ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Инсилай с головой окунулся в воду… Из мокрого прохладного рая его выдернул голос Кэт.
– Вылезай, – она постучала в дверь, – поторопись, пока Альвертина поперлась к своей Фью. Хоть пообедаем спокойно.
– А что-нибудь еще? – поинтересовался Инсилай, воспарив над водой.
– Посмотрим на твое поведение, – дала надежду Катарина.
– Я буду очень-очень послушным мальчиком, – немедленно пообещал он и, завершив свой полет плавным приземлением на пол, убрал наколдованную роскошь. Инсилай лениво, по-кошачьи потянулся и, протянув руку к вешалке, обнаружил, что халат отсутствует. То ли сам забыл взять, то ли ведьменок спер, пока он на кухне болтал. Инсилай чертыхнулся.
– Ты там утонул, что ли? – напомнила о себе Катарина.
– В твоей кадушке это нереально, – проворчал он, на манер Тарзана завернувшись в полотенце. – Ты мне халат не дашь? Черт знает, куда он делся.
– Подожди, сейчас.
– Ой! – он вскрикнул от боли. Дверная ручка шибанула током так, что в глазах помутилось.
– Котенок, ты принесла халат? – закончил он, проклиная про себя последними словами Альвертину.
– А как же! – прямо перед ним стояла Наталья, уперев руки в боки. – Явился? Мы уж заждались, котеночек.
– Конец света! – охнул Инсилай и взглядом убрал ожог с ладони. – Откуда ты взялась, чудовище?
– Я-то никуда и не девалась, а вот где ты шлялся, котик мой мартовский? – Наталья расхохоталась, увидев растерянную физиономию старшего ученика Волшебницы.
Инсилай огляделся, узнал дом Варвары и понял, что пропал.

* * *

Мы сидели на кухне и пили чай. Варвара с вареньем, Лика с лимоном и какими-то вязнущими на зубах конфетами. Боря хрустел печеньем, воровал у Лики блестящие фантики и приставал к Волшебнице, постоянно покрикивая: «Варвара, Варвара, ура!»
– Заткнись, дурак! – не выдержала Лика.
– Дурак, дурак! – обрадовался новому слову Боря.
– Я его удавлю, – пообещала Анжелика.
– Он кучу денег стоит, – вступился я, – не всякому по карману такое сокровище удавить.
– Заткнитесь оба, – посоветовала Варвара, – разберемся, что мы на сегодня имеем. Потом ругайтесь хоть до утра.
– Итак, Химеру от «Тифона» мы можем получить только на следующей неделе, у них, видите ли, все сотрудники нужной нам квалификации при заданиях. С «Ехидной» еще веселее. Они, якобы, временно не работают, но при наличии солидных рекомендаций могут сделать исключение. Цены в «Тифоне» запредельные, но и «Ехидна» не скромничает. Это по вопросу моих сегодняшних разработок. Дальше. Ни в одном из означенных нами измерений Алиса не появлялась. Это хорошо. По моим расчетам, ее там и не должно быть раньше завтрашнего вечера, так что есть шанс, что хоть в расчетах мы не ошиблись. Инсилая я отправила в Мерлин-Лэнд, так что уже завтра могу вызвать сюда Наталью, если нам это потребуется.
– Мерлин, Мерлин, – радостно заголосил Боря, набрасываясь на Варварину руку.
– Я с ума сойду от твоей галки, – возмутилась Лика. – Кстати, когда вы собираетесь вернуть на место свой благоприобретенный графинчик? Я сегодня от него чуть не поседела. Да и птичка, кажется, поздоровела. Поберегите мои нервы. Они вам еще пригодятся.
– Но Горбуля-то каков! – рассмеялась Варвара. – Подайте ему тело и все тут.
– Горбуля – дурак, – немедленно сообщил карикус, склонив голову на крыло.
– Хорошая птичка, – ухмыльнулась Варвара, – умная. А графин, то есть егеря нашего полупьяного, я сегодня же верну в среду обитания. Но это, други мои, лирика. Что делать-то будем? За двое суток мы не продвинулись ни на шаг. Кроме теоретических выкладок и накладных расходов мы прочно стоим на месте.
– Ты забыла про три Г: графинчик, галочку и господина Горбулю, – ехидно сказала Лика, – тело покойного мы, конечно, проворонили, но все остальные в несомненном плюсе.
– Шутить будем потом, – посерьезнела Волшебница, – в нашем распоряжении последние сутки и стоит использовать их с максимальной пользой. Если ничего не прояснится, придется либо возвращаться в Мерлин-Лэнд за новой порцией волшебной аппаратуры, либо искать голыми руками. И то, и это не желательно. Что делать будем? Думайте, думайте, господа. Докажите, что головы у вас не только для того, чтобы пить, есть и скандалить.
– Ладно, – угомонилась Анжелика, – пока есть время, подведем итоги. Что мы имеем? Большое количество магических причиндалов с ограниченным сроком действия, около сотни разбросанных по измерениям датчиков, которые пока помалкивают, начисто исчезнувшую Алису в компании с Химерой-нелегалкой и относительно полное финансовое благополучие, ибо, как удалось выяснить, мы больше ни с кем не судимся, а господин Горохов согласен спонсировать нашу работу в пределах разумного.
– Боря – хороший, – вставил слово карикус.
– Ну да, – согласилась Лика, – есть еще говорливая экзотическая птичка, которую в случае полной финансовой несостоятельности мы сможем толкнуть в частный зоопарк за бешеные деньги.
– Вместо того чтобы думать о деле, ты, подруга, снова занялась словоблудием, – разозлилась Варвара, – с этой минуты ввожу мораторий на не относящийся к делу треп. Нарушители составят компанию графину на подоконнике. На мой взгляд, там не хватает пары стаканов для завершения композиции. Все ясно?
– Что значит мораторий? – шепотом спросил я у Лики.
– Это значит всем молчать, – так же шепотом перевела Анжелика, – если тебя не привлекает карьера стакана.
Что-что, а такая перспектива меня точно не радовала, и я замолчал, загрустив о прекрасном времени, когда я строгал волшебные палочки в своей мастерской, и самым большим приключением была ставка в пять мерлинов в базарном казино, а самым дальним путешествием – поход в Заповедник. И тут меня осенило. Решение оказалось простым и легким, при этом лежало совсем рядом. Я выскользнул из-за стола и попытался как можно незаметнее прошмыгнуть в комнату.
– Куда это ты? – немедленно пресекла мои попытки скрыться незаметно Варвара.
– Я помолчу в гостиной, если ты не против. Может, мысль какая-нибудь посетит. Тогда я ее оглашу.
– Иди, – вздохнула Волшебница, – извини, что сорвалась. Просто мы все устали и нервничаем. Ложись спать, если хочешь, и пусть тебе приснится принцесса Греза.
Пока никто не передумал, я рванул в комнату. Быстро нашел бумагу и ручку, нацарапал записку Варваре. Положил послание на клавиатуру компьютера, сюда-то уж точно кто-нибудь да посмотрит. Потом я самым наглым образом залез в сумку с магическими прибамбасами и позаимствовал оттуда пару исполжелов широкого профиля. Проверил наличие на своей руке волшебного кольца, встал посреди комнаты, мысленно извинился перед Варварой за грабеж и четко и внятно произнес свое желание. В тот момент, когда я взмахнул волшебной палочкой, в мое плечо с криком: «Дурак!» вцепился когтями Боря. Наверное, он был по-своему прав, но изменить что-либо я уже не мог.


ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Друзья – это братья и сестры, которых мы сами себе выбираем.

Глава 8

Вообще-то мамаша у меня ничего, продвинутая, но иногда ее клинит, и тогда она чудит. Если это происходит, спасайся, кто может. Список пострадавших от ее причуд возглавляю я. Мое рождение ее так заклинило, что она назвала меня Альвертина. Клин-то у нее скоро прошел, а вот имечко мое дурацкое мне на всю жизнь осталось. Как же я от этой ее причудливости натерпелась, словами не выскажешь, на пальцах не покажешь. Вмиг прослывешь трудным ребенком. Сначала-то было еще терпимо. Родила меня мама в Бразилии, и пока мы там жили, на Альвертину почти никто внимания не обращал. Может, там своих Мирандолин-Арчибальдин хватает, а может, просто не помню реакции общественности за давностью времени и личной молодостью: мне было лет пять, когда мы оттуда уехали. Тут-то мои беды и начались, ибо из солнечной Бразилии подались мы в чуть менее солнечную Одессу. Не город, а гнездо пересмешников. И как меня только не звали – и Альтиной, и Нифертиной, и даже Тритатиной. Ну, с одесским юмором это еще цветочки.
Но, если честно, я согласилась бы даже на Тину болотную, если бы все эти игры с моим именем продолжались у самого Черного в мире моря. Но год назад маман опять заклинило. На сей раз в голову ей втемяшился какой-то Мерлин-Лэнд. Будто ей там медом намазано, и все сознательное население города ждет нас, любимых, не дождется. Я спросила у соседского Иоськи, где этот чертов Лэнд находится. Хоть и орет Иоська на всю Одессу, что будет кругосветным путешественником, а про Мерлин-Лэнд ни фига не знает. Мы с ним все карты перерыли, нигде не нашли. Тоже мне, Тур Хейердал пополам с Магелланом, где соседскую голубую мечту искать, даже представления не имеет. Мне и то хватило соображения предположить, что, судя по названию, это какой-то заштатный городишко в Америке. А что на карте его нет… так ведь и районный центр Урюпинск не на каждом глобусе нарисован.
Второй вопрос, что там понадобилось маман. Я посовещалась с Софочкой, моей соседкой по парте, и мы пришли к выводу, что объявился мой героический папашка. Софке Куц можно в этом вопросе доверять. Во-первых, у нее уже третий папаша за последние два года, во-вторых, родственники ее все до десятого колена давно съехали – кто в Америку, кто в Израиль, так что в беглых папашах она здорово сечет. Софка в моей семейной запутанности попыталась разобраться и давай про моего папашку расспрашивать с пристрастием, а я толком и не знаю ничего. Лично я с ним не встречалась, а мамаша моя, как только о нем речь заходит, все время в показаниях путается. По ее словам выходило, что он где-то геройски сгинул. То в автокатастрофе, то в авиа, а то и вовсе в каких-то загадочных боевых действиях. Настораживало то, что проистекало это всякий раз по-разному, он разве что на «Титанике» не тонул. Выходит, либо папаша мой из семейства кошачьих и было у него девять жизней, либо у маман склероз преждевременный прорезался, либо все это вранье. Я склоняюсь к последнему. Особенно, если добавить ко всему этому необъяснимо вспыхнувшую страсть моей мамочки к Мерлин-Лэнду.
Софка еще потревожила свои извилины и догадалась, что, видать, мой папашка, как ее первый, был сначала при жене, а теперь стал без. С той разницей, что на этом месте мой папаша стал призывать мою маман, а Софкин бросился к какой-то шмаре в Израиль, бросив Софку и ее мамашу окончательно. Работу мысли Софа оценила в визит своей мамы к самой модной гадалке Одессы госпоже Катарине. Мадам Куц пребывала в поисках очередного мужа, да и Софка была не прочь сменить фамилию и помогала мамашке своей драгоценной в этом вопросе как могла. Грабеж, конечно, но долг платежом красен.
Пришлось уговаривать маман на спонсорский сеанс, ведь я дочь госпожи Катарины, кажется, я об этом не говорила. После клятвенного обещания собственноручного месячного мытья посуды и полов в доме, мне удалось ее уболтать.
Между прочим, маменька в Одессе была самой дорогой гадалкой. Не знаю, сколько она брала за сеанс, но на хлеб с маслом и колбаску-кровяночку хватало. Хорошо работала госпожа Катарина: никакой халтуры, все четко по заказу, очереди к ней на прием стояли капитальные. Если кого приворожить, или порчу какую напустить, вроде хронических соплей или глобальной невезухи с непрухой, тут ей равных не было. А уж сколько желающих на эти услуги в большом городе, где каждое существо мужского пола от девяти до девяноста считает себя крутым бизнесменом, а каждая девица от восьми до восьмидесяти хочет принца на белом «Мерседесе», и говорить нечего. Только бизнесменам было лень бизнесить, а красавицам красоваться, куда проще конкуренту вслед сольцы заговоренной сыпнуть, а предмету страсти пылкой мамашиного варева в чай шарахнуть. Короче, от клиентов отбоя не было, из других городов приезжали. Но тут вдруг мамашу мою драгоценную в очередной раз заклинило, и мы в одночасье с Одессы съехали. Это было не просто загадочно, это, выражаясь современным языком, было явлением паранормальным.
Переезда я не помню, хотя уже была вполне дееспособна, в тринадцать-то лет с месяцами. Просто, заснув в своей кровати на Лермонтовке, я проснулась в домике на окраине странного городишки с загадочным названием Санта-Хлюпино.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89

загрузка...