ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Небольшие карие его глазки косили так, что встретиться с Максимом
Петровичем глазами практически было невозможно. То есть посетитель видел
Чудоева, а вот видел ли посетителя Чудоев - поручиться было нельзя.
Леня выложил на стол справки и спросил: "Скажите, пожалуйста, на что
мы можем рассчитывать?" Максим Петрович разложил пасьянс из мятых спра-
вок и сказал: "Согласно закону, получите двухкомнатную квартиру в районе
новостроек".
Леня и сам знал, что положено согласно закону, но, как известно, за-
кон у нас один на всех, а нас очень много, поэтому закона на всех не
хватает, и тот, кто бойчей, свое не упустит, чье бы оно ни было! Причем
все в удовлетворении, потому как большинство понятия не имеет, как живет
меньшинство, что для счастья, пожалуй, самое главное. А кто хочет жить
лучше, надеждой источен до косточек, лишь глазки горят, но с годами
обугливаются, гаснут.
Но шанс, шанс есть у каждого!
И, подмигнув двумя глазами, Леня, как ему показалось, интимно шепнул:
- Знаю, что нельзя, но смерть как охота... трехкомнатную.
Максим Петрович развел глаза в стороны:
- Я бы с радостью, но вы же знаете сами. Если бы вы были матерью-ге-
роиней, академиком, хотя бы идиотом со справкой, то, естественно, имели
бы право на дополнительную жилплощадь, а если вы нормальный человек,
увы!
И тут Леня выплеснул из себя фразу, бессмысленную до гениальности.
Она прозвучала так:
- Максим Петрович! Размеры моей благодарности будут безграничны в
пределах разумного.
Максим Петрович, пытаясь понять смысл услышанного, перестал на миг
косить и, показав Лене глаза, которые оказались не карими, а зелеными,
прошелестел одними губами:
- Зайдите в четверг после трех. И не забудьте размеры границ.
Дома, сидя за столом и тряся над борщом перечницу, Леня сказал жене:
- Люсь, падай в обморок! Я, кажется, выбил трехкомнатную.
Люся, как при команде "Воздух!", рухнула на пол и, припав к ногам му-
жа, заголосила:
- Ленчик! Миленький! Положена двухкомнатная - будем жить. Раз ты
что-то задумал, и однокомнатной не дадут. У тебя легкая рука, вспомни.
Из ничего - бац - и беда!
- Цыц! - Леня треснул по столу вилкой. - Цыц, любимая! Сначала послу-
шай, а потом убивайся. Тут все чисто. Ну, придется немного дать. Но ина-
че никогда не видать трехкомнатной.
- А ты что ему пообещал? - спросила жена.
Леня поворошил вилкой тушеную капусту:
- Я ему тонко намекнул.
Люся села:
- Господи! Тогда в трамвае тонко намекнул и чуть не убили! На что ты
мог намекнуть ему, несчастный?!
Леня наморщил лоб, вспоминая неповторимую фразу:
- Я сказал: "Размеры моей благодарности будут безграничны в пределах
разумного". Неплохо сказано, да?
Люся застонала:
- Переведи с идиотского на русский. Сколько это в рублях?
Леня сказал:
- А я откуда знаю? Сколько у нас на книжке?
- Осталось сто семь рублей тридцать копеек.
- Значит, столько и получит, - отрезал Леня.
Люся заплакала:
- Ленчик! Тебя посадят. Ты не умеешь давать. Тебя возьмут еще в лиф-
те, в автобусе. А за дачу взятки - от трех до восьми лет. Значит, тебе
дадут десять. Ленчик, на кого ж ты нас бросаешь?! Ты никогда в жизни не
мог ни дать, ни взять. Вспомни дубленку, которую ты мне достал по дешев-
ке за двести пятьдесят рублей. Этот кошмарный покусанный молью или соба-
ками милицейский тулуп, который еле продали через год за пятьдесят пять!
А сметана, которую Коля вынес нам с молокозавода?! Ты ее тут же разлил в
проходной под ноги народному контролю. Тебя чуть не посадили, списав на
тебя все, что с молокозавода вынесли трудящиеся.
Леня сидел как оплеванный...
Люся хлебнула компота и окрепшим голосом продолжала:
- А кто пригласил меня и Калитиных в валютный бар? Кто сказал: "Там
дружок у меня и все схвачено?" И действительно, нас тут же схватили! Пы-
тались выяснить, с кем из иностранцев мы хотели встретиться и с какой
целью? Хорошо, что директор гостиницы, поговорив с тобой полминуты, ве-
лел отпустить, поняв, что нет в мире иностранца, которого ты можешь за-
интересовать. Не родился еще такой! Не давай взятку! Посадят!
Люся снова упала на колени. Леня опустился рядом:
- Ну а что делать? Посоветуй, если ты такая умная.
Они сидели на полу обнявшись и молчали.
- А что если... - Люся медленно поднялась с пола. - Все в конвертах
дают. Так вот, вместо денег сунь туда сложенную газету и отдай конверт
только после того, как получишь ордер. И беги! У тебя был второй разряд
по лыжам? Вот и беги! Не станет он орать, что взятку ему недодали.
Леня чмокнул жену в щеку:
- Молодец, Людка! Соображаешь, когда не ревешь! А поймают на месте
преступления - вот вам улика, газета "Советский спорт". А за это у нас
не сажают. Номер экстра-класса. За трехкомнатную - "Советский спорт".
Номер действительно был международного класса, но его еще надо было
исполнить...
За ночь Люся на всякий случай подготовила три конверта с газетой,
сложенной под взятку.
Рано утром жена, обняв и перекрестив мужа, ушла на работу. Леня сде-
лал зарядку, дождавшись очереди в ванну, принял холодный душ, другого не
было, и на всякий случай для собранности проглотил две желтые венгерские
таблетки из пластмассовой баночки - их всегда брала Люся после семейных
скандалов, чтобы успокоиться. Но по тому, как начало крутить в животе,
Леня с ужасом сообразил, что принял что-то не то.
Он позвонил на работу жене, объяснил свое состояние и спросил, что
теперь ему делать?
Люся заорала в трубку:
- Желтенькие - слабительное! Идиот! Тонизирующие - красного цвета.
Красного! Господи...
Леня бросил трубку и, подумав, принял таблетку закрепляющего. Подумал
еще и взял две красненькие таблетки для закрепления уверенности в себе.
Слабительное, закрепляющее и тонизирующее в сумме дали сногсшибательный
эффект. Леня покрылся холодным потом, во рту пересохло, а пальцы задро-
жали так, что пришлось их сжать в кулаки.
В таком вот состоянии, со сжатыми кулаками, но дрожа, Леня ровно пос-
ле трех стучался в кабинет. То ли от волнения, то ли от лекарства он ни-
как не мог пройти в дверь, ну не попадало тело в проход, заколотило его!
- Проходите! Садитесь! - сказал Максим Петрович, доброжелательно кося
глазами.
Легко сказать - "садитесь".
Наверно, летчику легче было ночью посадить самолет с отказавшим мото-
ром, чем бедному Лене попасть задом на сиденье стула. Наконец посадка
была завершена.
Максим Петрович, достав из папки бумагу, потряс ею в воздухе:
- Поздравляю! Вопрос решен положительно. Три комнаты. Осталось подпи-
сать у Новожилова, и все.
- Максим Петрович, а вы бы уж подписали... и тогда размер моих гра-
ниц... не имел бы никакой благодарности!
Максим Петрович кивнул и вышел. Через минуту вернулся и помахал перед
носом у Лени подписанным вкусно пахнущим ордером. Там было написано:
"Трехкомнатная". Леню потянуло за ордером, но Максим Петрович изумленно
глянул в ящик стола, потом на Леню, как бы прикидывая, войдет Леня в
ящик или нет.
Леня выхватил ордер, бросил в ящик пухлый конверт и, быстренько пя-
тясь к дверям, забормотал:
- Большое спасибочко! Заходите еще!
От радости, что все позади, Леня глупо улыбался и все пытался выйти в
ту половину двери, которая была заперта. И тут двое молодых людей, подх-
ватив его под руки, разом предъявили удостоверения работников ОБХСС и
бодро сказали: "Ни с места!"
Широко улыбаясь, старший из них ласково поманил людей из очереди,
очевидно, чтобы они разделили его радость:
- Товарищи, можно вас? Будете понятыми. Подтвердите дачу взятки. Вы
только что получили ордер, не так ли?
Младший оперативник открыл ящик и достал оттуда конверт.
- Ваш?
Леня кивнул, хотя голова Максима Петровича отчаянно замоталась из
стороны в сторону, словно увертываясь от петли.
Старший жестом профессионального фокусника засучил рукава, дабы все
убедились, что в рукавах ничего нет, и, ловко вскрыв конверт, бережно
достал аккуратно сложенный "Советский спорт". Подмигнув понятым, он на-
чал нежно разворачивать газетный лист. Понятые, распахнув рты, с
огоньком лютой справедливости в глазах ждали финала. Ничто не делает нас
такими честными, как чужое преступление. Наконец газета была развернута
в два полных печатных листа. Работник ОБХСС, не сняв улыбки, оглядел га-
зету с обеих сторон, ударил бумагу ладонью и начал трясти, надеясь, что
посыпятся денежки. Увы, фокус не удался!
- Синицын, чтоб я сгорел, это " Советский спорт"! - сделал он тогда
смелый вывод.
Максим Петрович, для которого этот вывод был, наверно, еще более нео-
жиданным, чем для остальных, недоверчиво потрогал газету рукой, ущипнул
себя, работника ОБХСС, и к нему снова вернулся дар речи.
- Естественно, это "Советский спорт". А что, по-вашему, там должно
быть еще? Вот интервью с Дасаевым. Я всю жизнь мечтал его прочесть, и
товарищ любезно принес, как мы с ним и договорились.
Младший работник ОБХСС с лицом человека, похоронившего за день всех
родственников, машинально сложил газету, сунул в конверт и бросил обрат-
но в ящик стола. В глазах его стояли слезы.
А Максим Петрович бросился к Лене и долго тряс его руку:
- Спасибо за газету! Даже не знаю, как вас благодарить! Просто не
представляю, как бы я жил без этой газеты!
Леня сказал:
- У меня журнал "Здоровье" есть. Принести?
- Нет-нет! Это уже статья, правда, товарищи? Да возьмите конверт, а
то подумают, что я с посетителей конверты беру.
Максим Петрович сунул конверт из ящика обратно Лене в карман.
- Ну, вы жук! - старший сотрудник погрозил Максиму Петровичу пальцем.
- Все свободны, хотя, конечно, жаль.
Наконец Леня выбрался из проклятого кабинета и помчался домой.
Влетев в комнату, не раздеваясь, Леня схватил жену в охапку и закру-
жил по комнате:
- Люська! Трехкомнатная! Держи! - Он царственным жестом протянул ор-
дер.
Прочитав текст, Люся заплакала:
- Любименький! И нам повезло наконец. Господи! Такая удача и ты на
свободе! Садись есть, радость моя!
Леня уплетал обжигающий борщ и, давясь, рассказывал, как все было.
- И представляешь, жук, говорит: "Чтоб вы ничего не подумали, я возв-
ращаю вам конверт", - Леня бросил на стол мятый конверт. Люся подняла
его, и вдруг оттуда посыпались песочного цвета ассигнации. Сторублевки.
Десять штук.
- Ленечка, это тысяча рублей! Ты кого-то нечаянно убил? - Люся приго-
товилась плакать.
Леня медленно лил борщ из ложки на брюки, не отрываясь глядя на неви-
данные деньги.
- Может, это он тебе взятку дал за то, что ты его спас?
- Погоди, Люсь, погоди! Вот, значит, как оно. У него в ящике лежала
чья-то взятка в таком же конверте. Он побоялся, что станут искать и су-
нул конверт мне в карман. Жулик! Не отдам! Это нам на новоселье от
ОБХСС.
- Ленчик! - Люся привычно опустилась на колени. - Верни! Узнают, что
ты трехкомнатную получил и за это взятку взял. В законе еще статьи для
тебя не придумали!
- Не отдам! - Леня смотрел на жену исподлобья. - В кои-то веки мне
дали взятку. Когда я еще получу? Не все взятки давать нечестным людям,
пора уже и честным давать.
- Ой, Ленчик, не гонись за длинным рублем, дороже выйдет!
Они бранились целый день и даже ночью.
К утру Люся убедила мужа, что не в деньгах счастье. И чтобы воровать,
надо долго учиться. Квартира трехкомнатная с неба свалилась, и не надо
гневить боженьку.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70

загрузка...