ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Не зря я этой мыши белобрысой глазенки пыталась выцарапать, не ровно к ней Ронни дышит, так за три дня соскучился, что на всех парусах помчался. Правильно, все при любви, с полным удовольствием разбежались по приключениям, а я у самого синего моря, как золотая рыбка на выданье».
Дракон и карикус, чувствуя настроение Альвертины, притихли и попрятались. Доберманша подумала и тоже ретировалась. Зато пришла Софка и предложила прошвырнуться по Одессе.
– Нам тетя Вера прошвырнется, – буркнула Альвертина, покосившись на часы.
– Фиг ты угадала, – Софка достала из кармана двадцатидолларовую купюру. – Мать сама дала. Сказала, разменять и ни в чем себе не отказывать.
– Что это с ней? – насторожилась Альвертина.
– Нормально все, – успокоила Софка, – пошли, пока она не передумала. Ей ее Ван Дамм звонил, в гости напросился, я слышала.
– Кто звонил? – удивилась Альвертина.
– Кадр ее новый, – рассмеялась Софка. – Он, правда, здорово на Ван Дамма похож, только маленький до карманности.
– Настоящий не многим больше, – буркнула Альвертина.
– А ты его живьем видела? – тут же заинтересовалась Софка.
– Нет, в журнале каком-то его параметры прочитала. – Альвертина слезла с ванны и вытерла руки. – Сейчас переоденусь, и пойдем.
Дойдя до комнаты, она сообразила, что переодеться может только в купальник, так как, не рассчитывая задерживаться в Одессе, прибыла налегке и, кроме джинсов и майки, уже надетых на ней, не имеет никаких резервных шмоток. Больше того, у нее нет ни копейки денег на исправление этой несправедливости. Ну, правильно, зачем рыбкам деньги! Альвертина разозлилась еще больше, махнула рукой и вернулась в кухню.
– Пошли, – проворчала она.
– Ты ж переодеваться хотела.
– Хотела, перехотела. Пошли, пока Ван Дамм не приперся.
Не успели они пройти и ста метров от дома, как в кармане Альвертины что-то затрезвонило турецким маршем.
– У тебя мобильник свой? – удивилась Софка.
– Наверно, – равнодушно сказала Альвертина, засовывая руку в карман. Сотового у нее отродясь не было, но она была так зла, что на удивление сил уже не хватило. – Алло?
– Привет, как дела? – осведомилась трубка голосом Натальи.
– Куда вы все подевались? – мрачно буркнула Альвертина, не ответив на вопрос.
– Долгая история, – помедлив, сообщила Наталья. – Золотая получится, если по роумингу рассказывать. За тобой завтра прилететь, или на море хочешь посидеть?
– А вы где?
– Я звоню из Москвы и русским языком тебя спрашиваю, когда за тобой приехать?
– Ронни с тобой? – Альвертина почему-то почувствовала тревогу.
– Нет, но вот-вот будет здесь, – не очень уверенно ответила трубка.
«Гуляет, значит», – поняла Альвертина и разозлилась окончательно
– А пошли вы все! – заорала она на всю улицу. – Незачем за мной приезжать, захочу – сама приеду, не маленькая.
– Что-то случилось?
– Ничего не случилось, просто меня забыли здесь, как ненужный чемодан, а раз так, и спрос с меня, как с чемодана. Отвяжись от меня, вы гуляете, и я гуляю!
– Прекрати истерику, – посоветовала Наталья. – Остынешь, позвони.
Наташка бросила трубку. «Можно подумать, мне проблем мало. Варвара пропала, сестрица ее тоже ни гу-гу, кукушка-несушка. Подбросила нам свой вреднющий чемодан, и с концами. Инсилай и компания застряли в Ваурии. Локи ушел на минутку и пропал навсегда, зато Алисы теперь целых две, на выбор. И Лика не может понять, кто ей больше по душе – Горохов, Инсилай или оба сразу. Живу, как в сказке – чем дальше, тем страшнее».

* * *

Я хотел ванну, спать, пить, есть и хоть какие-нибудь шлепанцы на ноги. От этого букета неудовлетворенных желаний у меня даже голова разболелась. Я шел и брюзжал, срывая плохое настроение на своих спутниках. Нечестно, конечно, но за последние дни я так нахлебался ваурским гостеприимством, что требовать от меня приличного поведения мог только сумасшедший. В довершение всего, я напоролся босой пяткой на осколок какой-то глиняной посуды и озверел окончательно.
– Все! – Я уселся на обочине дороги. Мирна и Ронни остановились и уставились на меня.
– Что-то не так? – поинтересовалась Мирна, чуть подняв брови.
– А сама не догадываешься? – взорвался я. – Все не так! Все плохо, отвратительно, хуже некуда!
– Понятно, – мрачно констатировал Ронни, – сидим посреди Ваурии и ждем ангела смерти.
– Ну, тебе-то грех жаловаться. – Гадости перли из меня, как перебродившее тесто из кадушки. – И суток не минуло, как ты рвался умирать за идею. Неужто передумал? Или поумнел за ночь? Какого черта ты поперся за мной к Тауру? Тебя ведь предупреждали…
– Я самостоятельный человек и способен сам принимать решения, – заявил Рональд.
– Нет, мой дорогой. – Я чувствовал себя мерзким старым занудой, но остановиться был не в состоянии. – Ты, увы, не Чародей, не Волшебник и даже не ученик Волшебника. Мы не на Земле и не в Эйре, а на запредельной территории повышенной опасности. Так что, как это ни печально, в отсутствии Варвары за тебя отвечаю я. А я категорически запретил тебе заниматься моим спасением.
– Хорошо, – согласился Ронни, – когда тебя соберутся убивать в следующий раз, я и пальцем не шевельну.
– Надеюсь, до таких крайностей дело не дойдет, но если и случится непредвиденное… окажи мне любезность, дождись моей просьбы о помощи. Не зря Локи говорил: «Прежде чем кидаться кого-то спасать, убедись, что этот кто-то нуждается в спасении».
– А мне Локи сказал, что бывают ситуации, когда о секундном сомнении сожалеешь всю жизнь, – возразил Ронни.
– Старый интриган, – проворчал я.
– Очень мило, – фыркнула Мирна, – не боишься, что я ознакомлю отца с твоим мнением о нем.
– Ничего я не боюсь, – огрызнулся я, – сначала выберись отсюда, потом наябедничаешь, если получится.
– Если ты и дальше будешь портить всем жизнь своим посттравматическим психозом, мы точно отсюда не выберемся, но переругаемся между собой наверняка, – спокойно сказала Гаара, – прекрати истерику и займись делом.
– Каким? – без всякого энтузиазма поинтересовался я, – Город разрушить или замок построить?
– Надо найти меч и кристалл, – напомнил Ронни, – а потом, если я ничего не путаю, у нас в программе битва с Магистром.
– Путаете, господин хороший, – я продолжал брюзжать, – еще как путаете. Это у меня в программе битва, а у вас зрелище. Изысков режиссерских не обещаю, но пару минут действа гарантирую. Не с первого же удара меня Таур ухлопает, насладиться успеете. И, еще раз повторяю, для тех, кто не заметил: не вздумайте меня спасать, один покойник на один спектакль – этого вполне достаточно для рядовой бытовой драмы. Если вы чем-то не довольны, можем махнуться. Я, так и быть, поищу меч, а вы вместо меня потом повоюете с Тауром.
– Ему лениво искать отшельника, – перевела Мирна, – переработал наш покойничек, беда какая. Две попытки умереть в одночасье у него за последнюю неделю уже обломились, на третью вся надежда, а тут мы со своей никому не нужной помощью. Вот он и злится на весь мир.
Ну, конечно, а что, я от счастья должен повизгивать? За эту неделю я огреб столько синяков, что на три жизни хватит, это не считая моей разбитой еще на Эйре головы, с которой все несчастья и начались, между прочим. Может, все это и не происходит вовсе, а сон кошмарный, который у меня от коварного Гермеса случился? Он ведь, если мне память не изменяет, бог торговли и обмана. Ну, если это его штучки, то это самый грандиозный в истории обман. На дюжину персон. Мирна-то, небось, и не подозревает, что она мне снится, вон как разозлилась, а зря, вот как проснусь сейчас и куда ей деваться? А что, мой сон, когда хочу, тогда и просыпаюсь. Ну, это если мой, а если это я по чужим сновидениям шастаю, тогда все наоборот. Все проснутся в шоколаде, а я буду как бешеная блоха скакать по Ваурии. Что-то у меня, по-моему, на почве переизбытка физических наказаний крыша съехала. Сон – не сон, полусон, совсем рехнулся, нервы лечить пора. Грамм двести валерьянки и бутерброд с седуксеном были бы весьма кстати.
– Эй, – Мирна прервала мои размышления о жизни, резко тряхнув меня за плечо, – ты спишь или разговаривать с нами теперь отказываешься, господин волшебник?
– Извини, я отвлекся, – честно признал я.
– Мы подумали и решили, что ты прав.
– В чем? – похоже, я много интересного пропустил.
– Тебе не стоит тратить силы на поиски. Побереги их для битвы с Тауром, а мы с Ронни займемся мечом. Иди к восточным воротам и жди нас. Там наверху есть пещера, узнаешь ее по черному вереску у входа. Мы жили там с Алисой. Не дворец, конечно, но отдохнуть можно с относительным комфортом.
Черт побери, какая забота о ближнем, а я, как назло, прослушал, откуда такое человеколюбие стряслось. Впрочем, не мое это дело. Отпустили они мою душу на покаяние и слава богу. Я распрощался с добрыми самаритянами и отправился в Альвар. Пройдя пару километров, я сообразил, что в своем нынешнем виде в городе мне лучше не появляться. Колдовать здесь? Опять Арси прискачет. Что ж делать-то? И тут меня осенило. Я задумал очень неплохую комбинацию, надо только посчитать, хватит ли на нее энергии. Прикинул плюс минус километр, вроде бы должно хватить. Ну, ребята, ловите меня, если сможете. В одно мгновение я сотворил четыре волшебства в разных точках. Превратил себя в богато одетого купца, приличный с точки зрения ваурцев человек, вне всяких подозрений, наколдовал бочку местных денег в описанной Мирной пещере, устроил грозу в Баффало и разрушил пару прилавков на рынке в Альваре. А, господин Магистр? Знай наших! А не сыграть ли нам в прятки на деньги? Тебе водить. Раз, два, три, четыре, пять, начинай меня искать!

* * *

Четыре ярких вспышки полыхнули на карте одновременно. Таур недоуменно поднял брови. Если бы о подобном происшествии доложил ему кто-то из стражи, он бы ни за что не поверил: слишком далеко друг от друга были мерцающие точки. Либо в Ваурии развелось больше Волшебников, чем предполагалось, либо Посланник поумнел и научился прятаться. «Это плохо, – подумал Магистр. – Надо было уничтожить его, когда он плескался в океане. Все бы уже закончилось, причем в рамках закона – Битва была объявлена, бой начался, Илай расслабился, я мог воспользоваться моментом и победить без всякого риска. Но так хотелось хоть немного Битвы, что просто утопить его в море, как слепого котенка, даже в голову не приходило. Теперь все усложнилось. Мальчишка становится опасным, а исправлять что-либо уже поздно. Он учится на ходу, еще немного – и я не поручусь за свою победу. Нужно признать, что недооценил противника. Пять предметов определят победителя. А если он найдет их все? С него станется. Плохо то, что мне известен только один. Надо срочно отправляться к родникам. Копье у меня, кольцо Мерлина вне игры… Даже если он найдет еще что-нибудь, силы будут почти равны. К черту благодушное ожидание, так и до смерти доиграться можно! Жребий Посланника пал на него, значит, Мерлин на что-то рассчитывал. Может, Илай только притворяется слабым… Это даже не хитрость – стратегия. Не нравится мне все это». Магистр обернулся огромной диковинной птицей и направился к долине Ключей.

* * *

Я почти смирился с действительностью. Особенно убедительно примиряли меня с ней мягкие сафьяновые сапоги, делавшие мое путешествие почти приятным. Я шел по дороге и размышлял о пользе колдовства. Стоило потратить полжизни на учение, чтобы уметь легким движением руки сотворить из воздуха массу полезных предметов. Все-таки приятно чувствовать себя Волшебником. Знала Варвара, чем уколоть, лишила такого удовольствия. До сих пор не понимаю, за что она меня заклятьем шарахнула. Ну, провел я ее, так ведь и она могла тем же ответить, раз об обмане догадалась. Я, между прочим, обыграл Варвару красиво и относительно честно. А она мне в ответ не изящный гамбит, а бейсбольной битой по темечку. Грубо и не женственно…
Что-то зашелестело в придорожных кустах, и мне наперерез рванули трое.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89

загрузка...