ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


На кухню вплыла Софкина мама. Ее внушительные габариты заняли остатки свободного пространства.
– Девочки, все готово? Пора накрывать, сейчас уже наши вернутся. Голодные, небось, с дороги. И что за глупости, не пимши не емши по делам бегать? Что это за дела такие, что бежать сломя голову? И чего вы с Фимкой этим связались, он же форменный бандит. Доведет вас до плохого, что за дела можно делать с бандитом, это же не дела, это уголовщина!
– Мама, – Софка ухитрилась вставить слово, – все остынет и засохнет.
– Да, – немедленно согласилась Вера Абрамовна и тут же переключилась. – А что же мама твоя не приехала, Алечка? У вас там все хорошо?
– Нормально, – Альвертина прихватила с украшенного зеленью блюда кусок колбасы. – Можно я возьму?
– Уморили ребенка голодом! – запричитала Вера Абрамовна. – Да где ж черти носят этого поганого Фиму, чтоб его покорежило! Возьми деточка, кушай, это ж невозможно столько ждать! Как они ходят, можно было уже десять раз на Привоз скататься!
– Они не на Привоз, они к Аркаше поехали, – сказал Иоська, с трудом протискиваясь между плитой, ванной и Верой Абрамовной. – Это надолго.
– Я тебя умоляю, и что они позабывали у этого жулика? Он в жизни ничего такого не сделал, за что срок не дают! – возмутилась Вера Абрамовна. – Это ж паразит, он черта обманет и обмухлюет, а тут девочки молоденькие! И какой дурак надоумил вас с ним связаться, с чертом старым? Он же маму родную за деньги продаст и упакует!
«Эти девочки сами кого хочешь упакуют, – подумала Альвертина. – Не знаю я, как там Аркаша, но я ему точно не завидую, если он будет крутить. Девушки у нас нервные и чувствительные, могут и не сдержаться, если что».

* * *

– Послушай, Алиса, – Инсилай опустился на колени и взялся руками за прутья клетки.
Я видела прямо перед собой его усталые глаза, ссадины на лице, кандалы на запястьях и не понимала почти ни слова. В моем сознании был только ужас. Я прижалась щекой к его руке, пальцы Инсилая пахли морем и полынью. Что он говорит, господи, ничего не понимаю. Слишком свеж был в памяти мой кошмарный сон; он был так ярок, что смешивался с реальностью. А если в жизни все будет так же, только без счастливого финала? Не думать о плохом, дурные мысли притягивают неприятности, у нас все будет хорошо.
– Конечно, чудеса бывают. Разумеется, в них нужно верить. Но… ты только не плачь, если чуда не произойдет. Никто не знает, что будет завтра. Мне жаль, но ты можешь остаться одна в этой дыре. Конечно, Мирна не бросит тебя, но надеяться ты должна на Варвару и Ронни. Они обязательно вернутся за тобой. Постарайся, чтобы им не пришлось искать тебя в этом проклятом мире. Он слишком опасен для волшебников. Найди место, где мы с вами ждали Ронни, и будь поблизости. Не бойся, все будет хорошо, я знаю.
Я разревелась. Инсилай погладил меня по голове.
– Не плачь, с Мирной ты не пропадешь. Ее мать из кошачьего народа. Гаара – ее вторая сущность. В минуту опасности она превратится в пантеру или пуму и сможет защитить тебя.
– Ты же говорил, что в этом мире может колдовать только Таур, – всхлипнула я.
– Это не колдовство, Алиса, просто одно ее «я» победит другое. Тебе трудновато это понять, в твоем мире так не бывает. Но Мирна – дочь Мага, у нее несколько сущностей. В Эйре это естественно.
– У тебя тоже есть второе «я»?
– Нет, я не Маг и не сын Мага. У меня только одна сущность, и ты ее видишь. Подожди, дружок, не перебивай, у нас слишком мало времени, – сказал он, не дав мне задать следующий вопрос. – Может случиться, что Варвару и Ронни тебе придется ждать очень долго. Не потому, что они не торопятся, уверен, они изо всех сил спешат на помощь, но сюда не так просто попасть и еще труднее выбраться. Наберись терпения, помощь обязательно придет.
– Какие у тебя холодные руки, – прошептала я, только сейчас поняв, что пальцы Илая просто ледяные, – ты замерз. – Господи, что я говорю, конечно, замерз, ночи-то здесь не южные, а у него всей одежды – одни джинсы.
– Ничего, это ненадолго, – грустно усмехнулся Инсилай.
– Ты о чем? – ну я и дура. «Завтра ты останешься совсем одна»… Он же прощается со мной, он готовится умирать!
– Скоро встанет солнце и снова будет очень жарко, – пояснил он ровным, ничего не выражающим голосом. – Видишь, как темно. Темней всего ночь бывает перед рассветом.
Надо передать ему маяк. Чем раньше они услышат наш сигнал, тем больше шансов, что помощь не опоздает. Если Мирна права, сейчас начнется…
– Возьми, – я сунула в руку Инсилаю пиратскую серьгу.
– Что это? – удивился он, разглядывая лежащую у него на ладони вещицу. – И что мне с ней делать?
– Локи велел передать тебе, что это маяк. Она должна быть у тебя, чтобы ни случилось. Желательно, чтобы ее ничего не заслоняло, и при этом она не попалась на глаза Тауру.
– То есть в карман нельзя? – переспросил Илай, продолжая таращиться на серьгу.
– Я не знаю. Локи сказал, ты сам догадаешься, что делать.
– Ага, – растерялся Инсилай, – по-моему, он слишком хорошо думает о моей сообразительности.
– Локи сказал, это твой последний шанс. – Слезы снова потекли по щекам, хоть я изо всех сил пыталась их сдержать.
– Не реви, – Инсилай взял меня за руку и посмотрел в глаза. – Лучше вспомни дословно, что сказал Учитель.
– Нам все время мешали, – я очень старалась сосредоточиться, но мысль о том, что завтра Илая убьют, а он, как назло, не любит татуировки и побрякушки, перебивала все остальные. – Он сказал, что вещи надо использовать по назначению, и еще, что не надо мудрить.
– А по-человечески он сказать не мог! – разозлился Инсилай. – Обожаю разгадывать шарады среди ночи.
– Он сказал, ты догадаешься, – в отчаянии повторила я, глядя на злое и растерянное лицо Инсилая. – Ну, подумай! – пусть лучше скажет сам. Некстати Мирна нагнала на меня страху, боюсь я предлагать ему очевидное решение.
– Фью! – свистнул он сквозь зубы. Ну, опять перешел на свое чириканье. Чем ругаться, лучше бы подумал хорошенько.
– Может, ее просто воткнуть в ухо? – Нет у меня времени ждать, пока он додумается до ответа. К тому же, если верить Мирне, мне еще скандальчик предстоит часика на два. Впрочем, может быть, ее опасения напрасны, и все не так критично?
– Не мой гардеробчик, – огрызнулся Инсилай, немедленно подтверждая прогноз Гаары. – К тому же на сегодняшний день золотых украшений предостаточно, – он грохнул кандалами.
– Если они не увидят маяк, нас просто не найдут! – в отчаянии от собственного бессилия прошептала я.
– Кто они? – поднял брови Инсилай.
– Те, кто спешит на помощь. Сам же говорил.
Илай опустил глаза и сжал серьгу в кулаке. Не знаю, о чем он думал, о серьге или о возможном спасении, но по губам его пробежала усмешка. Ну, он мне сейчас расскажет…, но он промолчал. Помедлил немного, вздохнул, поднял рукой волосы, прикрывавшие левое ухо и, наклонив голову, протянул мне серьгу на открытой ладони:
– Вдевай, коли такая необходимость.
– Может, ты лучше сам? – испугалась я. – Темно. Я не вижу, куда.
– А там и видеть нечего, – успокоил Инсилай. – До сего дня я ничего подобного не носил. Прокалывай ухо и вдевай свою антенну.
– Я боюсь. Это же больно.
– У нас мало времени. Если ты веришь Локи, вперед.
– А ты ему веришь? – спросила я. После того, как я увидела Мага, моя вера в его помощь и, еще больше, сохранившийся рассудок, несколько померкла.
– Конечно, – хмыкнул Инсилай, – дал бы я колоть собственное ухо, если б не верил.
– Я попробую, – промямлила я и взяла у него серьгу. Руки у меня дрожали. – Нет, не могу, – я действительно не могла причинить ему боль, даже ради нашего спасения. – Ты уверен, что это правильное решение?
– Ни в чем я не уверен, – проворчал Инсилай, – давай скорее, не тяни.
– Тебе больно, – только и смогла сказать я.
– Ну что вы возитесь? – прошипела вынырнувшая из темноты Мирна.
– Антенну подключаем, – сообщил Инсилай.
– Что? – удивилась Мирна.
– Проколи ему ухо, – попросила я и сунула ей в руки серьгу.
– Самое время, – проворчала Мирна, но посмотрела на меня с уважением. – Раньше о чем думали? Ладно, ты готов?
– А как же, – откликнулся Инсилай.
– Хорошо, – она быстро и умело вдела серьгу в его ухо. – Все, опусти волосы. Знаешь, чего тебе сейчас не хватает?
– Ванны, чашечки кофе и хорошего завтрака, – немедленно отрапортовал Илай.
– Повязки на глазу и попугая на плече, – рассмеялась Мирна.
– На абордаж! – передразнил Инсилай и вдруг разом посерьезнел. – Тихо, идет тауровская стража.
Мы в который раз за эти сутки спрятались под помост и притаились на земле. Прямо у меня над головой загремели засовы. Раздались голоса, затопали чьи-то ноги. Говорили по-эйрски. Илай ответил им на том же наречии, потом тихий свист, и тут же оглушительный грохот, будто металл ударил о металл. И снова шаги и тишина.
– Увели, – почти выдохнула Мирна.
– Куда? – ахнула я и рванулась из-под помоста.
– Сиди! – прошипела она. Мне показалось, что за плечо меня схватила черная когтистая лапа. Нет, тонкие пальцы и ногти самые обыкновенные.
– Что они говорили?
– Предупредили, что, когда снимут кандалы, он попадет под охрану знака Таура, и посоветовали не дергаться, будет хуже.
– А он?
– Сказал, что понял.
– Будем ждать, пока стража заснет? – я уже стала привыкать к местным нравам.
– Эти не заснут, – вздохнула Мирна. – Это маги-предатели, они перешли на службу к Черному Магистру. Для них казнь Волшебника – подарок судьбы, его сила переходит к ним. Инсилая будут сторожить очень бдительно.
– Казнь? – прошептала я. – Но ведь третьи сутки еще не прошли…
– Они окончатся завтра. Таур дает только три ночи, и последняя на исходе.
И наступило завтра. Зеленое солнце взобралось на серо-стальное небо. Я увидела Инсилая. Он стоял у ворот ратуши, привязанный к столбу, верхушку которого венчала деревянная голова дракона. Никакого эшафота, простой деревянный столб и толстые веревки. Рядом стояли четверо стражников с арбалетами.
Все, больше ждать нельзя. Это последний шанс, потом будет слишком поздно. Сон дал мне подсказку. Маяк на месте, теперь моя очередь действовать. Успокоиться, не бояться, все будет хорошо. Я обернулась к Мирне.
– Сейчас я подойду поближе к Инсилаю и постараюсь дать ему как можно больше сил. Надеюсь, их хватит на то, чтобы разорвать путы и спастись отсюда. Помоги ему, если сможешь.
Она попыталась удержать меня, но я вывернулась из ее рук и вылезла из-под помоста. Площадь очень быстро наводнялась народом. Только начало светать, а уже было не протолкнуться. Что же будет, когда окончательно рассветет? Изо всех сил работая локтями, я стала пробиваться к Инсилаю. Мирна, как тень, шла следом. Открылись ворота ратуши, оттуда вынесли огромную корзину, закрытую черным шелком, и поставили ее у ног Инсилая. Следом вышел Таур в сопровождении трех лучников, одетых, как древние римляне со страниц моего учебника истории. Сам Таур был в длинном серебристо-сером плаще под цвет неба, на голове у него была массивная корона из какого-то зеленовато-черного металла. Толпа смолкла. Магистр чуть заметно шевельнул рукой и ворон, сидевший на его плече, рванулся к Инсилаю. У самого его лица он вдруг обернулся широкой шелковой лентой и черной повязкой упал на глаза Волшебника. Это все. Я опоздала. Таур сел в приготовленное для него высокое кресло и жестом дал команду лучникам. Я была уже совсем близко, когда с корзины сняли покрывало: целая груда золотых стрел. У меня потемнело в глазах от их блеска.
– Где она, твоя Великая Битва?! – шепотом спросила я Мирну. – Тарра ошиблась, и звезды солгали.
– Тарра не ошибается, а звезды не лгут, – спокойно сказала Мирна. – Они просто посылают испытание духа.
Звон тетивы – и золотая стрела вонзилась в плечо Инсилая. Он вздрогнул, я видела, как напряглись его мускулы. Тонкая струйка крови потекла из черной ранки.
– Испытание? – переспросила я, глядя в кошачьи глаза Мирны. – Это не испытание, это убийство.
Снова звон тетивы. Вторая стрела пролетела мимо, лишь слегка оцарапав Инсилаю щеку.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89

загрузка...