделаккиус», – сказал Майкл. – Меня интересует, не нашли ли вы кандидатов на ношение меча.
– Мимо, – вздохнул я, нахмурившись. – Вы думаете, мне надо искать?
– Трудно сказать. Но пока нас только двое, мы с Саней, так сказать, немного перерабатываем.
Я почесал подбородок.
– Широ сказал мне, что я узнаю его преемника. Пока ничего такого не было. До сих пор, во всяком случае.
– Боюсь, это требует большего, чем просто терпения, – вздохнул Майкл. – Я тут лазил в наши архивы. В истории уже имелся прецедент, когда члена Белого Совета просили стать хранителем одного из мечей.
Я удивленно покосился на него.
– Вы это серьезно?
Он кивнул.
– Я… и еще кто?
– Мерлин.
Я фыркнул.
– Вы уверены? Потому как Мерлин та еще штучка с ручкой. Уж поверьте моему опыту.
– Нет, Гарри, – возразил Майкл терпеливым тоном. – Не Мерлин, председатель Совета. ТотМерлин. Настоящий.
Некоторое время я вел машину, широко раскрыв рот.
– Bay, – выдавил я в конце концов и тряхнул головой. – Может, вы считаете, что мне нужно найти большой камень или еще чего такое? Вонзить туда меч и оставить на лужайке перед Белым домом?
Майкл перекрестился.
– Боже упаси! Нет. У меня просто… – Он почесал кончик носа. – Инстинкт.
– Вы хотите сказать, вроде того, как когда Бог посылает вас на очередную операцию?
– Нет. Обычное стариковское чутье. Мне кажется, вам стоит поизучать историю «Амораккиуса» – как его передавали от носителя к носителю.
Упомянутый меч покоился в данный момент на перевязи, в ножнах, упершись острием в коврик под Майкловыми рыцарскими башмаками.
– Ух ты. Вы хотите сказать… этот меч… Ваш меч… – Я не стал договаривать.
– Возможно, – кивнул он. – Хотя церковные записи отрывочны, нам удалось установить, что два других меча на протяжении столетий время от времени перековывались. Этот – ни разу.
– Это любопытно, – задумчиво произнес я. – Это черто… очень интересно.
Майкл одарил меня легкой улыбкой и кивнул.
– Интригующая тайна, правда?
– А знаете, – сказал я. – Тайны, конечно, вещь замечательная. – Я задумчиво пожевал губу. – Но я надеюсь, вы не слишком спешите. Вы, наверное, заметили, что год у Совета выдался хлопотный. Конечно, я выкрою время рано или поздно, но пока… – Я пожал плечами.
– Понимаю. – Он тоже помолчал немного. – Но знание истории меча может оказаться очень важным. Чем раньше, тем лучше.
Что-то в голосе Майкла заставило меня взглянуть на него более внимательно.
– Почему?
Его рука непроизвольно погладила рукоять «Амораккиуса».
– Мне кажется, мне недолго осталось носить этот меч, – произнес он очень мягко.
Когда Рыцари Меча выходят в отставку, они получают извещение напрямую от работодателя.
– Майкл? – спросил я. – Вам что… э… контора письмо прислала? – Я старательно избежать добавления «Как сделали с Широ».
– Нет. Инстинкт, – ответил он и улыбнулся мне. – Просто мне кажется, у меня начинается кризис среднего возраста. Впрочем, я не собираюсь менять образ жизни и уж не имею ни малейшего намерения уходить в отставку преждевременно.
– Что ж, хорошо, – сказал я, хотя это прозвучало мрачнее, чем мне хотелось бы.
– Вы не будете против, если я задам вам вопрос личного характера? – спросил Майкл.
– Я как-то слишком занят, чтобы отвечать на риторические вопросы.
Он улыбнулся и кивнул. Потом прикусил губу, явно подбирая слова.
– Гарри, вы довольно долго избегали меня. И вы производили впечатление… ну, скажем так, более сурового, чем прежде.
– Ну, лично вас я не избегал, – возразил я.
Он внимательно, спокойно смотрел на меня.
– Ну ладно, – буркнул я. – Угу. Только я почти всех избегал. Не принимайте это на свой счет.
– Может, я чего-то не так сделал? Или кто-то из моей семьи?
– Да хватит риторики! Вы сами знаете, что нет.
Он кивнул.
– Тогда, возможно, это вы что-то сделали. Что-то такое, что стоило бы обсудить с другом.
Знак падшего ангела на моей левой ладони начал зудеть. Я хотел было сказать «нет», но удержался. Квартал или два я вел машину молча. Надо было ответить. Майкл мой друг. Он заслуживал доверия и уважения. Он заслуживал ответа.
Но я не мог.
А потом губы мои шевельнулись, и я понял: то, что терзает меня больше всего, не имеет никакого отношения ни к монетам, ни к падшим ангелам.
– В прошлый Хэллоуин, – тихо сказал я, – я убил двоих.
Он медленно вдохнул и кивнул.
– Один из них был Кассий. Когда он уже лишился сил, я скомандовал Мышу сломать ему шею. Второй – женщина, некромант по имени Собиратель Трупов. Я застрелил ее в затылок. – Я судорожно сглотнул. – Я убил их. Я никогда прежде не убивал людей… вот так. Хладнокровно. – Я помолчал еще немного. – Меня мучают кошмары.
Я услышал, как он вздохнул. Когда он заговорил, голос его звучал натянуто, будто от боли.
– Я занимаюсь этими делами дольше, чем вы. Я могу понять, что вы ощущаете. По крайней мере отчасти.
Я не ответил ему.
– Вам кажется, все никогда больше не будет как прежде, – продолжал он. – Вы очень отчетливо это помните, и это вас не отпускает. Это как ходить с острым камешком в ботинке. Вы чувствуете себя запятнанным.
Чертовы дурацкие уличные огни… кой черт они расплываются? Я поморгал, не произнося ни слова. Да и в горле все равно стоял ком, мешавший говорить.
– Я знаю, каково это, – повторил он. – И заставить это исчезнуть невозможно. Но со временем станет легче. – Он помолчал, судя по всему, глядя на меня. – Если бы вам пришлось сделать это еще раз, вы бы это сделали?
– Вдвое решительнее, – ответил я, не раздумывая.
– Значит, то, что вы сделали, было необходимо, Гарри. Это может причинять боль. Это может преследовать вас. Но в конечном счете, до тех пор, пока вы поступаете так, как считаете нужным, вы сможете жить в мире с собой.
– Правда? – спросил я, закусив губу.
– Обещаю вам, – заверил он.
Я покосился на него и снова отвернулся вперед.
– Вы… вы не думаете обо мне хуже? Зная, что я убийца?
– Не мне судить вас за то, что вы сделали. Я сожалею о тех, чьи души потеряны. О том, что они никогда не обретут спасения. Меня беспокоит боль, которую вы причинили этим себе самому. Но я ни на мгновение не сомневаюсь, что вы лишили кого-то жизни лишь в том случае, когда это было абсолютно необходимо.
– Серьезно?
– Я вам доверяю, – спокойно произнес Майкл. – Будь иначе, я бы ни за что не оставил семью под вашей зашитой. Вы достойный человек, Гарри.
Я медленно выдохнул, и напряжение, сковывавшее мои плечи, немного ослабло.
– Хорошо. – И тут же, прежде чем мой мозг успел помешать этому, я снова открыл рот. – Я подобрал один из Темных Динариев, Майкл. Ласкиэль.
Мое сердце замерло, забыв биться, пока я делал это признание.
Я ожидал потрясения, ужаса, гнева, возможно, недоверия.
Вместо этого Майкл кивнул.
– Я знаю.
Я зажмурился.
– Вы… что?
– Я знаю, – повторил он.
– Вы… знаете… Вы знали?
– Да. Я выносил помойку с кухни, когда мимо проехала машина Никодимуса. Я видел все. Я видел, как вы спасли моего младшего.
Я прикусил губу.
– И… Я в том смысле, что вы не собираетесь глушить меня и тащить в персональную палату в Психушке для Блудных Динарианцев?
– Не говорите ерунды, – вздохнул Майкл. – Не забывайте, орден Рыцарей Креста основан не для того, чтобы уничтожать динарианцев. Нас основали для того, чтобы спасти их от Падших. Поэтому мой долг помогать вам всем, чем могу. Я могу помочь вам исторгнуть монету, если вы захотите. Лучше всего, если вы сами предпочтете сделать это.
– Собственно, мне нет нужды исторгать ее, – сказал я. – Я ее, собственно, почти не касался. Я замуровал ее, похоронил. Ни разу не пользовался ею.
Майкл, похоже, искренне удивился.
– Правда? Что ж, это добрая весть. Хотя из этого следует, что тень Падшего продолжает пытаться соблазнить вас, я верно понял?
На сей раз иллюзорное хихиканье послышалось чуть отчетливее. Ох, заткнись,подумал я как мог решительнее и послал эту мысль в направлении Ласкиэли.
– Пытается, – сказал я вслух.
– Не забывайте, Ласкиэль – искусительница, – тихо напомнил он. – С тысячелетним опытом. Она знает людей. Она знает, как подавать вам ложь, чтобы вы поверили в то, что это правда. Она существует с единственной целью: разлагать волю и веру человечества. Помните об этом.
Я поежился.
– Угу.
– Могу я спросить, что она вам говорила? – Он помолчал и щурился. – Нет, подождите. Дайте я сам угадаю. Она явилась к вам в виде привлекательной юной женщины. Она предлагала вам знания, да? Преимущества, которые дает ее опыт?
– Угу. – Я помолчал немного. – И Адский Огонь, – добавил я. – Он дает моим заклятиям дополнительную силу, когда мне это необходимо. Я стараюсь использовать его как можно реже.
Майкл покачал головой.
– Ласкиэль зовут Искусительницей не за красивые глаза. Она знает вас. Знает, что предлагать вам и как предлагать.
– Еще как знает. – Я снова помолчал. – Порой это меня пугает.
– Вам нужно избавиться от монеты, – произнес он мягко, но настойчиво.
– Рад бы, – сказал я. – Как?
– Откажитесь от монеты добровольно. И от своей силы. Если вы сделаете это, тень Ласкиэли уйдет с ними и сгинет.
– Что вы хотите сказать, «от силы»?
– Откажитесь от своей магии, – сказал он. – Бросьте ее. Навсегда.
– Черта с два.
Он поморщился и отвернулся.
Остаток пути до его дома прошел в молчании.
– Шмотки Молли у меня дома, – сказал я Майклу, остановив машину. – Я бы сейчас отвез ее туда за ними. Тем более мне надо переговорить с ней сегодня же, пока все свежо. Я привезу ее часа через два самое позднее.
Майкл, беспокойно нахмурившись, посмотрел на спящую дочь, но кивнул.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71

загрузка...